Глава 12. Даже страшно представить
Кирилл
Ни через тридцать минут, ни через сорок Маша не появилась. Сразу срываться с места на её поиски было неразумно, и я подождал ещё немного. Хотя, по правде говоря, этого получаса ей было за глаза.
Какое-то время во мне ещё теплилась надежда, что, возможно, она заговорилась с коллегами и не заметила, как пробежало время. Эта неосмотрительность и легкомыслие выводили из себя. Однако совсем скоро стало понятно – Маша не придёт. От ощущения предельной опасности свело скулы.
Светиться в клубе и, тем самым, подставлять Ангела, я не хотел. А значит, мне нужен человек, который смог бы, не вызывая подозрений, позвонить в клуб и всё узнать.
С минуту повертев в руках телефон, сделал звонок Вельскому. Он всё выслушал и подключил к поиску свою будущую жену Асю.
Сидеть сложа руки на груди и ждать – не в моих правилах, поэтому, закончив разговор с Сашей, я резко дал по газам, и машина, выбросив из под колёс снег, рванула вперёд.
Ася перезвонила как раз в тот момент, когда я выходил из пустующей квартиры Маши.
– Кирилл, её нигде нет… Кирилл! Что это значит? Что случилось? – взволнованно заговорила девчонка. – Из клуба Маша ушла ещё час назад, а в кальянной и универе даже не появлялась! И телефон не отвечает… Она что, пропала?!
Мать твою, час! Сбегая по ступеням, прикинул: да за час можно легко добраться до любой точки в этом городе. Пешком!
Девочка, где же ты?..
– Куда она могла пойти? – спросил, выходя на улицу, нажал кнопку на брелке.
– Я… я не знаю… – дрожащим голосом выговорила она. – Может, к родителям?
– Там её точно нет, – процедил, забираясь в машину. Я чувствовал, как здесь и сейчас время неумолимо сжимается, словно та самая шагреневая кожа*. Кровь ударила в голову, руки сжали руль с такой силой, что побелели костяшки. Мне нужна была зацепка…
– Арсения, подумай хорошенько: где она ещё бывает? Фитнес, может эти ваши женские салоны…
– Кирилл… – сокрушённо простонала девчонка.
– Слушай, а этот её дружок? Григорий, мать его! Возможно, он что-то знает? – озвучил внезапную мысль.
– Жорик! – воскликнула она. – Я сейчас ему позвоню, – и отключилась.
Всё время пока телефон молчал, я старался не думать о том, что могло произойти с Ангелом. Сидел неподвижно, тупо уставившись в одну точку. Но не думать не получалось, мысли всё равно крутились на краю сознания. Обжигающие. Выворачивающие всё нутро.
Отсутствие информации сводило с ума, и я то и дело порывался набрать полковника. И каждый раз себя тормозил, боялся раньше времени наделать много шума.
Телефон в моей руке завибрировал.
– Жорка не знает где она, но сказал, что последнее время она прилюбила ходить в кофейню «Бонжур». Ту, что в торговом центре на Первомайском проспекте. Только Кирилл… по воскресеньям… А сегодня ведь понедельник…
– Спасибо, я проверю.
Не успел я отвести мобильник от уха, как Ася меня остановила:
– Кирилл! Пожалуйста… найди её, – тихо попросила девчонка.
– Я позвоню, – не ответив на вопрос, процедил я сквозь стиснутые зубы.
Я не помнил, как доехал. Очнулся уже внутри, возле схемы торгового центра.
Кофейня располагалась на первом этаже, в другом конце здания. Чем ближе я к ней подходил, тем сильнее во мне всё кипело и бурлило, как медвежьи лапы* в котле. Я уже и не помнил, когда в последний раз был настолько зол.
Пусть только найдётся… Запру, к хренам собачьим, в квартире. Нет. В своём доме.
Впереди показалась вывеска «Бонжур», и я ускорил шаг. В витринные окна старался не заглядывать, боялся не увидеть в них Ангела.
Завернув в кофейню, застыл при входе, как вкопанный. Сердце пропустило удар и тяжело забилось, словно с трудом перекачивая вдруг загустевшую, как смола, кровь.
Маша сидела за одним из столиков прямо в куртке и ела кусок торта, давясь слезами, размазывая их ладонями по лицу. Взгляд заплаканных глаз остановился на мне и я… Мать твою, я растерялся!
Её лицо мгновенно исказила горькая гримаса. Как бы она не подавилась…
С трудом оторвав от неё взгляд, я каким-то заторможенным движением повернулся к девушке за стойкой. Она мило улыбнулась мне в ответ и приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но я грубо её перебил, исключая излишнюю вежливость.
– Эта девочка расплатилась? – кивнул в сторону Маши.
Девушка удивлённо уставилась на меня, но быстро взяла себя в руки и отрицательно помотала головой.
Достав тысячу, хлопнул по стойке. Подошёл к хлюпающему носом Ангелу. Ни слова не говоря, нагнулся и подхватил её под бёдра, заставляя обхватить меня ногами.
Тут же зарылся носом в её волосы, шумно, с жадной маниакальностью втягивая сладкий орехово-карамельный запах. Её запах…
Нашёл. Рядом. В моих руках. В безопасности.
Чувства сменялись с невероятной скоростью, пробуждая из глубин небытия что-то давно не выбиравшееся наружу. Запрятанное. Оглушающее. Едва сдерживаемое. Оттесняющее внутреннюю пустоту и проклятую нечувствительность к собственной жизни.
– Это … из… за меняяя… – несвязно протянула девочка, захлёбываясь слезами и брыкаясь в моих руках. – Пост…тавь… А тыыы… тыыы… – пихнула кулачками в мою грудь, из которой моментально вырвалось рычание. Вышел из кофейни и чуть подбросил Ангела, приводя в чувство.
– Чтобы не случилось, – прохрипел ей в ухо, сильнее впиваясь пальцами в девичьи бёдра. – Чтобы ты сейчас не сказала, – прижал крепче. – Я буду всё использовать против тебя. Лучше молчи.
Она неожиданно затихла, немного отстранилась, заглядывая мне в глаза. Сморщила свой маленький мокрый нос, на пирсинге заиграли блики от яркого освещения.
– Знаешь что?! – возмущённо заявила Ангел, обжигая взглядом янтарных глаз.
– Нет. И в данный момент ещё не готов это узнать, – выцедил, продолжая свой путь. – Поговорим у меня дома. Обхвати меня за шею.
Маша моргнула, недовольно хлюпнула носом, но беспрекословно послушалась, прижавшись щекой к моему плечу.
Уставившись вперёд невидящим взглядом, я шёл по торговому центру, не замечая людей, беззаботно снующих вокруг. Быстро покинул здание, встретившись с холодными порывами ветра, резко швырнувшими мне в лицо мягкие волосы Ангела.
Скрючившись на пассажирском сиденье и отвернувшись к окну, девочка всю дорогу непрерывно вздрагивала и сминала тонкими пальцами лямки несчастного рюкзака. Хорошая шумоизоляция автомобиля позволяла мне расслышать каждый её вздох и всхлип.
Внутри меня всё вибрировало от напряжения. Ушла… Спряталась… Не доверяет…
Как только мы оказались в доме, Маша нетерпеливо сдёрнула с себя куртку. Далеко не с первой попытки повесила её на крючок.
– Ты! Ты сказал, что это безопасно! – громко воскликнула она, нервно пригладив волосы. – Я доверила тебе свою жизнь и… – запнулась на мгновение и, потерев виски пальцами, продолжила: – И пострадал ни в чём не повинный человек! – Сняв пальто, я прошёл в ближайшую открытую комнату. – Человек, который… – с этими словами она прошмыгнула вслед за мной. – Господи, если бы я не оставила этот дурацкий блокнот, то ничего бы не произошло!
– Объясни всё по порядку, – произнёс как можно спокойнее, сдвигая в сторону документы с рабочего стола в одну стопку, присел на край.
– У Оли закончился блокнот к концу смены, и она взяла мой, – суетливо заходила по комнате. – Тот, в котором я делала записи, понимаешь? – замерла на месте, уставившись взглядом в пол. Затем посмотрела на меня, часто моргая красными от слёз глазами.
– И? – сквозь сжатые челюсти, едва сдерживая себя, чтобы не сорваться с места и не прижать Ангела к себе.
– Что – «и»? Шаман был в клубе примерно в это же время и как-то увидел мои записи! И… вот.
Тяжело вздохнул.
– С чего ты решила, что было именно так, Ангел?
Недовольно выдохнув, она шагнула ко мне:
– Как ты не понимаешь! Всё сходится! И блокнота моего нигде нет!
Мать твою!
– С этого нужно было начинать! – рявкнул, поднимаясь, но тут же сел обратно. Задумался. – То есть ты… понимая, что граница твоей безопасности нарушена… просто вышла из клуба и пошла гулять?
– Я… – замялась она, не зная, что сказать. – Я не знаю… Я решила, что тебе плевать на меня.
– Если бы мне было плевать, то я бы не искал тебя по всему городу несколько часов. Поднимая свои связи. Встряхивая твоих друзей. Кстати, если ты не забыла, то Ася ждёт ребёнка. Но ты опять не оставила мне выбора и вынудила действовать жёстко, против совести, и пугать беременную девчонку. И знаешь что?! – возвратил ей её слова.
– Даже знать не хочу, – буркнула.
– А я тебе скажу, – и вновь её же слова. – Тебя бы следовало крепко наказать, – поднимаясь.
Маша бросила на меня взгляд исподлобья, неуверенно попятилась, пока не упёрлась в стену. Я остановился.
– Кирилл, Оля пострадала из-за меня, – прошептала, дрожащими губами. – Господи… – её глаза наполнились слезами, по щекам мгновенно потекли капли, оставляя после себя всё новые и новые мокрые дорожки. – А если она не поправится… Если умрёт… Не выйдет из комы…
Я в два шага оказался возле неё.
– Послушай, – обхватил ладонями её лицо, заставляя посмотреть на себя. – Вина только моя. Не твоя. Слышишь? – от моих слов Ангела затрясло, и она разревелась, задыхаясь и жмурясь, в попытке спрятать от меня глаза. – Если бы я не предложил тебе этого, то ничего бы не произошло. Не вини себя.
– Я… Мне… – судорожно сглотнула. – Мне нужно на свежий воздух, – вывернулась и рванула на улицу. Нагнал её в прихожей, набросил на плечи полушубок из голубой норки.
Маша ухватилась за края, с удивлением осмотрела себя и, шмыгнув носом, нахмурилась.
– Это не моё…
– Твоё.
Резко повернулась, сузила глаза.
– Нет.
– Я купил это для тебя.
– Я ни за что её не надену, – дерзко, с намёком на вызов.
Не понял. Что за тупая гордость?
– Почему? – холодно поинтересовался, с каждой секундой теряя резерв терпения.
– Потому что это очень дорогая вещь. Я… не могу её принять… – растерялась Маша, ласково скользнув пальчиками по меху шубы. – Зачем?..
– Значит, не наденешь? – не смог сдержать улыбки.
– Я же сказала, – упрямо вздёрнула подбородок. – А, ты же у нас незнаком со словом – «нет»! Кирилл, знаешь, как всё это выглядит? Будто ты пытаешься меня купить, – руки Маши, вцепившиеся в мех норки, заметно подрагивали. – Интересно, что ты захочешь попросить взамен в этот раз? Может, теперь мне нужно будет стать любовн…
– Остынь, – предупреждающе рыкнул, нависая над ней.
– Ты считаешь, что все бабы продажные? Неужто ты и всех своих женщин покупал? – не унималась.
– Не всех, – процедил. – Если мне не изменяет память, то ты трахалась со мной абсолютно бесплатно. Или ты так расплачивалась за мою помощь? – ухмыльнулся.
Хватанув ртом воздух, Ангел побледнела, брови поползли вверх. В то время как мою выдержку рвало в клочья.
Остановил свой взгляд на высоко вздымающейся груди, обтянутой чёрной тканью и озверел от неодолимой потребности разодрать, к хренам, её платье. Немедленно.
Собственное тело потяжелело. Пальцы рук, трясущиеся от злости и мучительной жажды прикосновения, заломило.
На миг мне показалось, что девочка меня ударит: я отчётливо заметил, как дрогнула её рука. Но вместо этого она лишь ещё выше задрала свой нос и вперилась в меня смелым воинственным взглядом.
– Если женщина ничего не чувствует к мужчине, то сколько бы он бабла в неё не вкладывал она рано или поздно уйдёт к другому – любимому, – наигранно охнула и продолжила: – Даже страшно представить, как бы ты поступил со своим соперником. Хотя… Как ты сказал, связей у тебя много. Прикопал бы где-нибудь под деревцем, и дело с концом. – Глотку стиснул удушающий спазм. Из-за шума в ушах все звуки моментально исчезли. В глазах потемнело. – Так или иначе, извини, со мной у тебя вышла осечка, – выплюнула мне в лицо эта сучка, и полушубок плавно соскользнул с её плеч.
_______________________________
* «Шагреневая кожа» (фр. La Peau de Chagrin), 1830–1831) – роман Оноре де Бальзака. Герой стал обладателем шагреневой кожи, магического талисмана, который осуществляет любое желание, но взамен сокращает отведённое время на земле. Он загадывает устроить вакханалию, кожа сжимается до таких размеров, что можно, сложив, положить её в карман.
* Сибирское блюдо.