Глава 5

День, который так обнадеживающе начался, к вечеру навис надо мной грозовой тучей, грозя пустить мою жизнь под откос. А ведь все только начало относительно устаканиваться.

— Арай Аланович, — Мирон вошел в кабинет, бледный как стена. И один его вид уже не сулил ничего хорошего, чувствуя кожей, что снова случилась какая-то херня, оторвал взгляд от ноутбука, переключив полностью внимание на переминавшегося с ноги на ногу Горенко.

— Ну? Где опять проебались?

— Павлов обнародовал документы. Среди них есть бумаги по гольф-клубу, те, которые подтверждают, что через клуб шел обнал.

Если на тлеющие угли плеснуть бензин, то может полыхнуть так, что сожжет глупца посмевшего это сделать и пепел оседать будет еще долго. Я был тем углем, а произнесенная фраза — канистрой бензина.

С силой сцепив зубы, поднялся. Молча подходя к еще сильнее побледневшему Мирону. Резкий выброс руки, хват за его горло, из всех сил балансируя на краю самоконтроля.

— Я тебе, сука, сказал все подчистить, — сквозь зубы, на остатках контроля. — Какого хрена, это говно всплывает у Павлова? Крыса ты паршивая, — и пальцы сдавили сильней. Кровь стучала в висках, до шума в ушах. Злость бурлила, пенилась, снося кирпич за кирпичом самообладания, грозя тут все испепелить до основания, до сырой земли.

— Это не я. Клянусь Шаул. Матерью клянусь. Смирнов уничтожал бумаги, — захрипел, но руки не поднял. И я разжал пальцы, чтоб в следующее мгновение ему въебать. Сука лег с одного удара, сплевывая кровь на пол. Едва сдержался, чтоб не добить его прям тут, отвернулся, опершись руками о стол, всеми силами цепляясь за крупицы трезвого разума, который сейчас был мне нужен как поданная рука утопающему.

— Ар, его уже ищут. Сам урою падлу. Я тебе слово даю, — и ослепляющий взрыв внутри до красных всполохов в глазах, но задавлен, ибо убью же, реально убью, а мне грехов в этой жизни достаточно и так не расплатиться до самой смерти.

— Грош цена твоему слову, — процедил, оборачиваясь. — Мрази ёбаные. Вы думаете, что меня сольете, вам теплое местечко у Грецина Павлов организует? Вам, суки совсем бабки глаза застелили, мозг как рудимент отмер за ненадобностью. Я вас тварей за собой всех утяну, все подвязаны, и хуй отвертитесь. Шары раскройте, овцы сука.

Разум утягивало на дно с каждой секундой все сильней, туда, где стираются грани черного и белого, принципы и заповеди, где человечность подменяется кодексом мразей. Утягивало, грозя разбить на кровавые куски.

Отошел к столу, подальше от Мирона, плеснул в бокал вискаря. Едва сдерживая желание пробить его тупой головой стену. Из всех сил снова возводя внутри себя стены контроля.

— Ар, я клянусь. Чист я. Не предавал. Я понимаю же весь расклад.

— Найти Смирнова.

— Уже ищут, — произнес, неуверенно поднимаясь на ноги.

— Всех собери. На Придорожную.

В городе не было места, которое бы максимально избавило от любопытных глаз, поэтому загородный дом был идеальным решением в данном случае.

— Щукина и Рогова тоже? Они ведь… — но я и без него помнил, что они сегодня должны были отбыть в Н-ск.

— Я сказал всех! — Мира вздрогнул. — На поиски Смирнова час. Если через час его не будет в доме, начну сносить головы со всеми вытекающими. О последствиях напоминать надо?

— Нет.

— Свободен.

Мира вышел из кабинета, а я, вернувшись в кресло, смазал со стола телефон, набирая номер Намзатова. Его ЧОП-овцы слыли одними из самых профессиональных, жестких и неподкупных. Любой взятый заказ отрабатывали на максималках. Ценник на них был высокий, порой для многих неподъемный, но по факту они стоили больше, чем запрашивали.

— Добрый вечер, Расул! — произнес, делая глоток виски.

— Рад приветствовать, брат! Чем обязан?

— Помощь нужна. Можешь ко мне своих орлов отправить в течение часа, максимальный комплект?

— Конечно. Беда стряслась?

— Крыса завелась. Санэпидемстанцию организовать надо, — Намзатов понимающе хмыкнул.

— Не люблю этих серых тварей. Одни беды от них. Все в лучшем виде сделаем. Жди.

— Моя благодарность, буду должен. Счет пришли, оплачу.

— Жизнь долгая, придет момент, когда и мне твоя рука помощи понадобится.

— Добро, — произнес, принимая его ответ и сбросив вызов, опустошил бокал одним глотком и набрал следующий номер.

***

После звонка мужа на душе скребли кошки, как только села в машину, сразу набрала номер Кристины.

— Привет! Все готово?

— Да, сейчас отправлю курьера. Но Зой, чем дальше, тем сложнее будет это рисовать, ты же понимаешь? Я так уже практически исчерпала все свои возможности.

— Понимаю. Спасибо. Жду бумаги, — сбросив вызов, откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза. Кристина была моей бывшей клиенткой, гениальный бухгалтер, единожды оступившись, едва не попала за решетку. Мне удалось ее вытащить, и вот теперь она закрывала долг, будучи подсадной уткой в холдинге, спасая теперь уже мою шкуру. Лишившись грамотного управления, в холдинге начались просадки, перекосы, нецелевое использование, в общем, большой корабль дал течь. Мне не хватало умений, способностей грамотно взять в свои руки штурвал. Поэтому латала дыры, как умела и пока могла. Продавала отцовские квартиры, забрасывала деньги в оборот холдинга, покрывая издержки и затыкая дыры, не все, но часть удавалось прикрывать с помощью умения Кристины выводить нужные цифры в нужных бумагах. Электронную почту и мессенджеры Крис игнорировала, избегая оставлять цифровой след, поэтому всегда отправляла курьера ко мне с коробкой конфет, в которой вместо конфет были бумаги. Меня всегда это смешило, шпионские игры местного разлива, но в данной ситуации я готова была хоть голубиной почтой пользоваться, лишь бы был нужный результат.

Взглянув на часы, чертыхнулась и, повернув ключ в зажигании, выехала с парковки в сторону конторы.