17

Артур

Я совершал много ошибок в жизни, но были две фатальные. Первая — это моя женитьба на Веронике, а вторая- привести Лисенка к себе домой.

Если я думал, что мне полегчает от ее присутствия в моей жизни, то каким же я был дураком! Мало мне кругов было в аду? Я создал для себя дополнительный! Спешл фо ми!

Ежевечерние пыточки? Обожаю! Хорошо два выходных было успокоиться! Это же невыносимо, когда вот она рядом, а я даже дотронуться не могу. Я могу! И хочу! Только убежит она от меня тогда безвозвратно. Я же не Великий Авиатор, идеями фантанировать. Они у меня закончились, как к Лисенку ближе быть.

Пустил ее в свой дом, в свою жизнь. Мало мне было, что она в голове у меня шуршит? Весь ею пропитался, не представлял уже свой вечер без нее.

Самое страшное вообще не это, а то, что Кирилл к ней, как приклеился. Мы с Лисенком посремся снова, а плакать будет он, что Алиса Витальевна не приходит. Я же не слепой, вижу, что у них за отношения. Вот такую он маму хотел. Нашел? Очаровал? Я давно не видел сына таким счастливым! А я? Я скоро ёбнусь! Смотрю, как они веселятся, обнимаются, а сам с ума схожу.

Ну и что мне теперь делать? Я трахаться хочу! Я уже месяц без секса. Мне уже плохо! Мнея совсем никому не жалко?

Ну и пошли вы нахер!

Это потому что у меня недотрах, она еще красивее стала? Поэтому? Ох, сколько раз на дню я хотел зажать ее где-нибудь в укромном уголке своего необъятного домины! Уткнуться в ее волосы, вдыхать их аромат. Я уже забыл, чем они пахнут. Нет, не забыл, и не забуду. Порвать одну из ее этих скучных учительских блузок, чтобы пуговицы по углам разлетелись! Юбку нахер! Вбиться в ее плоть. Нежную, тугую, свежую. Чтобы в глазах потемнело, чтобы орала так, будто я ее убиваю!

Охотник на Лисичек попался в свой капкан? Сказочный долбоеб! Ну смейтесь-смейтесь!

Я все чего-то ждал, выжидал какого-то особенного момента, что мне совершенно не свойственно. Ждать — это вообще не про меня. Пришел, увидел, отъебал! А сейчас что со мной? Это из-за Кирилла я стал такой нерешительный. Другого объяснения я придумать не мог. Я не мог делать больно пацану, вот и ходил по дому, как по минному полю.

В то же время я прекрасно отдуплял, что не могут они так уроки учить вечность. Начальные классы не навсегда. А летом что? И че мне жениться теперь на ней, чтобы Кирилл был счастлив? А я? А она? Да она же соплюха еще. Красивая соплюха. У нее вся жизнь впереди. Нахера ей бешенный мужик с прицепом?

Да и не хочу я на ней жениться. Нахуй она мне нужна? Только на хуй и нужна. Я просто хочу ее драть и в хвотст и в гриву. Я хомут на шею второй раз набрасывать не собираюсь! Извините, простите! Были, пробовали, не понравилось!

Да и не любит она меня, опять же. Любила бы, была бы ласковая, покладистая… И ПО МОРДЕ БЫ МНЕ НЕ ДАЛА!

Все! Хватит думать обо всякой хуйне!

Надо поскорее ее выебать, да так, чтобы обоим понравилось. Лисичке нравится, как я ее трахаю. Я уверен! Только как к ней яйца подкатить незаметно? Вот он мой шанс! Буря разыгралась подстать моему настроению! Тьма кромешная за окном! Лисичка же не дура, не рискнет в такую погоду носик на улицу высовывать?

ДА! ДА! ДА!

Согласилась у нас заночевать. Держу ее за плечи — даже не дергается, не брыкается, не вырывается! Хорошо! Попалась, сучка! Сегодня точно будешь моей! Я тебе ни шанса не оставлю! Я еще навыки соблазнения не все растерял! Соберусь и поебусь!

— Раздевайся, Лиенок! — говорю я ей. Она аж вздрогнула. Думает, я ей трусы снять предлагаю? Ну я конечно не против, только чуть позже. — Пальто снимай, у нас тепло!

Девчонка вздыхает и стягивает верхнюю одежду. Руки дрожат, когда она протягивает мне свой шарф. Испугалась что ли?

— Пойдем, я покажу тебе твою комнату, — предложил я.

Поселил ее в соседней с моей спальне, принес переодеться. Выбрал самую короткую свою майку, чтобы жопу ее разглядывать беспрепятственно.

— Располагайся, Лиса. Полотенца в ванной. Я пойду уложу Кирилла и разожу камин.

— Можно я тоже пожелаю ему спокойной ночи? — рассматривая комнату, задумчиво спросила она.

— Иди тогда первая! — уступил я и вышел из спальни.

Когда через полчаса я поднялся к сыну, то увидел душераздерающую картину. Кирилл спал, а Лисичка, с книжкой в руках, сидела рядом и гладила его по волосам.

Все, пиздец! Это уже черезчур! Она влезла в нашу семью дальше некуда! Это я виноват! Я позволил! Нельзя было такого допускать! У меня все неприятно заворочалось внутри. Я просто хотел ее трахать! А вот это вот все ни в какие рамки не лезет! Надо прекращать сближение с этой девушкой! Не знаю как, но надо. Пока не поздно!

Лисичка подняла на меня глаза и улыбнулась. У меня на душе потеплело от ее улыбки. Ведьма! Белобрысая ведьма!

Лисичка слезла с кровати и я только сейчас заметил, что она уже в моей майке. Ахуеть! Ничего аппетитней в жизни не видел! Моя майка хоть и была короткой, на миниатюрной аккуратной фигурке девчонки она доходила ей почти долен. Грудь свободно угадывалась под тонкой тканью, и трусики просвечивали точно так же.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Прости, он уснул, — пожала плечами Лиса.

Да и слава Богу! Я долго не продержусь с такой соблазнительной девочкой.

— Пойдем, Лисенок! — шепотом позвал я девушку и погасил ночник в детской. — Мы тоже заслужили немного отдыха.

Она шла впереди меня по коридору, мягко ступая босыми ногами по коровой дорожке, а я специально чуть сзади, чтобы полюбоваться ее стройными ножками и красивой попкой. Лиса распустила волосы, которые спускались ниже копчика по спине, и волнами колыхались в такт ее шагам. Я этот момент до конца жизни не забуду.

Усадил ее на небольшой диванчик, который заблаговременно подтащил ближе к огню, сам сел рядом.

— Вина? — предложил я, глядя, как Лисенок устраивается поудобнее, поджимая ноги под себя.

— Да, пожалуй! — выдохнула девушка, косясь на столик с фруктами, сыром и конфетами.

Себе я налил коньяк, девчонке красного полусладкого. Выпили, закусили. Напряжение и неловкость понемногу сгорали вместе с березовыми поленьями.

— У тебя очень красивый дом, Артур, — первой заговорила Лиса.

Мне захотелось узнать о Лисичке что-то личное. Я понимал, что должен быть в свою очередь тоже откровенным, да и обстановка располагала.

— Рад, что тебе нравится. Когда я его строил, я не думал, что в нем будет так пусто… Планировал, что тут будет жить любимая женщина и, как минимум, трое детей. Но не вышло…

— Может быть ты уже наконец-то расскажешь что случилось с Вероникой? Мы уже не чужие люди! Может быть я имею право знать?

— Вероника не разделяла моих жизненных планов. Она одного ребенка родила со скрипом, и муж ей был в тягость. Она совершала одну ошибку за другой, и оказалась в тюрьме.

— Да что случилось? Ты скажешь, нет?

— Ее осудили за попытку убийства. Она пыталась убить… — Я не мог произносить это вслух. Не мог. Я готов был пустить Лисичку в свою душу, но не так глубоко. — … человека. Я ей помешал. Избил ее и чуть саму не задушил. Мне тоже два года условно впаяли.

— А кого она хотела убить? — задала Лиса вполне себе резонный вопрос.

— Это не важно, — съехал я с темы и наполнил наши пустеющие бокалы. — Она просто чудовище, которое причинила и мне и сыну столько горя!

— Мне так жаль, Артур! — сокрушалась Лисичка. Аж глазенки вытаращились. А я только одного скелета из шкафа достал. Даже не достал, а просто шкаф приоткрыл.

— Твоя очередь, Лисенок. Зачем ты кредит брала? Куда деньги дела? — Молчит, майку теребит, даже на меня не смотрит. — Давай-ка рассказывай! Не люблю, когда ко мне в душу лезут, а к себе не пускают. Разве это честно?

— У меня был парень… — начала Лисичка, потом замолчала и покраснела, как помидор. Очень интересное начало. Это что за парень такой, который ее даже не выебал? — Он меня обманул. Уговорил меня взять деньги в банке, а потом сбежал.

Я рассмеялся. Мне так было ее жалко, но я не смог удержаться. Лисичка совсем смутилась и залпом осушила свой бокал. Я потянулся за бутылкой и налил ей еще.

— Я знаю, что я дура, — буркнула обиженно Лисичка. — Я не виновата, что мне одни козлы попадаются!

О! Я тоже в их число вхожу? Здорово! Так я не самый вонючий козел в этом стаде, как выясняется. Да я вообще лапочка по сравнению с этим уродом. Надо подвесить его за яйца и выбить из него деньги Лисенка. Я могу. И сделаю! Все вернет и извинится!

— Ну и где он этот твой ПАРЕНЬ? — сквозь смех выдавил я. — Давай его координаты, я его попрошу вернуть все до копейки!

— Я не знаю. Он пропал. Телефон выключен, а где живет не знаю.

— М-да… Ты поэтому пошла пиздой торговать?

— А что мне оставалось делать? — воскликнула Лисичка и разревелась.

Вот, блядь! Я опять ее до слез довел! Сука! Ну, вот кто меня за язык тянул?

Забираю у нее бокал, ставлю на столик и притягиваю к себе.

— Лисенок, прости, — шепчу я, поглаживая по спине и волосам. — Обещаю, что доберусь до него! Должен же кто-то за тебя заступиться?

— Зачем тебе мои проблемы? — хлюпнула Лисичка мне в майку. — Ты и так мне помогаешь.

— Я? — удивился я искренне. — Разве это помощь? Это просто благодарность за твою доброту. Сама сказала, мы же не чужие люди.

Лисенок вытерла лицо и посмотрела на меня.

— Артур, скажи мне честно, у тебя есть кто-нибудь?

— Кто? — я даже не понял, о чем она.

— Женщина?

— Нет у меня никого… Только ты…

И понеслось!

Я как будто на кнопку невидимую нажал. Лисичка оседлала меня верхом и сама меня поцеловала. Блядь, это был самый прекрасный поцелуй в моей жизни. Долгожданный, неистовый, глубокий! Вместо того, чтобы опрокинуть ее на спину и раздвинуть ее ноги, я расплылся по дивану, как пацан сопливый.

Она сама стянула с себя майку и подставила свои холмики для поцелуев. М-м-м… Я был готов сожрать ее титечки! Лисичка была не против. Каждый мой поцелуй, каждое движение моего языка, сопровождалось ее стоном. Боже, у меня в трусах уже так туго натянулось, что каждое движение Лисенка на моих бкдрах, заставляло мои яйца сжиматья.

Затем она стянула майку и с меня. Гладила мою грудь целовала шею. Я мял ее жопку, ласкал губами ее губы, грудь тонкую шейку. Стало невыносимо жарко и дело совсем не в камине. Мы оба горели, создавая ему нехилую конкуренцию.

Эта девчонка, окутаная водопадом шелковых волос, в отблесках пламени, в моих руках, была самым прекрасным, что я видел когда-либо.

— Артур, — шептала Лисичка. — Я хочу тебя, Артур…

Даже слова ее были прекрасными. Я так долго ждал, горел, мучился, что хотел насладиться этими мгновениями неторопясь. Выражение "я в моменте" обрело для меня смысл.

Я осторожно просунул руку в трусики девчонки. Ее мокрая киска тешила мое мужское эго. Вижу-вижу, что хочет. Чувствую…

Лисичка выгнулась и застонала, когда я нырнул пальцем внутрь нее.

Я приспустил шорты вместе с боксерами и отдодвинул ее мокрую полоску ее трусиков в сторону.

— Детка, скажи, что скучала по мне! — потребовал я. — Скажи, чтобы я продолжил. Скажи, чтобы я тебя трахнул!

— Да, Артур, да! Я безумно скучала! Трахни меня!

Ну, вот! Что я говорил? Сама просит!

Алиса

Да трахни уже меня! — эхом пронеслось в голове. Уже невыносимо ждать! Да чего он копется? Медлит?

— Папа! — раздался голос Кирилла из его комнаты.

Я была так увлечена мужчиной, что подумала, мне кажется, но Кирилл позвал Артура снова.

— Блядь! — выгугался Грехов.

Я тут же соскочила с Артура и села, прижав колени к груди. Он натянул шорты и помчался в детскую. Меня так трясло после нашей близости, что я кое-как натянула на себя мужскую майку. Я бросила взгляд на догорающий камин и пошла следом за Артуром. Мне было интересно, что случилось. Я волновалась за ребенка.

Дверь в детскую была открыта. Ночник освещал заплаканное лицо Кирилла. Артур сидел спиной к двери, поэтому не мог меня видеть.

— Папа, она опять приходила, — испуганно сказал мальчик. — Я так испугался!

— Не бойся, сынок, — успокаивал его Артур. — Она больше не вернется. Я не разрешу. Никогда не разрешу! Ты мне веришь?

Кирилл закивал головой и сонно потер глаза. Кого он так испугался? Свою мать? Чем она могла так напугать собственного ребенка? Это она у Кирилла на глазах хотела кого-то убить? Он все видел, поэтому так напуган? Боже! Да что там могло случиться? Артур не рассказал мне подробности, но я была рада и тому, что он хоть немного мне открылся.

Я дождалась Артура в коридоре, размышляя об этом. Когда Артур вышел из детской и закрыл дверь, на него было больно смотреть. Его страдания были на лице написаны.

— Артур, почему Кирилл боится матери? — задала я вопрос в лоб.

— Это не твое дело, мать твою! Не лезь! — взорвался Артур, да так, что я вздрогнула. Артур на секунду прикрыл глаза, справляясь с гневом. — Спокойной ночи, Алиса Витальевна!

Артур оставил меня стоять напротив спальни Кирилла, а сам ушел в свою комнату. Сбежал! Скрылся!

Я вздохнула и пошла к себе. Обидно было до слез, что он не пускает меня в свое сердце, но что я могла поделать, если он такой?

Одна часть меня, которая Лисичка, безумно хотела, чтобы Артур пришел ко мне ночью и довел до конца то, что мы начали у камина. А другая, которая Алиса Витальевна, приказала мне запереться, ибо нехрен так со мной разговаривать. Я не виновата, что у них горе в семье. Я тоже живой человек со своими чувствами и эмоциями.

Я и заперлась. Долго лежала без сна, прислушиваясь к звукам в доме. Кроме ветра за окном, который все еще лупасил снежинками в окно, ничего не было слышно.

Слишком много событий за один вечер, вот я и не могу уснуть.

"У меня никого нет. Только ты." — так он сказал.

Неужели это правда? Я улыбнулась в темноте сама себе. Артур так меня хотел, что было удивительно, как он держался и не набросился на меня сразу. А я уже себе напридумывала не бог весть что. Было так здорово знать, что я тоже его волную. Еще как волную!

Внезапно ручка двери в моей комнате задергалась. Я вздрогнула, и мое сердце задергалось тоже. Артур! Он все же пришел? А может быть это Кирилл?

За дверью послышалось четкое: "Блядь!", а потом едва различимый звук закрывающейся двери в комнате по соседству. Боже! Что он хотел? Потрахаться? Извиниться? Поговорить?

Уже не узнаю. Правильно, Алиса Витальевна, что заперлась! Он еще за банк не извинился, а ты уже ноги раздвинула! Пусть подумает над своим поведением, как следует!

Теперь, когда я убедилась, что Артур испытывает ко мне влечение, так же как и раньше, я успокоилась. Теперь можно не волноваться о том, что он остыл, что я ему надоела, и расслабиться.

Интересно, он реально может Славу наказать и вытрясти из него долг? Ради меня? Но как же я его найду? Где? Ума не приложу…

На этой счастливой ноте я уснула.

Утром меня разбудил стук в дверь. Я открыла дверь и увидела Кирилла. Он позвал меня завтракать. Артур прислал или он сам вызвался?

Первым делом я выглянула в окно. Буря стихла и вышло ослепительное солнце. Снега навалило! Красота! Быстро умывшись, я переоделась в свою одежду и спустилась в столовую.

— Доброе утро, Алиса Витальевна! — с издевочкой в голосе поздоровался Артур. — Как вам спалось?

Артур сидел злой. Лицо помятое, как будто он и не спал. Тоже мысли свои думал? Я села на ставшее уже моим место и изобразила самую ослепительную улыбку.

— О! Просто чудесно! После вина я всегда сплю, как убитая, — ответила я. — Мне так у вас понравилось, что я буду рада, если еще пригласите с ночевкой! Я за всю неделю выспалась! Разве в городе так поспишь?

— Мы еще вас пригласим! — подхватил Кирилл. — Правда же, пап?

— Ну конечно, сынок! — снова с издевкой произнес Артур. — Такими дорогими гостями не разбрасываются!

Больше Артур не проронил в мою сторону ни слова. Почти не смотрел на меня, едва заметно дергался, почти не ел. Да что с ним? Как будто это я его обидела, а не наоборот! Сука такой! Опять не извинится? Ладно!

По традиции он помог мне одеться и снова взялся руками за мой шарф.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Злишься? — только и спросил он.

— Не совсем, — ответила я. Артур вопросительно изогнул бровь. — Ты больной, Артур. А на больных грех злиться.

— Я не хотел, чтобы ты видела… то что видела. Это… — Артур опустил глаза и крепче сжал мой шарф.

— Не мое дело! — договорила я за него. — Я все поняла, Артур, не надо оправдываться! Хоть мы и думали, что мы друг другу уже не чужие. Мы чужие. Давай это признаем. Я для тебя шлюха, которую ты подпустил слишком близко, а потом пожалел об этом, а ты для меня…

Я не смогла договорить. Слезы подступили к горлу. Зачем я это говорю? Зачем? Больно же делаю? И ему и себе! Зато правда!

— Кто я Лиса? Кто я для тебя? — В его голосе было столько надежды.

— Дополнительный источник дохода, — без запинки ответила я. Лгунья. Бессовестная лгунья. — Нам нужно придумать, как отдалиться обратно. Чтобы это было безболезненно для Кирилла. Я люблю твоего сына и не хочу делать ему больно. Я не хочу, чтобы он думал, что я его бросила.

— Лиса… — Артур так это выдохнул, как будто я его ударила снова.

— Карен ждет! — напомнила я и вырвала свой шарф из его рук. — Не провожай!

Я вышла из дома Греховых не оглядываясь. Мне хотелось, чтобы Артур догнал меня и зацеловал до смерти, сказал, что я не права, что я что-то значу для него, хотя бы что-то! Но он не побежал. Дал мне уехать беспрепятственно.

Ревела всю дорогу. Карен только бросал на меня жалеющие взгляды. Обязательно доложит Артуру, что я сырость у него в машине развела? Да пускай!

Пускай уже что-то предпримет! Он мужик или где? Пусть оставит меня в покое или идет навстречу! Топчется на месте, тоже мне Волк нашелся! Хорёк общипанный! Чуть что, сразу в норку! И сидит там воняет! Это не я его общипала, между прочим! А нюхаю я!

Надоело! Пусть уже к какому-то концу все придет! Пусть пошлет меня нахуй, как он любит или снова скажет, что я охуительная!

Ой, девочки, все еще хуже стало, чем было! Куда все катится?