Глава 67

Злата

У меня просто нет сил, чтобы сбежать сейчас. Денег нет тоже. Если уйду от Лени, как только наше такси остановится – рискую никогда не выплыть из этой трясины. Да брат и не отпустит. И мой побег станет прямой дорожкой к моральному разложению. А мне хочется выжить. Пережить. Переписать свою историю. В ней обязательно будет счастливый финал, и я сама создам его. Неважно, как много времени на это уйдет, я не сдамся.

Квартирка, куда мы приезжаем, оказывается довольно маленькой. Тут небольшая кухня, оснащенная по последнему слову техники и гостиная. В доме чисто. Но я не удивляюсь, сколько помню Леню, он всегда был чистоплотным.

Брат учтиво уступает мне место на диване, а сам устраивается спать на полу.

Ночью меня снова одолевает тоска. Это даже не тоска, а настоящая паника. Паническая атака. Когда так больно и дышать невозможно. Только кровь несется на бешеных скоростях.

– Прости… – перепуганный Леня садится возле моей постели. – Это я во всем виноват. Попал в просак и тебя подставил.

Отвечать не хочется. Я лишь всхлипываю, пытаясь удержать панику внутри. А она рвется на свободу. Хочется издать душераздирающий вопль, а потом разорвать грудь. Прямо руками. Выцарапать оттуда все, что мешает дышать.

– Гена не сказал мне, что решил продать груз, который мы перевозили. Покупатели сами вышли на него. Я просто не успел ничего сделать. Они забрали «фермы», но платить не собирались. Гену застрелили сразу же, а мне удалось уехать. Дальше ты знаешь. Я просто не успел остановить Гену. Он понятия не имел с кем связывается. А я знал. Должен был взять все под свой контроль, – брат останавливается на секунду, а потом снова продолжает: – Я очень люблю тебя, Злата. Хочется убить себя за то, что тебе пришлось пережить.

Брат замолкает. Мне тоже нечего сказать. Вряд ли ему стоит знать о том, как сладко я кончала под бандитом. Как таяла в его руках…

Кусаю губы, чтобы сбросить наваждение. Нужно возвести стену. Высокую. Полностью отгородить все воспоминания о НЕМ. Чтобы даже образ не пробился. Просто забыть. Лицо. Голос. Имя. Все. Пусть исчезнет из памяти так же быстро, как и появился.

– Мне не справиться с ним по-другому, понимаешь?! И то, что приходится сейчас работать на Амира – единственный способ. И мне еще повезло, что урод просто не выпотрошил меня.

– Не хочу слышать его имя, Лень. Прошу…

– Я хочу, чтобы ты знала. Должен рассказать. Это важно. Нужно было объяснить с самого начала. Тогда бы ты уехала, и ничего из этого не случилось бы.

– Я бы не уехала, – едва размыкаю губы. – Я бы не бросила тебя.

– Ты всегда была упрямой, малышка, – уверена, на лице брата сейчас появляется грустная улыбка. Слышится в интонациях.

– И… не называй меня так. Я больше не малышка. Выросла. Давно выросла, Лень. И тебе нужно отпустить меня. Перестать опекать. Как раз хотела поговорить с тобой об этом в тот самый день.

– Я несу за тебя ответственность, – с горечью произносит он. Понимаю, он корит себя, корит даже сильнее, чем я думала.

– Уже давно нет, – не соглашаюсь я. – Мне девятнадцать, и я могу решать сама. Я хочу решать, понимаешь?! И сейчас моя цель – научиться этому. Прошу, не мешай, – теперь уже поворачиваюсь к нему. Смотрю в глаза. – Если любишь, дай самой разобраться.

С надеждой смотрю на брата. Он стискивает зубы. Мое заявление ему не нравится.

Леня тяжело вздыхает. Думаю, он прекрасно понимал, что рано или поздно этот день настанет. Ему самому уже давно пора взяться за собственную судьбу – найти подругу, родить детей. А не таскаться нянькой у девятнадцатилетней сестры.

– И что думаешь делать? – неожиданно интересуется брат. Явно прощупывает почву.

– Найду работу, – пожимаю плечами. – Может быть уеду пока лето. Город давит.

– Я договорился в кафе. Ты можешь вернуться туда, если захочешь. Но с началом учебы все же лучше бросить подработки. Диплом важнее.

– Серьезно? Они не уволят меня за прогулы? – оживаю. Работа будет маленьким шажком в мою новую жизнь.

– Нет. Но мне кажется, тебе нужно еще время, чтобы восстановиться. Думаю, мы сможем найти психолога. Такие травмы могут не пройти сами собой, – Леня явно имеет в виду случившееся на крыше. А меня это волнует мало. Есть вещи поважнее.

Когда наш разговор начинает походить на диалог слепого с немым, я спешу свернуть его. Обещаю брату, что подумаю, хотя для себя уже все решила. Я сильная. Справлюсь безо всяких там психологов, только силой воли. Завтра же позвоню в кафе. Хочу быстрее выйти на работу.