Глава 41

После встречи с Соней я съездила на квартиру и пообщалась с риелтором. Шансы на продажу были высокие, так что я вдохновилась еще больше.

Пока мы живем с Лёлькой у родителей Олега — можно смело заняться сменой жилья. Тем более, квартира куплена и подарена мне моими родителями, я имела полное право ее продать.

Жаль было расставаться с подарком от них, но меня связывали слишком неприятные воспоминания с этим местом… Уверена, мои родители бы обязательно меня поняли и поддержали это решение.

Вернулась под вечер, как раз застала Лельку на площадке. И Настя, молодая няня, была там. Мы наболтались вдоволь. Хорошая такая девочка, светлая, умная, невероятная! Мне бы такую няню для Лёли в свое время!

Ну, а когда мы сели ужинать, вернулся Олег с работы. Уставший, измученный, но как только наши взгляды встретились, он лучился счастьем.

Мммм, люблю, не могу.

В спальне я надела пижаму с котиками, чтобы не провоцировать бедного Беззубика лишний раз. Он, как всегда, великолепный, в очках для чтения, читал что-то в телефоне. Увидел меня, с патчами и в пижаме, отложил телефон и очки и игриво подергал бровями:

— Я понял, цветочница, ты пришла меня пытать?

— Да как так-то? — я возмутилась и показала на всю себя в максимально домашнем анти-секс виде. — Что из этого тебя натолкнуло на мысль о сексе?

Он утянул меня к себе в постель, повернулся, оказавшись сверху и поцеловал меня:

— Эта пижама у меня теперь только и ассоциируется с нашей первой ночью.

— Ох, черт, я и забыла!

— Скажи еще, что это было непреднамеренно…

— Чешуйчатый, я реально хотела дать тебе выспаться!

— А я просил? — улыбнулся он.

И конечно же, ни сам не лег спать и мне не дал. Кто и кого пытает, вопрос еще открытый.

А после я лежала на его обнаженной груди, гладила по ней кончиками пальцев и прокручивала в голове историю о его бывшей, которую рассказала мне Соня.

— Чешуйчатый? — позвала я шепотом.

— Ммм?

— Спишь?

— Да.

Я усмехнулась и шлепнула его по груди.

— Мы так и не обсудили предложение Вики, чтобы ты стал крестным ее дочери.

Странно, но я впервые произнесла ее имя без привязки эмоций. Это было ново и приятно. Все-таки, я не злопамятный человек.

— Я не знаю, что сказать, — с выдохом признался он. — Еще один костюм я не вывезу, разве что в интернете нашел щит и молот, и там даже плащ Доктора Стрэнджа.

— Купил?

— Кинул в корзину.

Я тихо посмеялась. Ну, какой же он…

— То есть, ты предполагаешь, что будешь и впредь косячить?

— С вероятностью в сто процентов, женщина, — улыбнулся он. — За мной уже один косяк имеется. Но о нем я пока тебе не скажу.

— Пытать тебя что-ли?

— Все равно не признаюсь.

— Ты недооцениваешь меня, Беззубик.

Он обнял меня крепко-крепко и поцеловал.

— Еще как оцениваю! И ценю больше всех своих сокровищ!

Нет, ну чем не дракон?

— Тогда знаешь… Я думаю, что тебе стоит согласиться на предложение Вики. Все-таки ты вырастил ее дочь с пеленок. Моя Лёля тебя месяц знает и то от тебя без ума. А эта девочка, уверена, тебя любит почти как отца. И будет счастлива, что ты снова появишься в ее жизни.

Он смотрел на меня так, словно я только что приземлилась с другой планеты. Смесь изумления, любви и обожания? Да, именно обожание застыло в его глазах, когда я произнесла эти слова, казалось бы, совершенно безумные слова:

— Ты должен стать крестным отцом этого ребенка, чешуйчатый.

Я видела, как в его взгляде проносится смятение, попытки осмыслить услышанное, взвесить все «за» и «против», понять, что, черт возьми, творится у меня в голове.

Я ждала. Спокойно, уверенно, хотя внутри все дрожало. Это был мой осознанный выбор, мое решение, выстраданное, но искреннее. Жест? Возможно. Глупость? Вполне вероятно.

Но я не могла поступить иначе.

— Ты… ты что, святая? — прошептал он, наконец, нарушив тишину. В голосе звучало не столько ирония, сколько искреннее недоумение.

Я усмехнулась.

— Я? Святая? О нет, Беззубик, ты очень сильно ошибаешься. Я скорее грешница, уже мысленно заказываю тебе целых два костюма человека-паука.

— У него их два?

— Ну, один тот, что подарил Тони Старк, а второй он сам сделал. И, поверь, второй я лично заставлю тебя надеть, если не согласишься!

Я видела, как в его глазах тает лед недоверия. Он словно заново открывал меня, удивляясь моей способности сочувствовать и прощать. И это понимание сделало его взгляд еще более нежным, более любящим.

Он прикоснулся к моему лицу. Его пальцы нежно погладили мою щеку, спускаясь к губам.

— Ты невероятная, Лена, — прошептал он. — Просто невероятная. У меня такое чувство, будто я не заслуживаю тебя, — прошептал он, уткнувшись лицом в мои волосы. — Ты слишком хороша для меня.

— Глупости, — ответила я, прижимаясь к нему еще сильнее. — Мы заслуживаем друг друга.

Потом были поцелуи. Долгие, страстные, нежные.

Мы не говорили больше ни слова. Слова были излишни. Наши тела говорили сами за себя.

Мы снова занялись любовью. С нежностью, со страстью, с обожанием. Каждое прикосновение было словно электрический разряд, пронзающий все мое тело. Каждое движение было исполнено любви и желания. Мы отдавались друг другу полностью, без остатка, сливаясь в единое целое.

Момент абсолютного счастья и гармонии.

После, когда все стихло и мы лежали в объятиях друг друга, удовлетворенные и счастливые, я подумала о том, что жизнь невероятно непредсказуема. Она может подбрасывать нам самые неожиданные сюрпризы. Мне вот в машину Ночную Фурию подбросила.

Я посмотрела на Олега, спящего рядом со мной. Его лицо было спокойным и умиротворенным. Я погладила его по волосам и прошептала:

— Я люблю тебя.

— И я те… лю…. — пробормотал дракон в состоянии невменоза. Такой милаха, хоть буди и снова зацеловывай.