Глава 29

В четверг тётя Мари вновь случайно столкнулась с Чудинов. Как и прежде, аристократ подкараулил её на модном рынке «Доторском». Снова позвал побеседовать в сторонку от Вадима, а она сдержанно согласилась.

– Слов я опять не слышал, – рассказывал мне об этом Наставник, – но выглядела Мари куда более решительной, чем раньше. И в задумчивость после этого не впадала. Сказала мне спокойно, что этот крендель снова звал её в ресторан, а она и отказалась. А потом вела себя так, будто и не было никакой встречи, – радостно закончил он.

Что ж, приятно, что мои слова достигли разума тётушки. Она хоть женщина простая, но всё же в житейском плане далеко не глупая. Мне нет нужды бояться, что она открыто пошлёт аристократа. Вежливость, необходимую при общении с представителем высшего сословия, Мари соблюсти сможет.

Кроме мельтешения Чудинова перед тётей, за неделю произошли и другие интересные события. Например, в беседе с глазу на глаз Алиса сообщила мне, что специалисты их рода раскололи двух взятых живьём нападавших. Сделали они это довольно быстро, но прошлую неделю я в школу не ходил, а говорить о таком по телефону наследница рода Оболенских не решилась.

Так вот, на жизнь великокняжеской семьи покушались наёмники. И… собственно всё. Алиса рассказала мне о группировке, в которую входили нападавшие, но кто их нанял для ликвидации Оболенских – исполнителям было неизвестно. Вероятно, наёмник-Гуру мог бы сказать больше, но этот гад всё ещё в бегах.

Говоря про Гуру, Алиса едва заметно нервничала, что совершенно неудивительно. Хотелось бы, чтобы враг признал операцию проваленной и вернулся на базу. Но, увы, вероятность такого исхода крайне мала. Всё же не в сказке живём.

Мои же дела шли своим чередом. Электронная карта «Путь чемпиона» продолжала стремительно набирать популярность, «Райские Кущи» приносят деньги и малоценные сплетни, во втором клубе ремонт идёт полным ходом, и главное…

Главное, что на торгах по аренде участка земли в Сибири, всё стабильно. Да, несколько компаний проявляют интерес к этим торгам, но никто с ходу не взвинчивает ставки, а повышают их понемногу. А это значит, что после того, как я стану аристократом, я смогу относительно легко войти в игру.

Хотя денег всё равно придётся выложить уйму… Но и с этим вопросом я разберусь.

Всё идёт хорошо. Даже отлично. И до комиссии остаётся всего три недели…

Ожидать ли мне какого-нибудь подвоха?

Полагаю, люди Канцлера обязательно обострят ситуацию. Иначе к чему были все прошлые телодвижения? Вроде походов Чудинова на рынок? Или наблюдение за тем, как Голиковы организуют покушения на меня?

А может, всё будет гораздо проще? Может, Канцлер просто даст прямое распоряжение комиссии: «Хер Форкховый этому Сидорову, а не личное дворянство». Правда, в таком случае он выставит в дурном свете отца Кати, который за меня поручился. И поручился, между прочим, с прямого разрешения Канцлера.

Многие заинтересованные лица узнают об этом. А стоит ли обижать своего Министра ради какого-то простолюдина?

Нет, маловероятно, что Канцлер напрямую влезет в решение комиссии.

А значит… если за три недели ничего не случится, то я точно стану аристократом.

Примерно с такими мыслями я направлялся в «Алую Мудрость» в пятницу двадцать шестого февраля.

Сегодня – большой день для нашего лицея.

Сегодня я и многие другие своими глазами увидим вдовствующую императрицу.

Разговоры о предстоящем событии будоражили лицеистов и преподавателей всю неделю, но сегодня обсуждение этой темы достигло своего апогея. Повсюду слышались восторженные возгласы:

– Круто, что я учусь в «Алой Мудрости».

– Не думал, что хоть раз в жизни увижу императрицу!

– Это из ряда вон! Когда ещё такое будет?!

– Ага, удача, что наш лицей в списке школ, которые Её Величество решила посетить.

Первая половина дня прошла в «штатном» режиме, уроки были по расписанию. Разве что члены учсовета на каждой перемене занимались подготовкой к приезду Елизаветы Александровны. Ну кроме меня, разумеется.

А вот Юля, Яна, Инна и даже Влад, как только звенел звонок, подрывались и неслись прочь из класса.

Правда, на обеденной перемене моим друзьям всё же удалось ненадолго вырваться из лап учсовета, так что ели мы привычной компанией за одним столом.

– Аскольд, Арвин, – патетично обратился к нам Влад, держа над тарелкой ложку с борщом. – От лица всех лицеистов объявляю вам благодарность. Если бы вы тут не учились, не видать бы нам её величества. Ну и всей этой суеты тоже.

– Всегда пожалуйста, – важно кивнул Арвин.

Глядя на паясничающих парней, девушки покачали головушками. А затем Яна сказала:

– Вообще, не факт, что Её Величество проигнорировала бы «Алую Мудрость», если бы здесь не учились чемпионы. Ведь она посетила и другие школы, а там в этом году чемпионы не учатся.

– Это разумные слова, – кивнула Юля.

– И всё же… вы только подумайте, сегодня мы увидим Её Величество! – с придыханием проговорила Маша Роднина.

Для простолюдинки (пусть теперь и Слуги Оболенских), такое событие кажется ещё более невероятным, чем для аристократов.

И все же даже аристократки разделяли её восторг:

– Да… – мечтательно протянула Инна.

– Кажется невероятным, – согласилась Яна и тяжело вздохнула. – Даже жаль Софью, что пропустит такое событие.

Стоп… Что?

– Софья Антоновна не увидит её величество? – ровным тоном спросил я. – У неё что-то случилось?

– Она утром позвонила и сказала Алисе, что ей нездоровится, – ответила Яна.

– Должно быть, очень сильно нездоровится, – с задумчивым видом проговорила Юля. – Честно сказать, даже представить сложно, как ей теперь, наверное, обидно. Наша ответственная глава учсовета столько сил потратила на подготовку к этому мероприятию…

– А ещё сложно представить, что Царицу Лицея смогла сломить какая-то болезнь, – поддержал разговор Влад.

Полагаю, у всех в тот момент в голове была эта мысль.

– Надеюсь, она скоро поправится, – проговорил я и вернулся к тарелке.

Краем глаза я уловил брошенный в мою сторону пытливые взгляды Арвина, Юли и Яны. Вероника же смотрела на меня с явным любопытством.

Когда с обедом было покончено, и мы вышли из столовой, я попросил ребят возвращаться в класс без меня, так как хотел позвонить Софье и справиться о её здоровье. Скрывать я сей факт не стал, все знают, что Софья тоже мой друг, так что нет ничего удивительного в том, что мне небезразлично её здоровье.

– Аскольд Игоревич? Здравствуйте, – когда длинные гудки прекратились, я услышал в трубке чуть удивлённый голос Троекуровой.

– Приветствую, Софья Антоновна. Как ваше здоровье?

– Уже слышали? – спустя три секунды проговорила она. – Всё в порядке. Мелочи, не стоящие вашего беспокойства.

– Видимо, не совсем мелочи, раз сама Софья Троекурова – глава учсовета «Алой Мудрости», пропускает из-за них учёбу и визит императрицы. Температура сильная?

– Нет у меня температуры. Говорю же, не стоит беспокоиться. Обычное… рабочее недомогание.

Может, что-то по женской части? Но не настолько же сильное, чтобы пропускать из-за этого приезд Её Величества?

– То есть не помираете и прекрасно обходитесь без врачей? – уточнил я.

– Совершенно верно, – согласилась она. По голосу мне показалось, что она улыбается.

Ей определённо нравится моя забота.

– Что ж, я понял. Вы сейчас в общежитии?

– Да, – удивлённо ответила Софья.

– Тогда, как только всё закончится, я навещу вас, расскажу, как всё прошло.

– Эм… Вы хотите зайти ко мне в номер?

– А вы категорически против?

– Нет, но…

– Ну раз нет, тогда ждите, – бодро закончил я. – Увидимся позже, Софья Антоновна.

– До встречи, Аскольд Игоревич, – не стала больше спорить она.

Закончив разговор и положив телефон в карман, я пошёл в класс. Ну а что, в гостях у Юли я уже бывал, так почему бы не заглянуть к Софье?

Нужно только Вадиму позвонить, пусть пришлёт к общежитию кого-нибудь с гостинцами – не с пустыми же руками проведывать «болеющую» будущую супругу.

Оставшиеся уроки пролетели незаметно. А затем одни лицеисты направились в клубы, в которых состояли, другие же бесцельно слонялись взад-вперёд в ожидании «часа Х».

И наконец, этот час пробил. Колонки службы оповещения разнесли голос Алисы по территории лицея.

– Уважаемые учащиеся и преподаватели, кортеж Её Величества приближается к территории «Алой Мудрости». Просьба всем занять свои места.

Моё место находилось рядом с первыми лицами школы – ещё в среду Софья попросила меня и Арвина быть среди торжественно встречающих. Это пожелание во время обсуждения деталей визита через Слуг передала Её Величество Елизавета Александровна.

Двадцать два лицеиста из верхних строчек общешкольного рейтинга успеваемости, а также пять учителей, несмотря на лёгкий морозец, с воодушевлением дожидались высоких гостей, выстроившись в две шеренги по обе стороны от главных ворот «Алой Мудрости» и образовав живой коридор. Я же с Арвином, Шапочкиной, Алисой и великой княгиней Тверской – Надеждой Григорьевной Оболенской, стоял непосредственно перед воротами.

Маршрут следования вдовствующей императрицы был до мельчайших деталей согласован заранее. Администрация школы изначально предлагала пропустить весь кортеж к зданию актового зала, однако Её Величество изъявила желание лично пройтись по территории.

И вот, наконец, в поле зрения встречающих показались семь чёрных седанов и три микроавтобуса. Один седан проехал вперёд максимально близко к воротам, а остальные припарковались за ним, образовав полукруг и закрыв собой от дороги первую машину.

Высыпавшая охрана быстро заняла позиции, и лишь спустя три минуты девушка в чёрном платье и чёрном манто (скорее всего, служанка) открыла заднюю дверь первого автомобиля.

Её Величество вдовствующая императрица Российская Елизавета Александровна Рюрикович неторопливо и с достоинством вышла из машины. Статная высокая женщина в элегантном чёрном платье с отделкой из чёрного жемчуга и в чёрном соболином манто замерла возле автомобиля. Её лицо окутывала дымкой воздушная чёрная вуаль, прижатая на лбу тиарой с драгоценными камнями – «Корона вдовы». Тёмные волосы императрицы были собраны в тугой пучок, и ни единая волосинка не выбивалась из причёски.

Елизавета Александровна плавно повела головой, оглядывая встречающих, и направилась в нашу сторону. Лицеисты и учителя замерли, заворожённые.

От этой женщины так и веяло мощью… Опять зародыш Ауры?

Правда, гораздо слабее, чем у Годунова.

За своей госпожой безмолвными тенями следовали три служанки, тоже одетые в чёрное.

– Ваше Величество, – великая княгиня Тверская первой поклонилась гостье. Следом за ней тоже сделал, и я вместе со всеми встречающими, а через секунду поклонился и «живой коридор».

– Поднимите головы, – неожиданно тепло, с материнскими интонациями в голосе, проговорила вдовствующая императрица. – Надежда Григорьевна, вы прекрасно сегодня выглядите.

Оболенская-старшая (а вслед за ней и все остальные) выпрямилась.

– В этом мне не сравниться с вами, Ваше Величество, – ответила великая княгиня. – Рада приветствовать вас на территории «Алой Мудрости».

– Отрадно видеть, что ваш лицей процветает, – проговорила императрица и перевела взгляд на других участников торжественной делегации. – Алиса Андреевна, красотой вы скоро затмите мать. Артём Вениаминович, Аскольд Игоревич, приятно лично встретиться с призёрами всеимперского бойцовского турнира. Ирина Александровна, полагаю, вашу помощь господам в развитии «Алой Мудрости» сложно переоценить.

Её Величество отметила каждого из встречающих, не обращая внимания на титулы и происхождение.

Когда взаимные приветственные речи были сказаны, мы компанией в девять человек двинулись прогулочным шагом по аллеям «Алой Мудрости». Охрана императрицы и остальные лицеисты держали почтительную дистанцию. Солнце вышло из облаков и начало ощутимо припекать, так что даже без шапок мы не мёрзли.

Во время прогулки императрица и великая княгиня Тверская обсуждали «Алую Мудрость» и её выдающихся учеников. Я слушал вполуха, привычно фиксируя в памяти информацию.

Однако когда мы почти подошли к зданию актового зала, Её Величество переключила внимание на другую Оболенскую:

– Не поймите неправильно мой вопрос, Алиса Андреевна, я рада вас видеть, но мне любопытно, вы перед выпуском решили попробовать свои силы на посту главы учсовета?

Тонко намекает, что встречать высоких гостей должна была Софья, а не Алиса.

– Нет, Ваше Величество, я по-прежнему заместитель главы, – ответила девушка. – К несчастью, Софье Антоновной сегодня крайне нездоровится. Она вложила много сил в подготовку сегодняшнего праздника, и ко всеобщей досаде после всех трудов силы её оставили.

– Очень жаль это слышать, – сочувствующим тоном ответила императрица. – Жаль, что человек, который потратил много сил, не сможет насладиться минутой своего триумфа. А ещё жаль, что я лишилась возможности познакомиться с младшей дочерью моего школьного друга.

В этот момент одна из служанок императрицы запнулась и слегка толкнула Шапочкину.

– Прошу прощения, Ирина Александровна, – пролепетала она.

– Ничего страшного, – вежливо ответила заместитель директора.

Послышался тяжёлый вздох Её Величества.

– Марта, будь аккуратнее, – холодно произнесла она. – Прошу прощения за эту недотёпу, – бросила императрица.

Когда мы дошли до актового зала, большая часть зрительских мест уже была занята лицеистами. Мы прошли в первый ряд и разместились на свободных креслах, и спустя две минуты начался небольшой приветственный концерт. После танцевально-песенной части представители клубов рассказали о своих достижениях. Несколько ребят поделились своими планами на будущее. Затем на сцену вышла великая княгиня и поблагодарила гостью за визит, в ответ гостья тоже поднялась на сцену и взяла слово.

Говорила, в общем-то, обычные вещи: какие все здесь молодцы, и как успехи в учёбе помогут преуспеть в жизни сегодняшним лицеистам, несмотря на их социальный статус. Как империя станет сильнее и крепче благодаря свершениям и ясному уму учеников «Алой Мудрости».

Несмотря на прописные истины, произносимые со сцены, зрительный зал внимательно слушал императрицу, с замиранием сердца ловя каждое слово. Умеет Её Величество достучаться до каждого, к кому обращается. И дело не только в зародыше ауры или почти сакральном статусе вдовствующей императрицы-матери. Личной харизмы и уверенности в каждом произносимом слове у этой женщины с избытком.

После концерта мы перешли во второй зал, где организовали фуршет для гостьи и лицеистов. Примечательно, что из «взрослых» аристократов с принимающей стороны присутствовала только великая княгиня. Мероприятие проходило «в рабочем» формате. Это не светский приём, на который уместно пригласить родителей учеников.

Цель визита Её Величества – дать дополнительный стимул подрастающему поколению. Вместе со своими служанками она подходила к некоторым лицеистам и недолго беседовала с ними. Если бы тут присутствовали «взрослые» – всё своё внимание пришлось бы отдать им.

А у взрослых вполне могло хватить умения и хитрости задать Её Величеству неудобные вопросы.

Неудобные для Годуновых. Ибо и служанки, и охрана, насколько я понимаю, лично преданы роду Хранителей, а не Елизавете Александровне.

Интересная схема выходит! Вроде как вот он – живой член императорского рода, общается с подданными, но ничего важного сказать не имеет права. То, что она принята в род через замужество и вообще-то урождённая великая княжна Киевская – мелочи, сейчас она носит фамилию Рюрикович. Люди Годуновых тайно и явно окружающие императрицу определённо стесняют свободу её поступков и слов.

Гордая орлица, привязанная за лапу…

И как Годуновы вообще столько лет удерживают власть в своих руках? Действительно, что ли, устраняют лишних Рюриковичей? Ведь простой народ верит, что боги даруют императору силу защищать империю в обмен на годы жизни членов императорского рода. Потому простолюдины не особо удивляются ранним смертям императоров.

А ещё никто из подданных не знает, сколько в императорской семье детей. Официально объявляют лишь о появлении наследника, а показывают его только тогда, когда он достигает совершеннолетия.

Размышляя обо всём этом, я стоял недалеко от столика с тарталетками в гордом одиночестве. Императрица подходила в основном к таким одиночкам, изредка к тем, кто стоял по двое, и ни разу к компаниям из трёх и более человек. Немного странно, что она лавирует между лицеистами, как крейсер между астероидами. Логичней было бы, если бы подходили к ней.

Но такое её поведение создаёт впечатление, что императрица на самом деле заинтересована в общении с подданными.

О, к Арвину подошла и что-то говорит.

Глянула в мою сторону.

Дальше говорит с Арвином… Хм, её величество заметила, что великая княгиня Тверская что-то обсуждает с главой охраны императрицы. Отправила одну из служанок разобраться.

Всё, с Арвином закончила. Идёт в мою сторону…

Остановилась возле Шапочкиной… Хм, послала вторую служанку к дальнему столику. И теперь вместе с Шапочкиной и третьей служанкой вновь направилась ко мне.

– Ваше Величество, – я отвесил почтительный поклон, когда компания остановилась возле моего столика с тарталетками.

– Аскольд Игоревич, вот мы и снова встретились, – неторопливо проговорила Елизавета Александровна. – Признаюсь, мне не терпелось познакомиться с настолько выдающимся представителем непривилегированного сословия. Расскажите, что вы испытали, выиграв турнир?

– Удовлетворение от достижения поставленной цели, Ваше Величество, – ровным тоном ответил я.

– Всего лишь удовлетворение? Вас не радует победа?

– Радует. Но я не настолько люблю битвы, чтобы радоваться одной победе. Победа ради победы без какой-то иной цели не по мне.

– Достойная позиция, – кивнула собеседница.

В этот момент в отдалении послышался звон разбившейся посуды. Императрица закатила глаза и обернулась на звук.

– Ну конечно, это она! – недовольно воскликнула Её Величество. – Боги, насколько же я великодушна, раз держу при себе эту недотёпу! Кира, дорогая, прошу тебя, сходи разберись с этим недоразумением. Мне стыдно перед Надеждой Григорьевной за нашу Марту, – обратилась она к третьей и единственной в данный момент её служанке.

– Ваше Величество, простите, но вдруг вам понадобится моя помощь…

– Пожалуйста, дорогая… – проникновенно произнесла императрица. – Только тебе я могу доверить это дело. А за меня не волнуйся, я вижу, Арина уже почти закончила разговор и с минуты на минуту вернётся ко мне.

– Хорошо, Ваше Величество, – поклонилась служанка.

Уходя, она бросила настороженный взгляд на меня и Шапочкину.

– Так о чём мы говорили? – вновь повернулась ко мне императрица. – Ах да… о ваших достоинствах, – императрица повернулась в сторону, как будто ища взглядом что-то на столах. – О! Ирина Александровна, душенька, будьте так любезны, принесите мне немного мангового сока.

– Конечно, Ваше Величество, – поклонилась Слуга Оболенских и быстрым шагом пошла к дальнему столику с напитками.

Мы с императрицей остались наедине, насколько это возможно в большом и шумном зале.

Елизавета Александровна сделала полшага в сторону. Вроде как встала поудобнее. А заодно и срезала угол обзора для тех, кто с любопытством поглядывал на нас.

– Аскольд Игоревич, представьте ситуацию, – быстро проговорила она. – Вы едите на телеге со слугами по лесу. Впереди на дороге раненный и гонец. Раненный без сознания, а гонец утверждает, что ему нужно срочно доставить письмо, и от этого письма зависит, будет ли существовать княжество, в котором вы живёте. Взять на телегу вы можете только одного, иначе сломается. Ваши действия?

– Беру раненого, предлагаю передать письмо, – быстро ответил я.

– Гонец не отдаёт, но предлагает вам золотые горы за помощь. И это не обман – вы озолотитесь, если выберете его.

– Если не отдаёт письмо, значит сам справится, – равнодушно ответил я.

На лице императрицы появилась мимолётная улыбка.

– Я прошёл тест, Ваше Величество?

– Не знаю, а вы как думаете? – с лукавинкой в глазах ответила она.

– Для себя – прошёл. Для вас – решать только вам.

И вновь мимолётная улыбка. А к нам уже широким шагом спешила служанка, которая до этого беседовала с великой княгиней Тверской, и Шапочкина с соком.

– Вы крайне интересный молодой человек, Аскольд Игоревич, – привычным тоном произнесла императрица. – Не сомневаюсь, что вы станете аристократом и создадите свой род. Желаю вашему будущему роду лишь процветания. Хочется верить, что вы сможете его добиться. Ирина Александровна, спасибо за сок. До встречи, Аскольд Игоревич. Может быть, когда-нибудь ещё свидимся.

И ушла в сопровождении Шапочкиной и служанки, оставив меня в глубочайшей задумчивости.

К чему всё это было?

Хм…

Я не услышал никаких намёков, который мог бы понять Аскольд Александрит, и которые были бы пустым звуком для Аскольда Сидорова. Стало быть, какая-то местная игра…

И служанок так удачно раскидала по сторонам.

Хм…

Не удивлюсь, если этой «недотёпе» Марте её величество доверяет больше остальных.

Но…

Мозг работал на полную катушку, прокручивая выдуманную историю императрицы и сверяя её с реальностью.

Совпадение ли, что выдуманный человек, который хотел одарить меня за помощь, назван именно «Гонец». А на противоположной стороне «Раненный».

Г – Годунов.

А стало быть, недобиток – Рюрикович?

Письмо же символизирует…. Что? Спасение империи?

Бред какой-то. К чему вообще Её величеству устраивать мне подобные проверки? Кто я для неё? Всего лишь аномальный простолюдин.

За этими размышлениями я чуть не пропустил тот момент, когда ко мне подошла Алиса.

– О чём задумался? Впечатлился встречей с Её Величеством? – весело спросила старшая дочь Оболенских.

– Немного. А ты чего такая радостная? Тоже под впечатлением?

– От Её Величества? Да, есть такое. Но… – она приблизилась ко мне и заговорщически прошептала: – Обстановка в Африке нормализовалась. Отец прибудет со дня на день. Думаю, он захочет познакомиться с тобой лично.

Странная императрица… Теперь вот великий князь прилетает…

Что ещё случится за те три недели, что остались до заседания комиссии?