Глава 70

Вадим

Я мчу домой как угорелый. Прошло довольно много времени с тех пор, как я оставил Веру одну. С того самого момента, как ослабил контроль и причинил моей девочке много боли. Слишком много.

Я будто с каждой минутой начинаю все больше понимать, какого ей было рядом со мной. И какие усилия прилагала хрупкая нежная девочка, чтобы оставаться при мне, не сломаться.

Рык рвется откуда-то из груди, и я усиливаю нажим на педаль газа. Я должен был заметить с самого начала, но был так ослеплен похотью и желанием обладать юным телом дочери священника, что плевал на все ее слова. В моей жизни лжи хоть жопой жуй, и я не привык к тому, что рядом может оказаться такой искренний и светлый человек. Бескорыстный. За просто так отдающий себя.

Ладно. Жалеть о прошлом – лишь больше тонуть в дерьме. Я исправлю все. Сегодня же исправлю. Сделаю как надо, как должен был с самого начала.

Удары сердца становятся все ощутимее к тому моменту, как я приближаюсь к дому. Не помню, когда в последний раз чувствовал себя настолько уязвимым, переживал так сильно. Но скоро все закончится. Мы с Верой поговорим и, уверен, сможет что-то решить, наконец, выбрать правильный путь.

Автоматические ворота отъезжают в сторону, и особняк встречает меня унылой серостью. В окнах не видно света. Это напрягает. Чувствую, что что-то не так. Быстро выбираюсь из машины и скорым шагом направляюсь к дому.

– Вера! – зову Ангела с порога, но никто не отвечает.

Дверь была запертой, и, я уверен, малышка должна быть где-то здесь. Ключей ведь у нее не было. Вот только на первом этаже никого не обнаруживаю. Серо и пусто. И я ощущаю в душе такую же пустоту. Намного сильнее, чем обычно.

– Вера! – снова кричу. Ответом служит гробовая тишина.

Как ошпаренный перескакиваю через две ступеньки по лестнице на второй этаж. Просматриваю каждую комнату. Пусто. В спальне Ангела тоже нет. Куда она, блядь, подевалась?!

Распахиваю дверь в кабинет. Здесь ее быть не должно, но я обязан проверить все комнаты в доме.

Пусто. От безысходности и злости сжимаю кулаки. Вены надуваются, но я продолжаю стискивать ладони сильнее. Падаю в кресло. Мне нужно подумать. Где ее искать? Куда делась?

Взгляд цепляется за неплотно закрытый ящик стола. Я не мог оставить его так. Дергаю на себя. Содержимое лежит хаотично. Вера?! Что искала?!

На глаза попадается старая записная книжка. Она почему-то лежит поверх всего.

– Черт! – ругаюсь, когда пролистываю блокнот и замечаю там номер Стаса. Кажется, он не менял его с того времени. – Дьявольщина! – снова произношу вслух и чувствую, как лицо начинает гореть от гнева.

Если хоть волос упадет с головы моего Ангела, я Демидова по стенке размажу вместе со шлюхой Анечкой. Честное слово, я вырву их поганые сердца!

Набираю номер Веры, на всякий случай. Она не берет трубку. В доме звука мелодии ее мобильного тоже не раздается. Делаю это снова, а затем набираю и Стаса. «Абонент временно недоступен», – сообщают мне женским голосом.

Недолго думая, звоню Веронике. Мы долго беседовали, но я так и не узнал, где искать ее подельничка. А теперь просто обязан найти эту гниду.

– Вадим?! – в голосе Ники слышится удивление. – Я ведь сказала тебе, что ничего не знаю! Понятия не имею, где он и чем занят.

Она быстро понимает цель моего звонка, но вновь пытается откреститься от всего, что происходит.

– Но я кое-что вспомнила, – спешит реабилитироваться девчонка. – Когда ты ушел, мне в голову вдруг пришла одна мысль. У меня в агентстве есть девушки, ну… скажем так, которые не слишком хорошо выполняли свою работу. Стас всегда просил меня сообщать о таком. Я говорила. И через какое-то время… В общем, никто больше их не видел, – по ту сторону трубки слышится вздох.

– Мне что с того? – спрашиваю, а у самого нехорошее предчувствие все больше множится в груди.

– Я подумала, тебе может быть интересно, ты ведь не просто так ищешь его. Говорят, он замешан в подпольной торговле людьми. И речь не о том аукционе, где ты привык участвовать.

– Что-то еще?

Молчание.

– Ника! – взрываюсь.

– Я слышала так же, что уход лотов с тех аукционов невозможно отследить. Полнейшая анонимность. Люди пропадают бесследно. Как в пространстве растворяются, – Вероника делает паузу, и я тоже молчу. Думаю. – Вадим?!

– Значит так, – строго произношу. – Планы меняются. Слушай сюда.