ГЛАВА 14

Два с половиной года спустя

Первое письмо из столицы пришло через четыре месяца после открытия аптеки. У Полли подходил срок родов, и ей было не до разговоров с бывшим работодателем. Тем более тот предлагал вернуться в столицу и работать с ним на прежних условиях, а девушку вполне устраивала жизнь в Крейтоне. Конечно, она оказалась далеко не такой спокойной и безмятежной, как мечталось: что ни неделя, приходилось сталкиваться с житейскими проблемами горожан, зато было не до скуки. Так что Полли отделалась отпиской с отказом, выразив признательность за внимание, и благополучно забыла о письме.

Когда Летти исполнилось два месяца, почтальон принес второе письмо. В этот раз предложение оказалось щедрее: старик обещал увеличить оплату вдвое и даже приглашал стать его ученицей! Письмо зажевал Найт, стащив его со стола, а Полли отвлеклась на плач малышки, поэтому ответ так и не написала — вылетело из головы.

Третье и последующие письма скорее раздражали, чем льстили. Где-то после шестого тон переменился. Посыпались угрозы: бывший работодатель предупреждал, что, если Полли не вернется, ее непременно постигнет жуткая кара. Напоминал, что именно он обучил ее всему, а неблагодарная девчонка отказывается исполнить просьбу немощного старика!

На последнее письмо Полли отправила посылку с парочкой укрепляющих зелий. Наверное, этот жест доброй воли стал последней каплей, переполнившей чашу терпения бывшего работодателя. Мистер Лепвиг выехал из столицы и заявился на порог аптеки собственнолично.

Наступали холода, а вместе с ними и сезон простуды. Полли не вылезала из лаборатории, готовя зелья. Сегодня была очередь Тмора сидеть с Летти, но мужа вызвали на кладбище: очередной неупокоенный призрак взывал об отмщении, и дочку пришлось отвезти к леди Кастэль. Впрочем, последняя была в восторге. Когда Летти появилась на свет, всю неприязнь баронессы к нелюдям как рукой сняло. Как и многие бабушки, она находила внучку умнейшим и самым очаровательным ребенком на свете. Насчет окраса Полли угадала — дочь унаследовала белый пушистый хвост и уши, а вот кудри и глаза достались от отца, но необычная внешность только придавала ей обаяния.

За прилавком оставался Терви, настолько поднаторевший в работе, что порой посетители путали, кому же принадлежит аптека на самом деле. К тому же полурослик продолжил жить в доме, а Полли перебралась к мужу.

Люди нередко посещали их аптеку, а в последнее время так даже частенько стали захаживать, поэтому Терви не удивился хмурому старику в мохнатой шапке.

— Добрый день! Чем м-могу быть полезен? — с любезной улыбкой поинтересовался полурослик, как раз закончивший обслуживать гнома.

— Где Поллет? — грубо спросил старик, оглядываясь. Гордости, что его помощница смогла поднять собственное дело, он явно не испытывал.

— Леди Рекорти сейчас за-занята с зельями и освободится не-не раньше обеда, — глазом не моргнул Терви. После того, как к ним несколько раз зашли друзья Рока, он научился игнорировать грубость и отсутствие манер. Подумаешь, у посетителя плохое настроение! Не портить же себе день из-за этого. — Если я м-могу вам чем-то помочь…

— Леди Рекорти? Ха! Так эта профурсетка все-таки вышла замуж за того мальчишку… Не важно, позови ее немедленно! — Старик стукнул кулаком по столешнице, и вежливая улыбка сошла с губ полурослика.

— Вам стоит в-взять себя в руки, в про-противном случае я буду вынужден по-попросить вас подождать снаружи, — холодно сказал он, но старик будто не услышал.

— Да ты хоть знаешь, кто я?! — закричал он, замахиваясь тростью.

— Наверное, тот самый дурак, который не разглядел жемчужину среди гороха, — раздался от окна вкрадчивый голос, и Лепвиг в возмущении оглянулся. Он явно не ожидал, что его оппонентом окажется призрачный гоблин.

На шум в аптеке Полли обратила внимание не сразу: во-первых, там редко когда бывало тихо — та же Милли с подружками такой гвалт порой поднимала, что уши болели. Во-вторых, Полли доверяла Терви — он сильно вырос за два года и из застенчивого заикающегося юноши превратился в уверенного в себе мужчину. Правда, заикаться не перестал, хотя в последнее время это случалось все реже.

Полли не сомневалась, он разберется, если что-то случится. Поэтому застала только конец скандала — и то потому, что услышала знакомые истеричные нотки. Представить этого человека в своей аптеке она не могла, но слух не подвел. Мистер Лепвиг ругался с Гроули, брызжа слюной и доказывая, что без его помощи и титанических усилий, вложенных в обучение бездарной и ленивой ученицы, Полли даже простейшую мазь не смогла бы сделать! А когда выучилась, самым бесстыжим образом забыла о его заботе, в то время как ему теперь приходится справляться со всем в одиночку.

— Так наняли бы помощника, и дело с концом, — не выдержала Полли, услышав последнее обвинение.

Мистер Лепвиг ее заметил. Сощурился, оглядывая с ног до головы. Наверное, ожидал встретить несчастную, обездоленную и голодную лисицу в тряпье, а увидел успешную владелицу собственной аптеки. Правда, с разочарованием старик справился быстро.

— Поллет, а ты все так же нерасторопна. Мне пришлось тебя ждать.

— Если бы вы предупредили о своем визите, я постаралась бы выкроить время, — вежливо ответила Полли, хотя гораздо сильнее хотела выставить его за порог. — А прервать работу я не могла. Вам ли не знать, что зелье от простуды надо непрерывно помешивать?

Он почему-то обрадовался ее словам.

— Именно! Об этом я и говорю — ты всему научилась у меня! — Старик с торжествующим видом повернулся к гоблину.

— Вообще-то об этом мне мама рассказывала, — не сдержалась Полли.

— Не смеши! Твоя мать была безграмотной лисицей, откуда ей было знать подобные тонкости. — «И ты такая же», читалось в его взгляде, но проверять терпение хозяйки дома он не стал.

— Так зачем вы хотели меня видеть, мистер Лепвиг? — холодно спросила Полли. Встреча оказалась не самой приятной, и она предпочла бы поскорее с ней покончить.

— Ты, наверное, не знаешь, но, когда ученик открывает свое дело, он передает часть дохода учителю в качестве платы за обучение, — начал Лепвиг.

У Полли язык зачесался поинтересоваться «сколько?», но гораздо сильнее хотелось расхохотаться. Когда она единственный раз спросила об ученичестве, лет в семнадцать, Лепвиг посмотрел на нее, как на умалишенную. «Да меня высмеют, если я возьму в ученицы лису!» — только и сказал он тогда, и больше Полли тему не поднимала.

— Да, я об этом слышала.

Девушке было очень любопытно, как Лепвиг начнет вилять, подходя к вопросу оплаты, но, похоже, он не сомневался, что имеет полное право требовать свою «долю».

— Тогда почему ты до сих пор не прислала мне денег?! — возмущенно спросил он.

— Потому что вы не были моим учителем, — развела руками Полли, и старик с силой ударил тростью по полу.

— Не говори ерунды! — Он действительно рассердился. — Я научил тебя всему, что ты знаешь. А договор — пустая формальность!

— Согласно которой учитель должен не только обучить, но и подготовить к аттестационному экзамену в гильдии алхимии. Разве не так? — возразил Гроули, и Лепвиг зло посмотрел на призрак.

— Не лезь, куда не просят, — прошипел он и бросил Полли какую-то бумагу. — Я подозревал, что дело так обернется, поэтому заранее приготовил предложение. Сейчас моя лаборатория переживает не лучшие времена. Уж не знаю, чем покупателей не устраивают мои зелья, сделанные строго по рецептам! Я хочу нанять помощника, но на это нужны деньги. Тридцать процентов от прибыли, и я вернусь обратно в столицу, позабыв, что такая бесстыжая девка когда-то у меня училась!

— А если я откажусь? — Полли скрестила руки на груди.

— Тогда мне придется обратиться в гильдию алхимиков, — не скрывая злорадства, ответил старик. — У тебя ведь до сих пор нет ни учителя, ни лицензии? И тогда посмотрим, останется ли твоя аптека вообще открытой.

— Старый хрыч! Ты ведь не собираешься идти у него на поводу? — возмутился Тмор, снимая рубашку.

Они говорили шепотом, чтобы не разбудить спящую в соседней комнате Летти. Некромант вернулся поздно вечером, и о визите мистера Лепвига Полли рассказала уже в спальне.

— Нет, конечно! — Лисица вытащила последние шпильки, и длинные светлые волосы тяжелой волной упали на обнаженную спину. — Но меня пугает его настойчивость. Похоже, дела в столице у него идут не очень, раз он даже до нас доехал, чтобы вытребовать деньги.

— Так за такие деньги он бы и пешком сюда притащился! Не знаешь, что ли, его жадность! — хмыкнул Тмор. — Ты пробовала посчитать, сколько заработала за эти два года? Вполне приличная сумма наберется для поездки в тридцать гантов туда и обратно. К тому же Лепвиг уверен, что ты согласишься на его условия.

— Почему я должна соглашаться?

— Вспомни, с каким настроением ты приехала в Крейтон! Не ты ли боялась заняться алхимией?

Не желая признавать его правоту — да и кому захочется вспомнить собственные слабости, — Полли взялась за расческу. С раздражение вычесала сначала длинную копну, затем ушки, и другим гребнем, пожестче, принялась за хвост.

Со спины открывался настолько соблазнительный вид, что Тмор не выдержал и подошел к ней, обнимая и касаясь губами шеи.

— Извини, я не хотел тебя обидеть.

— Я знаю. И… Что ты делаешь? Мы вроде хотели обсудить серьезную тему. — В пику своим словам она закрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями.

— Обсудим. Потом, — коротко выдохнул некромант, не прекращая поцелуев, и Полли сдалась под нежным натиском.

Стараясь не шуметь, муж подхватил ее и понес на кровать — с тех пор, как Летти научилась ходить, у них все реже получалось уединиться. Дочь умудрялась появляться в самый неподходящий момент, с невинным видом интересуясь, чем занимаются родители за закрытыми дверьми. Правда, Полли всегда успевала услышать Летти раньше, и конфуза не случалось. Но иногда так хотелось просто насладиться друг другом! Как сейчас, когда она ощущала горячие прикосновения пальцев на своей коже и плавилась, задыхалась, терялась в сумасшедшем всеобъемлющем счастье…

— Я тебя укусила, прости, — виновато шепнула Полли чуть позже, заметив следы на плече мужа.

Тмор только довольно хмыкнул, подтягивая ее к себе под бок. Он был готов терпеть и не такое, если бы у них чаще выдавались подобные ночи. Полли повозилась, устраиваясь удобнее, но сон не шел.

— Все никак не угомонишься? — Судя по бодрому голосу, Тмор тоже не спал. Визит старика выбил обоих из колеи. Насколько далеко он был готов зайти в своей жадности?

— Я боюсь за аптеку, — призналась лисица, разворачиваясь к мужу и вычерчивая на его груди алхимические формулы. — Формально он прав, без лицензии или наставника я не имею права готовить зелья на продажу. Но мы два года боролись, чтобы уверенно встать на ноги. Умудрились отвадить местных бандитов, наладить поставку ингредиентов, налоги исправно платим. Я не хочу, чтобы весь этот труд рухнул в одночасье из-за Лепвига. Аптека слишком много для меня значит.

— Даже если заплатим, он вернется снова. Ты ведь понимаешь?

Полли прикусила губу и кивнула. Она могла найти деньги, но слишком хорошо знала бывшего работодателя: его словам нельзя было верить.

— Не волнуйся, все будет хорошо. Обещаю. — Тмор дотронулся до ее щеки, убирая пушистые прядки за ухо. — Спи, Летти наверняка разбудит нас рано.

— Спокойных снов. — Полли прижалась к нему, закрывая глаза и сомневаясь, что получится уснуть.

Проснулась она под веселый смех дочки, врывающейся к ним в комнату вместе с первыми лучами солнца.

В том, что Лепвиг настроен серьезно, Полли убедилась спустя несколько дней. В разгар рабочего дня в аптеку зашел Томас. Сержант мялся у порога, дожидаясь, пока разойдутся покупатели, и только после этого подошел к прилавку.

— У вас что-то случилось, сержант? — насторожился Терви, который до сих пор относился к стражам порядка с недоверием.

Полли подозревала, что он боится из-за Фирса — вдруг братишка снова ступил на кривую дорожку? Но Томас пришел не из-за этого.

— Мне очень жаль, леди Рекорти, но я вынужден просить вас закрыть аптеку. Временно, конечно, до выяснения всех обстоятельств.

— Каких обстоятельств? — похолодела Полли.

— Нам поступила жалоба, что вы работаете без наставника и лицензии. Знаю, что это полная ерунда и нисколько не сомневаюсь в вашей квалификации — вы очень помогли нам с женой, и я никогда этого не забуду. Да и зелья у вас хорошие, что уж тут говорить. Но сами понимаете… — Он замялся, явно расстроенный сегодняшним заданием.

— Да, конечно. — Полли кивнула и на деревянных ногах подошла к двери, переворачивая табличку на «Закрыто». — Мне надо пройти с вами?

— Со мной?

— В участок.

— Нет, нет конечно! — поспешно замахал руками Томас и вручил ей бумагу, которую крутил в руках. — Вот, это повестка на заседание в гильдию алхимиков в конце недели. — Он помедлил, затем добавил: — Леди Рекорти, вы бы поговорили с кем-нибудь из гильдии, пусть выступят за вас поручителем. Ваш муж некромант, и хотя он сильный маг, но он не мастер зелий. А без лицензии работать никак нельзя.

— Спасибо, Томас. Не переживай, мы разберемся.

Сказать было проще, чем сделать. Полли корила себя, что не догадалась попробовать сдать экзамен раньше, тогда никаких проблем бы не возникло! Но тут требовалась рекомендация мастера, а ее попробуй заполучи! В первую очередь, лисица просмотрела законы — мало ли, где упоминается о подобных случаях, — но даже с разъяснениями Терви запуталась во всех тонкостях местного законодательства. Почему под присмотром мастера она, обычная помощница без выдающихся способностей, могла заниматься алхимией и продавать зелья, а самостоятельно уже нет? Какие рецепты попадали под графу особо сложных и требующих квалификации, а какие при наличии ингредиентов мог изготовить кто угодно? Чем дольше Полли изучала законы, тем отчетливее понимала — на заседании придется непросто.

Просидев полдня за бумагами, она задремала в лаборатории, а Терви не стал будить, давая передышку. Проснулась Полли, когда кто-то сильно дернул за хвост. Дочка, устроившись на полу, завязывала на кончике ее хвоста бантик. Полурослик смотрел на это снисходительно — видимо, считал, что Полли достаточно отдохнула, чтобы продолжить поиски.

— Мама, нравится? — Летти закончила с «украшением» и посмотрела на нее с детской непосредственностью.

— Очень, — улыбнулась Полли, наклонившись и подхватив малышку на руки. Летти была довольно увесиста для своего возраста. Впрочем, как и все лисы, она росла быстрее обычных детей. В два года Летти отлично бегала и произносила целые предложения, правда, не всегда верно вспоминая слова.

— А где наш папа?

— На улице с мистером Лепвигом… Об-общаются, — пояснил Терви, запнувшись на последнем слове.

— Дядя плохой. — Летти нахмурила черные бровки, а Полли прислушалась.

Голос Тмора доносился приглушенно, но яростно — похоже, он не пустил Лепвига в аптеку, и старика сильно возмутил данный факт.

— Терви, присмотри за Летти, пожалуйста, — попросила Полли, посадив дочку на свое место, и решительно вышла в холл. Не хватало стать поводом для сплетен из-за этого старикашки!

— Я предупреждаю, это ваш последний шанс. Не согласитесь на мои условия, пеняйте на себя! — Лепвиг тряс перед Тмором какой-то бумагой, а при виде Полли осклабился: — Ну наконец-то! Одумалась?!

— Да. Еще два года назад. — Не глядя на сунутую в руки бумагу, Полли разорвала ее на части и подхватила мужа под руку. — Пойдем в дом.

Бывшего работодателя затрясло.

— Будь готова, что проиграешь! Да я тебя в порошок сотру! Думаешь, какая-то неумеха вроде тебя может стать полноценным алхимиком?! Не смей закрывать дверь, несносная девчонка, мы еще не договорили!

— К сожалению, по определенным и известным вам причинам аптека сегодня закрыта, — обернувшись через плечо, бросила Полли и захлопнула дверь прямо перед носом разозленного старика.

— Нам нужен судебный заступник.

Полли нервно теребила кончик хвоста, с тоской глядя на сложенные перед ней тома собраний законов, самые старые из которых были приняты больше сотни лет назад. С тех пор законы принимались, отменялись, копились и путались, и к настоящему времени в них скопилось столько противоречий и иносказаний, что разобраться во всех этих хитросплетениях мог разве что доктор права. Полли понимала, что грамотный обвинитель запутает ее в два счета, и дело будет проиграно.

— Может быть, Лиса попросить найти кого-нибудь?

— Из воровской братии? Вряд ли председатель будет в восторге от бандитских физиономий, — мрачно предрек Тмор, и Полли вынуждена была согласиться.

— Я схожу в гильдию алхимиков, может, что-нибудь подскажут, — решила последовать совету Томаса лисица и встала со стула, потягиваясь. Спина от долгого сидения разболелась. — Постараюсь вернуться к ужину.

Она оглянулась на дочку. Та набегалась и уснула у отца на руках.

— Не волнуйся, я присмотрю за Летти, — понятливо улыбнулся Тмор.

— Люблю вас обоих. — Полли мазнула поцелуем по его щеке и выскользнула за дверь.

Легкий морозец щипал за нос, пробирался под теплое пальто. Улочки стали скользкими, но Полли уверенно лавировала на них и если поскальзывалась, удерживала равновесие. До гильдии было всего три квартала, и пешком лисица добралась довольно быстро.

О том, что алхимики не бедствовали, легко было судить по особняку, у которого остановилась лисица. Полли даже подосадовала на собственную глупость: надо было приодеться для визита. Поднявшись по зачарованным от наледи мраморным ступенькам и распахнув тяжелые двери, она оказалась в холле, где все дышало алхимией. С двух сторон тянулись шкафы с многочисленными флаконами и ретортами, стенды с высушенными травами и прочими ингредиентами, каждый из которых был подписан красивым каллиграфическим почерком.

На мягких диванчиках дожидались своей очереди посетители. Пока Полли оглядывалась, куда идти, к ней подскочил молоденький парнишка-служащий, выслушал ситуацию и попросил подождать. Он сам докладывал коллегам о гостях. Полли расположилась на низкой софе, когда дверь распахнулась, и в зал зашел знакомый ей гном.

— Мистер Колесокрут!

— Леди Рекорти, давно не виделись! Как ваши дела? Как поживает Летти? Я слышал от своего родственника, она страшная егоза.

Он обрадованно протянул натруженную ладонь, и Полли с удовольствием ее пожала.

— У меня есть ряд трудностей, но куда без них, — уклончиво ответила лисица и обратила внимание на нашивку на куртке гнома. — Ох, вас можно поздравить?

— Заметили? Теперь я старший мастер! — гордо заявил Болкинс, выпятив грудь.

О своей работе он рассказывал с тем же рвением, с каким раньше говорил об изобретениях родственников. Полли даже отвлеклась от насущных проблем.

— Ваша мастерская сотрудничает с алхимиками? — удивилась она, глядя на простенькие украшения в его руках.

— Взаимовыгодный обмен. Нам нужны зелья, которые укрепят материалы, алхимикам — уже готовые изделия, с которыми можно работать. Перстни, в которые можно спрятать зелье, флакончики на шею… Вот я и принес сегодня парочку украшений на выбор. А вы разве не состоите в гильдии?

— Пока нет, но надеюсь, что…

Договорить Полли не успела. Парнишка вернулся вместе с пожилым обрюзгшим мужчиной, представив последнего как заместителя главы гильдии.

— Мне жаль, но наш судебный заступник отказывается с вами работать. Гильдия выступает как независимая сторона. Я много о вас наслышан, леди Рекорти, но вы ведь до сих пор не сдавали экзамен на подтверждение мастерства! К тому же мистер Лепвиг из столицы, он почетный член столичной гильдии алхимии, и ссориться с ним нам не с руки.

— Я поняла, — кивнула Полли, закусив губу. Чего-то подобного она ждала, но надеялась, что два года работы в Крейтоне для здешней гильдии не пустой звук. — Может, вы знаете, к кому можно обратиться в городе?

Впутывать баронессу не хотелось, а Тмор с судебными заступниками знаком не был.

Мужчина черканул пару адресов, и на том они разошлись. Лисице предложили повторно прийти в гильдию, если все разрешится благополучно. Она с вежливой улыбкой поблагодарила за приглашение, прекрасно понимая, что не примет его. Даже если сдаст экзамен и подтвердит квалификацию.

— Леди Рекорти, постойте! — Колесокрут догнал на выходе, и Полли невольно улыбнулась — однажды и ей пришлось за ним бегать. — Я случайно услышал, что вам нужен судебный заступник. Я прав?

— Да, но…

— У меня есть кандидат. Это троюродная внучатая племянница моего дяди. Поверьте, лучшего специалиста вы не найдете. — Гном посмотрел на нее с заговорщическим видом. — А если сомневаетесь, то просто возвращайтесь домой и подождите вечера. Я попрошу ее к вам зайти.

Полли покосилась на часы. Было достаточно поздно, чтобы ехать по указанным адресам, и она в любом случае ничего не теряла.

— Хорошо, я буду ждать вашу… родственницу, — на последнем слове она запнулась, но гном довольно кивнул. — А как ее имя?

— Мисс Темптон, — довольно крякнул Колесокрут. — Поверьте, с ней вы точно не пропадете!

День заседания подошел слишком быстро. Полли всю ночь накануне практически не спала: не важно, насколько хорошо они подготовились, но сам факт того, что придется оправдываться и что-то доказывать, выводил из себя. Поэтому утром, сидя у зеркала, она агрессивно вычесывала хвост, на котором, как назло, образовался колтун, и почти выдрала клок.

Не выдержав такого издевательства, Тмор отобрал щетку и присел перед ней на корточки, осторожно проводя по хвосту рукой.

— Успокойся.

— Не могу! — Полли закрыла лицо руками, пытаясь сосредоточиться, но выходило из рук вон плохо.

— Все будет хорошо. — Он обхватил ее колени руками, продолжая смотреть, пока она не кивнула, соглашаясь. — Сиди, я тебе помогу.

В другое время подобная помощь могла бы вылиться в интересную прелюдию, но сегодня Тмор был серьезен. Заплел ей волосы, помог застегнуть строгое платье.

— Я уже говорил, что ты умница? — спросил он перед тем, как они вышли из комнаты.

— Можешь повторить еще раз, — предложила Полли: поддержка была совсем не лишней.

Баронесса ждала их внизу, читая внучке книгу сказок. Кажется, Летти не до конца проснулась, или книжка оказалась не такой интересной, но девочка клевала носом, обняв за шею Найта. И все равно шаги родителей она услышала раньше леди Кастэль. Тут же вскочила с места и побежала навстречу.

— Мама! Ты такая красивая! — восхищенно выдала она, схватившись за подол платья, и добавила: — А папа нет.

Полли фыркнула, когда муж недовольно поджал губы.

— Неужели ты не находишь меня красивым? — спросил Тмор, делая вид, что обижается.

— Папа это папа, — пожала плечами Летти, вызвав очередной смешок.

Полли наклонилась, целуя непоседу в щеку, и обратилась к баронессе:

— Леди Кастэль, доброе утро! Спасибо, что пришли присмотреть за Летти. Сегодня мы оба должны быть на заседании, и я не хочу оставлять ее одну.

— Ты же знаешь, мне всегда в радость, — кивнула дама.

Полли строго посмотрела на дочь.

— Милая, маме надо уйти. Веди себя хорошо и не расстраивай бабушку. Обещаешь?

Летти надулась, как всегда, когда ей говорили вести себя прилично. Разве не глупость все эти правила поведения, когда по перилам съехать нельзя! И в лабораторию мама заходить не разрешает, особенно когда ее нет дома, а там так вкусно пахнет!

— Даже с Найтом поиграть нельзя?

— Если только немного, — улыбнулась Полли, торопливо собирая темную копну дочки в растрепанную косу.

— Тогда хорошо. — Летти отпустила ее шею первой и снова подошла к баронессе.

— Удачи вам, — пожелала леди Кастэль, и Полли с Тмором завернули к аптеке.

В холле их ждали Терви, дочитывающий кодекс, и Фирс, грызущий ногти от беспокойства. Мальчишку на заседание не брали, но волновался он не меньше других.

— А где мистер Гроули?

— Я его с утра не видел. — Терви нахмурился, но не успели они забеспокоиться, как призрак выплыл из зеркала. Сегодня он был необычно серьезен и собран. Непривычно было видеть его таким.

— Можно тебя на минутку? — позвал он Полли, а когда девушка подошла к нему, обвел рукой помещение.

— Когда мне было двадцать, я приехал в Крейтон, собираясь заняться алхимией. Я был молод и неопытен, у меня не было денег или учителя. Аптека стала моей жизнью. И было мучительно видеть, как после моей смерти все разваливается! А с твоим появлением аптека снова ожила. Теперь я знаю, что жил не зря. Поэтому бейся за нее до конца.

У Полли засвербело в носу: поддержки от Гроули она не ожидала. Бывший аптекарь добавил, глядя с непонятной грустью:

— Я рад, что именно ты пришла в мой дом.

Полли впервые пожалела, что призрак нельзя обнять.

В зал заседаний они явились чуть раньше назначенного времени. Мисс Темптон, молодая и энергичная гномка — неслучайно пробилась в заместители бургомистра! — ждала их в холле с целой стопкой бумаг. Ей удалось отыскать прецеденты, когда ученики открывали торговлю без разрешения учителя. Под мышкой она зажала гражданский кодекс.

— Что бы вам ни говорили, не грубите и отвечайте спокойно. Помните, вы ничуть не хуже этих людей, — прошептала она Полли на ухо перед тем, как пропустить в зал.

Лисица кивнула. Это раньше она считала, что ни на что не способна. Но процветающая аптека и улыбки на лицах вылеченных посетителей стали лучшим свидетельством ее успешной работы.

Полли подняла голову и уверенно ступила под своды зала.

— Леди Поллет Рекорти, в девичестве Фукс, обвиняется в ведении алхимической деятельности без надлежащей квалификации. Обвинитель — мистер Йоганус Лепвиг, мастер зелий, — откашлявшись, зачитал с листа молоденький секретарь, то и дело поправляя шейный платок. — Мистер Лепвиг требует приостановления работы аптеки вплоть до получения леди Рекорти соответствующих знаний, а также выплаты компенсации всем покупателям за риски от ненадлежащего лечения.

Кто-то в зале присвистнул, услышав сумму компенсации.

— Леди Рекорти, вы признаете за собой вину и готовы выплатить компенсацию?

— Конечно, нет, — возмутилась Полли, сдерживая бьющий от негодования хвост. Своды зала давили, и ей было неуютно оказаться в центре внимания: расположенные амфитеатром ряды позволяли всем желающим разглядеть участников процесса. Несмотря на то, что впервые угодила на подобное мероприятие, она старалась держать себя в руках.

— А вы, мистер Лепвиг, не хотите отозвать прошение?

— Когда дело касается безопасности граждан, я не могу рисковать! — с пафосом воскликнул старик.

— Тогда начнем! — Председатель, пожилой, но не утративший стати мужчина с посеребренными висками и короткой бородкой, ударил молоточком в маленький гонг.

Лепвиг спустился со своего места к деревянной кафедре, откашлялся и начал выступление. Старик подготовился обстоятельно — это было видно по подобранному обвинению. Он припомнил все случаи, когда Полли ошибалась в годы своей работы в лаборатории, а таких случаев насчитывалось немало — все-таки без учителя ей приходилось непросто. Он даже умудрился уговорить миссис Бетан выступить в роли свидетеля (хотя вряд ли ту пришлось сильно упрашивать), и женщина с явным удовольствием представила Полли как безответственного работника.

Со стороны защиты выступали посетители аптеки, и у Полли горло перехватило, когда она увидела, сколько нелюдей пришло ее поддержать! Рок для заседания приоделся в жавший ему в плечах костюм, а стайка пикси сидела непривычно тихо, словно боялась испортить впечатление. Был здесь и старый гном, которому Полли делала мазь от прострелов, и дриада с трогательно округлившимся животом, и пара человек из тех, кто не побоялся зайти в аптеку и нашел для себя полезные зелья.

— Думаете, она способна самостоятельно готовить зелья, требующие высокой концентрации внимания и выдержки?! — воскликнул Лепвиг, выслушав историю Терви о зелье из ночецвета, и вскочил с места. — Приготовила зелье такой сложности? Чушь собачья! Все знают, насколько непоседливы лисы…

— Мистер Лепвиг, воздержитесь от необоснованных обвинений целой расы, — прервала его мисс Темптон железным тоном.

Зал поддержал ее нестройным гулом. После победы над крейтонским зверем отношения между людьми и нелюдями пошли на лад, и разрушать их из-за какого-то приезжего никому не хотелось. Одно дело согласиться с обвинением конкретной лисицы, другое — подвергнуть унижению целую расу.

— Хорошо, я погорячился, — пошел на попятную алхимик, не ожидавший отпора. — Но я не верю, что она могла приготовить подобное зелье. Это уровень мастера, и самоучке близко такого не достичь. А у Поллет никогда не было учителя. Впрочем, если она готова подписать со мной ученический контракт, я возьмусь за ее обучение и отзову прошение. Ведь аптека будет под присмотром…

— Не утруждайся, — раздался старческий голос, и перед ошеломленной публикой предстал призрак гоблина. — Я ее учитель.

На несколько секунд в зале повисла тишина, а затем разразился гвалт. Кто-то испуганно охал, не понимая, как гоблин оказался в зале. Лепвиг кричал, что призрак не может быть учителем. Сам Гроули, довольный произведенным эффектом, молчал.

— Тишина в зале! — хлопнул ладонью по столу председатель, и все стихли. — Мистер Гроули, будьте добры, поясните, как вы здесь оказались?

Естественно, аптекаря он узнал, хоть и выглядел не менее ошеломленным его появлением.

— Я его призвал, — ответил вместо призрака Тмор. — В качестве свидетеля со стороны защиты.

— Вы не возражаете, если мы проверим его на подчиняющие заклятия? Некроманты способны любого мертвого уговорить.

— Разумеется. — Тмор позволил провести стандартную процедуру, доказывая, что не контролирует гоблина.

— Что ж, это неожиданно, но допустимо, — признал председатель. — Мистер Гроули до самой своей смерти был мастером алхимии, а значит, имел право взять ученика. Но я не слышал, чтобы вы заключили с кем-то контракт.

— Это мое незаконченное дело, — с достоинством ответил призрак. — Я должен был подготовить себе смену и передать аптеку в хорошие руки.

— Но призрак до сих пор не исчез, — противным голосом заметила со своего места миссис Бетан. — Значит, не такая уж Поллет хорошая ученица?

— А если вы в ней уверены, пусть подтвердит свою квалификацию. Даже если вы ее и учите, вмешаться в процесс в вашем нынешнем состоянии все равно не можете, зелья готовит именно Поллет. У нее должна быть лицензия, — подхватил Лепвиг. — Здесь достаточно мастеров алхимии, чтобы принять экзамен. Что скажете, председатель?

Он посмотрел на главу гильдии, и тот медленно кивнул. Идея пришлась председателю по душе. Таким образом он мог не обидеть старого знакомого Гроули (а все знают, насколько злопамятны призраки!) и не пойти на конфликт со столичным гостем.

— Что ж, я не против. Леди Рекорти, вы готовы подтвердить свои навыки?

— Зелье от проклятия слепоты не самое сложное в приготовлении, и я уверен, гильдия может предоставить необходимые ингредиенты, — снова вмешался Лепвиг, успев вставить слово до того, как лисица ответила согласием.

Полли затрясло. Ее бывший работодатель неслучайно выбрал это зелье — из-за специфичных ингредиентов оно обладало едким стойким запахом с самого начала изготовления, и Полли не могла надеяться на свой нюх. Готовить требовалось строго по рецепту, а такие зелья она портила чаще других.

— Леди Рекорти? — председатель чуть повысил голос, и Полли словно очнулась.

— Да, готова!

— Тогда попрошу обеспечить вас всем необходимым.

В считаные минуты в помещении освободили один из массивных столов, занесли котелок и горелку, целую кипу нужных и ненужных ингредиентов и тоненькую брошюру с рецептом. Варить на память от Полли никто не требовал, и на всякий случай она просмотрела брошюру. Основа готовилась стандартно, если не считать шкуры саламандры — именно она выделяла едкие пары, на целые сутки отбивающие нюх!

— Удачи! — обнял ее Тмор.

Рок поднял кулак в немой поддержке, а Гроули расслабленно висел над скамьей, будто происходящее его не касалось. Хотелось надеяться, что он в нее безоговорочно верил, а не прощался с их аптекой!

Полли выложила перед собой небольшую пиалу, мешочек с черникой и взяла плоский нож, чтобы проще было выдавливать сок.

Из-за привычных действий страх понемногу отступил, и Полли полностью углубилась в приготовление зелья. Мир вокруг растворился. Она погрузилась в работу, стараясь сделать все максимально точно и быстро. Даже резкий запах от кипящей шкуры не сбил настроя.

— Мистер Лепвиг, а если Поллет подтвердит свою квалификацию, то незаконченное дело мистера Гроули будет выполнено, ведь так? — услышала она громкий шепот миссис Бетан, и ее бывший работодатель кивнул.

— Она сможет претендовать на звание мастера, а значит, достигнет одного с ним уровня. Не думаю, что останется якорь, удерживающий его на земле, — подтвердил Лепвиг и вдруг, открыто усмехнувшись, посмотрел на нее. Он знал, что Полли слышала!

У девушки дрогнула рука, и в зелье упало несколько лишних листьев боярышника.

Поверхность стала стремительно темнеть, и Полли торопливо добавила следующий ингредиент. Без толку — зелье менялось слишком быстро.

Надо увеличить дозировку, лихорадочно пронеслось у нее в голове, а руки уже сами взвешивали, измеряли. Полли выдохнула, когда поверхность снова стала цвета топленого молока. Дальше пошло как по маслу. Нагреть до нужной температуры, размешать, добавить тридцать капель выжатого ягодного сока и дать настояться в течение десяти минут.

— Какая ирония! Потерять учителя в тот день, когда он признал тебя своей ученицей! — бросил ей в спину Лепвиг пронзительным шепотом.

Полли замерла с зажатым в руках флаконом с кровью гарпии. Подняла голову, глядя на призрак. Она думала, он не смотрит, но Гроули следил за каждым ее движением.

— Бейся до конца! — одними губами произнес аптекарь, едва заметно кивнув, и лисица открыла крышку.

Капли крови упали на гладкую поверхность, втягиваясь в зелье, как в зыбучие пески, окрашивая его в радужные тона. Изделие вышло без единого изъяна.

— Превосходно, леди Рекорти, — прервал молчание председатель. — Вы справились с задачей, и, думаю, больше ни у кого не возникнет сомнений в вашей квалификации. Считайте, что лицензию вы получили. Требование закрыть аптеку признаю необоснованным. Прошение мистера Лепвига отклонено.

Полли ощутила, как вместе с гулом гонга куда-то испарился удерживающий ее стержень. Не окажись рядом Тмор, неизвестно, устояла бы она на ногах.

— Ты молодец, все закончилось.

Некромант крепко ее обнял, Полли же боялась поднять глаза, боялась посмотреть на то место, где должен был сидеть призрак.

— Умница, девочка, — услышала она старческий голос Гроули, но, когда вскинула голову, аптекаря уже нигде не было. Лишь тихие проклятия Лепвига доносились до слуха.

Победа отдавала горечью. Терви догадался, что чету Рекорти лучше оставить наедине, и первым уехал домой, чтобы рассказать брату и баронессе об итогах слушания. Надо было отправиться с ним, ведь за прошедшую неделю дел накопилось немало, но Полли не могла заставить себя поехать в аптеку. Слишком многое там напоминало о Гроули. Зеркало, в котором он любил отражаться, пугая своим появлением, кухня, где в день приезда сорвало клапан, бесконечные полки с травами и секретный ящик в прилавке…

— Пройдемся? — предложил Тмор, и лисица кивнула, вцепившись в его руку.

Они шли молча, прогуливаясь вдоль Ферры. Муж ничего не спрашивал, и Полли была благодарна — она боялась, что если начнет говорить, то станет оправдываться, а дальше винить себя. Но ведь Гроули ее похвалил? Значит, она все сделала правильно? Лисица сама не заметила, как по щекам потекли слезы.

— Полли, Полли, ну что ты. — Тмор остановился и прижал ее к себе, позволяя выплакаться, и женщина дала волю слезам.

Не важно, призрак или нет, Гроули был их семьей. Он помогал советами, вечерами болтал с Тмором о последних новостях в Крейтоне, учил Фирса грамоте, смешил Летти своими перевоплощениями. Даже с леди Кастэль умудрился найти общие темы для разговора! А сейчас просто исчез.

— Это нечестно! Какая из меня ученица? Он не должен был называть меня так, — всхлипывала Полли, и Тмору оставалось только успокаивающе гладить ее по спине.

На некроманте висел не меньший груз вины, ведь именно он призвал аптекаря в зал заседаний. Кто же знал, что Гроули пойдет на такой шаг? Решит защитить аптеку и Полли ценой собственного посмертия?..

В Плакучий переулок они вернулись под вечер. У самой двери лисица застыла как изваяние, не решаясь толкнуть дверь и зайти. Словно без Гроули аптека стала совершенно чужой.

— Может, все-таки сразу домой? — спросил Тмор, сжимая ее ладонь, но Полли упрямо мотнула головой.

— Нет, я должна зайти.

Лисица потянулась к ручке, но дверь открылась сама. Гроули стоял на пороге в привычном потрепанном халате с вечно недовольным выражением на морщинистом лице.

— Где вы так долго ходите? — сердито поинтересовался он.

Из-за его спины вылетела пикси и затрещала как сорока:

— Милли отомстить! Схватить миссис Бетан за волосы, а у той парик! Она «а-а-а!», но Милли вжик вверх, не догнать! А Венни вылить на противный старик синий флакон. И кожа синий-синий, старик теперь не оттереть!

— Милли, да помолчи ты о своих подвигах. — Гроули закатил глаза. Наверняка слышал о них не по первому кругу. — Летти пора укладывать, а она наотрез отказывается идти спать, не увидев родителей. И леди Кастэль совсем измучила меня расспросами о заседании. Сами ей рассказывайте, как все прошло, — последнее он добавил шепотом, чтобы не услышала баронесса.

— Вы же исчезли! — наконец совладал с собой Тмор.

— Естественно, исчез. Заклинание призыва не бесконечное, знаешь ли! Или ты думаешь, я собирался торчать там до скончания веков?

— Но как же незаконченное дело? Или вы соврали?

— Соврал? Нисколько. Просто у меня появилась новая ученица, и пока она не вырастет, боюсь, я не смогу покинуть это место, — со вздохом признал аптекарь, отходя в сторону.

Полли увидела разбросанные по комнате сушеные ягоды и самый маленький из котелков, в который была налита обычная вода. По полу простучали босые ножки.

— Мама, я готовлю зелье! Это так интересно! Вот увидишь, я тоже стану мастером! — радостно воскликнула Летти, показывая грязные от сока ладони, и Полли подхватила ее на руки, целуя измазанные ягодами щеки.

— Ой, мне ведь помешать надо. Отпусти, мам! — Летти вырвалась, устремилась обратно и усердно заработала в котелке ложкой, что-то пыхтя себе под нос.

— Вылитая ты, — фыркнул Тмор, обнимая Полли за плечи.

Лисица прижалась к нему, пытаясь сдержаться, чтобы не рассмеяться и не расплакаться одновременно.

— Простите, я знаю, что уже поздно, но у моего друга несварение, а завтра экзамен в школе, и он боится его пропустить. Вы еще работаете? — раздался за их спинами робкий голос. Мальчишка-полурослик с надеждой уставился на них, теребя в руках старую кепку.

— Да, проходи, аптека открыта. — Полли отстранилась от мужа и первой зашла внутрь, уверенно направившись к полкам с лекарствами.

Жизнь в Крейтоне шла своим чередом. Кажется, Полли обрела свое «долго и счастливо».