Глава 7

Если бы не голодная животинка в рюкзаке, я и в столовую бы не пошла, какой, к демонам обед, когда в библиотеку позарез нужно? Но такой эгоисткой мне больше быть нельзя. Экзюпери с его ответственностью прочно укоренились в голове, как те самые баобабы.

Поэтому решила по-быстрому перехватить пирожков с мясом, да сыра с колбасой для Зубастика, а сама попостилась бы, но мой «стройный» план рухнул с приближением Дэна.

— Мэри, иди-ка сюда! — поманил меня пальцем двухметровый детина.

Обедавшие адепты разом притихли и перестали жевать. Заметив возросший интерес, Дэн сгреб меня в охапку и прижал к стене сразу за раздачей, прикрываясь ото всех кадкой с огромным магиусом (местным фикусом). Хоть я и понимала, что вроде как получать не за что, но вся сжалась, ожидая удара каждую секунду.

— Маш, это правда, что про тебя и Кроина говорят? — выдохнул он мне прямо в ухо, наваливаясь еще сильнее.

— Нет, конечно! — на всякий случай открестилась я, — а что про нас говорят?

— Да глупости какие-то! — насупился Дэн. — Но он на тебя так смотрит, что волей, начнешь верить болтунам.

— Да? И как же он смотрит?

— Маш, ну как мужики на Анжелину Джоли смотрят?

— Откуда мне знать?

Дэн картинно застонал, что означало: «ну ты и тупая!» и тут кто-то громко закашлял позади нас. Детина отпустил меня. Вместе мы обернулись. Леди Гальтон стояла рядом, соблазнительно опершись бедром о бордюр раздачи, в глазах ее скакали «безумята».

— Нашёл место, где девушку зажимать! — хмыкнула она грудным голосом.

— Какая же это девушка, Леди Гальтон! — совершенно искренне возмутился подопечный, оглядывая меня словно прусака, вылезшего из-под ванной. — Это так, недоразумение!

«Ах ты ж гад!» — разозлилась я. Но немного разозлилась, ибо сама была о Дэне не лучшего мнения.

— Что же ты это «недоразумение» так страстно прижимаешь в углу? — изогнула четко подведенную бровь историчка.

— Я? — непосредственно удивился Дэн, — Да Благоликий с вами! Была бы моя воля, Леди Гальтон… — он закатил глаза в экстазе, совершенно очевидно имея ввиду, что с удовольствием зажал бы стройное фигуристое тело преподавательницы вместо моего скелетика.

— Адепт Нески! Меня дети не интересуют! — с придыханием ответила Гальтон.

— А я давно уже совершеннолетний! — он окончательно отошел от меня и приблизился к историчке.

Дети её не интересуют! Зачем тогда заигрывала с двухметровым мужиком, которому девятнадцать только в паспорте, а опыта разного рода, уже на все тридцать.

На поднос Мелиссы, тем временем положили еды, и она, выглянув из-за могучего дэнового плеча придирчиво просканировала меня сверху в низ, взгляд ее при этом из цепкого превращался в недоуменный. Еще раз внимательно оглядев мои ступни, обутые в удобные туфли без каблуков, она дернула головой, будто отгоняя видение сланцев, моих, надо полагать.

— Нет, не может быть! — пробормотала, подхватила поднос и очень соблазнительно покачивая бедрами отправилась к преподавательскому столу, громко цокая шпильками.

— Вот это женщина! — пустил слюни Дэн, забыв прикрыть рот от восхищения. — Учись, Машка! От одного ее вида крышу сносит. Теперь представь, что будет…

— Дэн, избавь меня от своих фантазий! — возмутилась я, и, подхватив пакетик с пирожками и рюкзак с дракошкой, побежала на выход.

— Правильно Машка, кушай пирожки, может хоть задницу отъешь! — хмыкнул в след «дитяко», и довольно заржав удивительно смешной по его мнению шутке, направился в сторону Леди Гальтон.

Обед стремительно закончился, так и не успев начаться. Ни в какую библиотеку я не попала — удар колокола заставил и меня и Дэна поспешить в аудиторию.

***

Профессор Ирвин, дедушка-добряк, славно откушав в столовой, мирно вещал себе под нос лекцию из Теории Целительских Амулетов (не путать с Целительными, там препод — акула), благодушно сложив пухлые ладони на солидном животе.

Я же втихаря подняла рюкзак на колени, приоткрыла пакетик с пирожками и надломив один, почуяла неладное. В прямом смысле почуяла. Ауру вокруг меня в буквальном смысле пронзило специфическое амбре квашеной капусты! Блин! Ошиблась! Вместо мясных пирожков прихватила, ароматные, скажем так.

Рюкзак оживился и запихался в разные стороны. Расстегнула его ровно на размер ладони и протянула кусочек Зубастику. Дракошка, бедненький, был настолько голоден, что добычу чуть с пальцами не оттяпал. Недолго думая протянула ему остаток, который мигом исчез в маленькой пасти, усеянной клыками как Луна кратерами.

— И-и-и — затрясся рюкзак с новой силой, — и-и-иккк!

Аудитория замерла. Естественно все повернулись в мою сторону. Профессор видимо не услышал, продолжая бубнеж. Сделав вид, что я — не я, и сумка не моя, невозмутимо обернулась на Айзека, в сердцах ругая дракошку, хотя ругать тут надо себя. Малыш просидел в рюкзаке часа четыре, тут каждый если не взвоет, то разикается.

Нагнулась, убирая рюкзак на пол, как только от меня отвернулись любопытствующие и заглянула внутрь. Мой дракончик сидел с совершенно безумным видом, улыбаясь, да именно улыбаясь во все… короче во всю клыкастую пасть, а глаза были мутные, точно дракошка принял не пирожок с капустой на грудь, а кой-чего погорячее.

— Мама! — взвизгнул он и радостно замахал крылышками, — мама… и-и-и-ккк….

Я так и застыла, гладя на безумную драконью морду. Он что у меня, говорящий!?

— И-и-и-ккк… — подпрыгнул дракошка, и вокруг поплыл тот самый запах… капусты в общем.

А потом… рюкзак мой взмыл до потолка, оттуда разверзлась струйка пламени, как от маленькой ракеты, и этот космический мини-корабль пошел на сближение с нашей академической элитой.

— А-а-а! — бросились адептки врассыпную от пожароопасного рюкзака.

Профессор Ирвин перестав вещать, и подняв руки в позе «сдаюся» — молча разевал рот, наблюдая необычное явление.

— А-а-а! Колдовство! Порча! — а это взбесившийся рюкзак добрался до сильной половины нашей аудитории.

— Что здесь происходит?! — раздался грозный рык, который я не перепутаю ни с каким другим на свете.

— Мама!!! — взвизгнул рюкзак, увидав своего несостоявшегося убийцу.

А далее произошло совсем уж несусветное. Раздувая лямки от большой скорости, коптя потолок вырывавшимся пламенем, моя сумка понеслась к окну, врезалась на всем ходу, и под опадающий грохот разбившегося стекла вылетела на улицу.

Наступила гробовая тишина. Даже некроманту было не под силу заставить произнести адептов хоть какие-то слова, если бы все мы превратились в зомби.

— Что. Здесь. Происходит. — вновь рыкнул по словам декан. Он водил бешеными омутами с одного ошарашенного лица на другое. — Весь поток накажу. — процедил Ладер.

Это было уже выше моих сил, да и Зубастика, куда бы он не полетел, с моим рюкзаком спасать надо было, не говоря уже о том, какую кару мне поток придумает.

— Понимаете… мастер Кроин, — быстро начала я, запинаясь от торопливости.

— Кирин! — прищурился он, глумливо растягивая мою фамилию, — Ах, Ки-и-ирин! За мной!

***

— Мастер Кроин! — я едва поспевала за широкой спиной мужчины, — я должна его спасти!

— Кирин, ты его чем додумалась накормить? — остановился он на мгновение в пустынном коридоре. — И какого безумия ты Вивра в Академию притащила?!

— Пирожком! — пискнула я, — Мне нужно идти!

Конечно, убегать от декана и куратора в одном флаконе было верхом Безумия, и того и того, но Зубастик нуждался… в защите! Я ринулась в ответвление коридора, ведущего к боковой лестнице, и тут же врезалась в невидимую преграду. Несильно, успев выставить ладони перед собой.

— Каким к Безумию пирожком? — взрыкнули совсем рядом.

— С капустой. — вздрогнула я, вжимаясь спиной в эту самую преграду.

Декан подходил ближе и ближе и бешеный взгляд его не сулил ничего хорошего. Как на зло, на лестнице никого не было. Снова страх быть избитой разбудил панику, которой нельзя было поддаваться. Надо как-то уговорить Кроина разрешить мне Зубастика разыскать. Мужчина, тем временем, уперся обоими ладонями в преграду, заключив меня таким образом в своеобразные объятия.

— Что мне с вами сделать, адептка Кирин? — хрипло поинтересовался он.

— Помогите Зубастика найти! — взмолилась я. — Или просто отпустите. Я потом аудиторию приберу, и стекло компенсирую, — бормотала я, ощущая как он осторожно, но неотвратно прижимает меня своим разгоряченным телом к невидимому стеклу.

— Конечно, приберете Кирин, куда вы денетесь! И штраф за нарушения спокойствия оплатите, — он поднял руку, а я с трудом сдержала себя, чтобы не зажмуриться, но расслабить задеревеневшее в ожидании удара тело, не удавалось. — Штраф, Кирин, всего лишь штраф, — заметив моё состояние, немного смягчился декан. Рука его потянулась к прядке, выбившейся из пучка и заправила его за ухо, а потом он в это ухо, вкрадчиво так, до мурашек, прошептал: — а теперь в библиотеку! И пока не осилишь труды по драконоведению, не выпущу!

Он отстранился, резко начертал в воздухе прямоугольник портала (такое проделывать, насколько я знала, можно было лишь в стенах учебного здания), за запястье меня через этот портал в библиотеку и вытолкнул. Я видела, как медленно тает выход, поедая размытое изображение коварного препода. Кинулась было обратно, но налетела на ту же невидимую стену.

— Нет!!! Вы не поступите так! Он пропадет без меня! — остались видны лишь смеющиеся глаза декана, — Он… Он меня мамой называл! — всхлипнула в полном отчаянии.

Портал окончательно закрылся. Я осталась в одиночестве, впотьмах огромной старинной академической библиотеки. Бросилась к массивным дверям, которые ожидаемо оказались запертыми, потом ринулась к витражам на окнах — ни одно не поддалось. Ясно. Он заблокировал меня тут, и сколько продержит, один Благоликий знает!

Погоревав от несправедливости еще немного, я начала размышлять. Зубастик вряд ли погибнет без меня, как-то же он до нашей встречи выживал… а вот реакция его на еду оказалась очень необычной. Возможно Кроин и бесчеловечный садист, но в чем-то он прав. И тем более я сама так стремилась в эту библиотеку попасть. Где только учебники по драконам тут искать? Разинув рот, оглядела огромные густо понатыканные книгами стеллажи, занимавшие пространство баскетбольного поля.

«Защитное Амулетоведение. Отвод от смерти» — бросилось в глаза солидное название. Я обернулась по сторонам: никого, кто мог бы обвинить меня в том, что читаю не по теме, не было, и вообще никого не было. А про защиту от смерти в свете последних убийств, да и рисунка, стыренного у декана, а потом унесенного, нет, не ветром, а одним безумным дракошкой, нужно вооружиться знаниями, которые сами в руки так и просятся.

Подпрыгнула — тяжеленный фолиант чуть не выпал из рук и не огрел нерадивую адептку по башке. Поймала в последний момент. Затарилась в уголок подальше — мало ли, вдруг куратор решит нанести проверочный визит, а у меня вместо энциклопедии по драконам, другая… не менее занятная.

«Почитаю чуток, минут пять» — успела подумать, погружаясь в старинные буквы, рунические символы и зарисовки магических амулетов.

Очнулась уже, когда за витражами начало смеркаться — половину книжки осилила только… Занятная выходит картина!

Если верить старинному источнику, то адептам Академий смерти можно не опасаться, но всегда есть исключения. Например, совершивший преступление и заслуживший казни, без сожаления лишался защитного Амулета, а вместе с ним и жизни на ближайшей плахе. Так же, правда об этом не принято говорить, всегда существовали «неудобные» адепты, подозреваемые или пойманные на чем-то очень нехорошем, и тогда высшее руководство Академии изготавливало, внимание(!) дубликат. Да не простую копию Амулета, а подправленную. Адепт вроде и носил защиту, но в один прекрасный или не очень момент — умирал. Внезапно. Нужно ли говорить, что татуировка исчезала раньше приезда лекаря, констатирующего смерть???

Я медленно поднялась, волоча за собой затекшие ноги, и похромала к витражу. Что же задумал магистр Кроин, раздобыв рисунок моего защитного амулета? Неужели я и стала этим самым «неудобным адептом»?! Внезапно стало холодно, и желудок жалобно забурчал. Но не от голода, хотя я сегодня только завтракала, а скорее от страха: что если они уже «подправили» мою татуху, и теперь я зачахну, когда им станет нужно? Вдруг они узнали про нашу с Дэном договоренность, и боятся, что я не потяну за двоих и уроню престиж известной во многих мирах Академии?

Представить на минутку, что так оно и есть, размышляла я, что тогда получится? Преподы в основном лояльны ко мне — вперед не выпячиваюсь, веду себя скромно, Дэна тяну изо всех сил. Меня откровенно третируют лишь несколько: профессор Орд, — та самая акула по Теории Целительных Амулетов, но тот всех адептов в принципе ненавидит, да магистр Кроин… ну теперь к ним может и Леди Гальтон после сплетен пристроиться.

Эх, жаль домой книгу не унести — дух хранитель при выходе не выпустит. У нас с этим строго. Там бы я, глядишь нашла как противостоять заговору коварных преподов… И пятикурсница та несчастная им тоже чем-то помешала. Или это — просто совпадение. Ее амулет не подменяли, а сорвали внаглую и кровушку всю выпили. Брррр. Бедная девочка.

А может это у меня уже мания преследования развивается? Ну зачем меня убивать руководству ВУЗа? Не проще ли на любом зачете завалить и восвояси отправить? Так, стоп! Меня здесь зачем закрыли? Правильно, читать про драконов. А я и так столько времени потратила! Так что теперь, Марь Петровна, будь добра ищи учебник по крылато-когтистым!

Стараясь всеми силами не думать о плохом, я двинулась вдоль стеллажей. Нужный, конечно же оказался в самом конце. А знаменитый десятитомник «Драконоведение», естественно располагался повыше. Вытаскивая по одной пухлой книге, я с тоской сканировала содержание. Каких только подвидов драконьих не существовало! Про Вивров же — ни слова. Отринула безполезный том, потянулась за следующим. И так семь раз подряд. Восьмой же, особо пухлый, выскользнул из руки, больно вывернув запястье.

— Чёрт! — тихо выругалась я, задирая неудобную юбку и опускаясь за книгой на колени.

Фолиант каким-то образом умудрился попасть краем под стеллаж, и теперь так просто вытаскиваться не собирался. Я припала щекой к полу, чтобы посмотреть, в чем дело. Непонятно. Дернула со всей силой и книженция поддалась. Там, в глубине ближе к стенке валялось что-то светлое, похожее на журнал. Моя ладонь легко проскользнула под многотонные полки и зацепила краешек глянцевой бумаги.

Глазам своим не поверила, когда рассмотрела находку. Это и впрямь оказался журнал, вот только датируемый почти тремя веками назад. Пыли не было — заклинания чистоты в стенах Академии работали исправно, а вот периодика, видимо как туда попала, так и лежала не трогаемая столетиями.

Перед тем как появиться в Академии, я естественно изучала местный язык, а амулет понимания и вовсе облегчил нам с Дэном жизнь, но я бы всё равно и без амулета, смогла бы понять о чем речь. Всякие «космополитэны», или «гламуры» в школе я очень любила. У родителей не было столько денег, чтобы покупать продукцию данного толка, но двоюродная сестра отдавала мне уже прочитанные. С собой их на учебу я естественно не взяла и иногда тосковала по симпатичным моделям, ни к чему не обязывающим статьям, советам и прочей девичьей милоте.

С особым трепетом повертев местный аналог «Вог», обнаружила отсутствие библиотечной печати. Что это значит? А то, что какая-то модница пару тройку веков назад забыла «Психологию Заклинания Красоты», и она никому не нужная провалялась тут, пока ее не нашла одна незадачливая адептка! Не поверив, своему счастью, сунула находку под блузку, прижав поясом юбки — забьет дух тревогу — верну, нет — значит, несколько милых девичьих вечеров мне обеспечены.

Видимо удача окончательно решила повернуться ко мне лицом, ибо весь упавший восьмой том был полностью посвящен Виврам. Дальние концы библиотеки поглотил мрак вечера, и я, с учебником наперевес отправилась в диванную зону — место, отведенное для чтения, не требующего конспектирования. Тут же над головой вспыхнул магический светильник, и я, забыв про голод и озябшие плечи, погрузилась в чтение.

— О-о-о, — простонала, узнав, какой эффект оказывает капуста, причем в любом виде и состоянии, а когда прочла про размеры взрослой вивровой особи, чудом с дивана не упала.