Глава 22

Стоя в ванной я никак не могла стереть с лица безумно счастливую улыбку. И не травинки, торчащие из копны моих взлохмаченных волос меня веселили. Смена концепции контракта изменила поведение Майка. Заполучив мое согласие на секс взамен на его мучения в роли жениха, этот любвеобильный самец полночи валял меня по траве у пруда. В какой-то момент даже промелькнула подленькая мыслишка затянуть процесс облагораживания сада старшего Лоури, чтобы выжать из Майка все соки. Раньше любой физический контакт с мужчиной был для меня неким испытанием, сложным процессом в котором я практически никогда не могла отпустить себя полностью. Чувства неловкости и скованности были извечными спутниками. Но с Майком Лоури всё иначе. С ним я не успеваю думать, он не дает мне ничего контролировать, тем самым позволяя мне просто наслаждаться процессом. Секс с Майком захватывал и утаскивал меня в круговорот острых ощущений мгновенно и не отпускал до самого конца. Проблема была в том, что Майк не подходит на роль главы большого шумного семейства, а я о нём мечтаю. О семействе. Хотя… теперь и о Майке тоже. Это так глупо – второй раз наступать на те же грабли! Но, видимо я из тех необучаемых бестолочей, что и на собственных ошибках не учатся. Я второй раз влюбилась в Майка Лоури! Второй! Боже, какая я дура! В любви к этому потаскуну папуасу нет ничего хорошего. Но я стою с травой в волосах, в запачканной одежде и улыбаюсь. – Живи в моменте, – посоветовала я сама себе, забираясь под теплые струи душа. Что тут еще сказать? Винить-то больше некого. Это именно в моей голове родилась безумная идея ляпнуть о помолвке. Беременность еще выдума… Черт! Эта мысль оборвалась в извилинах, напомнив что как минимум дважды за эту ночь, Майк Лоури не позаботился о безопасности! Кутаясь в полотенце я была готова расчленить Майка Лоури одним взглядом и прикопать останки папуаса в самой заброшенной клумбе, но внезапно остановилась. А что если я никогда не найду себе мужа? Если мое проклятье вечной невесты реальность, незыблемой печатью стоит на моей судьбе? Абсолютно нелогично я опустила руку на живот, будто там менее чем за час от последнего соития мог появиться плод страстной и безудержной “нелюбви”. – Пусть будет так, как суждено, – прошептала я, конечно еще ни черта не уверенная в том, что я действительно хочу. Простояв в ванной еще не менее десяти минут, я старалась угомонить возрастающее волнение внутри и отогнать зарождающиеся мечты, о том как я буду держать на руках маленький комочек счастья. Однако именно эта картинка, где я стою у бело-розовой кроватки, глядя на розовощекую малышку, окончательно стерла все сомнения. Я так ее хочу, что мне совершенно наплевать будет ее отец с нами или у нас будет маленькая, но очень счастливая семья. Я настолько погрязла в этих фантазиях, что даже из ванны выходила воровато оглядываясь, будто Лоури может отобрать у меня мою придуманную малышку. Майк уже вернулся из гостевого душа и, растянувшись на всю королевскую длину кровати, спал безмятежным сном. Но, всё же сумел проявить чудеса галантности и оставил для меня одну подушку и треть ширины кровати. Следующие три дня прошли в бешеном ритме работы над перепланировкой сада. Две нанятые мной бригады так резво взялись выкладку дорожек и формирования конструкций из арт-бетона, что я едва успевала контролировать все процессы и совмещать это с высадкой растений. Если бы не Майк, постоянно околачивающийся рядом с целью потискать меня при любом удобном случае, то я бы и поесть не успевала. – Ваш кофе и бургер, госпожа садовница, – притащив очередной поднос с перекусом, Майк занес его в беседку, около которой я возилась с низкорослым можжевельником и разноцветными вересками. – Спасибо, что не Кикимор, – проворчала я, снимая перчатки и вытирая руки прямо о подол фартука. И тут же поплатилась за свою небрежность. Из перевернутого кармана выпал мой телефон, прямиком под ноги Майку. Конечно Лоури не мог не сунуть нос, бросив взгляд на экран, на котором уже несколько десятков пропущенных от Сергея. – Опять этот высокомерный идиот названивает? – раздраженно уточнил Майк. Меня позабавила его реакция. Он же вроде рвался всучить меня обратно едва унёсшему от меня ноги женишку. Что случилось? – Ага. Что там у нас с планом по его возвращению и укрощению? – спросила я, непринужденно облокачиваясь на перила, куда взгромоздил поднос Майк. Майк зыркнул на меня исподлобья, будто я ему билет на мужской стриптиз предложила в первый ряд. – Он тебе не подходит, – заявил нахал, отодвигая от меня поднос и упираясь обеими руками в перила по бокам от меня. Он ревнует что ли? Я прямо чувствую исходящий от него гнев. Волнительно-то как! Всё в совокупности. От нависшего надо мной воинственного ястреба, до близости его чувственных губ, старательно отрабатывающих свою часть обновленного контракта вот уже которую ночь напролет. – С каких пор ты начал в этом разбираться? – усмехнулась я, продолжая злить Лоури. Клянусь, если бы позади меня не было стилизованных под старину громоздких резных балясин, я бы дала дёру от этих мечущих молнии золотисто-зеленых глаз. – Если бы он подходил тебе, то уже был бы здесь и душил меня, за то что посмел прикоснуться к его женщине, – процедил Майк Лоури. – Не все мужчины ведут себя как неандертальцы, – дрожа в предвкушении наказания, возразила я. Сверкающие глаза Майка сузились до хищного прищура. Протянув руку, от стащил с моей головы повязку, запуская пятерню в мои волосы и сжимая их на затылке. – Если бы я был влюблен, я бы мир перевернул, чтобы вернуть тебя, – слишком серьезно для Майка Лоури, произнес мой неандерталец гавайский. – Но любовь для тебя слишком обременительное чувство. Да, Майк. Похоть твоя единственная причина общения с женщинами, – как ни старалась, не могла я отвести взгляда от приближающихся губ. – В капельки похоти нет ничего плохого, крошка Женя, – придвигаясь ко мне ближе, дал мне убедиться Майк, что его неваляшка в трусах, снова мается в ожидании своего часа. – И твое тело говорит мне, что я не одинок в своих желаниях. – Ну знаешь ли! До твоего темперамента мне, как до соседней вселенной на лошади! – не собиралась я признаваться, что скатилась до уровня Лоури в своих ежедневных животных потребностях. Превратил меня из почти фригидной женщины в нимфоманку! – Лгунья. Могу поклясться, что ты уже мокрая, – зазвучали знакомые хриплые нотки в голосе Майка. Черт возьми, вокруг ведь люди и… – Женечка! – как ледяной душ ворвался голос Светланы в наш сжавшийся до размеров беседки мирок. – К тебе приехал какой-то мужчина. С цветами. Не с садовыми. Конечно своими обнимашками и жаркими поцелуями где попало, мы за три последние три дня достали всех домашних. Но новость с которой на этот раз застала нас Светлана, видимо, непомерно ее озадачила.