25. Женщины и цветы

Впервые за дни пребывания в этом мире я оказалась в людном месте (таверну не считаю, была ночь). Из посетителей и торговцев было значительно больше мужчин, продавцы, как и везде, громко зазывали, расхваливая свою продукцию. Создалось ощущение, что я в далеком прошлом. На меня все смотрели, подошла молодая пара, женщина спросила: – Какие красивые! Сколько белые? – Сколько не жалко. Мужчина заплатил, его спутница бережно взяла букет, вдыхая аромат, меня затопило таким удовлетворением, что я не могла сдержать счастливую улыбку. Рассматривая жителей, я поняла, что это все маги, потому что оборотни Лимбери и волки в стае были намного крупнее и красивее. Только ушла Веледа, я увидела их. Они выделялись из всей массы: высокие, красивые, крепкие черноволосые мужчины. Их сторонились, замолкали, когда они проходили. Братья шли уверенно, не сводя глаз с меня. У Дирегара впали щеки, будто он не ел это время, а носился по лесу. Я не могла унять учащённое сердцебиение и дрожь в руках, Аля заскулила. Она скучала очень сильно, я знала это и чувствовала её тоску. Они смотрели на меня проницательно, словно в душу. Мы молчали. Тут подбежал подросток и, запыхавшись, спросил: – А за сколько отдадите букет красных, я хочу своей девушке подарить? – А сколько не жалко? – Да? У меня всего три медяка, но я могу помочь в любом деле, я бытовой маг. – Трех медяков достаточно. Я отдала охапку цветов парнишке. – Альвена, прости, что тебе было неприятно смотреть, – начал Дирегар. – Вы не уйдете, да? – Да, мы купим все цветы, Альвена, – сказал Варгар. – За все – сто пятьдесят золотых, – я выпалила, не зная, много это или мало. Братья и взглядом не повели, доставая из карманов мешки с монетами, протянули мне. Я взяла у обоих, положила их в пустую корзину, достала все цветы и понесла по рядам, раздавая их женщинам, что торговали на рынке. Женщины были в изумлении, принимая цветы, улыбались, нюхали розы, восхищались ими, благодарили. Мне показалась, что женщины сразу становились красивее что ли, с цветами в руках из их движений ушла резкость, они опускали плечи и замирали на миг. Я их словно остановила на минутку, соединила с красотой, с природой. Братья были ошеломлены моим поступком, я видела это по их удивленным и восхищенным взглядам. Вернувшись, я взяла корзины и направилась на выход, рядом постоянно летал Кропус, он иногда меня так веселил своими переворотами, что, глядя на него, я хихикала. Как это выглядело со стороны? – я и не думала. – Альвена, разреши, – Дир перегородил мне дорогу и взял у меня корзины из рук. И тут меня прорвало: – Дирегар, мне не неприятно было смотреть, мне было одиноко, я была с тобой, а чувствовала себя одной там, в твоей таверне, с тобой, я чувствовала себя не нужной тебе, находясь в непривычной обстановке, в новом чужом мне мире я чувствовала себя неуверенно, стремно, мы с Кропусом были как ни пришей к пи…. Я не стала продолжать фразу, рыкнула, дернула плечом и направилась на выход, и тут меня закинули на плечо и потащили. Кто-то присвистнул, кто-то хихикнул, кто-то захлопал в ладоши. – Что за манера хватать! – я рыкнула. Я висела на плече Дира, чувствуя горячую большую тяжелую ладонь на пояснице, зафиксоровал крепко, голова неудобно болталась, я схватилась за ремень оборотня и, оттолкнувшись на руках, посмотрела на Варгара. Он шел с корзинами за нами и улыбался. – Твою жену таскает мужик чужой, это нормально по-твоему? И тут мне по пятой точке прилетел шлепок, да, такой, хочу сказать, от души. Я выпустила когти и схватилась в накаченные обтянутые черными брюками ягодицы Дирегара, смачно, с душой, с рыком. – ААА, – заорал Дир, подпрыгивая, – сучка! И побежал, смеясь, нет, гогоча, голова моя болталась, я сначала разглядывала землю, ноги, что уверенно отталкивались от поверхности, создавая клубы пыли, потом закрыла глаза.