53. Свадьба

К свадьбе мы особо не готовились, события судьбоносные сменялись одно за другим, и всё происходило быстро: коронация, переезд, мой сад. Я надела серебряное платье от Кропуса, мужчины были в красивых парадных костюмах. Когда я вышла к ним, то во взглядах мужчин увидела обожание, восхищение и любовь. Это чувствуешь, видишь, когда есть – его не скрыть. Мы сидели во главе огромного стола, который расставили оборотни из стаи буквой П. Спасибо Зои и Иве, они организовали волчиц стаи, и у нас был просто пир с большим количеством разных блюд и море настойки. Я смотрела на гостей, на оборотней, на свою стаю. Все ели спокойно, тихо позвякивая посудой, велись беседы между собой, но вполголоса, мужчины постарше выкрикивали разовые поздравления, поднимая бокал с настойкой, опрокидывали в себя и продолжали трапезу. Не было пошловатых тостов молодоженам, разухабистых плясок и веселых песен. Я понимала: у них не было праздников таких масштабных целый век. Целый век! Они забыли, как это – отдаваться веселью. И мне захотелось, чтобы мой народ жил от праздника к празднику, в этом ожидании усердно трудясь, оставляя после себя память в виде красивых вещей, деревьев, домов, и конечно, детей. Я размечталась, рисуя в голове картинки жителей Дарии, что собираются на веселье – снять напряжение, расслабиться, переключиться от забот. Смотрела на оборотней, красивых смелых и очень преданных, трудолюбивых, ценивших свои традиции и семейные устои. Остановила взгляд на большой семье, несколько поколений насчитала, внуки, сыновья и во главе очень взрослый, пожилой волк. Даже в преклонном возрасте оборотни были красивы и мощны. У этого мужчины были узловатые натруженные пальцы, абсолютно белые виски, цепкий, умный и добрый взгляд. Он поймал мой взор, по-доброму улыбнулся и кивнул. Это было как благословение, тоже кивнула, благодаря. Я встала из-за стола, направляясь к уборной, понимая, что я должна что-то с этим унынием сделать, дать толчок. – Кропус, почему нет музыки? – спросила я своего друга, зная, что он услышит. – Так музыкантов нет давно в стае, они в основном среди магов, ну, и муж твой. – А ты можешь музыку воспроизвести? – Напой, смогу. Я напряглась, в голову полезли Царица Асти, как мы с конем по полю идем – зачем-то вспомнилось, пара строчек из песен Агутина и всё. Я песен не знаю, лишь по одной-две строки из каждой, у Альвены прежней вообще даже не стала копаться в памяти. Надо что-то веселое. Вспомнила из мультфильма: оставайся, мальчик, с нами, будешь нашим королем, ла-ла-ла, ла-ла-ла. Так-так, надо что-то смешное и уместное. Вспомнила мгновенно из смешного словосочетание: семикрылый восьмихуй. Закрыла глаза, пребывая от себя в шоке. Королева, ёбт. Вспомнила!! Мы поздравляли с шестидесятилетием Давида Соломоновича, главврача клиники и пели ему песню женским коллективом, вот её я помню целиком. Тамара Степановна гоняла нас на репетиции, забыв заполнять истории болезни. Песня забавная, народная – пойдет. Других нет, что ж. Подошла к мужьям, шепнула, что у меня есть сюрприз и мне надо приготовиться. Мы с Кропусом пошли за кусты к лесу. Я чувствовала взгляды моих троих мужей. Дриад вообще поднялся, так ему лучше было наблюдать за нами. – Кропус, я вспомнила песню, мне надо платье Богини. Фей замер, в его глазах заиграла яркая зелень от зрачка образовывая переливающиеся круги. Мы перенеслись в комнату фея тут же, знала бы что так резко, мужьям махнула бы. Сколько событий прошло с тех пор, когда я была здесь в первый раз, ндаа. Кропус трепетно открыл коробку, аккуратно достал платье, протягивая мне на вытянутых руках. Глядя на своего защитника, тоже бережно взяла из рук платье, чувствуя в нём какую-то магию, и направилась к зеркалу. Распустила волосы из прически, что наваяли мне Веледа и Зои, надела голубую невесомую красоту и посмотрела в отражение. Я стала другой: красивее, женственнее. Я стала женщиной любящей и любимой – это считывалось во взгляде, даже в позе. У меня теперь всегда приветливое выражение глаз, а не устлалось, думы и заботы, как было в прошлой жизни; постоянный румянец, и я красивая, и мне хочется прихорашиваться теперь постоянно. Да. Невероятное нежное платье мне очень шло. – Кропус, короче, слушай, мелодия такая, – говорила я, выходя из-за ширмы, что возвёл фей для переодевания, специально для меня. Подняла взгляд, Кропус, открыв рот, смотрел на меня так трогательно и умильно, словно пребывая где-то в облаках. – Кропус, ты чего? – Альвена, мы на пороге новой прекрасной жизни, я чувствую. Я обняла своего друга. Как бы я справилась без него? – Никак! Напела, как смогла, мелодию, фей уловил, соорудил что-то наподобие коробки, из которой зазвучала музыка. – Ты волшебник! – не переставая удивляться, восхитилась я. – Мои волнуются, идём. Метки горели. Я очутилась на поляне, напротив своих мужей, Варгар и Дирегар сидели за столом, Дриад взволнованно осматривал территорию. Увидев меня, они облегченно выдохнули и впились в меня взглядами, жадно разглядывая. Я ничего не стала объявлять: еще больше привлекать к себе внимание, итак моё внезапное появление в другом платье заставило скромных гостей замолчать. – Кропус, давай! Заиграла мелодия и, глядя в глаза своему первому мужу, своему королю, я запела, играя бровями и шевеля плечами: В роще пел соловушка, там вдали… Мой голос зазвучал так громко и так красиво – это придало мне уверенности и радости. Песенку o счастье и o любви Песенка знакомая и мотив простой Ой как ты мне нравишься, oй oй ё ёй Была гробовая тишина. Я притопнула ногой, крутанулась, чувствуя материал, что струился по ногам. Мне захотелось чувствовать землю ногами. Я скинула туфли, перевела взгляд на Дирегара: Губы твои алые, брови дугой Век бы целовала бы милый дорогой Только на свидания не ходи с другой Oй как ты мне нравишься, oй oй ё ёй Я уже вовсю трясла плечами, поднимая руки, стреляла глазками. Веселая плясовая мелодия громко разносилась по поляне. Дир улыбался открыто, покачивая головой в такт, прищурив глаза. Я почувствовала ногами тепло, словно теплый ветерок прошелся. Глянула мельком, охнув: поляну стали заполнять цветы. Поле после боя было покалечено, местами даже не было травы, лишь голая земля, сейчас же, из земли пробивались цветы. Я расплясалась, взяла подол в руки, подойдя ближе к мужьям, посмотрела на Дриада: Я умею чуточку колдовать Я хитро улыбнулась, затрясся плечами. Сети мои крепкие тебе не разорвать С чарами не справишься, век ты будешь мой Oй oй как ты мне нравишься, oй oй ё ёй Дар восторженно смотрел, кивая на каждое слово. Снова посмотрела на Вара: Все девчонки бегают за тобой Что же тут поделаешь, если ты такой Я бы тебя спрятала в роще за рекой Oй oй как ты мне нравишься, oй oй ё ёй, Я закружилась в танце, чувствуя в теле мощь и силу, вдохновение и азарт, веселье, впадая в экстаз: – Девочки! Танцуем! – крикнула громко, обращаясь ко всем сидящим женщинам. Ко мне стали выбегать женщины: молодые, взрослые – все! Рядом уже во всю отплясывала Веледа, с ума сводя своими рыжими локонами Файгара и Артиаса. Откуда-то взялись музыкальные инструменты, слышались рядом мужские басистые голоса, вокруг меня танцевали и женщины, и мужчины. Оборотни что-то выкрикивали, смеялись, поднимали и подкидывали хохочущих волчиц, крутя вокруг себя, я слышала песни, хлопки в ладоши, визги радости, свисты мужчин. Я крутилась вокруг себя и вместе с Веледой, танцуя под незнакомые, но веселые песни. Я была абсолютно счастлива. Я была Луной: цельной, настоящей, собой. И тут я почувствовала руки моего короля. Он сзади меня обнял, прижался, утыкаясь носом в висок, шумно втягивая воздух, тяжело дыша, упираясь своим членом горячим мне в поясницу. Повернула голову, встречаясь губами в откровенном и страстном поцелуе. Кругом слышался крик восторга, свист, хохот женщин. Слезы радости потекли по щекам. Вар выдохнул протяжно в рот, чувствуя тоже восторг и радость за то, что у нас получилось, и это трудно было удержать в себе. Я закрыла глаза, кружась в танце, целуясь с любимым мужчиной. Миг, руки Дриада на талии, крепкий обхват, горячие ладони, я его чувствую по запаху, по крепким рукам, его губы, поцелуй. Услышала неимоверно потрясающую мелодию, разомкнула глаза. Играл мой Дирегар, я тоже это знала, потому что чувствовала их. Дир играл на виоле. Инструмент напоминал земную скрипку, Дир был хорош: мужественный и сильный, и красивый, он стоял у стола и самозабвенно играл. Мелодия полилась, мужчины захватили женщин в пары и закрутили в медленном танце. Дирегар смотрел на меня, не отрываясь, и играл, я знала – это для меня. Ни Варгар, ни Дриад не стали меня приглашать танцевать, мы стояли перед Диром и слушали. Вар обнял меня за талию, Дриад переплел наши руки, трогая нежно мои пальцы. – Во всех мирах, во всех жизнях, ты одна, моя Луна, моя красавица, единственная и любимая. Это музыка для тебя! Вся моя музыка для тебя! Я слушала мысленно Дира, и сердце моё пело. Рядом с нами встали Файгар, Веледа и Артиас. Дирегар доиграл. Я подошла к мужу. – Люблю тебя, моя ночь. Музыка прекрасна. Спасибо, Дир. Мы обнялись, я уткнулась Диру в плечо, а мелодия всё звучала и звучала во мне. Повернула голову, чувствуя чей-то взгляд. На утёсе стояла Богиня радости и созидания. На том месте, где недавно ещё я росла огромной волчицей, стояла и улыбалась мне Богиня. Я закивала ей. – Ена, ты кого-то видишь? – спросила меня Веледа, провожая мой взгляд. – Там Богиня, да, вижу, – тихо ответила я. – Тебе идет моё платье, дарю! – ветерок донёс слова Богини. – Спасибо! Спасибо! – у меня не было слов. Вот как передать благодарность, если сердце трепещет и в горле спазм от слез благодарности? Я руки приложила руки на груди. – Я чувствую всё, вижу тебя! Ты моя любимица, будь счастлива, Альвена! Богиня исчезла, платье моё покрылось серебряной дымкой, переливаясь на солнце. – Луна! Королева! Вуди! Вуди! Вуди! – скандировали мужчины, топая ногами, в такт отбивая хлопки. Женщины хихикали, закрыв рот ладошкой. Я посмотрела на жителей: раскраснелись, в глазах светился азарт и радость, – они были довольны. – Что за Вуди? – спросила я мужей. – Нам желают страсти, любовь моя, детей, огня на ложе, – сказал Варгар. – Поняла, как им ответить, что я только – за. – Ена?! Такого нет ответа у женщин, – усмехнулся Варгар. Я раскрыла руки в стороны, подняла их над собой и стала выкрикивать: – Да будет Вуди во всех любящих семьях! Вуди! Вуди! Вуди! Сначала жители впали в оторопь, предполагаю, что это принято было лишь произносить от лиц мужского населения, но меня несло, и эту лаву огня и безрассудства во мне уже было не остановить. Секунда молчания и все подхватили: – Вуди! Вуди! Вуди! Я развернулась к мужьям и первого, кого увидела, а это был мой Дриад, поцеловала. Не стесняясь, не скрываясь. Моя свадьба! Свадьба, о которой я даже не мечтала, боясь фантазировать о таком.