Глава 23
Амаль
Амаль со служанкой шла по бесчисленным помпезным арчатым коридорам дворца. Эта роскошь, аромат благовоний, обилие золота действовали на нее, как раздражитель, провоцирующий головную боль. Хотелось зажмурить глаза от этой яркости и навящевости. Хотелось скрыться от этой вычурной роскоши, надеть солнечные очки… Амаль с облегчением обнаружила, что предоставленная ей комната, хоть и такая же шикарно обставленная мебелью ведущих брендов, была выдержана в спокойных, нейтральных тонах. Она приняла, наконец, долгожданный душ, с ужасом обнаружив на своем голом теле с десяток засосов, лишний раз напомнивших ей о том, что произошло ночью… Надела пушистый махровый халат, но все равно поежилась от холода кондиционируемого помещения… Захотелось впустить свежего воздуха, но все окна оказались наглухо закрытыми… Да и какой свежий воздух в Дубае… Клетка… Золотая клетка…
– Привет! – услышала бойкий женский голос сзади и невольно вздрогнула, – я Наджва, а ты та самая Амаль, которая станет женой Фахда?
Амаль оторопела, рассматривая совсем юную, дерзкую девушку с угольно черными глазами, густыми цвета вороньего крыла волосами до пояса и очень смуглой кожей, одетую в расшитое золотой нитью национальное платье.
– Наджва, а ты…– попыталась уточнить Амаль. Для служанки девица, забравшаяся на хозяйскую кровать в комнате, выглядела слишком наглой.
– Я сестра Фахда… Не единокровная, конечно… Он у нас уникальный… Я дочь Лейлы, второй жены шейха Макдиси… Наши с тобой матери подруги, вроде как… ну, когда– то были… Твоя мать писала книгу и много общалась и с матерью, и с первой женой отца… Ну так что, познакомимся поближе? Все равно тебе явно делать тут нечего… Слоняешься по комнате, как тень…
Амаль снова посмотрела на девушку. На вид ей было не больше пятнадцати. Между ней и Фахдом было едва уловимое сходство, но если все его острые арабские черты были словно несколько сглажены кровью светловолосой и светлоглазой матери– британки, то Наджва выглядела как классическая арабка из Залива.
– Как тебе в наших суровых, неприветливых краях? Готова однажды стать королевой этих земель? – лукаво посмотрела на нее девушка. – Я вот искренне не понимаю тебя, если честно… Сама мечтала бы вырваться отсюда далеко и надолго… Надоела эта пустыня, эта абайя, это долбанное разделение дома, да и вообще всей жизни на женскую и мужскую половины…
Амаль вздохнула… Все, что она сейчас видела и слышала, шокировало ее… И вместе с тем, она корила саму себя… Чего она не знала о культуре Эмиратов, что сейчас так ее удивляло? Она ведь прекрасно была осведомлена и о женах, и об абайях, и о разделении домов на харамлик и саламлик (прим. половина дома, где обитали преимущественно женщины и дети, и общие залы– место обитания мужчин дома, гостиные) … Женщины здесь, что бы там ни пел Фахд на публике как наследный принц, были низведены до уровня плинтуса… Так почему знание всего этого вчера ее не остановило? Где был ее разум? Или все перекрыла вера в то, что все у нее будет иначе, не так, как у других, не так, как у всех? Да, у нее и правда будет не так, как у всех, она Амаль Увейдат, принцесса, рожденная править…
– Я постараюсь полюбить эти края, Наджва… Этого хочет и мой разум, и мое сердце… Этого хочет Фахд, а значит и я…
Наджва словно задумалась…
– Сердце… Странно, что ты вообще говоришь про сердце… Значит, у вас и правда с Фахдом чувства, а не политический расчет… Как вам обоим повезло, конечно… Хотя… Этого и стоило ожидать… Братец давно по тебе фанатеет, между нами… Я разоблачила его, когда мне только исполнилось девять лет… Нашла у него в комнате твои фотографии… Это было лет шесть назад, представляешь? Он тогда часто зависал у вас летом на каникулах… Поэтому я совсем не удивилась увидеть тебя здесь… Фахд всегда получает то, что хочет… Если ты здесь, если правда, что шепчут у вас за спиной, дала ему добровольное право увезти тебя в пустыню, где вы провели ночь любви, значит, ты тоже неровно к нему дышишь… Счастливая…
Амаль вдруг явственно увидела в глазах Наджвы боль и печаль. Странно для пятнадцатилетней девочки завидовать чувствами других… В возрасте Наджвы Амаль наоборот вдохновлялась историями любви других пар постарше, представляя, как это будет у нее… Правда, даже в самых смелых фантазиях не могла представить, как все обернется в итоге…
– У тебя все еще впереди…– тихо попыталась утешить девушку, которая теперь не казалась ей такой противной…
Та горько усмехнулась.
– Отец обещал мою руку моему троюродному брату из другого эмирата, когда мне было четыре года… Мы с детства знаем, что будем обречены терпеть друг друга всю долгую жизнь, а ведь я его органически не переношу… Он толстый, вечно потный и глупый…
– Может тебе стоит поговорить с отцом?
Наджва громко прыснула.
– Может еще предложишь засадить пустыню кипарисами? Амаль, Шейх Макдиси непреклонен… Тебе еще предстоит узнать эту горькую правду… Его грозная тень нависает над всеми нами… Более-менее от нее умеет отбиваться Нур, а остальные следуют его правилам игры… даже Фахд, хоть он и весь такой независимый и принципиальный… Лучше не перечь свекру, а то будет хуже… И не пытайся изменить правила игры…
– Кто такой Нур? – спросила Амаль, постаравшись не придавать ее наставлениям большого значения.
– Еще один наш брат, он старше Фахда, но престол не унаследует… Он тоже родился от чужой женщины из чужой страны… Из Йемена по– моему… Долго жил не в Дубае. Он классный, кстати… Тебе бы понравилась его жена… Русская, блондинка… Он недавно стал шейхом нового Эмирата, созданного после войны и переговоров за счет отделения части земель от Йемена*… Думаю, вы скоро встретитесь, они с Фахдом очень дружны… На свадьбу они точно приедут…
– И у старшего брата Фахда одна жена? – с интересом спросила Амаль.
Наджва усмехнулась, понимая интерес Амаль.
– И почву вы все такие предсказуемые… И вовсе нет разницы, из Европы ты, Австралии или из арабской среды…– внимательно посмотрела на Амаль, покачав головой, – да, у него одна жена. Скука жуткая, а не семья. Умиление, единение, совет да любовь и куча детей… Кстати, когда ваша свадьба?
– Я ничего пока не знаю…– тихо проговорила Амаль, посмотрев в пол… Ее несказанно раздражала эта ее вынужденная покорность и пребывание в безвестности… Не такой она привыкла себя видеть… а ощущение сейчас было, что она просто барашек на пастбище, за которого решают его судьбу… Дальнейшие слова Наджвы только укрепили Амаль в своих ощущениях…
– Боюсь, подруга, и не узнаешь… У нас так– свадьба играется несколько дней и только для мужчин. Это скорее такой официоз, чем реально вечеринка… Бывают еще мероприятия отдельно для женщин, но ты можешь отказаться, потому что… Там много всяких диких традиций, не знаю, будут ли они тебе по вкусу…
– Например?
– Например, к девушке приходит группа женщин, которая раздевает ее до гола и оценивает. Проверяет невинность, смотрит размер бедер– это чтобы понять, будет ли девушка плодовитой, а еще смотрят силу волос и качество зубов…
– Чего? – переспросила Амаль, чуть ли не поперхнувшись.
Наджва хихикнула.
– Да– да, не удивляйся, у нас исстари считалось, что главный показатель здоровья девушки– это зубы. На втором месте волосы, которые должны быть «сильными». Определяет прочность волос будущая свекровь. Она встает на возвышение и наматывает прядь невестиной шевелюры на кулак. Девушка при этом должна присесть и повиснуть на собственных волосах. Если в руках у свекрови не останется вырванных прядей, то махр за тебя возрастет еще больше…– видя выражение ужаса на лице Амаль, Наджва невольно прыснула, – да хорош тебе, я же шучу… У Фахда нет матери… а у тебя, соответственно, свекрови… а женам отца Фахд такое не доверит с тобой провернуть… Особенно, Юлианне, у них с ним плохие отношения…
– Кто такая Юлианна?
– Третья жена отца. Самая молодая… Думаю, вы скоро с ней тоже познакомитесь. Ладно, мне пора… Отдыхай и набирайся сил… Скоро вернется брат… Наверняка, они уже заключили никах (прим. мусульманский брак) с твоим отцом. При наличии законного опекуна твое присутствие, как ты знаешь, не нужно. Так что он поспешит получить то, что полагается мужу… – снова обернулась на нее, многозначительно хихикнула и была такова…
_______________________________________
* Историю о Нуре и Валерии можно прочитать в двухтомнике «Сто дней с пиратом»