Глава 12

Мужчины сильнее физически и менее подвержены влиянию эмоций. Им присущи расчётливость и хладнокровность. Хотя есть и женщины, обладающие этими качествами, но это исключение, а не закономерность.

В большинстве своём мы всегда готовы отдать последнее ради любимых. Отдать всю себя. Пожертвовать свободой, счастьем, едой – и всё на благо ближнему. Мужчины так не делают. Они эгоистичнее нас. Всегда берут то, что хотят, не думая о том, как их действия скажутся на других.

А мы готовы на всё ради любимых людей. Готовы предать свои мечты и посвятить жизнь любимому человеку. И при этом мы забываем, что раствориться в мужчине – означает уничтожить свою личность. Сбиться с курса – просто. Потерять себя – ещё проще.

Вот чего я боюсь. Боюсь, что Дерек окончательно сотрёт мою личность. Да, он тоже бурно реагирует на меня, но при этом всё же остаётся собой. А вот я уже не уверена, что от прежней Норы что-то ещё осталось.

Вот, кстати, о Дереке. Ну и где он? Уже половина одиннадцатого, а он и носа не показывал в моей комнате. Неужели забыл про своё обещание? Что и требовалось доказать.

Выхожу из комнаты и иду к нему, но Дерека там нет. Обхожу кабинет, библиотеку, кухню, гостиную, снова поднимаюсь наверх и заглядываю в спальню Босса, чем вызываю недовольство Эдриана. Он шикает на меня и показывает на спящую Изабель. Шёпотом спрашиваю, не видел ли он Дерека. Эдриан шёпотом орёт, чтоб я вышла.

Ладно, посмотрю на улице. Может, он проверяет ребят на постах. Захожу в комнату за курткой и выхожу из дома.

Медленно обхожу дом вокруг. Крадусь от колонны к колонне, не хочу лишний раз объяснять каждому встречному, зачем я выперлась в такой час на улицу. И правда – зачем?! Чтоб найти Дерека… М-да. Чего мне в комнате не сиделось? Ну забыл он про меня – и что? Его и тут не наблюдается. Может, он вообще куда-то уехал и ещё не вернулся.

Повожу плечами. В конце февраля ночи всё ещё холодные, хотя снег уже сошёл. В саду даже высадили новую траву. Такая зелёная, аж в глазах днём рябит. Бреду в сторону склада. Вряд ли сейчас я там на кого-нибудь наткнусь.

Склад состоит из пять построек, соединённых между собой бетонными дорожками. Между ними земля, густо засаженная травой. Так же бетон покрывает землю на метр вокруг каждого здания. Интересно, зачем? При свете дня вся эта конструкция выглядит немного мультяшно, а ночью – жутко. Иногда прихожу сюда днём, когда хочется побыть одной, но в ночное время я здесь впервые.

Меня привлекают голоса. Огибаю первое здание и столбенею от увиденной картины. Мужчина стоит на коленях и плачет. Его руки связаны за спиной. Он без одежды и весь в крови. Дерек стоит напротив него с окровавленным ножом в руке, а сбоку от мужчины стоит Андреа, направляя на пленника пистолет.

Прячусь за угловой выступ стены. Обзор отсюда не очень хороший, зато меня не видно, но я могу всё слышать.

– Что ещё ты рассказал Кайлу? – спрашивает Дерек.

– Больше ничего, клянусь.

– Хочешь последовать за ними?

– Нет, пожалуйста! Я говорю правду!

– Вот ведь незадача, – Дерек усмехается. – Я не отличаюсь доверчивостью.

Скольжу глазами в сторону и зажимаю рот рукой, сдерживая всхлип. На траве, чуть поодаль от мужчины, распластаны два трупа. Ощущение, что с верхней части тел содрали кожу. Я знаю, что это не так. Знаю, что их просто изрезали, поэтому так кажется, но ничего не могу поделать с подступающей тошнотой.

– Я сказал всё, что знаю. Прошу…

– Ну раз ты просишь, как я могу тебе отказать.

Дерек наклоняется и перерезает пленнику горло. Закрываю глаза. Когда открываю их, мужчина уже лежит на земле. Мёртвый.

– Без толку, – цедит Дерек. – Столько времени впустую. Кайл сливал информацию не только Карлосу, чтоб его.

– Есть подтверждения? – спрашивает Андреа.

– До хрена. Ладно, продолжайте искать. Скажи ребятам, пусть приберут здесь. Я пойду. Принцесса заждалась.

– Хорошо, Босс. Рад, что у вас с ней наладилось.

БОСС?!

Судорожно втягиваю воздух и отхожу на два шага. Под ногой раздаётся хруст. По-моему, слишком громкий, потому что в следующую секунду Дерек возникает передо мной. С чёрных перчаток капает кровь. Он снимает их и, не сводя с меня глаз, бросает на бетонный пол.

– Нора, – Дерек качает головой. – Как опрометчиво. И давно ты здесь стоишь?

– Почему он назвал тебя так?

– Как назвал?

– Не держи меня за дуру! Почему он назвал тебя так?!

В его глазах появляется холодный блеск. Пячусь, но сразу же врезаюсь в стену. Это не может быть правдой. Не может! Как такое возможно?! Наверное, Андреа имел в виду, что Дерек – младший босс? Но все же зовут его просто «шеф», в том числе и Андреа. Мозг отчаянно сопротивляется, цепляясь за какие-то логичные объяснения.

Скольжу взглядом по его лицу и охаю: маска спала, от непрошибаемости не осталось и следа. Жестокость, опасность и желание причинить вред – вот что я вижу.

– Ты… ты Босс?

– Молодец, принцесса. Сложила два и два, получила четыре. Но у тебя хреново с арифметикой. Формально Босс не я.

– А на деле?

– На деле ты вляпалась в дерьмо.

Шприц поблёскивает в лунном свете. Не успеваю даже дёрнуться, Дерек оказывается рядом и крепко прижимает меня к себе.

– Я ничего не видела, не слышала… Пожалуйста…

– Поздно, принцесса. Отдыхай.

Игла легко и быстро находит свою цель. Как тогда – при первой встрече.

Темнота, привет. Давно не виделись. Как ты без меня? Скучала? Прости, не могу сказать того же. И вообще, мне, кажется, пора. Надеюсь, встретимся ещё не скоро.

Хриплю, медленно разлепляю глаза и с трудом поднимаю голову. Паника накатывает сразу же, когда понимаю, где нахожусь. В его «коробке». В игровой комнате. Мои руки прикованы к ремням, которые свисают с потолка. Натяжение такое сильное, что, даже находясь без сознания, я стояла прямо. На запястьях ощущаю стальную хватку наручников. Ноги широко расставлены и закованы в кандалы. Я распята в позе звезды. Одежды на мне нет.

Дерек стоит прямо передо мной. Его руки спрятаны за спиной, на губах блуждает та самая усмешка. Безумный учёный поймал диковинную несмышлёную зверюшку и скоро начнёт проводить опыты. Хочется кричать, но я только беззвучно шевелю губами.

– Плохая принцесса.

– Дерек, пожалуйста…

– Подслушивать нехорошо. Я же говорил, чтоб ты не совала свой нос, куда не просят. Предупреждал, что наказание будет ужасным. Почему ты никогда меня не слушаешь?

– Я случайно. Отпусти меня. Пожалуйста.

Он отрицательно качает головой.

– Что… что ты сделаешь со мной? Отпусти, прошу!

– Нам надо поговорить, принцесса.

– Разве так разговаривают цивилизованные люди?!

– Ты не понимаешь по-хорошему.

– Дерек, это безумие! Освободи меня сейчас же!

– Тебе нужны ответы или нет? Ты получишь ответы на все свои вопросы, но только при одном условии.

Шумно втягиваю воздух.

– И каком же?

Он вытаскивает руки из-за спины, и я чувствую, как холодный пот прошибает тело. У него в руке плётка. Нет, не такая, какую мы использовали. Совсем нет. Это даже не плётка, это кнут. Дерек скрутил его, аккуратно удерживая пальцами. Он из грубой кожи, весь в острых и длинных шипах.

– Дерек, нет!

– Хорошо подумай над вопросами, принцесса. Ответы будут болезненными.

– Нет! Я не хочу ничего знать! – визжу так, что уши закладывает. – Я ничего не видела! Ничего не слышала! Мне всё приснилось! Я буду молчать! Дерек! Слышишь?! Меня там не было! Не было! Это не моё дело! Мне всё равно! Будь ты хоть сам дьявол! Мне показалось! Тебя там тоже не было! Чёрт побери, Дерек! Отпусти меня! Пожалуйста!

Он улыбается и наклоняет голову набок, изучая моё лицо.

– Нет! Нет! Кролик! Кролик!

Громкий смех разносится по комнате. Бесполезно. Он не отпустит меня. За свою неосторожность я, возможно, расплачусь жизнью.

– Ох, Нора, – говорит он, перестав смеяться. – Я ещё не сделал ничего, а ты перепугалась так, что чуть не обделалась. Видела бы ты своё лицо.

– Я не скажу никому, – скулю. – Не о чем рассказывать. Я ничего не видела и не слышала. Мне показалось. Или приснилось. Может, я вообще с ума сошла, и у меня начались галлюцинации. Дерек, пожалуйста!

– Конечно. Не скажешь. В этом ты права. Но поговорить нам всё же придётся.

– Освободи меня.

– Ты не в том положении, чтобы ставить условия. Итак, твой первый вопрос. Почему Андреа назвал меня так?

– Я не хочу знать, – мотаю головой. – Мне всё равно.

– Правда? – он прищуривается. – Я воспользуюсь этим, – Дерек разжимает пальцы, и кнут предстаёт во всей красе. Смотрю на шипы. Внутренности медленно скручивает жгутом. – Только в одном случае: если ты соврёшь мне. И ты врёшь сейчас.

Он отводит руку, а я зажмуриваюсь. Раздаётся долгий, рассекающий воздух свист – и острая боль пронзает бёдра. Ору, будто меня режут по живому. Отчасти так и есть. Опускаю голову вниз и вижу, как струйки крови стекают по ногам.

Дерек подходит вплотную, запускает ладонь мне в волосы, оттягивая мою голову назад, и медленно проводит кончиком языка по моей шее.

– У страха есть запах, – шепчет он, обнюхивая меня. – Человек начинает пахнуть по-другому, когда боится. Ты сильно напугана, принцесса, – Дерек отпускает мои волосы, смачивает палец слюной и осторожно вводит его в меня. – Нора, – его глаза вспыхивают. – Ты не сухая.

Он вытаскивает палец, облизывает его, затем садится на корточки и касается языком ран на моих бёдрах. Шиплю и опускаю голову. Дерек слизывает кровь, засасывает каждую ранку. Это одновременно и жутко, и мерзко, и… возбуждающе. Издаю слабый стон. Ненавижу себя за это. И его тоже ненавижу. Ублюдок!

Он резко встаёт, нежно берёт меня за горло и выдыхает мне в губы:

– Лучше начинай задавать вопросы, иначе…

Дерек убирает руку и отходит. Он не говорит, что «иначе», а я не спрашиваю. Не хочу знать. Дерек убил троих сегодня и всадил в меня шипы. Он сейчас сам не свой.

– Итак, твой вопрос.

Моргаю, глядя на него сквозь слёзы. Его грудь вздымается, а взгляд полыхает огнём, отчего кажется безумным. Он уже стоит далеко, но я до сих пор чувствую его горячее и тяжёлое дыхание. Дерек скользит глазами по моему телу, и я понимаю, что он себя еле сдерживает. Боже… он возбудился от того, что ударил меня этим кнутом. Сильно возбудился. Ему хочется сделать это ещё раз. Да, он же говорил, что показал мне не всё. «Такое тебе не понравится», – так он сказал. А ему? Неужели ему это нравится?! О, да. Ему не просто нравится. Я впервые вижу его таким. Лучше начинать говорить. Нужно как-то отвлечь его. Тем более я хочу знать правду.

– Ты Босс?

– Скорее нет, чем да.

– Что это значит?

– Босс в семье один. Хотя история помнит и такое, что семьёй управляли аж три человека. Формально Эдриан – Босс. Но решения, связанные с бизнесом и делами семьи, мы принимаем вместе. Эд не может делать то, с чем я не согласен.

– Почему?

– После смерти Лоренцо было голосование. В голосовании принимают участие капо. Голоса разделились поровну. В таком случае голосует подручный. Но я и был подручным, какая ирония. Я никогда не хотел быть Боссом. В отличие от Эдриана. Решение было простым. Привлекать к голосованию кого-то ещё мы не хотели, хотя это было бы правильно.

– То есть вы…

– Мы просто скрыли факт разделения голосов. Эд очень ревностно относится к тому, что кто-то может выбрать не его. Это ущемляет его эго. Представь, как он был зол. Эд не захотел привлекать кого-то ещё, потому что тогда бы обнародовался факт того, что он не является авторитетом для всех без исключения. О, как его это взбесило! Я сказал, что с удовольствием отойду в сторону. Мне должность Босса даром не сдалась. Это его ещё больше вывело из себя. Я готов был уступить, но он не хотел подачек. Мы ещё раз собрались вшестером и сошлись на том, что формально Эд станет Боссом. Ребята выдвинули лишь одно условие.

– Какое?

– Что мы с ним на равных. Об этом знают лишь приближённые. Официальная версия гласит, что большинство проголосовало за Эда.

– А кто проголосовал за тебя?

– Альберто и Орландо.

Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться.

– Значит, Альберто тоже в курсе. Кто ещё?

– Только те, кто голосовал: Альберто, Орландо, Фабио, Брайан. После смерти Орландо, Эд назначил Андреа на его место. Как ты уже поняла, он теперь всё знает. И ещё Эльза. Она единственная из девушек в курсе. Она же намекала тебе. Не прямым текстом, но всё же.

В голове начинают складываться пазлы: то, как он себя ведёт со всеми и… Но было же столько моментов, которые не оставляли сомнений, что Эдриан – единственный, кто принимает решения в этом доме! Они пустили мне пыль в глаза, обманули. Они скрыли правду от всех. Дерек – не правая рука Эдриана, он наравне с ним. Как это вообще возможно?

–Ты врал мне. Все мне врали.

– Не драматизируй. Никто, кроме тех, кого я назвал, не знает, как обстоят дела на самом деле. А теперь ещё и ты, – Дерек приближается и дотрагивается пальцами до моего лица. – Не сможешь удержать язык за зубами, мне придётся тебя убить.

Дёргаю головой в сторону. Он отходит от меня.

– Ещё вопросы?

– Если решения вы принимаете вместе, значит, вы оба решили взять меня в Нью-Йорк?

– Нет. Я был против. Эд сказал, что оставит тебя в Ниагара-Фоллс только при одном условии: если трахнет прямо сейчас. Он был пьян и сделал бы это даже против твоей воли. Я вколол тебе второй шприц, потому что знал, что, если ты будешь в отключке, он к тебе не притронется. Эдриан взбесился. Он считал, что ты была бы не против поразвлечься с ним. Долго орал, что я обломал его планы на утро. Я ответил, что вряд ли кто-то с радостью раздвинет ноги перед убийцей брата. Эд захотел доказать мне, что я ошибаюсь. Сказал, что сделает всё для того, чтобы ты отдалась ему добровольно. Желание обладать тобой с твоего согласия переросло в навязчивую идею. Поэтому тебя всё-таки забрали.

– И ты не помешал ему?

– Я должен был убить своего друга? Только это бы его остановило. К тому же, – он усмехается. – Отчасти я и сам хотел, чтобы ты поехала с нами.

– Почему?

– Я же говорил тебе. Как только увидел тебя, сразу захотел.

– Тогда почему был против, чтобы меня увезли в Нью-Йорк?

– Ты была не из нашего мира. Чужая.

Чужая, значит. Усмехаюсь.

– Когда я стала жить у вас, ты даже виду не подавал, что я тебе нравлюсь.

– Ты и Эду нравилась. Со стороны казалось, что это взаимно.

– А почему постоянно отталкивал меня?

– Мне от тебя башню рвало. Это пугало до чёртиков.

Фыркаю. Смотрите-ка, какой пугливый! Неожиданно в голову стреляет мысль, и я чувствую, как тело начинает покалывать.

– Условие разделения дня и ночи… Получается, вы вместе это придумали?

– Не совсем. Мы правда тогда сильно повздорили. Я не врал тебе. Это не было дружеским соглашением или дурацким пари.

– Чем же тогда? Неужели это был «приказ Босса»? Ребята говорили, что ты подчиняешься только прямым приказам. Сплошная ложь! Разве он может тебе приказывать? Ведь нет же! Вы же на равных, ты сам сказал.

– Формально – может. На деле – нет.

– Значит, ты мог не соглашаться на это!

– Мог, но тогда мы бы сейчас не разговаривали. Эд угрожал мне расправой.

– Объясни. Что значит «угрожал расправой»?

Дерек достаёт пистолет, подходит и направляет дуло мне в лоб.

– Бывают случаи, что, зайдя в комнату с другом, ты можешь оттуда не выйти. Я бы не вышел, если бы отказался, – он убирает пистолет.

– Ты же говорил, что тебе плевать, будешь ты жить или умрёшь.

– Именно после этого случая и стало плевать окончательно. Неприятно, когда друг всерьёз готов прострелить тебе башку. Эд был готов. Он сделал бы это без колебаний, по глазам видел.

Жалкий лгун! Он держится за жизнь, как и все люди. Эти разговоры о том, что он готов умереть в любой момент – просто бравада. Пыль в глаза. Нужно узнать больше.

– Что было бы, если бы мы провели ночь в разных комнатах?

– Он бы пришёл к тебе сам.

– А ты? Что стало бы с тобой?

– Я бы не проснулся. Эд убил бы меня, а потом пошёл бы к тебе.

– Но ты хотел уйти. После того, как Эльза стреляла в воздух.

– Ты боялась меня и истерила. Лучше уж перерезанное горло, чем женские визги.

Прикрываю глаза. Очередное бахвальство. Его самоуверенность просто зашкаливает. Они оба психи. А я просто была для них желанным трофеем. Нужно узнать всю правду, раз уж представилась такая возможность.

– То есть решения, связанные с бизнесом, он без тебя принять не может, а в остальном творит что хочет?

– Он всё же Босс, – Дерек пожимает плечами.

– Ты только что говорил, что вы на равных! Что за фигня такая? Я ни черта не понимаю! Ты кормишь меня очередным дерьмом! Я должна сожрать это?! Поверить в то, что в серьёзных делах он с тобой считается, а в том, что касалось меня, ты плясал под его дудку? Как по мне, так это ты забрал меня! Вы разыграли этот спектакль, чтобы я в тебя влюбилась, потому что ты так захотел. Только вот я не люблю тебя больше. Да и любила ли вообще? Это была не любовь, а помешательство. Да, помешательство! Я не люблю тебя! Никогда не любила! Я просто тебя боялась! А потом мне просто нравилось с тобой трахаться. Но теперь я не чувствую ничего. Я ничего к тебе не чувствую… Босс, – выплёвываю последнее слово, будто брызгаю ядом. – Я презираю тебя! Ты урод. Убийца! Извращенец! Ничтожный лгун! Ты противен мне, слышишь?! Я не хочу тебя больше! Не хочу быть с тобой! Не люблю! Мне смотреть на тебя противно!

Да, я вру, и он это прекрасно знает. Чувствует, что даже сейчас, говоря все эти слова и ненавидя его за то, что он приковал меня и причинил боль, я продолжаю его любить. Да и как не почувствовать ложь, если всю жизнь с ней сталкивался?

Стискиваю зубы, ожидая расплаты за своё враньё. Свист – и в глазах чернеет. Собственный вопль оглушает. Судорожно дышу, пытаясь справиться с пульсирующей болью.

– Проблемы с доверием? – Дерек прищуривается. – Я не вру тебе. Не ври и ты. Да, важные решения мы принимаем вместе. Думаешь, ты была настолько важна? Нет, Нора. Он просто хотел сделать тебя своей игрушкой. Как и многих других. Эд делает что хочет, если это не относится к семейному бизнесу. Ему не нужно моё разрешение, чтобы потрахаться, нажраться или что-то ещё. Это его прихоти, я не лезу в его личные дела. Меня это не касается. Но в случае с тобой я впервые влез. Мне было не всё равно. Сразу, как тебя увидел, понял, что не смогу остаться в стороне. Я говорю правду. И не называй меня так. Я не Босс.

– Но Андреа тебя именно так назвал.

– И уже наказан за это.

Испепеляю его взглядом.

– Ну раз всё так, тогда объясни, почему он уступил меня тебе? Если это не было исключительно твоим желанием, то что тогда? Объясни! Потому что я начинаю думать, что это было шоу, организованное специально для меня – наивной дурочки.

– Говорил же. Эдриан не любит строптивых. Ему нужно, чтобы женщина его боготворила. А ты заладила: «Дерек, Дерек». Ещё и припёрлась ко мне. Он ужасно взбесился, хоть и не был влюблён в тебя. Ему всё больше и больше нравилась Изабель. Тебя он просто хотел трахать, не более. Хотел, чтоб ты добровольно стала его личной шлюхой и…

– Ты врёшь! Врёшь! Зачем тогда это было нужно?! Всё это обучение?! Если он хотел сделать меня своей шлюхой… Ведь нет же! Он хотел, чтобы я работала на него!

– Правда считаешь, что я вру? Покопайся в памяти и вспомни, кем он предлагал тебе работать до того, как ты несколько раз его отшила и оскорбила. Только поэтому он решил начать твоё обучение. Если б ты была более покладистой, то просто танцевала бы. А потом он бы дал тебе выбор.

– Объясни!

– Эд дал бы тебе самой решить: обслуживать только его либо всех, на кого он покажет пальцем. Согласись, первый вариант звучит куда лучше. Он был уверен, что при таком раскладе ты согласишься стать только его. Но всё пошло не по плану. И он придумал новый план. Чуть позже он предложил Изабель стать его любовницей. А когда ты сказала, что шагнёшь с балкона, я… Я не спал тогда. Уложил тебя и поехал к нему. Сказал, что сам его убью, если он всё не отменит. Эд долго смеялся, потом сказал, что ему уже в принципе плевать, и я могу делать с тобой всё, что захочу. Не знаю… Я не знаю, почему он так легко отступил. Видимо, всё вместе наложилось. Я правда не знаю. Эд непредсказуем во многих моментах, так что у меня нет однозначного ответа на этот вопрос.

– Да, я помню, Изабель всегда была рядом с ним. Ещё помню, он бесился из-за тебя. Несколько раз выговаривал мне что-то. И в клубе он разозлился, что я тебя упомянула. Даже показалось, что он ревнует.

– Не показалось. Эд сразу понял, что ты мне нравишься. Он не любит, когда зарятся на его игрушки. Это выводит его из себя, и он становится не совсем адекватен.

– Скажи уж лучше: абсолютно неадекватен, – усмехаюсь. – Ну да, всё так и было. А потом он понял, что и ты мне тоже нравишься, – киваю. – По-моему, он понял всё намного раньше нас.

Дерек улыбается. Кошусь на кнут. Я всегда знала, что он опасен. Теперь понимаю, что не только для окружающих, но и для себя тоже. Он дважды всадил в меня металлические шипы, а сейчас улыбается мне. И он возбуждён. Да, Дерек говорил, что болен. Теперь я сама это вижу.

– Тебе нравится всё это? – шепчу. – Правда нравится? Убивать? Калечить? Решать судьбы других людей?

– Я не выбирал такую жизнь. Моя очередь задавать вопросы. И помни про кнут.

Да уж как про него забыть? Бёдра полыхают изнуряющей болью. Кровь ещё течёт по ногам. Руки ломит так, что зубы сводит. Я не протяну долго в таком положении.

– Я задам всего один вопрос. Ответь честно. Ты всё ещё хочешь выйти за меня?

– Я… не знаю.

Зажмуриваюсь в ожидании удара, но вместо этого ощущаю, как его ладони накрывают мою правую руку. Секунда – замок щёлкает, и рука безвольно падает вниз. Дерек освобождает другую руку и переключается на ноги. Пытаюсь вцепиться в его плечи, но руки не слушаются. Он наклоняет меня на себя. Едва бёдра касаются его плеч, шиплю от боли. Смотрю, как его рубашка пропитывается кровью.

– Прости за это, – тихо произносит он. – Следы должны были остаться. Андреа тебя тоже видел и слышал. Эд уже в курсе. Все они в курсе. Я сразу же забрал тебя сюда, чтобы всё не стало ещё хуже.

– Ты поэтому вколол мне эту хрень? Сколько я была в отключке?

– Около двух часов.

– Сейчас ещё ночь?

Он кивает и освобождает вторую ногу. Стону, чувствуя, как восстанавливается кровоток.

– Надень завтра что-то короткое, чтобы все увидели, что я провёл с тобой беседу. Будь со всеми милой и делай вид, что ничего не случилось. Я сказал, что сам разберусь с тобой. Никто не причинит тебе вреда, даже пальцем тронуть не посмеют, иначе будут иметь дело со мной. Но они должны быть уверены, что ты будешь молчать. И ты будешь молчать. Я поручился за тебя. Не подведи нас, принцесса. Сделай завтра всё правильно. А сейчас тебе нужно поспать.

Дерек придерживает меня за талию, встаёт и подхватывает меня на руки. Заносит в ванную, ставит под душ. Держусь за стену, пока он избавляется от одежды и обуви. Кожа горит от распирающей боли. Он моет меня, вытирает насухо, обрабатывает раны на бёдрах, несёт в комнату, укладывает меня под одеяло и идёт к выходу из спальни.

– Ты куда?

Он оборачивается.

– Не думаю, что ты хочешь спать со мной в одной кровати.

– И где ты будешь спать?

– На диване.

– Ложись.

Откидываю одеяло. Дерек колеблется несколько секунд, потом устраивается рядом. Лежу и глотаю слёзы.

– Почему ты плачешь?

– Потому что несмотря на всё это, я люблю тебя. Потеряла себя, понимаешь?

– Нора, – он вздыхает. – Спи.