Глава 6

Стася шла по лесу и ей казалось, что на свете больше никого нет, только она и…комары. Комары были злющие. Но да ладно, им тоже надо питаться. Вспомнив про то, что и ей надо питаться, она достала из мешка яблочко и на ходу начала хрустеть.

Через несколько километров Стася почувствовала, что ноги заплетаются.

— Да, — с расстройством подумала Стася, — хиленькая княжна мне досталась, что же они в императорской семье совсем о «здоровье тела» не думали? И вспомнив худенькие фигурки сестёр и матери, поняла, что нет.

Решила минут пятнадцать передохнуть, и дальше. Из воспоминаний Анастасии выудила, что на автомобиле их везли от Алапаевска около часа. Автомобили здесь не то, что в её прошлом мире, максимум километров пятнадцать в час делают, и Стася рассчитала, что идти ей около трёх часов.

Пока шла решила покопаться в памяти, которая ей досталась от княжны. Это было очень странное чувство, одновременно ощущать, что это твои воспоминания, но ты их как бы смотришь словно в телевизоре, будто книгу читаешь м понимаешь, что вот, это твоё, заново переживая все чувства и эмоции.

Анастасии было восемнадцать и воспоминаний было немного, у девочки оказывается был жених, сговорили их ещё в детстве. Жених был на девять лет старше, из древнего княжеского рода Репниных. Анастасия обращалась к нему исключительно Пётр Григорьевич.

На встречи с невестой Пётр Григорьевич приезжал регулярно раз в месяц. Высокий, с атлетичной фигурой в парадном мундире, с красивой улыбкой, светлыми с золотым оттенком волосами и голубыми глазами, он производил сногсшибательное впечатление, и Анастасия была по-девичьи влюблена.

Встречи проходили под присмотром мамок и фрейлин её величества, но Пётр Григорьевич всегда приезжал с цветами и с небольшими подарками.

Стася оценила жениха довольно скептически. Да, красив, но он взрослый мужчина, а невесте ещё до свадьбы надо было расти. Он что монахом жил? Да не смешите мои «помидоры». Такой красавчик, наверняка где-то в городе на тайной квартире были интимные встречи с необременёнными моралью дамами.

Светиться было нельзя, всё-таки жених императорской дочки, великой княжны.

Последнее письмо, которое Анастасия от него получила, пришло из-под Белояра. Там он находился в составе армейского корпуса генерала князя Шаховского. Императорские войска копили силы, чтобы нанести удар по распоясавшимся бахам.

— А вот интересно, — подумала Стася, — как так получилось, что бахи захватили императора, а войска отошли к Белояру, который не так уже и далеко от Алапаевска. Что-то здесь нечисто.

Но решила потом, когда отыщет брата об этом подумать, потому как ответственность она начала ощущать. Это было словно большой камень, лежащий прямо на сердце, и похоже, что ей не отвертеться от исполнения договора и надо будет менять историю.

— Ох, ты ж, вот это я попала, — подумала Стася, — но это всё же лучше, чем небытие.

К концу третьего часа Стасе казалось, что на каждой ноге у неё висит по большой гирьке. Но уже был виден просвет, лес заканчивался, она прошла и не заблудилась. А ведь даже не задумывалась, просто шла и понимала, что идёт верной дорогой. Магия, не иначе.

Присела на поваленное дерево и решила передохнуть, потому как, если она завалится в город в таком потрёпанном задыхающимся виде, могут возникнуть проблемы.

Алапаевск был довольно большим городом, а это значит, что можно было затеряться. Что и надо было сделать. Неизвестно же, когда будет поезд, может надо будет несколько дней прождать. Война же, расписание нестабильно

Деньги у Стаси были, но мало, в одном из сундучков с одеждой она нашла три серебряных рублика. Может, конечно, надо было пошарить по карманам бахов охранников, но при одной мысли об этом становилось противно. Да и внутренний голос торопил.

Передохнув и подкрепившись, Стася, убрав платиновые волосы под шапку, немного ссутулившись, изображая мужскую походку, пошла в город.

Город начинался с частных домов, создавалось впечатление, что город растёт и «поглощает» расположенные рядом с ним деревеньки. Стася прошла через деревню. Никого на улице уже не было. Время позднее, а деревенские спать рано ложатся. Входа в город как такого не было, просто в какой-то момент Стася обнаружила, что земляная дорога сменилась брусчаткой, а деревенские дома, каменными строениями.

Надо было куда-то спрятаться, потому что, наверняка в городе был комендантский час, и можно было нарваться на патруль, а документов-то у Стаси не было.

В Алапаевске жил некий бах Кузьмичёв, родственник или даже брат детского лакея Леднева и насколько помнила Анастасия, он передавал несчастным пленникам еду, которую потом жрали бахи охранники.

Только вот не хотелось Стасе, чтобы хоть кто-то знал, что она в городе. Из истории своего мира помнила, что в смутное время никому нельзя было верить. И решила попробовать снять комнатушку в доходном доме.

Выбрала не самый дорогой, и не самый зачуханный. Небольшой, в два этажа квадратный дом с вывеской о сдаче комнат находился на границе центра города и начала рабочих районов. Зато близко к вокзалу. Стася торопилась, больше ходить было нельзя, всё меньше и меньше людей становилось на улице, явно приближался комендантский час.

Стася зашла, огляделась, за стойкой сидела полная пожилая женщина, это тоже понравилось Стасе. Почему-то от вида мужчин её воротило. Она втайне надеялась, что это временно.

— Здравствуйте, баха, — произнесла Стася, больше не стараясь казаться мужчиной.

Женщина подозрительно на неё посмотрела.

Ну да, выглядела она для того времени странно, волос под шапкой, сильно натянутой на лоб не видно, куртка мужская, затянута ремнём, широкие штаны. А вы попробуйте по лесу в бальном платье.

Но у Стаси была легенда.

Женщина проговорила:

— Здравствуйте, альта

Стася чуть было не закатила глаза: — у неё что на лбу написано, что она альта, а не баха

А вслух сказала:

— Альтам сейчас опасно, поэтому дорогая баха, я бы попросила вас не называть меня так. И да, прошу простить мой маскарад, но я ищу укрытие, потому что дом мой разорён, родители и сёстры убиты, а мне чудом удалось спастись. Мне нужна комната до тех пор, пока не будет поезда до Белореченска.

Стася на всякий случай назвала город на Юге империи, гораздо дальше Белозёрска, куда она собиралась.

И вытащила один серебряный рубль.

Судя по тому, как у женщины блеснули глаза, Стася поняла, что переплатила слегка, но понадеялась, что в этом случае ей позволят остаться больше, чем на одну ночь.

Женщина достала большую тетрадь и вопросительно посмотрела на Стасю.

— Баха Железнова, — представилась Стася своим настоящим именем. Зато и прозвучало как правда

Женщину звали баха Осьмицына, была она вдова, дом ей достался от мужа. Сама она жила на первом этаже, а комнаты на втором сдавала. Был у неё сын, жил отдельно с женой и детьми в другом районе, у него была адвокатская контора.

Вдруг в дверь дома постучали.

Баха Осьмицына резко взглянула на Стасю, тихо проговорила:

— Патруль