Глава 13

Почти четыре месяца ушло на то, чтобы уладить все дела, подписать договоры, утрясти раздел имущества и оформить подписки о неразглашении. Но Чой не торопился, ведь ласковый котёнок всё ещё работал над проектом, а следующий планировал взять в том же городе. Выбрав подходящий день и взяв самый красивый из букетов роз, Кристофер стоял перед дверью квартиры Миранды и ощущал лёгкое волнение вкупе с эйфорией. Ещё немного, ещё чуть-чуть и они вновь будут вместе.

Девушка открыла дверь достаточно быстро, но сразу после удивлённого взгляда он столкнулся с напуганным, стоило ей посмотреть чуть ниже. Дверь попросту захлопнулась, пока Чой стоял, ошарашенный такой реакцией, а по ту сторону послышался тихий всхлип.

— Кристофер, я очень тебя прошу — убери их.

— Их? — с недоумением переспросил мужчина.

— Розы. На лестничной площадке есть общий утилизатор. Выброси их туда. Пожалуйста.

Кристофер опустил взгляд на букет и словно в трансе прошёлся до утилизатора. О том, что он ожидал иной реакции, и говорить нет смысла, но это выходило за пределы самый тёмных ожиданий. Впрочем, она хотя бы разговаривает с ним, пусть и отвергает подарки.

Стучать ещё раз не пришлось, Миранда стояла у слегка приоткрытой двери. Бледная, немного напуганная, она напоминала даже не котёнка, а воробушка. Хотелось сгрести её в свои объятия, успокоить и поцеловать, но девушка его сторонилась.

— Я… — она запнулась, прикрывая дверь за мужчиной. — Прости, не мог бы ты принять сейчас душ? Вещи положи в стиралку.

— Миранда, у тебя всё в порядке? — обеспокоенно спросил Чой. Слишком уж нестандартное поведение выбивало его из колеи.

— Я знаю, ты пришёл поговорить, и нам надо это сделать. Но ты буквально пропитался этими розами, а я сейчас плохо переношу запахи.

Словно в подтверждении своих слов, она слегка прикрыла рот и нос ладонью, и Чой послушно прошёл в указанном Ми направлении. Скинул одежду, положил её в стиральную машинку и встал под упругие струи душа. Глупая ситуация, совершенно глупая.

Он осмотрелся. Душевая была небольшой, но очень уютной. Шторочки с оборками, забавный ободок для волос, шампунь с нейтральным запахом, но яркой этикеткой, и разноцветные бомбочки для ванн. Жёлтый утёнок смотрел на него резиновыми глазами прямо с полочки, и Кристофер не выдержал, погладив гладкий бок.

— Что же случилось с твоей хозяйкой? — негромко спросил он, словно игрушечная птица могла ему ответить. — Возможно, не стоило оставлять её так надолго одну? И жизнь в изоляции, вдали от бывшего мужа, сыграла с ней плохую шутку…

Миранда ждала его в гостиной, сидя на одном из мягких кресел. В комнате витал аромат кофе со специями, и Кристофера немного отпустило — она не забыла о его предпочтениях, и именно так показывает свою заботу.

— Прости, у меня нет вещей твоих размеров, — проговорила Ми, скользя взглядом по полотенцу, которым мужчина обернул бёдра. — Но уже через полчаса твоя одежда будет готова. И за ту сцену тоже прости…

— Ты слишком много извиняешься, милая, — проговорил Чой, усаживаясь в кресло напротив. И, отпив из своей чашки, сразу же отметил. — Вкусно. Как ты здесь обустроилась?

— Пока что с переменным успехом, — слабо улыбнулась девушка. — Крис, нам надо поговорить. Я, если честно, собиралась позвонить тебе сама через пару недель, но возможно так даже лучше.

— Нам и вправду есть что обсудить.

Он улыбнулся, но Миранда не ответила на эту улыбку, смяв подол свободного домашнего платья. Видно было, насколько она переживает сейчас, и Чой окинул любимую ещё одним, уже более внимательным взглядом.

Бледнее, чем необходимо. Лёгкие тени под глазами. Лицо, правда, не осунувшееся, а даже будто бы стало круглее, но всё равно отличалась от себя прежней. Как же ты жила, маленький котёнок?..

— Но сначала я бы хотела тебя поблагодарить за тот день, — Миранда немного замялась. — Ну, когда мы виделись в лаборатории в последний раз… Знаешь, позже я раз за разом прокручивала его в голове, и понимала, что если бы у нас с тобой хоть что-то было, я бы вернулась к мужу. Меня бы сломало это воссоединение, но я бы продолжала за него цепляться, терпя абсолютно всё. Потому что просто не видела бы альтернативы. Но ты… — порывистый вздох. — Нас ведь тянуло друг к другу несмотря ни на что. Я думала, с ума сойду, пока мы с тобой не общались, и даже в лаборатории находиться не могла. Каждый день во время компиляции уходила подальше и бесцельно просиживала этот час на лавочке в наушниках. Но ты меня остановил, и я увидела другую сторону отношений. Что можно колебаться, но всё равно выстоять, и это придало мне решимости.

Кристофер покачал головой, не в силах хоть что-то сказать. Он тоже с ума сходил от тоски по ней. И тогда, в лаборатории, хотел её до безумия, но это было уже не только физическое влечение. Маленькое солнышко необходимо было оставить в его жизни навсегда.

— Я прилетела сюда с чётким ощущением, что мне необходимо погрузиться в работу. Думать о ней день и ночь, чтобы элементарно не оставалось времени на мысли о том, что натворила. Казалось, я за два месяца нарушила абсолютно все запреты, которые сама же и установила в своей жизни: влюбилась окончательно и бесповоротно в женатого мужчину, на которого работала. И даже не просто влюбилась, но и сама уложила в постель. Сказать, что ощущала себя отвратительно — ничего не сказать, и видимо это начало сказываться на моём эмоциональном состоянии.

— Милая… — начал было Чой, но тут же оказался прерван.

— Дай мне договорить, пожалуйста. Итак, я впала в какую-то апатию, из которой выбиралась только чтобы поработать и впихнуть в себя какую-то слабо съедобную гадость. Иногда не могла заснуть, часы напролёт проводя у монитора, а потом практически впадала в анабиоз: спасибо, что с этим проектом у меня не было такого чёткого и ежедневного контроля, как с тобой. От странного питания у меня весьма быстро испортился желудок, и были дни, когда мне было плохо почти без перерыва. Часть запахов вызывала тошноту, а от некоторых начиналась мигрень как показатель нервного расстройства. Я начала странно набирать вес, что лишь добавило огня в костёр моей депрессии, а три месяца спустя сообразила, что перестала использовать те средства, что предназначены для женской интимной гигиены. Уж извини за подробности.

Она наконец подняла на мужчину взгляд, и тому резко захотелось попросить её остановиться. А потом просто сгрести в охапку и обнимать, пока его девочке не станет легче. Ну почему, почему он не рассказал ей, что подал документы на развод?

— В общем, когда симптомы депрессии достигли апогея, я записалась на приём к врачу с просьбой выписать мне каких-нибудь витаминов и лекарств. Витамины она мне, кстати, выписала. А ещё обозвала бестолковой дурёхой, раз уж пропустила настолько очевидные симптомы. Я… — она запнулась, а потом помотала головой. — Нет, никак не могу произнести это вслух.

Ми приподнялась и потянула за подол платья, стягивая его с себя и этим полностью ошарашивая мужчину. Кристофер смотрел на неё, не в силах отвести взгляд, потому что увиденное не укладывалось в его голове. Животик. Небольшой, но уже круглый.

— Я не буду против, если ты захочешь сделать тест на отцовство, — спокойно произнесла Миранда, беря в руки свою кружку с чаем. Видно было, что стоило признаться в главном, и к ней опять начала возвращаться уверенность. — Это мальчик, и он полностью здоров и соответствует срокам.

— Святые небеса… — выдохнул Чой, не отводя взгляда от талии Миранды. — Семь лет я считал, что это просто невозможно. Как же смогло получиться за одну ночь?..

— Родить ребёнка от Кристофера Чоя — дорогого стоит, — невесело усмехнулась девушка. — Притом во многих смыслах этого слова. Могу я тебя кое о чём попросить?

Она отставила чашку и, дождавшись кивка, продолжила:

— Его зовут Томас — это имя пришло мне в голову сразу, как только узнала о его существовании, и, кажется, другого он элементарно не примет. И я могу… — она сцепила пальцы, а голос слегка задрожал, — могу хотя бы иногда видеться с ним?

Кристофер застыл, не понимая, что же именно Миранда имеет в виду. Иногда видеться с собственным ребёнком?

— Я не совсем тебя понял, милая, — признался он. — Поясни.

— Ты сам только что сказал — у вас не получалось семь лет. Я знаю, что сейчас ты официально в разводе, но такой огромный срок вместе не может пройти даром. Вы элементарно срастаетесь друг с другом, привыкаете, до мелочей знаете, что через минуту скажет или сделает другой. Разрывать такую связь больно и тяжело, но этот малыш может всё исправить. Я много думала об этом, — призналась Ми. — Ты ведь всегда хотел детей, и это видела даже я, обычная подчинённая в работе по контракту. И если скажешь, что договорился с суррогатной матерью, то у вас будет полноценная семья, о какой и мечтаешь. Как знать, вдруг мы и встретились именно для этого…

— И ты согласна его отдать? — тихо спросил Чой. — Малыша, которого носишь сейчас, отдать другой женщине?

Миранда опустила голову и зажмурилась изо всех сил, чтобы не разрыдаться.

— Я не знаю, как поступить правильно. Правда не знаю. Никогда я не планировала становиться матерью, ведь даже не понимаю, как должна воспитывать ребёнка, чтобы он не был несчастен. И сейчас я чувствую, что уже люблю этого малыша, но мне отчаянно страшно. Знаешь, я могла бы спрятаться далеко-далеко и никогда не говорить тебе о том, что у нас есть сын, но это абсолютно точно не будет верным решением. Как бы много я не думала об этом, семь лет и одна ночь никогда не смогут даже сравниться…

— Дурочка…

Он поднялся из-за столика и устроился прямо на полу, обнимая ноги ошарашенной женщины.

— Я ведь приехал к сюда не для того, чтобы обсудить вопрос опеки над ребёнком, о существовании которого даже не догадывался — я приехал к тебе. Ты права, семь лет — это огромный срок. Но почему-то за те годы мы так и не смогли достичь того же, что с тобой сделали за каких-то два месяца. Развод для нас обоих стал словно глоток свежего воздуха, и единственная причина, почему я не приезжал — ждал подписания договора о том, что мы с Аделаидой не имеем права обсуждать будущие связи друг друга.

Миранда смотрела на него, не отрываясь, и Кристофер тут же продолжил.

— Любимая, это ты заставляешь меня встряхнуться, если делаю что-то не так, или успокоиться, когда на взводе. Ты знаешь, какой кофе я люблю, и забираешь боль и усталость. О тебе мне хочется заботиться, тебя хочу держать в руках перед тем, как заснуть, и ты даже представить себе не можешь, как часто я вспоминал ту ночь и жалел лишь о том, что она ещё только одна.

— Хочешь сказать, что ты меня…

Закончить фразу ей было отчаянно страшно. Она ведь запрещала себе даже думать о чём-то подобном все эти дни и месяцы вдали от него.

— Разве я не говорил тебе это той ночью? — Кристофер удивлённо приподнял бровь.

— Ну знаешь ли, в постели того требовали обстоятельства, — пробурчала Ми, явно смутившись. — Но я и надеяться не смела, что ты меня действительно…

— Люблю, — мужчина же сказал это, словно само собой разумеющееся. — И я уверен, что это не мимолётное увлечение, а зрелое чувство. Потому что вначале я начал уважать тебя, как специалиста. Потом мы стали общаться, словно приятели, которые легко находят общий язык. Ещё какое-то время считал тебя своим близким другом, который знает, что мне нужно порою даже лучше, чем я. А потом словно удар под дых — дорогой мне человек, к которому привык относиться с нежностью и считать весьма милым, оказывается ещё и чертовски сексуален. Я слишком крепко прикипел к тебе, хорошая моя.

— Кристофер…

Она потянулась вперёд, обнимая его за шею. О, небеса, как же он приятно пах! Кажется, именно так и пахнет счастье и спокойствие, которых ей так не хватало в своей жизни.

— Сын — это просто замечательно, — продолжил Чой, обнимая любимую в ответ и слегка скользнув кончиками пальцев по животику. — Но из насущных вопросов меня гораздо больше интересует, захочешь ли ты остаться со мной навсегда.

Миранда всхлипнула, вжимаясь в своего мужчину ещё сильнее, и тот в очередной раз обругал себя последними словами.

— Прости меня за то, что не появлялся так долго. Только скажи, как я могу загладить свою вину, и я обязательно это сделаю.

А вот теперь Миранда застыла. Буквально на несколько секунд, а после отодвинулась и внимательно посмотрела Чою в глаза.

— Действительно сделаешь? — уточнила она, и Крису показалось, что взгляд её потемнел.

— Чего ты хочешь, солнышко?

Всё, что угодно. Любой её каприз он выполнит неукоснительно.

— Тебя. Прямо сейчас, на этом диване.

— Милая, но… — он осторожно погладил животик, не зная, как правильно сформировать свои мысли. О беременности он читал в своё время очень много, и знал, что секс — это то, что будущие родители далеко не всегда могут себе позволить. — Ты в этом уверена?

— Кристофер…

Она уткнулась в его плечо, а Крис прижал к себе своё сокровище. К чертям подробности, ведь только что у него появилось очень важное дело.

Усевшись сам и усадив Ми сверху, он осторожно накрыл её губы своими. Поцелуй мгновенно перерос в глубокий, а вместе с танцем языка его пальцы порхали по такому желанному телу. Каждое чувствительное местечко, что он успел изучить за ту их ночь, не осталось без внимания, и теперь с упоением слушал, как стонет его маленькое солнышко. Ладонь скользнула между ножек, лаская прямо через трусики, и для разрядки девушке понадобилось лишь несколько секунд.

Кристофер обнимал её очень нежно и аккуратно, позволяя восстановить дыхание. И только когда Миранда перестала вздрагивать, осторожно уточнил:

— Легче?

— Немного, — облизнув губы, сказала она. — Но мне нужен ты целиком.

— Расскажешь, что происходит? — в ушах уже шумело от желания, но ему по-прежнему нужна была вся картина.

— Врач сказала, такое иногда, но бывает, — заговорила Ми, и щёчки её покраснели. — Моё либидо подскочило вверх, и, кажется, секс мне необходим очень и очень часто. А может и не часто, но то, что могу сделать сама, решительно не помогает. Я только о тебе и думала в последнее время.

Он даже ничего не сказал. К чему вообще слова, если сейчас настало время действий? Уложил своё сокровище на диван, осторожно снял с неё трусики и наконец отбросил уже давно мешавшее полотенце.

Вообще, хотелось сделать всё аккуратно, но они слишком давно не были вместе. И если первая их ночь была очень нежной, то сейчас в соитии чувствовалось что-то звериное. Кипучая страсть, её сладкие стоны, звучавшие как музыка, и его, переходящие в рычание. Они заполняли друг друга: Кристофер её — физически, а Миранда его — эмоционально, и это добавляло особенной близости.

Финал был скор — у них просто не хватило бы терпения. Но оба понимали, что этот их заход был далеко не последним.

— Как ты? — Кристофер опустился рядом, прижимая к себе Миранду, и поцеловал в висок.

— Пока не поняла, — его девочка тяжело дышала, но этот блеск в глазах он уже знал. — Возможно, после третьего раза смогу сказать точнее.

Он потянулся поцеловать её в кончик носа, но в этот момент в дверь громко постучали. Пара переглянулась — это ещё что такое? Кристофер снова потянулся к полотенцу, раз другой одежды не было, а Ми быстро натянула на себя платье.

— Кажется, это соседка слева, — девушка еле слышно ответила на молчаливый вопрос, просматривая данные с камеры. — Понятия не имею, что ей сейчас нужно.

Чой же гадать не стал, а просто сам открыл дверь, загораживая собой возлюбленную.

— Мы чем-то можем вам помочь, госпожа? — с улыбкой поинтересовался он, глядя на довольно крепкую старушку с пышными кудрями и плотно сжатыми губами. Впрочем, те очень быстро растянулись в улыбке, а на какое-то мгновение Крису показалось, что по его кубикам пресса прошлись весьма плотоядным взглядом. — Госпожа?

— Ой, надо же! — воскликнула старушка, напоказ всплеснув руками. — А я понять не могла, что там за звуки. Обычно Ми — такая тихая девочка, а тут…

— Прошу прощения за беспокойство, — обворожительно улыбнулся Чой, положив руку на плечо прижавшейся к нему девушки. — Я только вернулся из длительной командировки, вот мы с супругой и немного увлеклись. Обещаем впредь вести себя тише.

— Так вы женаты? — второй раз удивилась соседка. — Ну да, дело молодое. Помню, когда мы с моим мужем были в разлуке…

Видимо, ей не терпелось поболтать ещё, но Кристофер моментально придумал какую-то причину и захлопнул дверь.

— Переезжаем. Прямо сегодня, — он прижал к себе Миранду, целуя в висок. — Ты слишком громко стонешь, но я не могу позволить тебе перестать это делать.

— Нет, не сегодня, — девушка потёрлась щекой о его грудь, ноготками впиваясь в плечи. — Я слишком давно тебя не видела, чтобы что-то там откладывать. А со стонами и соседкой разберёмся по ходу дела.

— Любимая… — он и опомниться не успел, как впился в мягкие губы поцелуем и прислонил Ми к стене, поднимая под бёдра. Разум совершенно отказывался брать верх из-за близости любимой, и вот он уже в одном движении от того, чтобы начать новый раунд. — Или ты собиралась сейчас немного отдохнуть?

Останавливаться ему не хотелось, но Крис прекрасно понимал всю тяжесть свалившейся на него ответственности — теперь под его опекой была не только Ми, но и их малыш.

— Отдохнём немного позже, — отмахнулась Миранда. — Но надо постараться вести себя тише, иначе соседка опять придёт.

— Давай попробуем, — улыбнулся он, и накрыл губы любимой ещё одним поцелуем.