Глава 1

Артем Арбинский

- Я надеюсь, что моей семье ничего не угрожает? – уточняю я.

Хотя и сам знаю ответ. Гарантий никто мне не даст.

Собеседник размахивает руками и повторяет мои мысли:

- Я не стану давать гарантии. Только смертник пообещает тебе сладкую жизнь.

Сцепить руки в замок и материться сквозь зубы – это именно то, что мне хотелось делать в данный момент. И я это делал.

- Нет, ты издеваешься! – цежу я, - сколько лет прошло, черт возьми? Даже исковая давность – и та три года!

- Одно дело закон, другое дело – мы, - вкрадчиво поясняет собеседник.

Поясняет правила, о которых я и без него знаю. Правила, в которых я погряз.

- У меня жена, дети, - предпринимаю последнюю попытку, - я давно в этом не варюсь, понимаешь?

- Много лет истина одна и закон для нас един: мы все варимся в этом до талого. Тебе ли не знать эту мантру, Арбин?

- Не называй меня так, - хлопаю по столу.

Но быстро беру себя в руки. Нельзя так нервничать, даже если нервы ни к черту, а тебе 43 года. Возьми себя в руки, Арбинский.

- От прошлого не убежишь, Арбин. В юные годы нужно было думать о том, что у тебя когда-то будет семья и когда-то появятся дети. Именно тогда не стоило соваться в мир цинизма, беззаконья и опасности.

Я закрываю глаза. Когда-то я действительно был юным глупцом, и уж точно не о семье я думал, когда малолеткой начинал лезть туда, куда не следовало.

Да к черту. Даже в свои 32 года я не думал о том, что у меня когда-нибудь появятся дети.

Ведь я полагал, что не могу их иметь. Даже летал в Израиль в то время, как Влада, еще будучи племянницей моего врага, уже была в положении.

- Довольно это вспоминать, - цежу я с закрытыми глазами.

- Тяжело?

Алиев не насмехался. В его голосе не было ни тени улыбки.

Этот вопрос был лишен эмоциональной окраски.

У него у самого в жизни черти что.

- Тяжело, - выдыхаю я.

- Я раньше не мог за долгом вернуться. Время не приходило, - пожимает плечами Алиев, - но я тебе жизнь спас. Не забывай об этом.

- Я помню.

- Ты мне должен, Арбин.

- Это я тоже помню, - сцепляю пальцы.

- И я вернулся за долгом.

Я возвращаюсь в рабочее состояние, оставляя разъедающие мысли на потом. Скоро Влада вернется с прогулки, скоро дети прибегут.

Говорить нужно, раз дело надвигается.

- Довольно, давай к делу. Какие риски? Против кого мне надо будет танцевать?

- Другое дело, друг мой.

Алиев пододвигается к моему столу.

Я согласился.

Впрочем, выбора у меня не было.

- Ты станешь лидером группировки, действующей против Анархиста. Это Волгоград, если ты не помнишь…

- Сейчас ты несерьезно, Алиев. Или ты сошел с ума, - бросаю резко.

Поднимаюсь со стула и прохожу к окну. Вид из кабинета открывался прекрасный.

Черта с два.

Он с дуба рухнул? Какой из меня лидер? Я директор строительной компании, а не преступник.

- В тебе остались нужные мне качества. Мне нужно сместить Анархиста и посадить на его место своего человека. Эмина.

Голос Алиева становится мягким, и мыслями он уже далеко не здесь. Он уплыл. Пришлось подойти и щелкнуть перед его глазами, чтобы очнулся.

- Алиев, шутки у тебя не смешные. Эмин Шах – это не свой человек. Это сын Анархиста.

- Это тот, кого я хочу видеть во главе города.

Я прищуриваюсь.

Что тут, твою мать, происходит?

- Почему Эмин? Почему не твои дети? В целом, почему Эмин? – не понимаю я.

- Ты же знаешь: я отошел от дел, - хмурится Алиев, - мои дети здесь не причем.

- В том и дело, что ты отошел от дел, - пытаюсь понять я, - какая тебе разница, кто займет место Анархиста? Басмановы или Эмин… какая к черту разница? Это даже не твой город.

- Арбин!

Голос Алиева становится жестче.

Имеет право, ему почти шестьдесят. А еще я, кажется, копнул не туда. По каким-то причинам Алиев не может светиться, иначе бы сам сделал это дело.

- Я выбрал тебя не только по долгу. А еще по отличительному навыку не задавать лишних вопросов и не лезть не в свое дело.

Он поднялся, поправив полы пиджака.

Я сцепил челюсти, готовый ко всему.

- Сегодня вечером я пришлю к тебе своих людей. Ты будешь работать с ними. Ты поможешь Эмину избавиться от Анархиста и посадишь его на трон. Все остальное тебя не касается!

Этого и стоило ожидать. Сначала приходят по-хорошему, затем требуют по-плохому. Кажется, я потерял сноровку в общении с криминалом и перешел черту.

- И больше тебя ни один черт не потревожит. Будешь наслаждаться семьей и детьми. А не сделаешь… - голос Алиева стал вкрадчивым, - повязнешь в криминале, как в старые добрые времена.

Сжимаю руки в кулаки. Гребаный долг. Сколько лет прошло, а он вернулся за ним.

- Тебя проводят, - цежу я вежливо.

- Спасибо. Жди указаний.

У самой двери он обернулся.

- И еще кое-что, Арбин.

Я знал, что из себя представляет Алиев. Раньше представлял. Это был сумасшедший безумец, способный на все.

Хуже Арбина. Намного хуже Арбина!

- Запомни эту фразу на случай, если не вернешь мне долг. Не бывает старого Арбина. Бывает хорошо забытый Арбин.

Дьявол!

Алиев уходит неторопливо, напоминая о себе каждым шагом. Тяжелым, важным шагом.

Когда-то он просто спас мне жизнь, и теперь, спустя годы, это аукается мне вдвойне. Теперь на кону не только моя жизнь, но и жизнь Влады и моих детей.

- Папа! Папочка!

В дверях застыла Влада, которая точно встретилась с Алиевым лицом к лицу. Хотя я просил ее не ходить в это крыло нашего дома, пока я принимаю у себя гостя.

Тем временем к ногам подбегает маленький комок и обнимает меня за колени.

- Алиса…

Мой голос хрипит, выдавая напряжение. Поднимаю дочь на руки под тихую улыбку жены. Алиса – это наш второй ребенок. Малышка с рыжими кудряшками. Алиса была больше похожа на маму в то время, как сын был копией меня.

От задорного смеха дочери напряженно сводит внутренности, и я понимаю, что, возможно, этот смех я слышу в последний раз. Не уверен, что из этой битвы я выйду живым. Я вынужден пойти против Анархиста, чтобы посадить на его место совсем молодого Эмина.

На кой черт Алиеву понадобился Эмин? Что их связывает на самом деле?

- Папочка, я скучала… - в мысли вторгается голос пятилетней дочери.

Я шумно сглатываю, не в силах улыбнуться. Прижимаю ее к себе и не сразу чувствую руку Влады на своем плече.

- Артем, что случилось?

Перехватываю ладонь жены, целуя ее нежные пальцы.

Ничего не случилось, моя хорошая.

Я не позволю чему-то случиться. По крайней мере, с вами.

Мой кабинет становится проходным двором, когда внутрь заходит и Артем. Радостный отчего-то, улыбается. А у меня нет сил спросить, как прошел его матч.

Словно чувствуя мое состояние, Влада сказала:

- Команда Артема победила. Наш капитан молодец.

Киваю тяжело. Улыбнуться нет сил. Опускаю дочь на пол, перед этим ее целуя.

Кажется, я уже не в том возрасте, чтобы реагировать спокойно на то, что жизнь летит под откос. На кону слишком многое. Я по уши в проблемах.

- Мне не понравился гость, - шепчет Влада.

Мне тоже не понравился.

Я обнимаю ее, стремясь поскорее покинуть кабинет. Здесь не место детям, и Влада об этом помнит. Поднимаю дочь на руки, и мы вместе идем ужинать.

- Все будет хорошо? Почему ты молчишь, Артем? – волнение в голосе жены стало почти осязаемым.

- Все будет хорошо, - киваю я, - тебе не о чем переживать.