Глава 15. Ох уж эта пятница тринадцатое!

После инцидента у ресторана у Аси не было никакого настроения продолжать веселье, и она попросила Глеба отвезти ее домой.

– Не переживай, о тебе не пойдет дурная слава, я это проконтролирую, – по пути к дому, обещал Глеб. – Если хочешь, я позабочусь, чтобы этого парня привлекли к ответственности.

– Не нужно, – бесцветным голосом ответила Ася. – Завтра он проспится и сам себя накажет воспоминаниями о том, что сделал.

Переведя взгляд на руку Глеба, держащую руль, Ася заметила на торчавшем рукаве рубашки капли крови.

– Ты испачкался. Можем подняться ко мне, я застираю.

– Не стоит. Я поеду в гостиницу.

– Как знаешь.

«Боже мой, в кого он превратился?.. – всю дорогу поражалась Ася. – Сеня же ненормальный! Сумасшедший! Зверь! – Она вспомнила, каким демоническим взглядом он смотрел на нее и поежилась. – А его друг… Он же запросто мог убить человека! Чем они оба думали?!»

Настроение было чернее тучи, на душе скребли кошачьи когти, в глазах застыли слезы. Ей было так противно после всего услышанного в свой адрес, что хотелось рыдать.

Ну что за мужчины пошли?

Ведь это он изменил Асе, в то время как она строила планы на их долгожданный переезд в Питер, и на счастливое совместное будущее. А теперь посмел оскорблять ее и называть дешевкой?

«За что мне все это?» – подбородок Аси задрожал, в горле встал ком, но ее вовремя отвлек Глеб.

– Слушай, какие из них нормальные гостиницы? – глядя в телефон, спросил он. – «Восход», «Николаевская», «Парус». Что скажешь?

– Понятия не имею. Мне не приходилось останавливаться в гостиницах, – ответила Ася и про себя добавила:

«Хотя иногда у меня возникало дичайшее желание сбежать из дома, чтобы хотя бы денек перекантоваться в гостиничном номере».

Мысль о том, что дома ей предстояло проводить время с матерью, дергала за все нервные окончания.

«Она явно еще не спит, и точно не упустить возможность меня позаводить, – догадывалась Ася. – Ей же всегда плевать, что на душе у ее единственной дочери. Всю жизнь некому было поплакаться, некому излить душу, некому выговориться, не к кому обратиться за советом. И сейчас вместо материнской поддержки меня ждет очередной вынос мозга», – Ася поджала губы и по ее щекам предательски скатились слезы обиды.

В такие моменты она чувствовала себя особенно одинокой. Прямо как в школьные годы, когда ее обижали мальчишки, а поговорить об этом было не с кем. Когда пришли первые «веселые дни» – она тоже не знала, как себя веси, и что с ними делать. И когда из дома ушел отец никто не утешал, никто не пытался спокойно донести, что у взрослых иногда такое случается, что мама с папой расходятся, но по-прежнему любят своего ребенка и всегда будут рядом.

Возможно, в нормальных семьях именно так и происходило, но Асина мать сделала все возможное, чтобы она страдала из-за их развода как можно дольше.

«Жаль, что до деревни пятьдесят километров. Поехала бы сейчас к бабушке, да и все», – подумала она и вытерла мокрую щеку.

Остановившись на светофоре, Глеб снова посмотрел в экран мобильника и нажал на маленький фиолетовый значок.

– Алиса найди… – и, взглянув на Асю, резко замолчал. – Ты что, плачешь из-за этого полудурка?

Ася только открыла рот, чтобы ответить «всё в порядке», как из динамика его телефона послышался голос Алисы:

– Грустинка в глаз попала.

Глеб посмеялся, а Ася, вяло улыбнувшись, отвернулась к окну.

– Ась, ты же знаешь, что у меня достаточно связей. Давай я его поставлю на место?

– Он здесь не при чем, – тихо вымолвила Ася, и тут же из динамика послышалась еще одна реплика:

– Давай, если он не против.

Ася нервно рассмеялась, но в конце смеха из горла вырвался всхлип, потом еще один, и из глаз хлынули слезы.

– Эй, эй, перестань! – двигаясь в потоке машин, пытался утешить Глеб. – Если это не из-за сегодняшнего случая, тогда скажи в чем дело. Может, я попробую это уладить.

Угомонить эту не пойми откуда нахлынувшую истерику Асе удалось с трудом. Конечно, она не стала посвящать почти незнакомого человека в свои семейные проблемы, и не стала вываливать на него детские обиды на мать.

И вообще она сто раз пожалела, что дала волю слезам.

Ненавидела казаться слабой и беззащитной девчонкой.

– Мне уже лучше, – сморкнув в бумажную салфетку, гнусаво проговорила Ася.

– Значит, не сознаешься в чем дело? – хмуро посмотрел на нее Глеб и, крутанув руль, въехал во двор.

– Просто много всего навалилось в последние дни. Не бери в голову.

– Я понимаю… – вздохнул Глеб и, остановив машину у Асиного подъезда, повернулся к ней полубоком. – Ась, я догадываюсь, что причина части твоих проблем я, поэтому не стану на тебя давить и снова спрашивать…

– Согласна ли я продержаться еще один месяц? – продолжила она, глядя на него красными глазами. – Ты разве еще не пожалел, что со мной связался?

– Нисколько. С тобой же так весело, – наигранно-серьезно ответил Глеб. – Ну так что скажешь?

В ушах Аси зазвучал голос Арсения:

– Эскортница! Думаешь, я поверил, что ты с ним встречаешься? Дешевка!

Затем перед глазами встал подозрительный взгляд Иры.

«Если я откажусь, то вскоре правда всплывет наружу и мне останется, разве что, вообще никогда не появляться в родном городе, чтобы не сгореть со стыда».

Посмотрев на Глеба, Ася вспомнила, как ей было приятно находиться в его обществе перед одноклассниками, как здорово он играл роль ее мужчины, как он заступился за нее перед Арсением, и с губ сам собой слетел ответ:

– Я согласна, – улыбнулась она и, переведя взгляд на водительское окно, набрала полную грудь воздуха.

– Кто это? – повернувшись, спросил Глеб.

– Мама.

Мать, проходя мимо с двумя пакетами продуктов, взглянула на машину и, увидев Асю в дорогущей иномарке, резко затормозила.

– Ладно, я пойду! – Ася торопливо отстегнула ремень и открыла дверь.

Больше всего на свете она боялась, что матери вздумается подойти и познакомиться с Глебом. Этого допустить категорически нельзя.

Но… было слишком поздно.

– Добрый вечер! – подойдя к отрытой двери, мать заглянула в машину. – А вы, наверное, из Санкт-Петербурга, да? Вы молодой человек моей Аськи?

– Верно! – решительно кивнул Глеб и представился. – Глеб Исаков.

– Екатерина Павловна! – улыбнулась ему мать и, глядя на Асю, удивленно выпучила глаза. – А что это вы в машине сидите? Пойдемте домой, пойдемте! У нас там как раз сырники еще остались, и чай свежий заварен. Давайте, давайте! – подгоняла она, кивая в сторону подъезда.

– Мам, Глебу некогд…

– Сейчас машину припаркую и поднимемся, – внезапно сказал он, и, попросив Асю закрыть дверь, заводил взглядом по двору в поиске свободного места.

– Давай ты поедешь в гостиницу, а я скажу ей, что у тебя срочные дела, – с колотящимся сердцем, настоятельно попросила Ася.

– Ну, раз ты теперь моя девушка, то будет странно, отказать твоей матери в знакомстве, – невозмутимо пожал плечами Глеб, и припарковал машину напротив подъезда.

– Я могу очень быстро передумать! – сердито уставилась на него Ася.

Она прекрасно понимала, что ее ждет, когда Глеб переступит порог ее квартиры.

И второй раз так опозориться точно не желала…

«Ох уж эта пятница тринадцатое…» – вздохнула она, и быстрым шагом пошла к подъезду за этим упрямцем.