4.15 Лика. Перед богом и людьми

Во дворце Вьевиллей Жанно велел держаться у него за спиной и никуда не пропадать. Лика так и сделала, там такая спина, что это в целом не сложно.

Их встречал сам господин маршал - хмурился на известие о братьях Милле, радовался освобождению Марго и Франсуа, галантно приглашал Жийону и Жанку гостить у него в доме, сколько понадобится. И что сначала - ванна и отдых, разговоры потом. Увидел Генриха - сощурился, покачал головой, велел запереть под стражей и позвать к нему лекаря. Ухмыльнулся, что предложил бы целителя, но ведь не сработает же.

Принцесса Клод обнималась с Марго, и приглашала её вместе с дамами пройти в её покои, там отдохнуть до ужина и переодеться. Господин маршал одобрительно кивал. Жийона легко подхватила два объёмных тюка и была готова идти, куда позвали, а Жанна наоборот

- жалась к портьере.

- А вы, сударыня? - прямо спросил её господин маршал.

Лика едва не вылезла из-за плеча Жанно и не начала всё про Жанку обсказывать, но Жанно опередил. Он сказал, что госпожу де Совиньи нашли в гардеробной её величества, что она очень попросила спасти её из дворца, что она овдовела во время беспорядков и ей, очевидно, нужен сильный покровитель, чтобы не утратить оставшееся от мужа имущество. Жанка кивала и всё подтверждала, и говорила, что ни за что не вернётся во дворец. Это уже оказалось понятным, и господин маршал попросил случившуюся здесь же свою дочь Шарлотту приютить придворную даму мадам Екатерины.

Далее был очередной совет. Жанно рассказывал, как вышло с братьями Милле, Лика-то не видела. Они, по ходу, не поверили в иммунитет Рокелора к магии, и попытались таки достать его не оружием, и вся их сила досталась им же обратно. Итог закономерен, увы. И дальше уже Жанно пришлось справляться с ним в одиночку при минимальной Ликиной помощи.

А потом господин маршал строго глянул на Марго и велел рассказывать, как есть: что там было во дворце, и неужели её супруг и вправду собирался отдать приказ о казни.

Марго же лишь вздохнула и сказала, что её супруг - это самое большое разочарование её жизни, но куда же его теперь девать? Лионель смотрел въедливо, качал головой... кто его знает, что он там себе думал. А Марго сказала, что с радостью поедет в охотничий домик Лионеля, и не желает ничего знать о своём муже. Путь хоть в преисподнюю провалится.

В итоге приговорили: Лионель с компанией отправляется к себе в домик, наутро или на следующий день, прихватывая Марго, Франсуа и обеих дам. А остающиеся в столице штурмуют дворец - теперь это можно сделать спокойно, и вообще с беспорядками и еретиками пора заканчивать. На том и разошлись.

Известили, что ужин через два часа, а до того - привести себя в божеский вид. Перекусить пришлют прямо в комнаты.

Комната, которую отвели для Жанно, и где по официальной версии на лавке должна была обитать Лика, оказалась не вполне готовой, и две служанки спешно стелили там постель. Жанно воспользовался этим, спустился на половину пролёта по лестнице, усадил Лику на подоконник и обнял. Наконец-то можно ничего не говорить и просто целоваться! Лика обхватила его и руками, и ногами, как плющ какое-нибудь дубовое дерево. Напряжение дня потихоньку отпускало.

Они и вправду позабыли про весь окружающий мир, если совсем не услышали шагов по лестнице и изумлённого возгласа «Это ещё что такое?». Пришлось оторваться и поднять головы друг от друга.

Господин маршал с изумлением смотрел на них и очевидно, видел Жанно, который целуется с мальчишкой. Так себе картинка, конечно. У Лики в голове вертелась одна-единственная фраза, она её и озвучила:

- А король нам разрешил, - выдала она.

- Что? - господин маршал снял с её головы боннет и уставился на неё. - Девчонка? Тьфу, госпожа де Безье? В моём доме, с этим вот вертопрахом? В таком виде?

Вот ведь, самое главное - это, конечно же, её вид. А не то, что она подожгла дворец и достала кинжалом бок Генриха Рокелора.

- Господин маршал, это наше лично дело, где быть и в каком виде. Господин граф и его преосвященство решили, что в походе я принесу больше пользы, чем ожидая у окошка их возвращения.

- Что? - нахмурился маршал и взял Жанно за ухо.

А потом и её тоже.

- Господин маршал, я должен вам сообщить, что госпожа де Безье - моя невеста, мы помолвлены, - сообщил Жанно, делая вид, что - ничего особенного, подумаешь, за ухо взяли. - И она права, его величество дал нам разрешение на брак.

- Что происходит? - Лионель поднимался по лестнице следом за господином маршалом.

- Ты что-то знал вот об этом маскараде? И о том, как невеста Анри переметнулась к Саважу?

- Всё знал, - сказал Лионель. - Отпустите их, отец. Они правы, его величество разрешил им брак.

- И почему тогда вы до сих пор не обвенчаны? - поинтересовался маршал.

- Да некогда было, - пробормотала Лика.

- Лионель, - господин маршал обернулся к сыну, - изволь решить этот вопрос немедленно.

- Как немедленно? - взвизгнула Лика.

- А так, госпожа де Безье, что нечего приличной деве разгуливать в мужской одежде и обниматься с мужчиной, у которого репутация первейшего распутника столицы, даже если он и готов взять эту деву в жёны немедленно, - господин маршал выпустил их уши.

Она принялась тереть своё.

- Чего сразу за ухо-то?

- Кто-то хотел быть пажом? С пажами не церемонятся, - сощурился господин маршал. - И для чего же вас с собой-то взяли? Да ещё во дворец потащили?

- Госпожа Анжелика вместе с Жанно уничтожила еретиков принца Марша, которые поджидали нас на выходе из портала, - сказал Лионель.

Он с трудом сдерживал улыбку.

- Госпожа Анжелика вырастает в приличную боевую единицу? Тем более, Жанно, бери её замуж немедленно. И дальше уже только ты будешь решать, куда ей можно, а куда - не стоит, - сказал господин маршал уже более мирно.

Блин, вспомнила Лика, ведь семья Вьевиллей её как бы опекуны!

- Да, господин маршал. Мы сделаем это. Прямо сейчас? - улыбнулся Жанно.

- В человечий вид себя приведите, после боя-то, - проворчал маршал, позвал кого-то, прибежал слуга. - Госпожу Шарлотту позови, немедленно.

Видимо, госпожа Шарлотта обитала где-то поблизости, потому что явилась тут же.

- Шарлотта, будь добра, возьми под свою опеку госпожу де Безье, да-да, госпожу де Безье, и сделай её пригодной для обряда венчания, - маршал уже смеялся, а Шарлотта пока ещё офигевала. - Лионель, ты проведешь этот обряд?

- Да, господин маршал. С радостью, - кивнул тот.

- Ну и жениха тоже почистите немного, что ли, - сощурился маршал. - Через час в церкви?

- Да, - согласился Жанно.

И после того Шарлотта решительно взяла Лику за руку и увела.

В её покоях обитали какие-то камеристки, и она громко приказала греть воду, найти самое прекрасное платье, какое только может быть нужного размера, и пригласить какую-то госпожу Онорину. Лику мгновенно разоблачили, и хоть она и верещала, что у неё есть целая одна чистая рубаха, и была готова её предоставить, если её допустят к её вещам, но Шарлотта смеялась и говорила - отец сказал, сделать, значит - сделаем в наилучшем виде. Анжелика, вы что, часто замуж выходите? Ах, в первый раз? Вот и терпите.

Пришлось терпеть. Появилась та самая госпожа Онорина, дама средних лет в жёстко накрахмаленном чепце, и принялась распоряжаться - что и в какой последовательности делать. Лику затолкали в ванну - само по себе это было прекрасно, но зачем же в такую горячую воду и зачем же так жестоко тереть? Подстричь и отполировать ногти - норм, она сама давно забила, с момента побега. Удалить лишние волосы - то же самое, Лика только рада была. Чем-то намазали лицо, руки, стопы - для смягчения. Она хотела было сказать, что можно накапать куда-нибудь розового масла, жених только рад будет, но поняла, что здесь у всех свои представления о том, как хорошо и правильно, и тихо заткнулась.

Известие о грядущем событии просочилось за стены покоев Шарлотты и привлекло толпу. С радостным визгом прибежала Марго, она изумлялась - как могла не узнать Лику во дворце, и как хорошо, что у них всё сладилось с Саважем настолько, что даже её дорогой брат разрешил им свадьбу, и вообще что она благодарна Лике за своё спасение. И ведь у Лики ничего с собой нет, так, никаких украшений? Значит, она подарит ей вот эти жемчужные сережки, и нитку на шею, и не желает слушать никаких возражений!

Следом пришла принцесса Клод и подарила золотой пояс, составленный из ажурных цветочков с жемчужными серединками, спереди у этого пояса, как и полагалось, был длинный хвост с большим тяжёлым украшилищем.

Принцесса Хуана-Терезия, супруга Этьена де Вьевилля, подарила парные браслеты - тоже с жемчужинами.

Сама Шарлотта подарила золотую ажурную сетку для волос, которую госпожа Онорина каким-то чудом прикрепила к голове Лики, спрятав её короткие торчащие во все стороны волосы.

Последней пришла Жанка. Она тоже была переодета и уже улыбалась - наверное, поняла, что жизнь налаживается. Подарила жемчужную брошь и не стала слушать возражений -мол, ты меня спасла, хотя вовсе не обязана была это делать.

Платье по размеру нашли. Чудом, не иначе. Или его шили на кого-то из младших сестёр Шарлотты. Но оно не болталось, и было нормальной длины. Цвет, правда, оказался тёмнобордовым, ну да и ладно, тут в таких условиях есть подходящее - и ура. Отыскались и все составляющие костюма настоящей дамы - и корсет, и нижние юбки, и чулки, и кожаные туфельки, и сумочка под платок - с платком.

Марго осмотрела руки Лики.

- О, кольцо! Что за кольцо?

- Кольцо от жениха, его должно быть можно, - заявила Лика.

- От жениха - пусть будет. Но скажите, как вы, всё же, сговорились? И куда делся Анри?

- С Анри мы... расстались миром. Я надеюсь, он женится на ком-нибудь другом. А с графом... так вышло, в общем. Я и не подозревала, что хочу за него замуж, - усмехнулась Лика.

- Я не могу представить, что он - и женится! Беспрекословно берёт и женится! - никак не могла успокоиться Марго.

- Я не при чем, он сам мне предложил. Я ему говорила - можем пока не венчаться, но он сказал - нет.

- Боится, что вас ещё кто-нибудь уведёт, - смеялась Марго.

- Пусть этот ещё кто-нибудь только попробует! - мрачно заявила Лика. - Марго, я там у вас немного пожгла мебель и что там ещё было, надеюсь, это не страшно, и вы потом найдёте себе другую.

- Хотела бы я посмотреть на вас в деле, - восхищённо сказала Марго. - Если Лионель берёт вас в отряд, и Саваж не возражает - это о многом говорит. И вам, наверное, и вправду нужно замуж за Саважа, да поскорее.

Стук в двери, тихий разговор, а потом Марго с удивлением сказала - Лика, тут Лионель хочет с вами поговорить. Вы ведь уже готовы, правда? Лике оставалось только кивнуть -готова, готова. И что ему-то от неё нужно? А все дамы и камеристки сбежали, повинуясь его выметающему взгляду.

Лионель был уже облачён, как подобает, оглядел её, улыбнулся. Сел рядом с ней, говорил тихо.

- Вы красавица, госпожа Лика. Я от души желаю вам счастья с Жанно. Скажите, всё в порядке? Вы готовы, вы желаете, вы не передумали?

Лика вздохнула. Очнулись, блин. Готова ли она. Нет, конечно! Какой вообще замуж в восемнадцать лет? Ещё пожить надо!

- Я. опасаюсь. Я понимаю, что всё правильно, но. вы же знаете про меня всё. Дома я бы ещё училась, а потом работала, и могла ну, жить вместе с парнем, чтобы попробовать, как оно, но замуж - потом. А тут надо вот прямо сразу. Нет, это не про Жанно, это про меня. И ведь это навсегда, потом не разбежишься, если не вышло.

- Но что вы вообще думаете о нём? - он смотрел очень по-доброму.

- Я люблю его, - прошептала Лика, глядя в пол. - Наверное, это любовь. Он один увидел то, чем я являюсь на самом деле, и его не оттолкнуло, наоборот. Рядом с ним я чувствую себя живой, настоящей и на месте. Он не возражает, когда я прикрываю ему спину или подставляю плечо, он верит, что я это могу. Поэтому - он лучший, в обоих мирах.

- Тогда идите вперёд и ничего не бойтесь, - улыбнулся Лионель. - Он очень хочет, чтобы вам с ним было хорошо.

- Я тоже хочу, чтобы ему со мной было хорошо, - выдохнула Лика, чем вызвала новую улыбку, а потом он кивнул ей, поднялся и вышел, и пригласил Шарлотту.

Когда сборы были окончены, Лику подвели к большому, в рост человека, зеркалу. Лика показалась себе довольно красивой. А Шарлотта начертила на зеркале чары вызова, и в нём появилась принцесса Катрин.

- Рада видеть вас, девочка моя, - сказала принцесса. - Мне уже сообщили о переменах в вашей судьбе, я надеюсь, они к лучшему.

- Благодарю вас, - выдохнула Лика. - Да, к лучшему, правда.

- И чудесно. Я очень рада за вас, и за Жанно Саважа - тоже. Подарок передам при случае, надеюсь, мы все ещё встретимся - не в Лимее, так где-нибудь ещё. Благословляю вас, идите и ничего не бойтесь.

У Лики аж слёзы на глаза набежали, она только и смогла, что ещё раз проговорить слова благодарности. А потом её подхватили под руки Шарлотта и Марго, и повели куда-то, очевидно - в церковь.

Домовая церковь Вьевиллей была ничуть не меньше, чем в Лимее, и тоже очень пафосно украшена. И нехило освещена - нормальными свечами и магическими огнями. Ничего себе, а так можно было?

Господин маршал при параде ждал их у входа, он взял Лику за руку, по его сигналу расступилась стоящая у дверей толпа, и он повёл её внутрь.

Жанно уже был внутри - одет, как принц, даже лучше принца, и - в зелёное, в то самое зелёное, в чём был, когда Лику представляли ко двору. Откуда только взял? За его спиной стояли Эжен Вьевилль, принц Франсуа, Луи д’Эме, все те, кто был с ними сегодня во дворце, и куча незнакомых Лике людей.

Жанно подал Лике руку, и они прошли вперёд, и встали, и вышел Лионель - облачённый, как подобает. И он был умиротворён и краток - а что тут особо говорить-то, если всё уже решено, и нужно просто зафиксировать свершившийся факт?

Так Жан-Филипп граф Саваж, сеньор д’Валантэн, и Анжелика де Безье стали мужем и женой. Стремительно и навсегда - у них же тут навсегда, мамочки, но вдруг это не так страшно?

После был торжественный ужин, и даже немного танцев, а потом дамы вывели Лику из-за стола, и повели в приготовленные для них с Жанно покои.

- Мы поможем вам сейчас с платьем, госпожа графиня, - с поклоном сказала та самая Онорина.

- Думаете, господин граф с ним не справится? - усмехнулась Лика, и все почему-то смутились.

Чего смущаться-то? Тем более теперь, когда их поженили? Но они всё равно взялись разбирать то, что сами перед этим наворотили, и оставили Лику в одной тонкой сорочке, обильно украшенной кружевом.

Когда появился Жанно, дамы с усмешечками исчезли.

- Вот так, роза, кто бы мог подумать? Но теперь ты - моя, ты навсегда моя роза, и это, пожалуй, лучшее, что со мной было, - он взял её за обе руки и улыбался.

- Нетушки, это ты - мой, понял, дикий кот? Только мой и ничей больше! - Лика потянулась и обняла его.

- Меня это устраивает, - он легко коснулся её губ, и принялся расстёгивать многочисленные пуговицы.

- Тебя никто не раздел? - хихикнула она.

- Попробовали бы, - подмигнул он.

Лика принялась помогать - расстёгивать, развязывать, стягивать.

- Ты откуда взял нормальную одежду? Мне-то нашли в здешних закромах, а у тебя -прямо твоя.

- А я с Марселем на пару слетал домой.

- Я тоже хочу к тебе домой.

- Это уже теперь - к нам домой, - поправил он.

- Да-да, к нам домой.

Точно, у него же ещё и дом в столице. Определённо не однокомнатная хрущёвка!

Когда всё было развязано, распутано, отстёгнуто и снято, Жанно стащил с Лики красивую сорочку, отбросил и нежно притянул Лику к себе.

- Навсегда вместе. Веришь, роза?

- Сам-то веришь? - усмехнулась она, смягчив сомнение поцелуем.

- Очень этого хочу. С кем, если не с тобой?

- Это точно. С кем, если не с тобой? С тобой хотя бы не так страшно пробовать.

- Ты же бесстрашная, роза? - смеялся он.

- Мне проще в бою, правда, - вздохнула Лика.

Вроде и всё, как надо, но ей отчего-то не по себе.

- Представь, мне тоже проще в бою, - сказал Жанно. - Там всё делается само собой, что ли. Я всегда считал, что женюсь лет в сорок на подходящей девице исключительно для продолжения рода. Но судьба подсунула мне тебя.

- Я тоже думала, что выйду замуж лет в тридцать. Когда у меня уже будет хорошая работа и своя квартира. Чтобы не остаться с чистой шеей, если вдруг что. Но судьба подсунула мне тебя. И если ты не будешь слушать меня и не захочешь договариваться, я ж могу разозлиться и озвереть.

- Роза моя, я тоже небезопасен в гневе. Нам обоим придется договариваться.

- Тогда будем пробовать. Так-то не попробуешь - не узнаешь.

- Очень точно, роза моего сердца. Моя любимая Лика.

Господи, как круто - «моя любимая Лика»...

А дальше были уже только сумасшедшие поцелуи, нежные прикосновения, ласка, сила, страсть - и ночь.

Всё же, день начался давно, а завтра будет новый, потому что жизнь продолжается.

Утром Лика проснулась первой, попыталась повернуться и выползти из-под руки теперь уже мужа, но он тоже проснулся и, как водится, прямо сразу никуда её не выпустил.

- Розочка Лика.

- Кот Жанно.

- Видишь, всё не так страшно, как ты думала.

- Пока, - улыбнулась Лика. - Но вчера мы вроде оба были готовы договариваться, если что?

- Точно, - улыбнулся он.

Дотянулся до валявшейся в куче вещей на лавке рядом своей поясной сумки, вытащил оттуда мешочек, а из мешочка какие-то невероятные жемчужные бусы. Ниток в пять, не меньше. И застегнул у неё на шее.

- Это что? - не поняла она.

- Это, роза, подарок, - он снова ржал. - Тебе не так часто дарят подарки, что ты не знаешь, что это такое?

- Почему, знаю, - она всё пыталась разглядеть и посчитать, не выходило. - Но откуда это у тебя? Мы же, ну, не собирались жениться вчера.

- Знаешь, давным-давно, когда я служил на море у одного выдающегося человека, однажды мы взяли неплохую добычу. И мне достался сундук со всякой всячиной, в том числе там были и эти жемчужные бусы. Я хотел их продать - зачем мне это, лучше б оружие какое - но тот самый выдающийся человек посмеялся и сказал - припрячь, вот женишься, и наутро после свадьбы подаришь жене, как так - приличный муж не подарит жене наутро после свадьбы жемчужные бусы? Я, помнится, сказал, что в ближайшее время жениться не собираюсь, но он возразил - вещь лежит, есть не просит, а когда окажется нужна - то вот она. Так и вышло, роза моя. Если нам доведётся встретиться - я ему непременно расскажу, что всё так и вышло, как он говорил.

Ну нельзя же его, такого, не обхватить крепко-крепко и не целовать!

В дверь застучались. Жанно нахмурился, встал, надел рубаху и поинтересовался, кого там несёт. Несло, судя по всему, Лионеля, но шорохи и перетаптывания говорили о том, что не только его. Тогда Жанно сначала выудил рубаху Лики и помог её надеть, а потом вытащил её саму из постели и посадил на лавку - в кучу одежды, и сказал - тут и сиди, пока. И ещё подушки скинул куда-то туда же, а потом уже пошёл открывать дверь.

Да, там был Лионель, и, кажется, кто-то из его братьев, и Марго, и ещё много кто. Все ржали и спрашивали - не поубивали ли ночью друг друга два боевых мага?

Жанно преувеличенно вежливым жестом пригласил их войти, и их набилось в комнату до фига. А потом ещё одним небрежным движением руки поджёг обе простыни - и ту, на которой спали, и ту, что была сверху. Лика не удержалась и тоже со смехом добавила искр от себя. Пламя красиво сожрало постельное бельё и утихло само собой.

- Хитрецы, - рассмеялся Лионель. - Но я вижу, что с вами всё хорошо, - а ещё он, кажется, разглядел на Ликиной шее те самые жемчужные бусы - когда на тебе только рубаха с огромным декольте и те бусы, то сложно не разглядеть - и улыбнулся, похоже, он был в курсе истории.

- С нами всё отлично, - важно сообщила Лика.