45. Мой страх

Я протопила печь, согрелась. – Кропус, ты же фей света, говорил, что умеешь световые потоки создавать. – Умею. – Сделай нам, пожалуйста, в доме свет. – Мы будем как на ладони, Альвена. – Кропус, в Безмирье находятся только души ведь? – Да. – Пострадать может моя душа, соответственно, да? – Верно. – Я не хочу бояться, мне интересно посмотреть страхам в лицо, я готова. Честно сказать, я и не знаю, чего я боюсь, узнаю, поборю его. Кропус мне не ответил, стал руками водить перед собой, создавая шар из световых потоков. Из воздуха и через руки шли нити света, соединяясь в небольшую сферу. Фей поставил получившийся шар на стол, создал второй – разместил на полу у печки, третий – у входа. Дом озарился светом, прибавив ещё тепла и защищенности. Я счастливо улыбнулась, покрутилась вокруг себя в полном восторге. – Ты невероятный, Кропус! Спасибо, что ты со мной, и вообще, спасибо, что ты есть! – Ну, ты тоже моя любимица! – невозмутимо ответил. Фей был в своём репертуаре. И тут я услышала писк, встала как вкопанная, прислушиваясь, ощущая, как по спине побежали волны липкого страха. Кропус закивал головой, словно подтверждая что-то самому себе. – Кто там? – шёпотом спросила у фея. – Самому интересно, что у тебя на душе, и кто там пищит. Выдохнув, собирая всю свою отвагу и любопытство, я пошла к двери. Прислонив ухо, прислушиваясь, я отчетливо уловила детский плач, ребячьи голоса, крик. У меня участился пульс, дыхание стало поверхностным, тело сковало, зажмурилась, проморгалась и резко открыла дверь. На меня смотрели прозрачными глазами души маленьких детей, их было много, очень много, сотни. Они скапливались, как привидения, подходя к дому, протягивали руки ко мне, плакали и все кричали: Мама! Мамочка! Забери меня! Мне плохо! Помоги! Мне так тут плохо, холодно! Я закрыла дверь, села на пол, подпирая спиной вход, закрыла рукой рот, боясь разреветься от ужаса и жалости. Голоса просачивались в дом, в мой разум, в моё тело. Отовсюду слышались детские крики о помощи, плач. Я закрыла уши руками, пытаясь разобраться. – Так, так, так, чего я опасаюсь? Дети, дети… Я поняла! Я каждый день вспоминаю Любашу, как она там, малышка? Кто её удочерил? А может она в детском доме? Какие там условия, воспитатели? Её там будут обижать, о, только не это. Пусть у неё будет самая лучшая приёмная семья. Снова мысли закрутились, вспоминая маленькую девочку-сироту, которую я полюбила всем сердцем. Как сделать правильно? Как спасти мою душу? Я поднялась уверенно, открыла дверь, посмотрела на огромную толпу детских душ, села на крыльцо и запела колыбельную, закрывая глаза, покачиваясь, желая всем деткам любящую маму: А для этого надо уснуть.За окном затих городок, Словно выключил музыку дня. Ничего не бойся, дружок, Ночь сама боится огня. Нам с тобой улыбнулась луна, Кружит звездочек хоровод. Это добрая фея сна За собою тебя зовет. Спи, малыш, закрывай глаза. Ждет тебя необычный путь. Ждут загадки и чудеса И во всем ему доверяй…Мчит тебя белоснежный конь В свой далекий прекрасный край, Положи на гриву ладонь Я пела колыбельную Любаше и всем малышам, что окружали меня. Крик и плач стихал. Я понимала, что своей тревогой и бесконечными переживаниями-предположениями я не помогу ей, и уж тем белее себе. Я смотрела на огромное море детских душ уже спокойнее: – Любаша, я верю, у тебя всё будет хорошо! У тебя будет любящая мама и счастливая долгая жизнь! Я искренне верила в то, что произносила, наделяя каждое слово смыслом и сильным своим желанием. Подняла голову в небо, отыскала звезду, смариваясь в светило, попросила: «Подари ей маму, пожалуйста». Я снова посмотрела на малышей, они просто стояли, не плакали, словно ждали команду от меня. Я подошла к ним: – А ну-ка, играть побежали! Малышня засмеялась и бросилась врассыпную. Миг – их нет. Я улыбнулась. Дети, есть дети. Мне стало так хорошо, словно груз рассеялся, сделав сердце легким. Вдалеке стояла девушка – видение из серо-молочной дымки, она смотрела, не подходила. Девушка была красивой. Я её не боялась, похоже, что она побаивалась меня. Я позвала её, махнув рукой. Она медленно поплыла в мою сторону. – Почему ты убила себя? Она показала, что качает младенца, потом сделала злобную гримасу, пальцем показала на пустоту в руках – ребенка, а потом сжала кулаки, словно выкрутила белье. – Твоего ребенка убили? Ты пошла за ним? Она закивала, упала на колени, уронив голову, плача. Я подошла к ней, пытаясь погладить по голове. – Создатель чуткий и справедливый, он видит твоё доброе сердце, вы встретитесь. Ты очень хорошая мама. Девушка выпрямилась, улыбнулась и улетела искоркой в небо. Я выдохнула, чувствуя усталость, зашла в дом, рухнула на кровать и уснула.