Глава 27

Пеплона

Какие новости, мой друг? — спрашивал благожелательно настроенный премьер-министр Пеплоны, Дэвид Ллойд, первый граф Дуйворт

Все шло по плану, сегодня он получил подтверждение от князя Шаховского, что Россима готова принять помощь Альянса и готова благодарить.

Раз готовы, — весело подумал премьер-министр, значит пора вам мистер Шаховской узнать условия, и достал карту, на которой были красным карандашом обведены несколько областей. Почти все они находились у Срединного моря и с их переходом под юрисдикцию альянса Россима совсем лишалась выхода к одному из центральных морей.

А что? За все надо платить. Хотите победить, будьте готовы за это заплатить

Министр радостно улыбнулся и вызвал секретаря. Вскоре письмо, содержащее в себе только небольшую копию карты, но всё с теми же выделенными областями было готово.

— Так, а что у нас по вопросам революции? Есть что-то от этого баха? Не помню его имени, даже не имя, а кличка какая-то, произнёс граф Дуйворт поморщившись.

Секретарь открыл папку и зачитал:

— Поезд с золотом выехал третьего дня. Прибытие в Фрулессию ожидается пятого дня, с процентом согласен.

Ну вот, — снова радостно заявил министр, — какое интересное время, одни пытаются страну распродать по кусочкам, а другие оплачивают борьбу против своих же идей.

Премьер-министр постучал пальцами о дубовый стол, выбивая мелодию какого-то марша и продолжил:

— А кто в прибыли?

И сам же ответил:

— Верно, тот кто и нашим, и вашим. Мы сторона почти нейтральная. Наверняка, этот бах в курсе, кто стоит за силами Альянса. Однако он не предпринимает ничего, чтобы это изменить. Наоборот, понимая, что будет, он даже не пытается сделать вид, что ему жаль.

Премьер-министр Пеплоны открыл стоящую здесь же на столе шкатулку красного дерева, достал сигару, которую ему привозили из одной из колоний, понюхал и положил обратно, посмотрел на секретаря и сказал:

— Подготовьте ему то, что он просит, чтобы не дай бог нас Фрулессия не опередила. Я рад, что, наконец-то, хоть кто-то понял, что идеи равенства между бахами и альтами бессмысленны.

***

— Бах Дракон? — Стася понимала, что бессмысленно притворятся кем-то другим. Бахам в кожанках достаточно запросить документы, а там четко написано, что она баха Железнова. Сама писала.

Какие документы были у Кирилла, Стася не знала.

— Кого-то ищите? — с сарказмом спросил Дракон, не став комментировать изменение внешности Стаси

Стася промолчала.

— Может быть сестру? — все таким же насмешливым тоном произнес Дракон.

Стася засунула руку в карман, нащупывая пистолет и пытаясь просчитать, успеет ли она уложить хотя бы двоих, прежде чем сама получит пулю.

— Не советую, — произнес бах Дракон, выразительно глядя на её карман

Вдруг Стася почувствовала, что от Кирилла Демидова пошел жар, и поняла, что сейчас парень может совершить то, что приведет к фатальным последствиям. Стася положила Кириллу ладонь на руку. Увидевший это бах Дракон прищурился, глаза сверкнули синим льдом, но он никак это не прокомментировал.

— Пройдемте баха Железнова, возможно, что нам есть, что обсудить, — сказал Дракон.

— Это вы забрали мальчишек? — спросила Стася, не двигаясь с места

— Если вы о беспризорниках, которых сняли с военного поезда, то да, — ответил Дракон

— И где они? — продόлжила спрашивать Стася

Дракон вместо ответа развернулся и бросил на ходу, не оборачиваясь:

— Не пойдете, не узнаете

И пошел. Бахи в кожанках тоже молча развернулись и пошли вслед за своим главным. Стася, помедлив лишь мгновение, вытащила артефакт переноса и всунула его в руку Кириллу.

Держи, увидимся в Полоцке и тоже пошла вслед за бахами.

— С ума сошла, — схватил ее за руку Кирилл, — одну не пущу.

Демидов пристроился рядом, так они и вышли с вокзала. На привокзальной площади стояли две машины. Возле одной из них остановился бах Дракон, с насмешкой глядя на приближающихся Стасю с Кириллом.

— Значит ваш рыцарь все-таки решил разделить судьбу с вами? Ну что же весьма похвально, — снова с сарказмом проговорил Дракон

«Зачем он цепляется к Кириллу, — лихорадочно думала Стася, — и какой знак подать Алеше, если он в машине, чтобы он ненароком ее не выдал.»

Бах Дракон распахнул дверцу машины перед Стасей. Пропустил её, затем уселся сам рядом с ней. Кириллу Демидову оставалось только место напротив. Машина Дракона была с крышей, а ещё в салоне была перегородка между пассажирами и водителем.

Но мальчишек в машине не было.

Стася с возмущением посмотрела на Дракона и уже собиралась разразиться гневной тирадой. Но Дракон неожиданно щелкнул пальцами, устанавливая полог тишины и произнёс:

— Ваш брат, в другой машине, но не волнуйтесь, — добавил бах Дракон, заметив как изменилось лицо Стаси, добавил, — это мои доверенные люди, не те, с кем вам довелось столкнуться.

— С чего вы взяли, что у меня есть брат? — спросила Стася

— С того, милая девушка, что вы и …

Но бах Дракон не успел договорить, потому что сидящий напротив дракона Кирилл сделал движение больше напоминающее «благословение» и Дракон неожиданно обмяк, глаза его закатились, и он сполз на сиденье немного вниз, отчего создалось впечатление, что он просто развалился, причем привалившись головой к Стасиному плечу.

Стася взглянула на Демидова

— Мне показалось, что вам не хотелось, чтоб он произносил это вслух, — сказал Кирилл

— Это правда, — благодарно улыбнулась Стася, — не все можно произносить вслух, даже под пологом тишины, — и растерянно добавила:

— Но как теперь нам забрать Алешу?

— Заберем, — уверенно ответил Кирилл и Стася поверила.

— Надолго он отключился? — спросила, кивнув на Дракона, который даже в таком виде не потерял свою привлекательность, и Стасе снова пришлось напоминать себе, что он убийца.,

— Откуда вы его знаете? — спросил Кирилл

— Случайное знакомство в поезде, — ответила Стася, улыбнувшись. Я пыталась прицепом проехаться на его революционном поезде, но не смогла забраться, а он помог.

— Значит он и есть один из тригонов — проговорил Кирилл.

И Стасе стало страшно, что Демидов захочет убить обездвиженного Дракона.

Но Кирилл лишь продолжил:

— Я слышал только об одном альте, перешедшем на сторону революции, это сын князя Троекурова, только не помню, как его зовут, потому как он очень давно перешел к бахам, говорят даже участвовал в эксах* и подрывах, и князь Троекуров давно вычеркнул его из родовой книги.

— Федор, — произнесла Стася

— Что? — переспросил Кирилл

— Его зовут Федор, — повторила Стася

— Точно Федор Троекуров, — повторил Кирилл и удивленно спросил, — он что вам назвал свое имя?

Да, — только и успела ответить Стася, как машина затормозила