Глава 5 По ту сторону «жизни»

– Денисова, на выход! – в очередной раз выдёргивает меня из мира собственных дум, голос дежурного. На выход, так на выход. Встаю. Всё тело ломит от усталости, но ничего, надеюсь всё это ненадолго и я, оказавшись дома, наконец-то смогу принять душ и поспать на нормальной мягкой кровати. Конечно же, после нескольких недель проведённых на полигоне мне не привыкать к не самым комфортабельным условиям, но там хоть кормили нормально. А тут… – Начальник, отпусти, а? – начинает канючить самая болтливая соседка по камере, в то время как её коллега помалкивает, забившись в уголок, только нет-нет да бросит на меня какой-то затравленный взгляд. Смотрю на девчонку и как-то жалко её становится. Молоденькая совсем, хорошо если восемнадцать уже исполнилось. Видимо не так давно ступила на этот путь, а может просто в полиции впервые, вот и боится? Хотя, может она и не из этих? Просто накрасилась и оделась неудачно. И столь же неудачно заглянула к Злате на огонёк сломанных дверей. Зато бродяжка, разлеглась на своей койке и кажется вполне довольна жизнью. Ей тут видать лучше, чем на улице под дождём ночевать, да и кормят хоть как-то. Вот так бывает: кому-то что-то в тягость, кому-то тоже самое в радость. Неспешное позвякивание ключей, тихий скрежет плохо смазанных петель на решетчатой двери. Унылое выражение лица сопровождающего меня полицейского. Такие же унылые коридоры, безликие белые двери, в одну из которых меня завели, оставив один на один с хозяином кабинета – высоким, полноватым мужчиной лет сорока пяти с ранними лысиной и сединой на висках. В пошлый раз допрашивала женщина, сколько их ещё будет таких? – Присаживайтесь, Анна Сергеевна, – произносит он, кивая на стул. Сказано присесть – присела. Тут хоть помягче, нежели на той лежанке, что в камере. Мелькает крамольная мысль – сбежать. Да, мне ничего не стоит это сделать сейчас, зато потом намучаюсь. Нет уж, всё просто обязано наладиться. Пусть произошло это не вовремя, хотя может ли подобное быть вовремя? Не суть, всё равно, там, за этими стенами, у меня дел невпроворот. И оттягивать никак нельзя. – Рассказывайте, – говорит, уставившись в какие-то бумаги. – Так я же уже всё рассказала, – отвечаю, не из упрямства, а потому что всё действительно обстоит именно так. – Это вы им, рассказали, а мненет, – устало отозвался собеседник. – Хочу услышать версию непосредственно из ваших уст. Ну и сопоставить, мало ли что-то важное припомнили. – А что там вспоминать? – пожала плечами я. – Всяко бывает, – как-то странно качнул головой мужчина. – Я вот, например, успел понять одно – вы не собирались убивать Звонареву Злату Аркадьевну, так ведь? Что тут скажешь? Я активно закивала, подтверждая его слова. – Она ведь ваша подруга? – Да. – Перед тем, как вы ворвались в её квартиру, она сама позвонила вам. – Да. – И попросила приехать, так? – Так. – Но дверь предварительно вам не открыла, ключи не передала… – Как она могла что-то сделать, если потеряла сознание ещё во время разговора? – Это всего лишь предположение, но допустим, что так всё и было. А что у неё за заболевание, говорите? Вот же! Им-то уж точно известно куда больше чем мне. И в таком духе ещё около часа: вопрос – ответ, и вновь возвращение к ранее оговорённой теме, но под иным ракурсом. То, про девчонку ту, из камеры, расспрашивать пытался, на что получал в ответ одно и то же – знать-не знаю, впервые увидела, когда её полицейские в комнату завели и точка. То, я, по его словам, являлась жертвой коварного Роласа, сыгравшего на моей наивности и желавшего под шумок ограбить мою больную подругу. То, едва ли не опасная рецидивистка и убийца, а моими жертвами были невольный соучастник и собственно Злата. То… В общем, версий хоть отбавляй и ни одной близкой к истине. Успевай только отвечать, и следить за построением адресованных к тебе вопросов и даваемых ответов, ведь одно и тоже предложение в зависимости от малейших интонаций можно переиначить до неузнаваемости. Что странно, девчонку ту почти не дёргали – разок вывели и всё, а меня ещё дважды вызывали на дознания. Столько же раз кормили, если то, чем здесь потчевали можно назвать едой. Спать пришлось сидя, ложиться на то, что именовалось кроватью не хотелось. Учитывая предшествующие задержанию события, состояние моё с каждой минутой становилось всё плачевнее и плачевнее. Ломило всё тело – лопатки, спину, шею, про руки и ноги вообще лучше молчать. Теперь для полноты счастья ещё и голова раскалываться начала. Стараясь отвлечься от мыслей о собственном физическом состоянии, анализировала происходящие со мной события. Всё же два положительных момента имелось, даже три или четыре, в перспективе. Во-первых, Салор обретя память, стал иначе воспринимать то, что видел у Корвенцева дома, как ни крути он контрразведчик и лучше меня понимает, что поставленная задача очень важна. Во-вторых, удалось вернуть крылья, а значит, не исключено, что я, рано или поздно, сумею восстановить воспоминания, и помогу Злате. Собственно, это и есть третий плюс. И наконец-то, четвёртый, даже если Корвенцев не возобновит попытки продолжить знакомство, я могу подобраться к нему через Салора или Злату. Дело за малым, надо выбраться отсюда и надеяться, что Злата выкарабкается, дождётся того момента, когда я смогу её излечить. Если смогу, конечно. Ну а в остальном… Мне бы семьдесят два часа протянуть и не загнуться. Ведь даже если нас и не оправдают за это время, то и задержать сверх этого срока не имеют права без наличия неопровержимых улик подтверждающих нанесение вреда жизни и имуществу Златы. Откуда я это знаю? А вот неизвестно, видимо та я, прошлая, была об этом в курсе. В любом случае, мы из её квартиры ничего не брали, вернее, не успели взять, и врачи должны подтвердить причины бессознательного состояния «пострадавшей». После этого задерживать нас не имеют права. Заодно и о моём странном задании подумала, вернее, о том, как экстренно меня вышвырнули в этот мир. Ведь я даже толком подготовиться не успела. Где это видано – даже получаса на изучение бумаг не дали! Или у нас, контрразведчиков, это в порядке вещей? Вспомнить бы что там да как. И зачем крыльев лишили? Боялись, что нечаянно выдам свою истинную сущность? И как мне с кем-нибудь связаться, если смогу добиться каких-либо результатов? А может за мной непрестанно следят и докладывать о продвижении дела нет необходимости? Опять же странно, что мы с Салором как-то синхронно потеряли память, но его отправили сюда сразу, а меня с задержкой. Может всё это часть хорошо продуманного плана? Да, скорее всего так и есть, иначе… Слишком уж много совпадений. Ну и, как-то всё же сомнительно, что в мой семейный альбом случайно попали фотографии Сергея и его жены. Скорее всего они, так же как и я ангелы, и действительно – мои родители. Или кому-то надо чтобы я именно так и думала? Но это только в том случае, если память не вернётся, а на это, судя по словам Анхе Рамилы никто как раз и не рассчитывал. Да, однозначно, они очутились здесь невзначай. То, что женщина работает в кафе, возле моего дома, ещё ни о чём не говорит, я могла туда и не прийти ни разу, мы с ней просто-напросто никогда бы не встретились. Но в этом городе, одном из крупнейших в России, явно не одна единственная лётная школа, но направили меня именно туда, где работает Сергей. Что далеко ходить? Салор очутившись здесь незадолго до меня оказался жильцом того же дома – тоже случайность? Нас лишили воспоминаний, но дали шанс встретиться вновь. На что был расчёт? Да и то, что он, не получив никаких заданий, лишившись крыльев и памяти, попал в услужение именно к Корвенцеву? Вот тут уж как ни крути, но поверить в случайные совпадения невозможно. Обидно, что к нему, вместе с крыльями и память вернулась, а вот ко мне… Знать бы что он там навспоминал? Хотя бы в общих чертах, но поговорить нам так и не удалось. – Носкова и Денисова, на выход, – раздалось в очередной раз. Глянула на девчонку, та аж сжалась вся. Да, действительно странно, почему на этот раз вызвали обеих? И повели не к кабинетам, а в комнатку дежурного, где в самом начале заставили сдать все личные вещи. – Звонарёва пришла в себя, – порадовал полицейский, выкладывая передо мной в коробочку мой мобильный, ключи от квартиры, паспорт, кошелёк. – Обвинения с вас сняты. Проверьте, всё ли в наличии. Я наскоро глянула на содержимое кошелька. Карточки, визитки, вроде на месте, а наличка, я и сама как-то не задумывалась над тем – сколько её было? – Распишитесь вот тут, – говорит, протягивая какие-то бланки. Пробежала взглядам по строчкам, вроде бы никакого криминала. Подписала. – А парень, что со мною был? – Его уже выпустили. Вон он, – кивнул мужчина в сторону окошка. – Вас, наверное, ждёт. – В какой больнице Злата? – интересуюсь. Тот взглянул на меня, почесал затылок поджав губы и что-то чиркнул на листочке. Как оказалось, название больницы и отделение. Только развернулась к выходу, как сзади раздался голос всё того же дежурного: – Анна Сергеевна, Носкову подождите, пожалуйста. – Зачем? – опешила я. – У неё с собой денег нет, – ухмыльнулся тот. Нет, ну мне не жалко, дам ей на дорогу. – Идём, – кивнула девчонке, обдумывая свои дальнейшие планы. Кстати, у Златки надо бы дверь поменять, пока настоящие воры в квартиру не влезли. Вот только как это сделать, если она в больнице? Что чудно, выходила из участка, словно заново родившись – вот и куда только усталость делась? Да и вообще, солнышко ласково светит, и так тепло, хорошо, и даже воздух свежим, после длительного пребывания в камере, кажется. Словно я где-то за гранью побывала, по ту сторону «жизни». – Привет, – улыбнулась я подошедшему ко мне демону, лишний раз поражаясь тому, насколько же он красив, и боясь до конца поверить в то, что кажется мы с ним пара. – Привет, – отозвался он. – Весело было, – кинул взгляд в сторону полицейского участка. Эх… Обхохочешься, прямо. Лучше бы подошёл, обнял… А он, знай себе, телефон в руках теребит. Может я нафантазировала? Сколько у него уже было и ещё будет таких как я? – Не напоминай, – ощущая, как настроение начинать падать, буркнула я. – Тебе на работу надо, да? – уточняю, замечая, что тот поглядывает на мобильник. – Начальство рвёт и мечет, – вздохнул он. – И если прежде у Корвенцева меня держали только деньги, то теперь, его подальше не послать, – говорит, явно намекая на моё задание. – Скоро приедет, он уже машину от нашего дома забрал. Хм… Лишняя встреча с Корвенцевым, хорошо это или? Тут мой взгляд упал на отражение в окне полицейского участка. Красотка, ещё та. На голове сеновал, на лице невесть что, если учесть тот факт, что я несколько суток не умывалась. Взглянула на руки… О нет, в таком виде на глаза к Корвенцеву мне нельзя попадаться. – Ну, тогда жди его, – говорю, с опаской косясь по сторонам, а то, по закону подлости может и такое случиться, что джип окажется поблизости и путей к отступлению уже не будет. Но благо машин, помимо служебных, тут пока не было. – Я домой по-быстрому и потом к Злате съезжу, – произношу, словно то ли отчитываясь, то ли отпрашиваясь, и начинаю поворачиваться, чтобы уйти. Салор вмиг очутился рядом, прижал к себе, зарываясь носом в мои волосы. – Будь осторожнее, – выдыхает. – Буду, – с облегчением улыбнулась я. И попыталась улизнуть, но не тут-то было! Сначала поцелуй, потом вбитый в мой мобильник номер телефона для дальнейшей связи, ещё один поцелуй, и только после этого я обернулась к стоящей в сторонке Светлане. Кивнула девчонке, чтобы шла следом и припустила прочь.