ГЛАВА 3

Крумвель встретил нас лучами заката, отражающимися бликами на металлических крышах башен и зданий. Дуллар вел кобылу, на которой висели наши вещи, перекинутые через седло. Для конспирации я подняла капюшон накидки, скрывая свое лицо — мало ли, вдруг братец оставил страже мои опознавательные приметы.

При входе в город нас остановила охрана, попросив регистрационные таблички. Я шепнула Дуллару, что такой не имею, но орк весело подмигнул мне.

— Сейчас все улажу, госпожа.

Он достал из сумки какую-то деревянную дощечку, показав стражникам у ворот.

— А это моя жена, — указал на меня, приобнимая за талию рукой.

Я чуть не поперхнулась, но тут же кивнула, подтвердив его слова. Нас пропустили в город, закрывая за нами ворота.

— Проходите быстрее, ночью никого не впускаем, — недовольно произнес мужчина, и мы поспешили пройти стражницкую.

— Куда направимся? — поинтересовалась я. — Нам бы где переночевать, но у меня, к сожалению, нет денег.

Я вспомнила, как бежала из Ратомира со свадьбы Виолы, успев взять лишь еду.

— Мне удалось заработать пару монет на ужин. Вам, госпожа Арвен, их хватит.

— А как же ты? — тут же откликнулась я.

— Неважно, мне не привыкать, я могу и потерпеть. Недалеко есть таверна, спросим у хозяина, может, мне дадут работу. Я уже бывал там.

— Что же, веди нас, — согласилась я со своим помощником, не видя иного выхода.

Чтобы добраться до заведения, нам пришлось пройти несколько кварталов. На улицах Крумвеля городские работники уже зажигали фонари, а жители спешили по домам. Мы не понимали, почему они так себя ведут. В воздухе витало какое-то напряжение. Даже фонарщики торопились быстрее закончить свою работу. Жизнь в крупном городе замирала с наступлением сумерек, и это показалось мне очень странным. Даже Дуллар не смог ответить, что здесь происходит. Он сказал, что пару месяцев назад ничего подобного не замечал. Мы как раз добрались до таверны, двери и окна которой оказались наглухо закрыты. Привязали лошадь под навесом, а сами подошли к заведению. Дуллар кулаком постучал в двери, из-за которых послышался испуганный мужской голос.

— Кто там?

— Дуллар из клана Громогласных со своей спутницей. Я работал у вас несколько раз, вы должны меня помнить.

Тут дверь скрипнула и осторожно полуоткрылась.

— Быстрее проходите, — ответил мужчина в летах грузной наружности, он поманил нас рукой внутрь.

Мы вошли в просторное, отделанное темным деревом помещение, удивляясь поведению хозяина. Таверна оказалась переполненной посетителями, но все они сидели, уткнувшись в блюда, какие-то угрюмые и отрешенные.

— Господин Брюг, найдется ли лишняя тарелка супа для моей жены?

Тот окинул меня внимательным взглядом, пытаясь рассмотреть мое лицо, спрятанное под капюшоном.

— Для твоей супруги найдется, — уже не так настороженно произнес хозяин таверны и даже слегка улыбнулся.

Мы прошли к дальней стене, к единственному свободному столику возле зажженного камина, и я еще отметила для себя, что для такого заведения тут слишком ярко, явно хозяин не экономит на свечах. К нам подошла женщина средних лет в чистом переднике и поставила глиняную миску, полную бобовой похлебки, в которой плавали куски мяса с салом и нарезанная кружочками морковь. Рядом она поставила глиняный стакан напитка и положила ломоть черного хлеба и деревянную ложку.

От супа шел пар и обалденный аромат, нагоняя слюну. Подув нетерпеливо на ложку, я начала есть, чувствуя, как все внутри обжигает. Мне было довольно неловко от того, что полукровка рядом, что я ем, а он нет.

Орк тактично отвернулся, делая вид, что наблюдает за залом, где находились не только люди, но и эльфы, и гномы и даже один тролль, который, не стесняясь, ковырял в носу.

Я тут же перевела взгляд на свою тарелку, пытаясь забыть увиденное. Решив подождать, пока остынет суп, взяла в руки глиняную емкость. На вкус напиток оказался похожим на темное пиво, но с какой-то сладкой горечью. Через пару секунд я распробовала и уже с удовольствием приложилась к узкой чаше, а потом еще раз.

— Эль, и довольно хорошего качества, — повел носом орк, слегка повернув голову ко мне.

А у меня перед глазами все закружилось — эль оказался крепким. Какой-то неправильный эль, сразу ударил в голову — и душа вдруг потребовала веселья. Я тут подумала, что гости таверны слишком с кислыми минами сидят. Может, мне спеть, чтобы их взбодрить? Заодно и денег заработаю, а то как-то неудобно перед орком. Ем, а ему и крошки не перепадает.

Я решительно поднялась под удивленным взглядом Дуллара, скинула капюшон на плечи и сделала пару шагов к камину. Орк даже не успел меня остановить. Да и к чему конспирация? Принца-то здесь нет. Похоже, эль снял все тормоза, мне уже было все до высокого фонаря.

В зале воцарилась тишина, и даже монотонный стук ложек прекратился. Все уставились на меня, кто с восхищением, а кто и с неподдельной тревогой в глазах. Только я все проигнорировала.

Я затянула первую попавшуюся на ум песню Верки Сердючки под названием «Я не поняла», слова которой вдруг пронеслись в моей затуманенной от эля голове. Интересно, что эти слова тут же переводились на местный язык и даже складывались в рифму:

Запела я, ощущая себя звездой сезона.

Эль не отпускал, а даже бы сказала ударил в голову сильнее, и я запела с большим энтузиазмом, чем начала. И заметила реакцию посетителей: кажется, моя песня заставила их оживиться и словно избавиться от внутреннего напряжения и страха. Их челюсти опустились от изумления, мужчины начали исходить слюной, пожирая меня глазами. Они даже сапогами постукивали, отбивая такт, и хлопали в ладоши, подбадривая меня.

Окрыленная таким успехом, я прошлась по залу виляющей походкой, отчего мужские особи чуть не поскручивали шеи, не отрывая от меня голодных взглядов. Останавливаясь у столиков, кокетливо проводила пальчиками по плечам мужчин, слыша вслед улюлюканье и предложения о замужестве.

Дойдя до Дуллара, бесцеремонно, уселась ему на колени и обняла его за шею.

— Что вы делаете, госпожа? — покраснев, произнес орк. — Вам не следовало пить эль.

— Не люблю оставаться в долгу, поэтому зарабатываю нам на ужин, — подмигнула я ему и поднялась, затянув припев песни:

Тут я стала протянутые руки отбрасывать от себя, а кто оказался понаглее и пытался дотянуться до моей груди, того била шаловливо по пальцам.

Я одарила сногсшибательной улыбкой мужчин, отчего те словно сошли с ума.

И дернула плечами вверх.

В тот момент, когда я только вошла во вкус, произошло что-то неладное: закрытые двери и ставни на окнах начали дрожать, а посетители вдруг замолкли, будто очнулись от гипноза. В ужасе оглядываясь, один представитель гномьего народа истошно прокричал:

— Пожиратели душ! Спасайся, кто может!

Мужчины посмелее бросились к дверям, пытаясь их удержать, приставляли табуретки и скамейки. Но это не помогло: несколько мгновений спустя в зал ворвались странные черные вихри, их становилось все больше. Порыв ветра затушил все свечи, и лишь камин давал немного света.

Я испуганно смотрела на пожирателей, мгновенно протрезвев от страшной действительности. Жутко видеть, как на глазах эти сущности вытягивали из гостей жизненную энергию, а те усыхали. Эти твари оправдывали свое название. Значит, они вынимают из горожан их души? Какой кошмар! Теперь мне понятно, почему в город никого не впускают ночью.

Один из гостей — эльф — пытался бороться с этими существами. Но его магия оказалась бессильна, он не сумел справиться. Почувствовав его силу, тени ощерились, отступили на миг, а потом налетели всей тьмой на мага и сожрали его.

Нужно было что-то делать, и единственное, что пришло на ум, спеть новую песню, раз уж мой голос обладает какой-то силой.

Я набрала в грудь побольше воздуха, выпятила ее, как сделал бы это наш ведущий баритон Игорь Неслухов, и запела:

Черные субстанции приблизились ко мне, стали кружить подобно хищным птицам, выжидая момент, чтобы напасть, но я почему-то их совсем не боялась. Одна из теней попыталась меня коснуться, но я выкинула вперед руки и представила, как она рассыпается в прах, и тут же яркие потоки полились из моих ладоней.

Тень с диким завыванием словно разгневанная банши, растворилась в пространстве зала. А я осознала, что моя магия действует на этих духов, созданных со злым умыслом, и направила руки на остальных, запев еще громче:

От моей песни стон черных теней усилился, они выли в унисон, их голоса менялись, превращаясь то в плач ребенка, то в истошный жалобный женский крик, переходящий в визгливый хохот. Они оглашали воздух пронзительными воплями животных, но постепенно жуткая какофония сходила на нет, а потусторонние сущности исчезали одна за другой.

Я не успела допеть куплет, когда поняла, что тьма рассеялась. Сжавшийся под столами и скамьями народ осторожно выглядывал, все еще не веря, что пожиратели душ уничтожены.

А как убедились, вот же радости было! Никогда бы не подумала, что гномы окажутся такими щедрыми. Как я слышала, это еще тот прижимистый народец. Они выложили на стол полный кошель денег! Я только глазом успела заглянуть туда и заметила золотой блеск гладких монет. Даже опешила. Хорошо, Дуллар не растерялся и тут же повесил увесистый мешочек на пояс.

Остальные кидали не только деньги, но и драгоценные украшения, которые мой слуга старательно прятал в свою сумку. Да уж, настрадались, видно, бедолаги, покоя им не давали эти пожиратели, что теперь готовы последнее отдать. Я решила не возражать против вознаграждения, не в моем случае проявлять благородство. А еще вот интересно, кто таких тварей напустил на город и с какой целью?

Трактирщик достал из закромов и поставил на стол свое лучшее вино, на радостях угощая постояльцев и при этом обещая нам выделить лучшую комнату, которая открывалась только для особых гостей.

Народ стал говорить тосты в мою честь, предлагая разделить с ними радость, но я поняла, что на сегодня мне хватит. Только отошла от действия эля. Зато Дуллар услужливо выпил за меня, притом целый кувшин лучшего крепленого напитка и, судя по тому, с какой легкостью он недавно оприходовал вино, данное мне в дорогу Виолой, то могу смело не переживать за его голову.

Я уже расслабилась и представляла, как отдохну этой ночью, как высплюсь в теплой мягкой постели по-человечески, тьфу, в моем случае по-эльфийски, как в самый разгар веселья раздался грохот. Дверь от внешней силы соскочила с петель и упала — и перед моими глазами среди клубов пыли выросла фигура принца Эльвинга.

За ним виднелась и его эльфийская свита. Вот же нелегкая принесла, что за невезение! И тут я поняла, что в моей песне как раз про него и говорилось, но вот замуж за родного братца идти совсем не хотелось.

Мне не оставалось иного выхода, как устроить грандиозный переполох. Что-то мне подсказывало, что в этом мире и в этом теле у меня не будет спокойной жизни.

И я затянула:

Я желала того, чтобы гости таверны пошли мне на защиту, собрала всю волю вместе и направила свою магию на толпу вдруг сошедших с ума посетителей, пытаясь перевести их злость на своего братца. В таверне начало твориться настоящее безумие: летели столы и тарелки, начавшаяся перед изумленным лицом Эльвинга драка помешала ему пройти ко мне, и он не мог ничего сделать.

— Дулларчик, бежим! — крикнула я, и орк сразу все понял; он подхватил наши вещи и потащил меня к черному выходу, откуда, как я видела, приходила подавальщица.

Эльвинг оказался в самом эпицентре заварущки. Перед тем, как мы выбежали в двери, я повернулась и увидела, как тролль развернулся и врезал своим увесистым кулаком эльфийскому принцу прямо в его ошалелое лицо, и тот зашатался, едва удержавшись на ногах. Его же свита отбивалась от нападавших, когда в их сторону вдруг полетел стол и свалил на пол сразу несколько эльфов. Окрыленная увиденным, продолжила петь:

Из темного коридорчика, где стояли ящики, бочки и прочая утварь, мы попали на ярко освещенную кухню таверны, там над столами возились две кухарки, которые при виде нас разбежались по углам, Дуллар на полминуты задержался, забаррикадировал вход тяжелыми ящиками, а потом кивнул мне.

— Бежим, госпожа, за мной. Я даже не буду спрашивать, кто он вам приходится, тот эльф.

— Очень разумно с твоей стороны! — крикнула я в ответ.

Я уже не пела, с перепугу забыла дальнейшие слова песни. Но больше и не требовалось, мы успели покинуть здание таверны, оббежали его и оказались у навеса, где стояла наша лошадка. Неподалеку от нее, у входа я успела заметить демонических коней, испускающих из ноздрей пар.

Вот же гад, лучших скакунов взял! Я смогла оценить их по достоинству вблизи. Недаром Эльвинг так быстро передвигался. Но он все равно не оставит меня в покое, нужно бежать как можно быстрее и дальше от него. Поскорее бы попасть в Моруанию, может там не достанет! Или не успеет.

Дуллар подхватил меня за талию и усадил в седло, тут же отвязал лошадь и ударил по ее крупу. Кобыла заржала и помчалась по брусчатке. Дуллар бежал следом; выносливому орку не составило труда догнать лошадь и притормозить ее. Через полчаса мы оказались в каком-то неосвещенном переулке и остановились.

— Мы не сможем выбраться ночью из Крумвеля, госпожа, — выдохнул Дуллар.

— Что же делать?

— Придется искать постоялый двор в другом районе города, спрятаться на время. Теперь нам хватит денег на комнату.

— Постоялый двор не подойдет, нас никто сейчас не пустит, хоть криком исходи. А эльф найдет меня все равно, ни перед чем не остановится! Теперь он знает, что я в Крумвеле, и проверит все постоялые дворы, — дернулась я нервно при мысли об эльфийском принце. — Что же нам делать? Утром бежать из города?

Орк призадумался.

— Постойте, есть у меня одна идея, — сказал Дуллар пару минут спустя. — Но боюсь, госпожа, вы не согласитесь, — чуть замялся он.

Мне в голову пришло только одно: изобразить его жену по-настоящему. Вдруг он хочет предложить мне руку и сердце, чтобы избавить от притязаний братца?

Я вопросительно приподняла бровь, ожидая ответа от орка. Тот тянул.

— Так что же? — не выдержала я.

— Я собирался идти в Крумвель и наниматься в солдаты. Платят и кормят хорошо, а я лучше всего и умею, что воевать. Вас можно было бы переодеть в мужчину и представить моим дальним родственником по материнской линии. А в гарнизоне вас точно искать никто не будет.

Сказал и смотрит на мою реакцию. Я пожала плечами. В армию, так в армию, мне сейчас везде будет хорошо. Только смутило то, что я в руках даже меча не держала, а потом мысленно махнула рукой. Мне бы из города выбраться. И я согласна, что в гарнизоне меня точно не будут искать, а там в самоволку подамся. Ищи потом ветер в поле!

— Вы уверены, госпожа? Вы такая нежная, спать на холодной земле не приучены. А с наемниками не церемонятся.

— Веди! — решительно приказала я.

Мы выдвинулись в путь по тесным улочкам города в сторону замка местного графа, где находился гарнизон. Я молчала всю дорогу, пока лошадка равномерно покачивала меня при ходьбе, и почти засыпала. Ночка выдалась еще та! Мысли крутились разные, но больше всего заботило одно: как Эльвинг смог так быстро меня отыскать, причем второй раз подряд? Он что, своим эльфийским носом чует меня за версту?

Но тогда он бы догнал сейчас или заметил бы меня, когда я еще возле дороги пряталась в кустах, а не проехал бы мимо со своими воинами. В общем, все сводилось к тому, что он улавливает мою магию, только после моих песнопений он и появляется. Придется о них пока забыть.

Я сообразила, что на мне до сих пор надето женское платье. В таком виде не то что в армию не возьмут — в замок не впустят. Пока мы шли по какой-то подворотне, я заметила за забором висящую мужскую одежду, вполне годную по размеру.

Я подъехала ближе на лошади, рассматривая ее при свете фонаря и все еще сомневаясь.

— Дуллар, ты не мог бы… — начала было я, смущаясь своего намерения. То, что я задумала — это ведь воровство! Но мне было жизненно необходимо переодеться. Хорошо, что мой слуга понял, что мне нужно. Он молча подошел к забору, подтянулся и дернул за веревку, подтаскивая ее к себе вместе со штанами и рубахой, которые висели на ней. Как же неудобно-то!

— Оставь взамен денег, — попросила я. И Дуллар бросил на крыльцо золотую монету.

Ночью никто бы не вышел, раз все жители города боялись пожирателей душ, но мы все равно поспешили убраться оттуда как можно скорее. Переодеваться пришлось в подворотне, пока орк прикрывал меня своим мощным телом, словно ширмой, и, скромно отвернувшись, посматривал по сторонам.

С первыми лучами солнца мы заявились в замок. Мне ужасно хотелось спать. Я едва сидела на лошади, только и успевала прикрывать рот ладонью, сонно зевая. Мое состояние заметил Дуллар. Перед воротами орк спустил меня и сказал:

— Потерпите, госпожа.

Нам открыли стражники и приказали ждать пробуждения начальника гарнизона.

— Вам бы отдохнуть, госпожа Арвен, — произнес Дуллар, когда мы остались одни, а мужчины ушли в стражницкую.

— Не надо называть меня госпожой Арвен, даже если нам кажется, что нас никто не слышит. Мне нужно придумать другое имя, — сказала я. — А поспать я бы и правда не отказалась.

— Посмотрите, вон там можно передохнуть, пока нас не вызовут, — указал орк на заполненную соломой телегу, стоящую в углу двора.

Молча кивнула головой и, не в силах держаться прямо, последовала за Дулларом. Я на что угодно была согласна, только бы хоть часик подремать.

— Я буду звать вас Анарион. Так звали моего троюродного брата.

Неплохо. И созвучно с моим именем. Я одобрила.

Он подсадил меня на телегу, сам присел рядом, свесив ноги. Я же скрутилась калачиком, ежась от холода, несмотря на плащ. Дуллар тут же поправил его, укутывая меня лучше, и сверху насыпал ворох соломы.

— Так вам будет теплее, — с клыкастой улыбкой произнес он.

— Давай уже на «ты», а то выдашь еще нас.

Он кивнул, а я, кажется, отключилась мгновенно. И тут же, словно не прошло и минуты, чувствую, как кто-то настойчиво трясет меня за плечо. Обрывки сна улетучивались, унося туманный образ асура.

— Анарион, проснись! — будил меня Дуллар, и я не сразу сообразила, что сон закончен. А когда пришла в себя окончательно, то поняла, что нас вызывает начальник гарнизона.

Я поднялась и потерла затекшую руку, которую первые минуты вообще не чувствовала. Особенно ныло плечо. Пока шла пыталась разработать руку, потирая пульсирующее место. Надо же, а во сне и не почувствовала, спала как убитая.

***

Темный властелин восседал на каменном троне, украшенном костями драконов. Над его головой возвышалась величественная корона из рогов этих магических животных. Зачесанные назад волосы высшего демона спускались по плечам, открывая широкий прямой лоб, слегка насупленные, густые, сведенные вместе темные брови. Он опустил голову вниз, высокие скулы чуть подергивались — только это выдавало ярость властелина асуров.

Перед ним, встав на одно колено, находился гонец, который принес дурные вести.

— Эльфийка пропала, а хозяйка заведения мертва, — сообщил ему низший демон.

Темный властелин чуть приподнялся с трона, опираясь на магический жезл власти — меч Кихаруона, по металлу которого пробежали охваченные огнем трещины, уходя в мраморный пол, от чего низший демон в страхе распластался перед своим правителем.

— Ты смеешь заявляться сюда с такими новостями? Почему не организовали поиски?

— Это не моя вина, господин. Она как сквозь землю провалилась, ни один поисковик не может ее вычислить.

Правитель вдруг понял, что срывает зло не на того. Немного успокоившись, он приказал:

— Передай начальнику поисковой службы, чтобы лучше искали, перевернули всю границу между Элайзией и Лафирией и доставили девушку в Хелльруанг.

— Будет сделано, Ваше Темное Величество, — произнес смиренно посыльный, отползая назад к огромным резным дверям зала. Он не смел поднимать взгляда, чтобы не рассердить великого властелина Хелльруанга.

На мгновение асур закрыл глаза, мысленно представляя образ нежной эльфийки. Знал ли он тогда, что ночь с ней изменит всю его дальнейшую жизнь? Ведь поначалу ему показалось забавным купить эльфийку, особенно, если учесть, как их берегут. По ощущению тепла он понял, что она жива и здорова. Почувствовав зыбкую грань между явью и сном, он перешагнул ее и оказался в иллюзорном мире, существующем по законам другого сознания. Он удивленно осмотрелся, пытаясь понять, что за место он видит во сне, оно не походило на его мир.

Он стоял на покрытой странным материалом площадке, подобной которой не встречал нигде. Площадка находилась на большой высоте, окруженная странными на вид горами, но присмотревшись, понял, что это дома. Внизу по удивительной дороге ездили удивительные разноцветные повозки без лошадей, развивая немыслимую скорость. А на самом краю у ограждения стояла девушка с рыжими волосами, но тут же картинка сменилась, как при эффекте резкого перехода, и волосы девушки посветлели.

Она теребила подол короткого летнего голубого платья, глядя вдаль на огромный расстилающийся перед ними город, и не замечала гостя своего сна. Потом медленно обернулась, словно почувствовала чужое присутствие за спиной. Пару мгновений она смотрела спокойно, а потом ее глаза расширились от удивления.

— Ты кто? — изумленно выдохнула она.

— Мы уже встречались, — усмехнулся демон, сообразив, что она не узнала его без маски.

Долю секунды на ее лице оставалось непонимание, но потом девушка его вспомнила.

— Это ты!.. Ты! — взволнованно воскликнула она. — Как ты тут оказался?

— Ты сама позвала меня, это ведь твой сон. Я с самого начала чувствовал, что ты не такая, как все. Кто ты?

— Ты мне не представился, почему я должна тебе отвечать? — произнесла девушка, настороженно наблюдая за ним.

— Дэмиан, — усмехнувшись, назвал он свое имя.

Девушка уставилась на него с неподдельным интересом.

— Дэмиан, — повторила она за асуром, и тому вдруг понравилось, как она сказала, словно попробовала имя на вкус. — Тогда меня можешь звать Анной. Не думала, что демоны так просто признаются, как их зовут. Или это только в книгах описывают, что вместе с именем получаешь власть над его хозяином?

— Книги врут, — заулыбался клыкастый. — Что это за место?

— Это мой мир, — коротко произнесла она, устремив тоскливый взгляд на заходящее солнце. — Мне бы хотелось снова увидеть его.

— Ты пришла в наш мир отсюда?

Девушка подтвердила кивком.

Теперь Дэмиану стало понятно, почему его подданные не могли отыскать девушку. Ее душа чужда их миру.

Фигура Анны вдруг стала расплываться, а мир покачнулся, начал дрожать и уходить во тьму. Высший демон понял, что ее сон обрывается.

— Я найду тебя, — пообещал он ей вслед, и девушка его услышала, но не успела ответить, потому что растворилась в воздухе, а он очнулся сидящим на троне.

Он почувствовал в груди щемящую тоску и понял, что она небезразлична ему, только вот непонятно почему. И почему ему, во чтобы то ни стало, хочется отыскать ее.

***

Я шла вслед за Дулларом, вспоминая обрывки сна, в котором впервые увидела лицо асура. Интересно сон ли это? Или все происходило наяву? Почему-то именно таким асура и представляла, с мужественными правильными чертами лица. С такой величественной осанкой просто невозможно быть посредственным. В моем сне он выглядел красавцем, с которым я была бы не прочь иметь долгие отношения. Но он пропал, а сон — это просто сон, не более. Я до сих пор с трудом могу принять правду, что переместилась в другой мир. Проще было представить, что лежу в коме на больничной койке, а вокруг меня происходят события, которые мой мозг выдает под действием лекарств.

Мои мысли переключились на насущные проблемы. Если меня не возьмут в ряды воинов, что буду делать дальше? В городе даже остановиться негде, ведь Эльвинг станет преследовать меня повсюду. Главное, не забыть, что мне нельзя больше петь, ведь он тут же вычислит мое местонахождение.

Охранники проводили нас через коридор на другую сторону замка, где и располагался гарнизон. Там уже собралась толпа новобранцев — людей и представителей других рас. Посреди двора находилась круглая, посыпанная песком площадка с многочисленными следами. За ней стояли стол и стулья с высокими спинками, но на них никто не сидел.

Перед нами прошли слуги, расставляя на стол кубки с гравировкой, серебряные блюда с фруктами, рядом поставили кувшин. Шум мешал сосредоточиться на мыслях, и я растерянно посматривала на невозмутимого Дуллара. Что буду делать? Ведь я совсем не владею мечом. Глядя на то оружие, которое крутили в руках мужчины, разминаясь перед показом, понимала, что его даже не подниму,

Внезапно голоса замолкли, новобранцы синхронно повернули головы в сторону дверей. Из замка вышли двое мужчин. Один из них был упитанный усатый вояка лет сорока пяти с красным лицом, явно указывающим на пристрастие к спиртному. На плечах его мундира красовались золотые эполеты с бахромой, а еще наискосок туловища крепилась широкая золотистая лента. Мундир был застегнут на блестящие крупные пуговицы, брюки заправлены в начищенные сапоги с задранными вверх носами. Я сразу поняла, что он здесь один из главных. Скорее всего, он и есть начальник гарнизона.

Второй мужчина показался мне неприятным. Его лицо, скупое на эмоции, выглядело отталкивающим, когда он говорил что-то отрывисто краснощекому вояке. Тот лишь согласно кивал, довольно поглядывая на серебряный кувшин и выставленные на столе закуски. Черный плащ скрывал слегка горбатую высокую фигуру второго незнакомца. Но когда порыв ветра подхватил полы плаща и поднял их, я смогла рассмотреть худощавое строение тела и расшитый серебряными нитями черный камзол. Я подняла взгляд, разглядывая короткую черную бородку на узком лице, карие сощуренные глаза. Темные прямые волосы были зачесаны назад и собраны в хвост, в них я не заметила седины. Значит, он еще относительно молод.

— Граф Фебус Аторио, — обратился к нему вояка с подобострастием, — вы сегодня великолепно выглядите.

Граф слегка приподнял бровь, снисходительно посмотрев на начальника гарнизона, а потом прошелся острым, словно у ястреба, взглядом по нестройным рядам новобранцев.

— Вижу, сегодня у нас будет прибавление.

— Мы постараемся подобрать для вас лучших солдат, — услужливо произнес усатый.

— Хорошо, приступаем, — ответил граф.

Оба уселись за стол. За ними поспешил секретарь, поправляя на ходу пенсне. Разложил перед собой столик, наподобие мольберта, развернул незаполненный длинный свиток, достал из сумки и поставил рядом чернильницу и взял в руку перо, приготовившись записывать имена.

Новобранцы по очереди стали выходить к столу, называя громко перед испытанием свое имя и селение, откуда прибыли. Каждый из участников по звуку барабана сражался на мечах с опытным бойцом гарнизона, но большинство отсеивались после нескольких ударов, падали на песок, так и не достигая красного флажка. Тогда наступало другое испытание — новобранцам выдавали лук и стрелы. Нужно было попасть в мишень — чучело, набитое соломой — с расстояния тридцати шагов. Потом метали топоры: задача каждого воина состояла в том, чтобы секира воткнулась в специально установленный деревянный щит.

В результате испытаний часть новобранцев отходила в одну сторону, другие же покидали двор с опущенной головой. Секретарь же, старательно выводя каждую букву, вносил прошедшего в список.

Скоро подошла и наша очередь. Дуллар подмигнул и вышел первым, сделав несколько шагов к столу.

— Имя! — равнодушно произнес секретарь, чуть ли не зевая.

— Дуллар из клана Громогласных! — внезапно рявкнул орк, да так, что зазвенели мечи в ножнах, а кубки на столе задрожали. Один из них как раз поднял начальник гарнизона, собираясь сделать глоток, но от неожиданности кубок выпал из его руки, и пятно от вина лужицей расползлось по белой скатерти.

Усатый, казалось, еще больше покраснел от злости, а я с замиранием сердца смотрела, полагая, что сейчас Дуллара отправят вслед за выбывшими кандидатами. Но графа эта ситуация вдруг позабавила.

— Что же, покажи, что ты умеешь, полукровка, — надменно произнес граф, не скрывая кривой усмешки на тонких губах.

Дуллар молча кивнул головой. Он взял с подставки меч и шагнул в центр арены. Оказывается, мой помощник обладал множеством скрытых талантов. Он сражался как прирожденный воин, искусно отбивал атаки противника, а потом и вовсе вытеснил того за край площадки. Затем все пять выпущенных им стрел попали точно в нарисованные глаза чучела, а боевой топорик пробил деревянный щит так, что лезвие вышло с противоположной стороны, почти раскроив сам щит пополам.

— Он принят, — донеслись до меня слова графа.

Пока Дуллар шел ко мне, я поняла, что мне здесь делать нечего. Да я не знаю, какой стороной тот лук повернуть, не говоря уже о владении мечом и метании топора. Но Дуллар, подойдя ближе, шепнул мне на ухо:

— Госпожа, продемонстрируете им свою силу. Маги всегда требуются.

Я вышла вперед, а сама подумала о том, что если покажу свою магию, меня обязательно найдет злобный братец, ведь он может оказаться неподалеку от замка. Нет уж, все же попробую делать то, что и все. Вдруг что-нибудь да выйдет. Верхом ведь тоже ездить не умела, а как-то смогла.

Я представилась вымышленным именем, сказала, что из Крумвеля, затем по команде усатого начальника подошла к стойке, где торчали рукоятки мечей. Выбрав самую маленькую из них, ухватилась и потянула меч вверх. Но не тут-то было. Меч оказался гораздо тяжелее, чем я предполагала. Мне пришлось вытаскивать клинок обеими руками, упираясь ногой в деревянную подставку.

С оружием я прогадала. У меча оказалось весьма тяжелое лезвие внушительных размеров. Я не могла даже поднять меч одной рукой. Мне пришлось тащить оружие на площадку волоком, оставляя на песке длинную борозду. Там попыталась его поднять двумя руками, но меч выпал из моих рук и едва не угодил по ноге. Из толпы наблюдающих раздался дружный смех и крики:

— Молоко на губах не обсохло! Иди к мамкиной сиське, парень!

Растерявшись, обернулась и заметила, что на меня с поднятым оружием в руках идет воин. На его лице я прочитала, что мне капец. Он бросился на меня, желая убить. Скорее, пугал, но мне все равно было жуть как страшно. Каким-то чудом мне удалось увернуться от выпада, и я упала на песок. Мужчина снова на меня. Я в сторону. Он ко мне — я перекатываюсь по песку.

В рот забились мелкие песчинки, но пока мне было не до них. Следующий выпад — и я шустро проползла на коленках меж его раздвинутых ног, вызвав новую волну смеха.

— А парень — не промах! — раздалось одобрение из толпы.

Боец развернулся и снова бросился на меня, но тут я сообразила, что делать — захватила жменю песка и пустила ее прямо в лицо мужика. Вот тут моя меткость сработала! Он остановился, протирая глаза рукой, а я в это время резво поднялась на ноги и добежала до флажка. Раздался глухой звук удара, оповещающий, что бой закончен. Надо же! Оказывается, не обязательно уметь сражаться, чтобы победить.

Но мне тут же вручили лук и колчан со стрелами. Я пару минут крутила их в руках, вспоминая, как стреляли другие. Зрители неугомонно комментировали мою неловкость, и тогда я разозлилась. Уверенно выставила лук перед собой, взяла стрелу и приставила ее к тугой тетиве. Лети, моя птичка!

Я выпустила ее почти наугад, но в момент выстрела сделала шаг назад и пошатнулась от веса лука, и стрела вместо того, чтобы лететь в цель, направилась вверх, прочертила в воздухе параболу и куда-то с громким звуком воткнулась. Но вот куда?

Я проследила взглядом траекторию. Наверное, мои глаза сделались такими же круглыми, как и линзы в пенсне писаря. Тот, бедолага, даже побледнел от неожиданности. Стрела прошила его рукав, пригвоздив руку к деревянной доске, на которой он писал. Чернила растеклись по ней, испачкав одежду и бумагу. Секретарь отчаянно пытался спасти свой список, размахивая им в воздухе свободной рукой.

Стрела упала, прямо как в сказке про царевну-лягушку.

«Видимо, к вестям,» — успела подумать я, прежде чем граф подозвал меня к столу.

— Третье испытание отменяется. Боюсь, ты одному из моих воинов отрежешь какую нужную часть тела, — насмехаясь, произнес аристократ. — На что ты еще способен?

Я вспомнила слова Дуллара.

— Владею магией, — тихо ответила я.

— Какой именно? — заинтересованно глядя в мои глаза, спросил граф Аторио.

Я замялась. Если бы сама знала, какой магией владею. Пока я проверила только силу своего пения, но петь здесь, чтобы меня сразу нашли и схватили, не стану ни за какие коврижки.

— Ваше Сиятельство… Я… я… — повторяла, лихорадочно соображая, что ответить.

А в этот момент двери распахнулись, и во двор вбежал мужчина с футляром в руках.

— Срочная депеша от Его Величества! — прокричал гонец.

Граф молча принял и открыл футляр, достал из него свиток, внимательно вчитываясь в текст. Затем передал письмо начальнику гарнизона. Краснощекий вояка прочитал письмо, накручивая ус на палец. Его довольное выражение лица сменилось озабоченностью.

— Орки совсем обнаглели! — в голос возмутился он. — Не соблюдают пределов нашего королевства! Приграничные войска просят о немедленной помощи.

— Мы так и не набрали нужного количество солдат, — возразил граф.

— Может, возьмем всех, кто пришел? Если что, пустим на пушечное мясо, — ответил начальник гарнизона.

Граф согласно кивнул.

— Выдвигаемся как можно скорее.

Я переминалась с ноги на ногу, гадая, что же со мной будет. Как поняла по разговору, возьмут всех, но спрашивать боялась. Еще заставят показывать магические способности, а мне совсем не хотелось палиться. Вообще удивительно, что во мне не увидели девушку. Но, если взять в расчет, что эльфы на вид женоподобны, то вполне тогда ожидаемо. Мне бы только из города выбраться, а потом по плану Дуллара мы сбежим из отряда.

— Иди ко всем, ты принят. Потом посмотрим, на что ты способен, — услышала я голос графа Аторио.

Я молча порадовалась и повернулась к Дуллару. Тот тряхнул головой с видом «я же говорил». И, следуя приказу, мы все вместе присоединились к новому отряду.