9

– Вы что-то подмешали мне в напиток? – меня потряхивает и от остроты возбуждения на лбу проступает испарина.

Теперь уже даже этот кусочек тряпочки со стразами на мне – кажется лишним.

Молчание Эмира обескураживает.

Единственное, что он у меня спрашивает так это то, готова ли я начать игру.

В ответ стискиваю зубы. Часто дышу, а воздуха всё равно не хватает.

Внизу становится невыносимо влажно и каждое движение заставляет гладкие жемчужины скользить и вибрировать между моих бёдер. Камни давят на все точки, вызывая жжение.

– Пропускаешь, да? – хищным голосом произносит мужчина.

Он с гибкостью тигра наклоняется, опуская кий на свой палец.

Я задерживаю взгляд на его руках. Невольно обдумывая, какие длинные и сильные у него пальцы. И наверно умелые…

Господи, что в моей голове творится?

Глухой удар по шару на короткое мгновение приводит меня в чувства.

Шар прокатившись по бархатному полотну, ударяется о бортик и беспрепятственно закатывается в лунку.

Расстроенно осознаю, что счет пока не мою пользу.

Новый удар и очередной шар попадает в цель.

Мои мысли лихорадочно метаются в голове, не давая сосредоточиться. Сознание накрывает дурман. Я переступаю с ноги на ногу. Жемчужины перекатываются и одна из них погружается в мою дырочку.

Стискиваю зубы, не дав себе застонать. С трудом перевожу дыхание.

– Твоя очередь, куколка, – от его низкого и хриплого голоса меня лихорадит.

Рассматриваю стол, выбираю подходящую стратегию. Мысли продолжают сгорать одна за другой.

Судорожный вдох и выдох. Примерно, соображаю куда ударить и медленно наклоняюсь.

От этого казалось бы простого движения – трусики на мне натягиваются, бесстыдно раздвигают мои складки.

Руки дрожат и конец кия постоянно норовит уйти в сторону.

Краем глаз замечаю, как Эмир обходит меня.

Ощущаю его прожигающий взгляд на моей спине и бедрах.

Пока он стоит на безопасном расстоянии и не приближается ко мне.

Но мне все равно безумно тяжело сосредоточиться.

Все вокруг на меня давит, особенно сильное возбуждение, вызванное напитком, которое я никак не могу в себе загасить.

– Время, Алиса. Тик-так, – доносится до меня вибрирующий низкий тембр Эмира. – Забей хоть один шар для меня. Получится?

Пытаюсь. Прицеливаюсь…

Моргаю. Дрожащая рука съезжает и удар получает слабым.

Не достигает лунки. Я разочарованно оборачиваюсь.

Бандит крутит в своих руках кий, неотрывно, точно хищник, наблюдая за мной.

– Продолжай, – звучит приказ.

Киваю. Настраиваюсь и…замираю.

Чувствую, как нечто твердое скользит между моих ног, поднимая платье.

Я как на иголках, поглядываю на мужчину. Он управляет кием точно также, как когда бил по шарам.

Умело и легко задирает тонкую ткань, обнажив мои ягодицы.

Каждая секунда кажется вечностью. Мгновение превращается в сплошное невыносимое томление.

Бархатный кончик кия добирается до моей промежности. Осторожно надавливает и скользит.

Кажется, что одно неосторожное движение и я почувствую острую боль. Но Эмир делает все на грани, позволяя балансировать.

Я жадно хватая ртом воздух, облизываю мгновенно пересыхающие губы, они снова сохнут от нехватки кислорода.

Гладкое древко между моих ног ходит ходуном, отодвинув край трусиков.

Эмир умело распределяет давление, заставляя меня испытывать невероятные ощущения.

Это просто невыносимо. В глазах искрит и мигает.

Выгибаюсь другой и едва не падаю грудью на стол.

Обстановку подогревает присутствие крупье и прочих сотрудников.

Сквозь пелену полуопущенных ресниц посматриваю на «кроликов». По их лицам ничего невозможно понять. Маски скрывают эмоции, делают этих мужчин и вправду похожими на безликие изваяния.

Но они по-прежнему свидетели. Молчаливые. Но они здесь.

Присутствие наблюдателей добавляет остроты во всю безумную гамму моих ощущений.

Я с трудом удерживаю равновесие. Колени дрожат, тело охватывает истома и слабость.

Ещё немного и от такой перезагрузки я кончу.

Когда кончик киа прикасается к моей дырочке – вздрагиваю и очухиваюсь.

– Не надо! Только не так! – вскрикиваю со стоном, спохватившись, что я совсем не хочу лишиться девственности таким способом.

В порыве эмоций ударяю по шару и промахиваюсь.

Оборачиваюсь и вижу, что Эмир хмурится. Изогнув широкую бровь, он отбрасывает как ненужную вещь бильярдный кий и направляется ко мне.

Что он делает?

Обеспокоенно замираю. Каждая клеточка моего тела дрожит в выжидании неизведанного.

Я все еще стою в сомнительной позе и с задранной юбкой, демонстрируя взору Эмира и всех остальных свою промежность.

Мужчина стремительно и бесшумно приближается.

Опускает руку на мое бедро, обрисовывает и ощутимо сжимает мою попу.

Зажмурившись, кусаю губы.

Что-то подсказывает мне, что от такой ласки у меня на попе останутся синяки.

– Ч-что…Вы задумали? – срывается с моих губ. Дрожащие руки сжимают кий так, что кажется дерево начинает трещать.

Мужская рука скользит между моих ягодиц, обрисовывая каждую жемчужину трусиков.

Поддевает, двигает, заставляя это дорогое орудие пытки терзать мою промежность.

Я срываюсь, кий выпадает из моих рук, а сама я заваливаюсь на стол.

Пытка также резко заканчивается.

Легче не становится.

Меня познабливает и бросает жар. Я вся мокрая, теку и чувствую себя как на вулкане.

Он резко разворачивает меня к себе лицом и усаживает на стол, раздвинув мои ноги коленом.

Жемчужины впиваются в промежность, я с судорожным стоном прогибаюсь в пояснице.

Расставив руки по обе стороны от меня, Эмир наклоняется к моим губам. Горячее дыхание обжигает кожу.

Он замирает в счетных сантиметрах и произносит мне в губы:

– Ты проиграла.

– Это было нечестно, – жалобно постанываю.

А он небрежно стряхнув лямки проклятого платья, обнажает мою возбужденную до предела грудь.