Глава 30.

Зорин рано утром, также как и накануне отправился проверять мальчишку. Хоть вчера Ваня не выходил без сопровождения из каюты, но все равно капитан переживал, что бесенок снова убежит от мамы и ее соседки. Слишком опасно ребенку одному гулять по кораблю. Вадим прошел по коридору, мимо комнаты, где жили Цветочкины, дошел до палубы, где Ваня рисовал на стенах свои шедевры и увидел, как палубой ниже возле взрослых бассейнов мальчик что-то пытается достать из воды.

Глубина там полтора метра, капитан ускорил шаг и уже открыл рот, чтобы окликнуть негодника, как увидел, что рука ребенка соскользнула с ограждения, и он с тихим всплеском булькнул под воду. Зорин перепрыгнул через перила не глядя вниз, даже не почувствовав как при приземлении с высоты более чем три метра повредил ногу, в несколько прыжков оказался в бассейне и поднял напуганного мальчишку над водой.

Капитан вместе с фыркающим ребенком неуклюже вылез из бассейна. Поставил его на ноги и со злостью рявкнул, слегка встряхнув мальчика за плечи:

- Ты соображаешь куда лезешь!? Что ты вообще здесь делаешь один!!!

Ваня в ответ заревел во весь голос. Ну не привык он к тому, что на него кричат.

Мужчина опомнился и с силой прижал к себе рыдающего мальчика.

- Прости ребенок, - прошептал Вадим, - я очень сильно испугался.

- Я сильнее, - всхлипывая, ответил Ваня, обнимая спасителя за шею.

В это время к ним подбежал запыхавшийся охранник, но Зорин взглядом остановил его, поднял Ваню на руки, и сильно прихрамывая, направился в свою каюту, громко хлюпая мокрыми ботинками. Охранник суетливо собрал разбросанные детские тапочки и кепку, догнал капитана и передал ему.

Уже в каюте Вадим закутал ребенка в два больших полотенца, а сам переоделся в сухую одежду. Ваня с опаской посматривал на капитана, хоть тот уже не кричал, но как говорится: «осадочек остался».

Зорин задумчиво рассматривал промокший телефон. Ваня решил, что пора налаживать контакт и сочувственно спросил:

- Сломался?

Вадим Дмитриевич хмуро посмотрел на ребенка, а Ваня сделал самое невинное выражение лица и также сопереживая, продолжил:

- У мамы тоже постоянно ломается.

- И почему я не удивлен? – не удержался от усмешки мужчина.

Капитан отложил испорченный смартфон в сторону и сел перед съежившимся под суровым взглядом мальчиком.

- Так вот значит Вася-Ваня. Ты почему гуляешь по палубе без мамы? – начал воспитательную речь Вадим Дмитриевич.

- Так она спит, а мне скучно, - нехотя ответил ребенок.

- Тебе нужно было ее разбудить, - строго продолжал капитан.

- Я не мог ее разбудить, она плакала ночью, - упрямо насупившись, ответил Ваня.

Шах и мат. Вадим, растеряв весь свой боевой вид, опустил голову. Слышать о слезах любимой женщины оказалось больно.

- Капитан, а как тебя зовут? – не выдержав паузы, спросил Ваня.

- Вадим Дмитриевич меня зовут, - угрюмо ответил мужчина.

- О! Дим Димыч! - восторженно воскликнул мальчик.

- Нет, тогда уж лучше – капитан, - у Вадима дернулся глаз от такого прозвища.

- Было бы неплохо поторопиться, капитан. Мама скоро проснется, увидит, что меня нет и расстроится, - серьезно, совсем как взрослый сказал Ваня.

- Она в любом случае расстроится – ты весь мокрый, - ответил Вадим Дмитриевич.

- Надо феном высушиться, - снисходительно ответил мальчик. Ваню всегда удивляла беспомощность взрослых в некоторых вопросах.

- Часто так сушишься? – снова не сдержал улыбки мужчина.

- Бывает, - пожал плачами маленький разбойник.

Процесс сушки занял не много времени, на ребенке были лишь тонкие футболка и шорты. Для лучшего эффекта капитан их еще и отутюжил. Ваня в это время замотанный в толстые белые полотенца разглядывал капитанскую каюту. Она была гораздо больше их с мамой и Аленой комнаты. И несомненно более солидной. Внимание мальчика привлек большой отполированный письменный стол. Вернее даже не он сам, а маленький желтый человечек на полочке.

Пока капитан был занят его одеждой, Ваня, удерживая на себе полотенца, засеменил к столу. И точно – это же его игрушка!

- Не понял. А что здесь делает мой миньон? – возмущенно воскликнул ребенок.

Капитан обернулся на мальчика и, увидев как тот уже держит игрушку в руках, сильно забеспокоился, что может лишиться своей «прелести».

- Ничего не знаю, теперь он мой, - и Вадим подошел к ребенку и попытался забрать у него желтого человечка.

- Это я ничего не знаю! Я его маме подарил! – не так-то просто отобрать у ребенка любимую игрушку.

- Твоя мама потеряла, а я нашел.

- А я - перенашел!

- Я – первый, - упрямился капитан.

- Первый – горелый, второй – золотой! - а Ваня еще упрямее.

Вадим поднял руки, показывая, что сдается. Капитан поменял тактику, если силой забрать игрушку не получается, надо пытаться договориться.

- Хорошо. Давай обсудим, - уже спокойнее говорил мужчина - этот миньон мне нравится. Он дорог для меня, поэтому давай я у тебя его на что-нибудь выменяю.

Ваня задумался, идея была неплохой.

- Капитанские часы! – воскликнул ребенок, - которые в воде не ломаются.

И показал на запястье мужчины, где красовались дорогие, водонепроницаемые, именные часы, которыми Вадима Дмитриевича наградил вице-адмирал за безаварийную работу на флоте.

Вадим Дмитриевич с тяжелым вздохом потер ладонями лицо.

- А давай я тебе лучше отдам свой бинокль, очень крутая штука, увеличивает в сорок раз! – попытался торговаться с неуступчивым ребенком капитан.

- Часы! Часы хочу, - голубые глаза смотрели упрямо, с вызовом.

«Нет, с этим мальчишкой просто невозможно договориться».

Вадим медленно расстегнул ремешок часов и хмуро протянул ребенку. Тот с победным видом забрал наградные капитанские часы и передал мужчине желтого человечка, которого он тут же поставил на место.

- Давай одевайся, уже, разбойник, - тяжелым взглядом наблюдая за ликованием мальчика, сказал Вадим.

Ваня быстро оделся и спросил:

- А где мой кораблик, кстати?

- Уплыл, - усмехнулся мужчина.

- Куда он уплывет? Он в бассейне остался. Пошли, найдем его, - и потянул Вадима Дмитриевича на выход.

Капитан остановился, развернул ребенка к себе и ответил:

- Сейчас нет на это времени, твоя мама уже, наверное, проснулась.

- Вот для нее и надо этот корабль найти. Он ее любимый, с алыми парусами, как в сказке, которую ей читали в детстве.

Вадим обреченно закатил глаза:

- Ладно, найду я ваш кораблик, а сейчас пора тебе возвращаться.

- Только обязательно, если кораблик потеряется, она расстроится. А ведь она девочка, ее надо беречь, - переживал ребенок.

- То, что твоя мама девчонка еще совсем, я и без тебя знаю, - пробормотал неслышно Вадим Дмитриевич, - ты бы лучше думал о том, что ее нельзя расстраивать, когда из каюты сбегал, - уже громче выговорил мальчику капитан.

- Чтобы такого больше не было, - продолжил строго отчитывать Ваню мужчина, - еще раз увижу тебя без взрослых, накажу всех: и тебя, и маму. Понял?

- Да понял я, понял, - со вздохом ответил мальчик.

- Я так понимаю, в вашей семье мужчины нет? – капитан воспитывал ребенка, уже идя к нему в каюту.

- Как так? А я? – удивился Ваня.

- Вот и я о том же, если ты мужчина, значит должен нести за свои поступки ответственность, - как с взрослым разговаривал Вадим Дмитриевич, - все твои хулиганские вылазки могут навредить твоей маме.

Ваня совсем погрустнел, и со вздохом кивнул соглашаясь.

Не доходя до каюты ребенка, Вадим издали увидел встревоженную Нику.

- Ну вот, опоздали, - с досадой произнес Ваня.

- Ты давай беги к маме один и пожалуйста, не рассказывай о том, что произошло, не расстраивай ее, - наклонился к ребенку и, заглянув в его глаза, сказал мужчина.

- Сам знаю, - буркнул мальчик, но после улыбнулся и протянул руку для рукопожатия, - пока, капитан. Увидимся еще.

- Пока, разбойник, - усмехнулся Вадим, пожимая детскую ладошку, - не забывай, что если встречу тебя одного – мало никому не покажется.

Ваня понятливо хмыкнул и убежал навстречу маме.