Глава 11.

К арт-директору Ника попала только во второй половине дня. Анжелика Геннадьевна в этот раз была в своем кабинете и обсуждала планы на вечерние шоу круиза с режиссером.

– Да, нам несказанно повезло с аниматорами в этом году, одна Трякина чего стоит. С таким актерским составом мы можем замахнуться на нечто грандиозное, - довольно говорил невзрачный мужчина в старомодных очках.

- Так, Трякину не трогать, - жестко отрезала Линник.

- Побойтесь бога, матушка, - режиссер изобразил пред инфарктное состояние, -  лучшая актриса в нашем распоряжении, а вы: «Не трогать»?

- Валентин Эдуардович, - проигнорировала возмущение мужчины арт-директор, - Трякина на этом корабле только потому, что я пообещала не нагружать ее на сцене.

Она выдержала паузу, спокойно наблюдая, как режиссер хватается за сердце.

- Но на некоторые роли я ее уговорю, - уже с улыбкой закончила Анжелика, а Валентин Эдуардович облегченно выдохнул.

В этот момент они заметили Нику, неуверенно топтавшуюся возле входа.

- Здравствуй Вероника, проходи, - обрадовано сказала арт-директор, вставая из-за стола и проходя к фотографу, - это та девушка, о которой я вам рассказывала, Валентин Эдуардович.

Ника удивленно вскинула брови, а режиссер заинтересовано поправил очки и пристально вгляделся в лицо девушки. Цветочкина поняла, что от нее что-то хотят, и забеспокоилась, предчувствуя, что это ей не понравится.

- Да, я фотограф, могу сделать отличные фото и видео спектакля - затараторила девушка, - а сейчас я пойду, наверное, вы же заняты, - и попыталась выскользнуть из кабинета.

Но не тут-то было, ее уже крепко обнимала за плечи Анжелика Геннадьевна, да так, что не вырваться, женщина хоть и была стройной, но выше Ники на полголовы.  Ласково улыбаясь, Линник подтолкнула краснеющую от досады девушку вглубь кабинета.

- Ну что ты Вероника, ты нам как раз и нужна, правда, Валентин Эдуардович?

Режиссер вдруг упал перед Цветочкиной на одно колено, протянул ей руки и проникновенно сказал:

- О, донна Анна…

Ника почувствовала, что инфаркт сейчас будет у нее.

А мужчина тем временем поднялся и, посмеиваясь, обратился к арт-директору:

- Вы Анжелика Геннадьевна, как всегда правы. Прекрасные данные, девушка замечательно подходит для нашего Пушкинского вечера.

Арт-директор удовлетворенно кивнула режиссеру и обратилась к Нике:

- Поздравляю, ты участвуешь в спектакле «Каменный гость», с сегодняшнего дня у тебя репетиции в концертном зале.

- С пяти до семи, - добавил Валентин Эдуардович, - не опаздывай.

Ника медленно кивнула и попятилась на выход, но уже в коридоре она очнулась и, спохватившись, быстро вернулась назад.

- Но я не могу в спектакле, я не актриса, от слова «вообще».

Анжелика Геннадьевна иронично изогнула бровь и сказала режиссеру:

- Здесь кое-кто сомневается в нашем профессионализме, Валентин Эдуардович.

- Это временно Анжелика Геннадьевна, - режиссер кивнул Нике, - ступайте детонька, вечером увидимся.

Вечером Ника обессиленная после затянувшейся репетиции буквально приползла в свою каюту. После душа усталость отступила, но появилась новая проблема: девушку мучало желание пойти на верхнюю палубу в надежде снова встретить там капитана, но она не решалась, боясь выглядеть навязчивой. За ее метаниями задумчиво наблюдала Алена, в этот вечер сидящая в качестве разнообразия к Нике лицом.

Внезапно Алена заговорила:

- Это не мое дело, конечно, но я должна тебя предупредить, - довольно интригующе начала разговор девушка, - на нашем корабле запрещены любые интимные отношения с пассажирами и персоналом.

Ника все свое внимание обратила на аниматора.

- Здорово. Но какое отношение это имеет ко мне? – блондинка напряглась, подумав, что возможно ее кто-то видел наедине с капитаном.

- Все говорят, что ты заигрывала с пассажирами возле ресепшена сегодня, - Алена говорила и внимательно следила за реакцией девушки на эти слова.

Ника вспыхнула от негодования. Она резко спросила:

- Кто говорит? С какими пассажирами? Я делала свою работу и общалась с людьми, приглашая их на фотосессию, - ее голос звенел от возмущения, - я ни с кем не заигрывала!

- Эти слухи распустили девчонки-администраторы. Так это не правда?

- Аааа, эти две кобры, теперь все понятно, я с ними еще в первый день сцепилась, теперь мстят, су….тулые.

Алена задумчиво разглядывала Нику, а та вскочила и бегала по комнате, возмущенно пыхтя. В конце концов, она остановилась и беспомощно спросила Алену:

- Ну, вот что теперь делать? Как доказать что я ничего такого не делала?

- А никак, - спокойно ответила Алена, - сплетни все равно будут, просто наплюй.

Ника опять присела на кровать и сказала:

- Ну почему всегда так? Постоянно про меня всякие сплетни ходят. Я похожа на деваху с низкой социальной ответственностью?

Алена с легкой, немного лукавой улыбкой ответила:

- Вообще ты производишь впечатление легкомысленной блондинки, одеваешься смело, улыбаешься всем подряд.

- Улыбаюсь я всем, потому что у меня работа такая, одеваюсь так временно, ты сама знаешь почему – видела мою униформу, а блондинка я натуральная и перекрашиваться не собираюсь, - на последних словах Ника выпятила упрямо подбородок и, насупившись, сложила перед собой руки.

- Забавная ты.

Алена со снисходительной улыбкой смотрела на Нику, а та удивленно-обиженно спросила:

- Почему это?

- Я поначалу решила, что ты пустышка смазливая, а оказалось что ты просто еще ребенок совсем, несмышленыш.

- Ну, вот еще скажешь «ребенок», я Мать! – гордо ответила обиженная девушка.

- Ого, у тебя есть малыш? – Алена шокировано округлила глаза.

- Да у меня сын, Ванька, - с достоинством сказала Ника

- И сколько ему?

- Уже шесть.

- Во сколько лет же ты его родила? - вопросы соседки были все более бестактными, но Ника не обращала на это внимание, она слишком соскучилась по общению.

- Я родила его в восемнадцать лет, и соответственно мне сейчас двадцать четыре. А тебе сколько? – Ника поудобнее уселась на своей кровати сложив ноги по-турецки, настраиваясь на долгий разговор по душам.

Алена также зеркально села на своей кровати.

- Мне тоже двадцать четыре. Никогда бы не подумала, что мы ровесницы, ты выглядишь гораздо младше. И как ты решилась на ребенка в таком возрасте?

- Про возраст ты лукавишь, сама выглядишь на шестнадцать. А насчет решилась, – Ника пожала плечами, - так получилось, а аборт я бы не смогла сделать, честно говоря, даже мысли такой не возникло.

Алена теперь смотрела на Нику с уважением.

- А какая у тебя история несчастной любви? – спросила театралку Ника.

- А почему ты решила, что у меня есть такая? – Алена удивленно вскинула бровь.

- Потому как ты сидишь, подолгу рассматривая свои постеры, иногда водя пальцем по лицу мужчины изображенного рядом с тобой. Как ты вздрагиваешь, услышав, что на твой телефон пришло сообщение и долго не решаешься открыть его, а открыв, разочаровано и зло отбрасываешь мобильник подальше от себя. Он был женат?

Алена шокировано уставилась на соседку.

- Ого, как ты меня просчитала. Я вроде бы неплохо наношу грим, и никто до тебя не узнавал что на афишах я. Да и актрисой до этой секунды я себя считала неплохой.

- Ты забыла, что я фотограф. И все же от кого ты прячешься?

- От себя, - Алена легла опять на кровать и отвернулась к стенке.

«Не получилось долгого разговора» - разочарованно подумала Ника, пожала плечами, принимая желание девушки больше не обсуждать свою личную жизнь и тихо произнесла:

- Ну, знаешь, подруга, у меня для тебя плохая новость: от себя не спрятаться.