Глава 13

Вадим

Ангел жмется к своему парнишке. Плечами прикасается. Кажется, даже за руку его хватает, шепчет что-то. Просит не уходить? Конечно, как увидела меня, так от плотника не отходит. Неужели, и правда думает, что он ее защитит? От меня…

Губы складываются в усмешку. Наивная она, охренеть просто. Будто только вчера из яйца вылупилась. Разве не замечает, что этот ухажер на нее и не смотрит? Он на соседку грудастую пялится, пока его девушка отвернулась. Ему, конечно, хочется того, что попроще, того, что находится на его ступени эволюции.

Утонченная красота Ангела, ее хрупкие формы, длинная шея и божественный голос Ваську непонятны. Идиот. Нашел жемчужину среди гальки, но даже ценности ее не понимает!

А вот я понимаю. У меня своя коллекция. Редкие картины, старинные предметы мебели, трофеи с охоты… Все то, что когда-либо показалось мне заслуживающим моего внимания. Что-то настолько необычное и утонченное, что могло бы заинтересовать мой взыскательный вкус. У Ангела есть на это все шансы.

Хотя в чем-то, пожалуй, мы с ее парнем похожи. Как и ему, мне от дочки священника тоже не любовь и верность нужны, а кое-что более приземленное. Но, в отличие от неудачника Васи, я прекрасно знаю, как добиться от нее того, что мне надо.

Дожидаюсь, пока этот придурок напьется и уйдет купаться с другими. Почему-то заранее предвижу, что Вера не захочет показываться передо мной в купальнике, а, значит, в воду не пойдет.

Все уходят, и она тоже нервно встает.

– Привет, – подхожу к костру и замираю напротив нее, не давая пройти. – Смотрю, ты веселишься?

– Отстаньте, – опускает взгляд. – Уходите, прошу!

– Меня твой парень пригласил, забыла? – усаживаюсь рядом. – Садись.

– Нет, я… – запинается.

– Если хочешь, конечно, пошли купаться.

В одно движение стягиваю с головы футболку, оставаясь в одних шортах.

У Ангелочка открывается рот от удивления. Она неприлично долго залипает на моих покрытых затейливыми ацтекскими узорами плечах, спускается взглядом чуть ниже и тут же краснеет.

– Ну что, идем купаться? – усмехаюсь, поигрывая мышцами.

– Нет, – сдается она и садится. – Давайте лучше тут посидим.

– Давай, – соглашаюсь и придвигаюсь чуть ближе. Уверен, что моя близость волнует ее неискушенное воображение. Чувствую эти взволнованные флюиды, трепет ее нежного тела.

– Тебе нравится пляжный отдых? – спрашиваю.

– Нет, – грустно отвечает. – Не очень, на самом деле.

– Тогда почему ты тут? – вглядываюсь в ее профиль, стараясь понять. – Я наблюдал за тобой. Тебе явно невесело в этой компании.

– Да мне ни в какой компании не весело, – Вера находит тонкую палочку и начинает задумчиво рисовать что-то на песке. – Я всегда была белой вороной. Так что уже привыкла.

Прищуриваюсь. Так странно, но я вполне понимаю ее печаль. Раньше, в юности, я часто чувствовал себя также. Домашнее обучение не способствовало дружбе со сверстниками. А богатство моей семьи, также как их аристократические замашки откровенно отпугивали потенциальных друзей. Сперва это печалило меня, потом стало раздражать. Ну а со временем мне просто стало все равно, и я нашел себе другие увлечения…

– Это пройдет, – кладу руку поверх ее руки и начинаю управлять движениями ее кисти, держащей тонкий прутик. – Эти люди не способны понять тебя. Я вообще не знаю, зачем ты…

– Что? – она вдруг оборачивается ко мне, пронзая взглядом ясных синих глаз.

– Зачем ты общаешься с Васей? – морщусь, когда произношу его имя.

– Я его люблю, – не задумываясь отвечает она.

– Прям так уж любишь? – усмехаюсь, завершая задуманный рисунок ее рукой.

На песке получается небольшой ангел. С крылышками и нимбом над головой.

Кажется, или щечки Веры немного розовеют?

– Да, – повторяет, не глядя мне в глаза. – Прямо так люблю.

– А за что ты его любишь? – сам не знаю, зачем все это спрашиваю. Эта информация лишняя… Чтобы добиться от нее согласия, мне не нужно знать, за что она любит Васю. Мне вообще на это плевать…

Однако, Вера так непохожа на других женщин. В ней словно нет ни капли кокетства. Она говорит прямо то, что думает. Никогда таких не встречал. Это одновременно подкупает и… ставит в тупик.

– Людей любят ни за что-то, Вадим Дмитриевич, – она вздыхает. – А просто так. Разве вы не знали?

– Нет, – приподнимаю брови. – Понятия не имел. Значит, ты Васю просто так любишь, верно?

– Да, – отвечает будто с вызовом в голосе.

– А он тебя?

– Он… – Ангел неуверенно запинается, но мне этого достаточно, чтобы сразу понять ее больную точку. Она в нем не уверена. – Он тоже меня любит. По-своему.

Издалека раздается веселый смех и плеск воды. Кто–то включает музыку на колонке.

– Пошли посмотрим, чем там Вася занимается? – предлагаю ей.

– Не хочу мешать его веселью…

Господи! Да что с ней не так? Даже меня уже эта ситуация бесит!

Резко наклоняюсь и подхватываю ее под ноги.

– Пустите! – жалобно пищит, но на крик не срывается – боится привлечь к нам внимание. – Опустите меня сейчас же!

Ударяет по спине маленькими кулачками, но я не обращаю на это внимания.

Несу Ангелочка не на пляж, а за кусты. Подальше от любопытных глаз. Туда, где музыку почти не слышно, а по гладкой поверхности воды плавают белые кувшинки. Быстро захожу с ней в воду и опускаю девчонку в прохладу прямо так – в легком летнем сарафане…

Она барахтается, борется со мной, но очень скоро я захожу по шею. Вода такая приятная, освежает.

Когда Ангел замечает, что мы уже на приличной глубине, она перестает вырываться и уже сама приникает ко мне испуганно обвивая ладошками за шею.

– Вы ненормальный! Я… – быстро забирает в пучок золотистые локоны. – Я плавать не умею!

Вот так сюрприз!

– Серьезно? – перемещаю руки под ее попку и сжимаю на ней пальцы.

– Уберите руки! – яростно хмурится.

– Это я могу, но тогда ты пойдешь ко дну.

– Я сама буду за вас держаться.

Ее пухлые губы становятся красными, хлопает ресницами и делает глубокий вдох, прижимаясь ко мне грудью. Из-под намокшей ткани просвечивают затвердевшие сосочки. Как только замечаю их, член тут же приветственно салютует.

Обвивающая меня ногами за талию малышка теперь точно чувствует, как мой конец упирается ей прямо в…

– Пожалуй, даже этот твой недостаток превращается в преимущество, – отпускаю ее попку, как Ангел и просила, и потерявшее опору тело свешивается чуть ниже, все больше утыкаясь в мой конец. Да, мне и правда нравится, что она не умеет плавать!

– Вы можете так не делать? – смотрит куда-то вверх, а сама вся дрожать начинает. ерзает на мне, то и дело киской головку задевает.

– Это физиология, детка, – усмехаюсь. – Ничего личного.

Херня. Очень даже личное. На этого невинного Ангелочка тут же встает, в то время как с другими нижними во время сессий даже не всегда хотелось трахаться. Иногда мне было достаточно только порки…

– Давайте выйдем, – ее лицо сейчас очень близко к моему. Не замечал раньше веснушек около глаз. – Пожалуйста…

Когда она начинает меня умолять и ставит свои бровки вот так домиком, у меня крышу сносит. Ее свет пробуждает внутри что-то темное и мрачное. И вот оно уже рвется наружу!

– Выйдем обязательно, – обещаю охрипшим голосом. – Только вот сперва мне нужно закончить одно дело.

– Какое? – наивно спрашивает.

В этот момент я резко отодвигаю в сторону полоску намокших трусиков и пробегаюсь пальцами по ее жаркой плоти.

Вера сдавленно вскрикивает, но я впиваюсь в ее губы своими.

Вот такое дело, малышка! То дело, что я не успел закончить в доме твоих родителей – подарить тебе очередной сладкий оргазм и тем самым приблизить твою капитуляцию!