ГЛАВА 7

Детектив Томсон был последним человеком, с кем Далин предпочел бы проводить вечер. Томсон и человеком-то не был в полном смысле слова: чересчур широкие белесые глаза и заостренные кончики ушей выдавали примесь крови нелюдей: не иначе как его бабка согрешила с каким-нибудь эльфом.

Мужчина ввалился к Далину без предупреждения, еще не изжив в себе манеры столичного франта. Решил обсудить, как продвигается дело, а вместо этого больше часа разглагольствовал на отвлеченные темы. Единственным утешением от этого неожиданного визита стал односолодовый виски, бутылку которого Томсон со всем уважением поставил на стол. С хорошей выпивкой терпеть присутствие детектива было проще.

— Кажется, я напал на след вора, — воодушевленно заявил гость под конец вечера, когда хозяин дома уже продумывал, как ненавязчиво выставить его за дверь.

— Правда? И кто же это? — напряженно спросил Далин. Может, зря он попросил Зейна нанять Томсона для расследования?

— Один полурослик-карманник, промышляющий на рынке. На той неделе его несколько раз видели шныряющим у дома Сантифи. Кажется, мальчишку зовут то ли Фекс, то ли Форс. — Томсон нахмурился, вспоминая, а затем махнул рукой: — Не важно. Ему всего десять лет, а он уже заслужил уважение в воровской гильдии. Ворует как дышит. Мог и твоих ребят обставить.

— Там были Свены, мимо них и мышь не проскочит, — качнул головой Далин, теряя интерес и отходя к окну. Все-таки пустой треп, а не факты. Похоже, Томсон решил отчитаться за полученные деньги. Денег было жаль, но гораздо больше Далин сожалел о потраченном времени.

— Магия полурослику нипочем, — возразил детектив, поднимая наполненный до краев стакан. Кусочки льда звонко стукнулись друг о друга, а янтарный напиток чуть не выплеснулся на дорогую обивку дивана. — Я в свое время видел, как один малец пропал с глаз, заскочив в темный переулок. Вместе с моим кошельком, а на нем была охранка от кражи, — сообщил он, а затем, спохватившись, уточнил: — У тебя ведь до сих пор в агентстве только люди работают?

— Ты же знаешь, как Зейн относится к нелюдям! Он их терпеть не может. И парни тоже.

— Вот и зря. Будь на страже лисы, их мальчишка не обдурил бы так просто!

Далин поморщился и резко задвинул портьеры. Об обонянии лис он знал не понаслышке. Сводный брат частенько пользовался своей способностью, чтобы вытащить его из самых укромных уголков. Он находил его, даже если Далин запирался в шкафу, обложившись пахучими цветками резеды. Мужчина хорошо помнил то чувство беспомощности, которое охватило его при осознании, что он нигде не сможет спрятаться.

— Ну, допустим. — Далин вернулся обратно к столику и опустился в кресло напротив, сложив руки на груди. — И куда твой чудо-мальчик дел трактат?

— А вот это самое интересное. Уверен, полурослик стащил его не наобум. Воришка, кроме гримуара, ничего не тронул, а в хранилище драгоценностей было предостаточно. Значит, искал конкретную вещь. Скорее всего, трактат уже у заказчика. — Томсон откинулся на спинку кресла, разглядывая сквозь стакан хозяина дома. — Я слышал, ты частенько забегаешь на рынок. Не замечал в последнее время никого странного?

— Книги по некромантии никто не продавал, — развел руками Далин. — А подозрительных типов там пруд пруди! В том числе тех, кто пытается всучить бесполезные магические артефакты.

— Говоришь так, будто есть личный опыт! Никак тебя обдурили? — хохотнул Томсон и покрутил стакан в руке, наблюдая за игрой янтарного виски на льдинках. — Жаль, конечно, что не заметил. Тогда пойдем другим путем. Поспрашиваю, с кем общался мальчишка, а если свидетелей не найдется, попробую отыскать самого полурослика. Не верю я в идеальные преступления. Где-то наверняка есть прокол.

Он постучал пальцами по стакану, о чем-то размышляя.

Часы на ратуше пробили полночь, и гость спохватился, что засиделся. Торопливо застегнул сюртук, оправил перчатки.

— Если что-нибудь вспомнишь, сразу говори мне, а я пока продолжу расследование. Чувствую, скоро мне повезет. — Томсон поправил шляпу и широко улыбнулся. — Жди хорошие новости до конца недели!

Предрассветные часы самые жуткие. Тени изгибаются особенно причудливо под неясным светом фонарей, пронзительно стрекочут светлячки, а случайных прохожих так мало, что не рискнешь идти с ними одной дорогой.

Булочница Весса крадучись возвращалась домой от любовника, когда заметила у самого крыльца пьянчугу. Он лежал на боку и не двигался, глядя в сторону порога. Поднимать шум не хотелось: соседям вовсе не обязательно знать, чем занимается молоденькая вдова и где гуляет в такое время. Тем более пьяницу она знала: это был приезжий из столицы, детектив Томсон. Он жил неподалеку и частенько пропадал в опиумных клубах, возвращаясь оттуда навеселе. Как-то даже пытался приударить за ней, но Вессе и одного упившегося до смерти мужа хватило.

Впрочем, портить отношения с детективом было не с руки, и Весса подошла к нему, осторожно ткнула в бок носком ботинка.

— Господин, просыпайтесь! Эй, господин!

Томсон не ответил, и тогда она наклонилась и потрясла его за плечи. В этот миг голова отделилась от шеи и покатилась вниз по улочке.

Громогласный вопль потряс утренний город.

— Что это?

Полли вскинулась, прислушиваясь. Показалось, что кричала женщина, но теперь лисица ни в чем не была уверена.

— Я ни-ничего не слышал! — заикаясь, помотал головой собеседник, молодой полурослик с лихорадочным румянцем на впалых щеках.

Кто бы подумал, что она снова встретится с Терви, да еще при таких обстоятельствах! Когда Полли увидела в доме постороннего, то первым делом хотела позвать констебля. Повезло, что призрак оказался на стороне незваного гостя и вовремя ее остановил. Иначе вместо мирных посиделок за чаем Терви пришлось бы разговаривать со стражем порядка и ему объяснять, каким хитрым образом он, минуя замки, проник в дом. Правда, не факт, что тот стал бы слушать его долгие заикающиеся объяснения.

Полурослик, с которым она познакомилась в службе занятости и которого планировала лечить от простуды, приходился воришке братом. Сейчас он мялся у нее на кухне, как девица на выданье, и обеспокоенно поглядывал в гостиную, где спал младший.

История братьев Пирс оказалась на диво банальной. Они родились в небольшой деревушке неподалеку от Крейтона. Мать и отец держали собственную ферму — крепкое хозяйство, дети ходили в приходскую школу. В деревне, где все друг друга знали, к нелюдям относились как-то проще. Главное, что свои, а какой крови — не важно. Братья учились, и способность Терви схватывать все на лету заметили не только местные учителя, но и читающий воскресные лекции городской лиценциат. Он и убедил фермеров отправить сына в крейтонский лицей. Два года учебы и возможность дальнейшего поступления в университет открывали перед деревенским мальчишкой огромные перспективы.

Поначалу в Крейтоне Терви безумно скучал по старой мирной жизни, отправлял длинные письма, при любом удобном случае ездил домой. Но к концу первого семестра он с головой ушел в учебу, а еще через год начал готовиться к поступлению в университет с надеждой на стипендию. На открытом родителями счету скопилась небольшая сумма, и ее ежемесячное пополнение на пятьдесят гантов осталось единственным общением семьи со старшим сыном.

А потом пришла эпидемия. Вспыхнув за городом, она перемолола половину жителей приграничных деревень, и чета Пирсов не стала исключением. Перед итоговыми экзаменами Терви пришло уведомление о вступлении в наследство — и неимоверном долге, повешенном на него за лечение младшего брата. Мальчишка, в отличие от родителей, выжил.

Расплатиться пришлось фермой. Терви забрал Фирса в город, и ни о каком поступлении в университет речи больше не шло. Надо было где-то жить и чем-то питаться. Некогда лучший ученик лицея устроился младшим помощником счетовода, взяв на себя почти все дела и зарабатывая сущую мелочь. Он и в агентство занятости заглянул в надежде найти приработок, потому что денег катастрофически не хватало. Тут Полли вздохнула, понимая, в насколько схожей была ситуации.

Пропадая с утра до вечера на работе, он не мог присматривать за братом, и Фирс попал в дурную компанию. Начал врать, приворовывать. Терви пытался его остановить, но все разговоры кончались скандалом. Несколько раз Фирс уходил из дома, вот и после последней ссоры ушел, пообещав, что Терви пожалеет — и пропал на несколько дней. Первые сутки Терви не беспокоился, но, когда брат не объявился и на второй день, отправился на поиски.

Естественно, приятели Фирса сделали вид, будто его не знают, а показания жителей слишком разнились: кто-то видел мальчишку за мостом, другие — в трущобах в компании бродяг, третьи считали, что никуда он не ушел и шныряет неподалеку — неслучайно у булочницы Вессы недавно кошелек пропал!

Узнав, что некая приезжая девица расспрашивает о полуросликах, Терви решил не упускать шанс и явился в дом любопытной особы.

Полли встала перед дилеммой. Идти братьям было некуда — они снимали однокомнатную хибару, и неделю назад хозяин, поднявший цену и раздраженный просьбами об отсрочке, предложил им съехать. Шансы снять где-то угол стремились к нулю. Терви буквально умолял Полли разрешить брату пожить у нее в доме, пока тот не встанет на ноги. Сам он собирался бродяжничать и копить деньги, чтобы к выздоровлению Фирса обзавестись хотя бы самым дешевым жильем.

— Если приберешься в гостевой комнате, можешь оставаться там, — скрепя сердце, предложила Полли. Выгонять полурослика на улицу, когда по городу бродит охотящийся за нелюдью зверь, было бы бессердечно.

— Рекорти это не понравится, — заметил аптекарь, когда девушка, оставив старшего брата ухаживать за младшим, отправилась в свою комнату.

— Ты сам попросил помочь. Я свалю вину на тебя, — беззастенчиво предупредила Полли и захлопнула перед призраком дверь.

Соваться туда и продолжать бухтеть он не стал. Девушка же, вымотавшись за ночь, собиралась принять душ и поспать пару часов. В итоге уснула прямо в ванной, и разбудил ее не дверной колокольчик, не ломящиеся в аптеку незнакомцы и даже не остывшая вода — аромат яблочного пирога с корицей приятно защекотал ноздри.

Полли проснулась. Поспешно вылезла из ванны, с силой растираясь полотенцем, чтобы согреться. Потянулась, встряхнула хвостом, разбрызгивая по комнатушке капельки воды, и только после сообразила, что раз она спала, готовил кто-то другой! Тмор или Терви? Не став гадать, Полли накинула халат и бросилась вниз по лестнице.

На кухне хозяйничал полурослик. От медной турки на плите поднимался пар, а румяный пирог остывал на столе.

— Вы проснулись? Проходите, при-присаживайтесь! — Терви шустро выдвинул стул. — Кофе?

Он потянулся к кофейнику, но налить не успел, согнувшись под приступом кашля. Кофе пятном разлился по столу. Остановить кашель никак не получалось, и по щекам парня пошли красные пятна. Терви лихорадочно застучал себя по карманам, вытащил какой-то флакон, дрожащими руками принялся отвинчивать крышку.

Солодку Полли почувствовала прежде, чем он опрокинул в себя лекарство, и резко выбила флакон у него из рук.

— Что вы делаете?.. Что…

Кашель не дал полурослику нормально продолжить, и Полли метнулась к зельям на полке, нашла приготовленное для него лекарство.

— Держи, специально для тебя сделала, — сказала она, заставляя парня проглотить залпом половину микстуры. Зелье было противным на вкус, гораздо более омерзительным, чем тот настой, что он собирался выпить, зато действенным. — Ты чем думал, когда купил зелье с солодкой?

— Мне сказали, это от простуды. Лекарство п-помогает…

— Не сомневаюсь. — Полли сердилась, но больше не на Терви, а на аптекаря, всучившего ему зелье. — Только у полуросликов через какое-то время вызывает паралич. Долго ты его пил?

— Пару дней.

— Я приготовлю противоядие на всякий случай, — с досадой вздохнула лисица, возвращаясь к шкафчику с зельями. Не хватало еще со вторым полуросликом возиться. Тогда вместо «Аптеки» можно сменить надпись на «Дом милосердия». Вот же свалились на ее голову!

— П-простите, от нас одни хлопоты, — почувствовав ее настроение, повинился Терви, пока Полли на глазок смешивала ингредиенты. — Вы приютили меня и брата, лечите его, хоть он доставил немало хлопот. Вы скажите, сколько г-гантов ушло на его лечение, я все возмещу! Не-не сразу, но обязательно верну до последнего ганта! И ваши усилия мне бы тоже хотелось ком-ком-компенсировать…

Он заикался через слово, глядя на Полли с такой щенячьей преданностью, что девушке стало не по себе.

— Прекрати! Я помогаю не ради денег! — рассердилась она.

Терви, почувствовав ее раздражение, замолчал и уставился в стол. Кажется, он и забыл, когда ему в последний раз помогали безвозмездно. Зато гоблин готов был осчастливить каждого посетителя, и теперь недовольно хмурился за спиной полурослика, знаками показывая Полли, что неплохо бы успокоить паренька. Отлично, может ей теперь и с душевными терзаниями разбираться?!

Она поставила перед Терви флакон с противоядием.

— Послушай, если хочешь отплатить за помощь, помоги с домом. Я только въехала, и мне надо обжиться: убраться, прополоть огородик с целебными травами, черепицу кое-где поменять. Что скажешь, справишься? — предложила она, и парень вскинул на нее счастливый взгляд.

— Да!

— Вот и договорились. Но не переусердствуй и не забывай пить микстуру каждые три часа. — Полли хлопнула его по плечу и уселась завтракать.

Кофе безнадежно остыл, как и пирог, но девушка уже привыкла к тому, что ее мирная жизнь в Крейтоне далека от воображаемого идеала. Хотя, определенно, протекает насыщеннее, чем в столице. Там каждый день после расставания с Тмором казался одинаковым: работа и сон в каморке под крышей под писк летучих мышей и ругань хозяев дома, где она снимала комнату.

Стук в дверь отвлек ее от завтрака. «Нежданный посетитель», — нахмурилась Полли, раздумывая, стоит ли его проигнорировать или все-таки пустить.

Посетитель больше не трезвонил, но, судя по неисчезающему запаху муската (почему-то в этот раз смешанному с цветочным ароматом!), продолжал терпеливо ждать. Полли решила, что от разговора с нее не убудет. Вместо шляпки она поспешно наценила ужасный чепчик, не желая разъясняться по поводу ушек. Да и честно сказать, лисица считала, что вчера они поссорились всерьез и надолго.

Далин стоял на пороге с виноватым выражением лица. Позади него маячил ожидающий кеб, а сам мужчина поспешил вручить Полли огромный букет белых лилий.

— В знак примирения. Мне показалось, ты на меня вчера обиделась.

— Не показалось, — не стала юлить Полли, осторожно принимая букет. В носу засвербело от острых запахов, и пришлось сдерживаться, чтобы не чихнуть. — Мне не нравится, когда за меня решают, что делать.

— Я не пытался тобой командовать. Но в Крейтоне свои правила, и если хочешь чего-то добиться от стражей порядка, нельзя идти напролом. Вчера я съездил в ратушу, рассказал о случившемся. Бургомистр возьмет дело под свой контроль. Так что не волнуйся больше. — Он улыбнулся едва заметно, словно боялся, как Полли отреагирует на его слова.

— Ты мог объяснить это вчера.

— Мог. Но ты слишком хотела справедливости, — заметил Далин.

Полли отвела взгляд. Наверное, действительно погорячилась. Но она ведь не виновата, что ситуация задела за живое!

— Как ты провела ночь?

Лисица невольно покраснела от вопроса. Некстати вспомнились крепкие руки Тмора, его предложение о поцелуе и совместные посиделки в склепе.

— Ты ведь спала? Выглядишь усталой. Прости, я не подумал принести зелья от бессонницы. Наверное, тебя мучили кошмары… — Далин продолжал строить предположения, и Полли прервала его, не в силах согласиться или опровергнуть:

— Я уснула под утро.

— Тогда тебе стоит еще немного отдохнуть. Не буду больше отвлекать. — Мужчина отступил с порога, не став напрашиваться в гости или приглашать на прогулку.

— Ты заехал, только чтобы вручить цветы? — удивилась Полли.

— Я хотел тебя увидеть. Это веская причина, — гораздо шире улыбнулся он, подавшись вперед и коснувшись рукой ее щеки. Затем так же быстро отпрянул. — До встречи.

Кеб уехал. Лилии благоухали так сильно, что от запаха кружилась голова, и Полли поспешила убрать их в гостиную. Там их запах хотя бы отбивал вонь лекарств и крови.

Признаться, появление в доме нового постояльца, а затем визит Далина настолько выбили девушку из колеи, что она совершенно забыла о Тморе. Некромант напомнил о себе сам, заявившись ровно в полдень, как и договаривались. Чисто выбритый, посвежевший. Вот уж кому ночное бдение пошло на пользу!

— Сними этот ужасный чепец. Тебе совершенно не идет! — с порога заявил он. Собирался добавить что-то еще, но застыл в дверях, уставившись на занятого уборкой полурослика. Улыбка сменилась раздраженной гримасой. — Кто это? — спросил он с нотками недовольства.

Вряд ли Тмор всерьез приревновал мальчишку, который выглядел моложе самой Полли, но присутствие постороннего явно пришлось ему не по нраву. Лисица не смогла сдержать ухмылки, и вместо нее ответил вылезший из зеркала аптекарь.

— Старший брат Фирса. Фирс — это притащенный вами воришка, — заметив недоумение гостя, добавил он.

— Чудесно! А прибирается он в знак благодарности? — Некромант едва кивнул на приветственный поклон Терви.

— Почти. Это плата за жилье.

Кусая готовые растянуться в улыбке губы, Полли утащила мужчину в свою комнату, пока тот не устроил настоящий допрос. Да и раздевать некроманта перед братьями казалось чересчур.

Предложив ему самому выбрать место, куда присесть, Полли повернулась к саквояжу с инструментами. Вытащила марлевые тампоны, пинцет и повела носом, чтобы понять, куда дела флакончик с обеззараживающим зельем. Он нашелся на полке вместе со справочником по алхимии, кроветворным и мешочком засушенных ягод шиповника.

— Сними рубашку, промою рану.

Она повернулась к пристроившемуся на кровати Тмору.

— А может, я дальше сам? — Некромант в сомнении посмотрел на ее реквизит: особенно ему не понравился поблескивающий у нее в руках скальпель.

— Нет уж. Знаю, как ты сам все сделаешь. Тяп-ляп и готово! Или, думаешь, не помню, откуда у тебя шрамы? — Она обличительно ткнула в длинный белый след над ключицей.

Больше они не говорили, и Тмор нехотя расстегнул рубашку. Рана заживала лучше, чем предполагала Полли, и девушка с досадой поймала себя на том, что злится из-за такой быстрой регенерации: одна-две перевязки, и больше вмешательства не потребуется.

— Я не успеваю отслеживать ритм твоей жизни: ты только приехала, а успела вляпаться в кучу проблем, — признался Тмор, застегиваясь обратно после перевязки. — Когда вы познакомились с этим полуросликом? Что ты еще о нем знаешь?

— Его зовут Терви, он подыскивает дешевое жилье.

— Очередной бездомный? Похоже, вместо аптеки ты решила открыть приют. Сначала воришка, теперь его брат. Не боишься, что тобой воспользуются?

— А чего бояться? Вряд ли будет хуже, чем с тобой, — спокойно парировала Полли, вставая, чтобы убрать зелье на место.

Не то чтобы она хотела уколоть… Просто выкинуть из головы их последний разговор в столице оказалось не так-то легко. Она думала, что Тмор и в этот раз по обыкновению промолчит, но он вдруг выругался, а в следующее мгновение оказался у нее за спиной и обнял. От неожиданности Полли чуть не раздавила флакон.

— Что ты делаешь? — Она в раздражении повернулась к нему и поняла, что зря это сделала.

Тмор не злился, он был серьезен.

— В тот раз я солгал. Мои чувства никогда не были игрой. — Мужчина осторожно подбирал слова, будто шел по усеянному ловушками полю. Он перехватил ее свободную руку, и пальцы в кожаных перчатках скользнули вверх, от запястья к сгибу локтя. Немного щекоча и очень нежно. — Я ведь не шутил насчет проклятия. Одно мое прикосновение способно убить. Мне страшно обнимать тебя, страшно просто находиться рядом! Но и притворяться, что все в порядке, я больше не могу. — Он наклонился и легонько поцеловал дернувшееся от его близости ухо. — Ты нужна мне.

— Прекрати! — Полли запаниковала, попробовала отшатнуться, но оказалась прижата еще теснее. Он прекрасно знал, какая она трусиха, когда дело касается признаний! Знал и пользовался.

— Хочу, чтобы ты знала — я все еще…

Договорить Тмор не успел. Раздался треск. Полли не сразу сообразила, что хрустнуло тонкое стекло под пальцами, а не лед в ее сердце. Повезло, что не поранилась! Как же хотелось стать бездушной статуей, но рядом с некромантом все шло наперекосяк!

— Почему бы тебе не вернуться домой? — выдавила она, сделав вид, что не слышала его слов, его незаконченного признания.

Тмор отвлекся на разбитый флакон, и Полли сумела отодвинуться, увеличив расстояние между ними до приемлемого в самом строгом обществе.

В гостиную они спустились вместе.

— Лилии? — спросил Тмор у самых дверей. Яркий цветочный аромат успел добраться до холла, и Полли не признавалась, но от него начала болеть голова. — Тебе кто-то подарил цветы? Дай догадаюсь. Астер?

— И что с того? Помнится, ты в свое время меня цветами не баловал, — прищурилась Полли.

— Может, потому, что ты ненавидишь крепкие цветочные запахи? Уж лучше купить тебе тортик. Ну, или мыло для хвоста, — пожал плечами Тмор и ласково щелкнул ее по носу перед уходом.

Нет, она определенно должна зайти в местную магическую лавку за персональным проклятием для этого наглеца!

— Опять поссорились? — меланхолично поинтересовался аптекарь, когда Полли припечатала дверь за спиной некроманта.

Лисица в ответ невнятно зашипела.

Гроули воспринимал их расставание как обычную ссору влюбленных, и доказать обратное упрямому духу не получалось. Но, похоже, и Тмор начал думать так же.

Полли сердито принялась сортировать флаконы, которых, к счастью, оставалось не так много. Терви вычистил полки до блеска, и теперь можно было не бояться испортить зелья сыростью или плесенью.

— Это был ее жених? — шепотом поинтересовался у гоблина полурослик, думая, что Полли его не слышит.

— Нет! — процедила девушка, скорчив страшное лицо, чтобы призрак не думал распускать сплетни.

Вот только посвятить Терви в тонкости их отношений с некромантом она не успела — помешал протяжный хриплый стон: воришка проснулся и теперь в беспамятстве метался по диванчику. Стало не до разговоров. Терви бросился к брату, успокаивая и не давая тому сильно дергаться, а Полли — к зельям. Мальчишка мог навредить себе, пытаясь избавиться от фантомной боли. Бывали случаи, когда больные раздирали кожу в кровь, приходя в себя после пережитого! Выписанное целителем лекарство притупляло боль и должно было помочь.

От взгляда на Фирса сердце Полли болезненно сжималось. Он никого не узнавал и пытался кричать, полностью потерявшись в своих мучениях. Наверное, в мыслях Фирс раз за разом возвращался в переулок. Его боль была вызвана ужасными воспоминаниями, и, чтобы вырваться из кошмара, ему нужно было ее преодолеть.

Наконец воришку перестало трясти, и он забылся тяжелым сном на руках у Терви. Полли поменяла ему прохладную тряпку на лбу. На мгновение показалось, что у окна кто-то стоит, но тень исчезла, словно ее и не было.

— Он ведь выздоровеет? — с нотками обреченности спросил Терви, и девушка кивнула.

Если потребуется, она сделает даже невозможное! И в первую очередь — приготовит дурацкое снадобье из ночецвета!

Рецепт, оставленный целителем, предвещал два дня за котлом, из которых почти полсуток настаивалась основа, а в остальное время нельзя было отходить от зелья дольще, чем на четверть часа! Давненько Полли не делала ничего настолько сложного. Одна основа заняла у нее несколько часов. К тому времени, когда девушка подготовила ее и решила ненадолго выбраться в город, купить жабьи глаза (запасы гоблина были богатыми, но таких специфичных ингредиентов все-таки не нашлось), солнце начало садиться.

Настойчивый стук в дверь, больше похожий на барабанную дробь, поймал ее на лестнице. Лисица едва успела нацепить чепчик.

На крыльце стояли три человека в полицейских мундирах.

— Поллет Фукс? — сурово произнес высокий полноватый сержант с соломенного цвета усами и маленьким орденом на шее. Дождавшись кивка, он продолжил: — Мы можем осмотреть дом? К нам поступила информация, что вы насильно удерживаете ребенка.

От абсурдности обвинения у Полли пропал дар речи. Это что, розыгрыш? Но проходящий мимо владелец мясной лавки косился на констеблей с подозрением, и мальчишка-разносчик задержался, глядя на развернувшееся действо. Если это и была чья-то шутка, то злая.

— Конечно, проходите, — посторонилась она, пропуская их в гостиную.

Те бодро заскочили в комнату, увидели мирно дремлющих на диване братьев и ринулись к ним. Потрясли за плечо старшего, и Терви, только недавно забывшийся сном, сонно уставился на нежданных посетителей. Когда до него дошло, кого он видит, парень в панике закрыл брата собой и бросил на Полли полный обиды и непонимания взгляд. Кажется, он решил, что она сдала Фирса полиции.

— Вы в порядке? — громко спросил его сержант. — Не бойтесь, теперь вы под защитой.

— Под какой защитой? — непонимающе нахмурился Терви. — Мисс Фукс, что происходит?

— Глубокоуважаемый сержант считает, что я вас похитила, — пояснила Полли, не делая резких движений. Не то чтобы ей часто приходилось иметь дело с полицией, но и небольшого опыта хватило с лихвой: в столице частенько сначала давали оплеух, а потом разбирались, кто прав, а кто виноват. Особенно если среди подозреваемых попадались нелюди.

— Боюсь, вас ввели в заблуждение. Мисс Фукс никого не держит против воли, наоборот, она дала нам крышу над головой, — пояснил Терви, проведя рукой по светлой кудрявой голове Фирса. — На моего брата недавно напали, и он проходит курс лечения. Целитель в курсе, можете уточнить.

— Но нам сказали, что мальчик пытался вырваться!

— У него множественные раны по телу и посттравматический шок. Если не давать ему зелье, он может попросту не очнуться. Но из-за боли Фирс не понимает, что ему нужно лекарство, и приходится заставлять его пить, — со вздохом пояснила Полли, потерев переносицу. Этот визит все больше напоминал дешевый фарс!

— Кто-то может подтвердить ваши слова?

— Моего слова будет достаточно, сержант? — Призрак аптекаря с достоинством выплыл из-за спины констеблей, изменяя своим привычкам пугать посторонних. Он даже выглядел солиднее, чем обычно.

К удивлению Полли, к нему сержант прислушался.

— Если за вас выступает господин Гроули, то вопросов больше нет. Простите за вторжение. — Сержант жестом отозвал своих ребят и, дождавшись, когда холл опустеет, сказал: — Мистер Гроули, я не знал, что вы остались здесь… в таком виде.

— У меня есть незаконченное дело. — Аптекарь плавно проплыл мимо него, за прилавок. — Как поживает твоя жена, Томас?

— Скоро у нас будет двойня. — Сержант расплылся в добродушной улыбке, не вяжущейся с образом сурового стража порядка, и тут же обеспокоенно добавил: — Но в последнее время ей все тяжелее ходить. Я думал, может, у вас осталось то лекарство…

— Томас, ты же знаешь, я уже несколько месяцев как мертв. А наследнички, будь они неладны, растаскали все до последней унции. Обращаться за помощью нужно к живым.

Гоблин кивнул на Полли, хотя девушка делала страшные глаза и крест-накрест махала руками. Она уже чувствовала, что ей не избежать очередного приготовления зелья.

— Вы правда можете помочь? — с надеждой и смущением спросил у нее сержант. — Понимаю, что это звучит слишком самоуверенно, особенно после этого визита…

— Почему бы вам не обратиться в настоящую аптеку? — спросила Полли.

— Но моя жена — гномка! — пояснил сержант. Теперь его знакомство с мистером Гроули стало девушке понятно. — Целитель говорит, что ей остался месяц до родов, но в последнее время малыши толкаются все чаще. Мы четыре года пытались завести детей, и если с ними или женой что-то случится…

— Раз она гномка, скорее всего, родит раньше, — оборвала его Полли. — Я сделаю сбор из малины и люцерны. Заваривайте два раза в день вместе с чаем. И постарайтесь не оставлять ее надолго одну.

Девушка достала из баночек на полках сушеные листья и цветки, сложила их в маленький тканевый мешочек и отдала сержанту.

— С тебя гант, — напомнил аптекарь, и сержант поспешно расплатился за сбор.

— Я обязательно зайду еще! Рад, что аптека снова открылась, — объявил он, с благодарностью улыбнувшись Полли, и ушел прежде, чем она успела возразить.

Избавляться от «Аптеки» становилось все сложнее.

— Как думаешь, кто выдвинул против тебя это нелепое обвинение?

Мистер Гроули вернул себе прежний немного небрежный вид и сразу стал как-то домашнее. А ведь действительно, она привыкла к этому ворчливому призраку. Без него дом был бы уже не тот.

— Это дело рук нашей соседки. — Полли не колебалась: от эльфийки резко пахло ароматическими притирками, и теперь весь сад благоухал розовой водой, перепутать было сложно. — Она шпионила под окнами.

— И ты собираешься оставить все как есть?

— Предлагаешь устроить скандал и разгромить ее лавку? — Полли покосилась на соседний дом, где на первом этаже тотчас резко задернули шторы. — Пусть помучается неизвестностью, ожидая от меня ответного шага.

Пусть с задержкой, а Полли все-таки выбралась в город: покупку ингредиентов лучше не откладывать. Всегда оставался шанс, что именно сегодня алхимик не работает, и тогда прощай подготовленная для зелья основа — все придется начинать сначала. Уточнив у Терви, где ближайшая алхимическая лавка, Полли отправилась на ее поиски.

«Через два перекрестка сверни налево и увидишь небольшой темно-зеленый домик, увитый розовым вьюнком», — пробормотала она вслух, оглядываясь по сторонам. К вечеру город будто вымер. Даже спросить дорогу не у кого! Впрочем, следовать пояснениям полурослика не составило груда, и вскоре Полли добралась до места.

Вместо крохотной каморки, наподобие той, которую она посещала в столице, в Крейтоне обосновался целый алхимический магазин. Зато и цены были соответствующие. Владелица, стройная фея, не скрывающая своей принадлежности к нелюдям и гордо демонстрирующая окружающим яркие радужные крылья, тотчас узнала в Полли лисицу и расплылась в широкой улыбке. Жабьи глаза? Запросто, держи целый флакон. А не нужны ли усики сколопендры? Или, может быть, болотная слизь?

Не удержавшись, девушка выбрала несколько часто используемых ингредиентов и немного задержалась, заболтавшись. Фея из-за нехватки посетителей скучала, поэтому теперь с удовольствием пересказала местные сплетни. Так Полли узнала, что заместительница бургомистра мисс Темптон — гномка, и ищет себе помощника. Именно из-за крови нелюдей ее назначение вызвало столько перетолков. Девушка задумалась, не попробовать ли устроиться на работу, но тогда был риск стать лицом кампании по борьбе с угнетением нелюдей. А влезать в политику она не жаждала.

Объяснила новая знакомая и причину опустевших улиц: в Крейтоне все переполошились из-за очередного трупа, найденного прямо в центре. Причем если до сих пор нападения крейтонского зверя были жестокими и кровавыми, то последний убитый был попросту обезглавлен. Голову отделили от плеч так мастерски, что какое-то время она не отваливалась, а оставалась на теле. Пошли слухи, будто крейтонский зверь не один, и Полли, памятуя о змее на кладбище, была склонна этому верить.

Разошлись они с феей весьма довольные друг другом. Но не успела Полли повернуть обратно к дому, как рядом с ней остановился кеб. Из окошка выглянула леди Кастэль. На длинном носу поблескивало пенсне, а лицо было напудрено еще сильнее, чем в прошлый раз — не иначе как дама ездила к кому-то в гости!

— Полли, дорогая, как приятно тебя видеть! Уже устроилась? Понравился Крейтон? — неподдельно обрадовалась дама.

Лисице как-то неловко стало от такого радушного приветствия.

— Понемногу обживаюсь, привожу дом в порядок, — сухо ответила она, не зная, как вести себя с бывшей попутчицей.

— Занята?

— На самом деле…

— Ты обещала со мной пообедать. Для обеда уже поздно, но мы вполне можем позволить себе ранний ужин, — напомнила леди Кастэль и, увидев, что Полли задумалась, махнула рукой, подзывая ее к себе: — Не спорь, любое дело можно отложить. Ну же, милочка, не заставляй меня ждать!

Дом баронессы впечатлял величием. Пусть Полли смогла посмотреть только гостиную, холл и ванную комнату, обстановка восхищала. Все было подобрано в одном стиле: вишневого цвета бархатные портьеры, обивка стульев, великолепные дубовые шкафы и такие же книжные полки с дорогими трактатами. А еще из гостиной открывался чудесный вид на площадь, как в свое время хотела Полли.

Стол, за которым предстояло ужинать (совершать трапезу! — чуть не вырвалось у Полли, так торжественно выглядело все вокруг), был просто огромен. Сидя на противоположных его концах, можно было не расслышать собеседника. Но баронессе хотелось поговорить, и она усадила Полли рядом с собой.

Запахи манили: лисица была не прочь отведать мясной стейк с оливками и листиком розмарина, но вынуждена была накалывать крохотные кусочки, соблюдая этикет и слушая бесконечную болтовню дамы.

Леди Кастэль знала толк в светских беседах. Всего несколькими ничего не значащими фразами она выяснила у Полли, что та купила дом, устроилась и уволилась с работы, а Далин до сих пор оказывает ей знаки внимания.

— И когда ждать звона свадебных колоколов? Не думай, я не тороплю, но такого красавца могут запросто увести, — мурлыкала баронесса, вытирая салфеткой тонкие губы.

Полли растерялась, не зная, что ответить, но ее выручила заглянувшая в столовую экономка.

— Леди, к вам пришли.

— Неужели? А я-то думала, он снова найдет отговорку, чтобы увильнуть от семейного ужина, — проворчала себе под нос хозяйка дома и с улыбкой повернулась к Полли: — Ты не против, если к нам присоединится мой племянник? Он немного нелюдим, но, надеюсь, вы поладите.