ДЕВЯТАЯ

Утро выдалось солнечное, я потянулась в постели, наконец, выспавшаяся. Поблагодарила госпожу Зою, за взятое обязательство будить меня по утрам и наполнять ванную теплой водой.

Занятия по эстетике сегодня продолжатся с преподавателем Лилань сразу после завтрака, причем декан Флафель просила не наедаться плотно, потому что танцевальные движения требуют лёгкости.

Скромно позавтракав воздушной булочкой с чаем в компании Нейтаса и девчонок, мы обсудили, чем занять вечер, если из нас выжмут не все силы. Завалившись в аудиторию и заняв свои места, я встретилась взглядом с Сивиллой.

Она снисходительно окинула меня и платье, в котором я ходила вчера, отвернулась, как змея притаившаяся перед броском.

— Она может швырнуть в меня огненным шаром? — спросила я Нейтаса.

Он проследил за моим взглядом и хмыкнул:

— Это боевая магия, она с ней даже не знакома…

— Пусть не шаром, а чем-то другим — может? Ветром? Камнем?

— Камнем ты тоже можешь швырнуть, только выбери мишень менее родовитую.

— Ты не ответил! — Нейтас начинал раздражать.

— Магию запрещено применять для сведения счетов, если это не рекомендованное наказание в воспитательных целях, — шепотом пояснила Ена.

— Спасибо! — благодарно кивнула я, а Нейтас перевел:

— Это слово благодарности.

Ена улыбнулась и кивнула в ответ.

В аудиторию вошла декан Флафель, хотя вчера я решила, что она уже передала нас в руки преподавателей.

— Господа и дамы, сегодня нам стали известны списки гостей на Королевском балу, поэтому до обеденного времени, я дам вам указания по размещению в танцевальном зале, а также сообщу родовые имена тех студентов, кто будет присутствовать на королевском пире.

Дверь отворилась и в аудиторию вошел декан Вейд. Индра Флафель приветливо улыбнулась ему и вся подобралась в стиле "всё в себя, грудь вперед, задницу назад".

— Ах да, сегодня на занятии будет присутствовать господин Вейд.

Он уже вышел на середину, вперив взгляд на меня.

— Студентка Динь Динь, выйдите на середину, — ровным голосом не меняя интонации произнес Вейд.

Я не понимая, чего мне ожидать, встала и пошла к нему. Сивилла "развернула кольца" и подняла голову, "шевеля раздвоенным языком". Неужели змея сумела втянуть в наши разборки Вейда?

— Встаньте у стены, — дал указания декан.

Я подошла к стене и встала выпрямив спину и сложив руки под грудью, буквально транслируя ему вызов.

Он отвернулся от меня к студентам, сидящим перед ним:

— Вчера произошел инцидент, в ходе рассмотрения которого доказано, что студентка Динь Динь нанесла публичное оскорбление студентке девятого сословия. Наказание назначено публичное.

Декан Вейд повернулся ко мне, а Нейтас вскочил с места, намереваясь встрять в спор. Я перехватила его взгляд и покачала головой, чтобы не вмешивался. Вейд равнодушно оглянулся, заметил садящегося Ловца и не меняя тона сказал:

— К стене не прислоняться, с места не сходить. Поднимите пятки от пола и встаньте на мыски.

Я встала на цыпочки, вопросительно выгибая бровь — верно ли сделала, он что-то пробормотал под нос и сел в первый ряд у двери, следя глазами за мной и проверяя реакцию Нейтаса.

Декан Флафель между тем разложила перед собой список и начала зачитывать обязательные танцевальные пары:

— Все девушки с пятого по третье сословия занимаются в паре с деканами, — госпожа Флафель оглядела студенток, и насколько я поняла по их реакции, таких девушек было немного. — Я думаю, что у вас будет время определиться с партнерами во время обучения танцам.

Я чуть покачивалась на носках, чувствуя лёгкий дискомфорт в икрах и пристальный взгляд декана Вейда.

— Особое распоряжение Королевы-матери, — продолжила Индра Флафель холодным тоном, — что в паре с террийкой должен танцевать…

Театральная пауза, когда каждый из парней посмотрел на меня и примерил себе в партнеры. Опустошительное внимание.

— …с деканом, — добавила она, и теперь студенты переглядывались недоуменно, потому что это уравнивало меня, простую террийку, возможно немага, с высокими сословиями.

— Вейдом, — припечатала декан Флафель и уставилась на Вейда, словно хотела услышать объяснения.

— Какого черта? — громогласно произнес Нейтас.

— Что? — ошарашено проговорила я, во все глаза уставилась на молчавшего декана, и боясь не удержаться на носочках, встала на всю стопу. — Ай-яа!

Взвизгнула, когда тысяча игл воткнулись мне в пятки, что я снова подскочила на цыпочки, чувствуя что боль не проходит, а поднимается, пронзая икры ног.

— Я предупредил, что стоять нужно ровно, на мысках, — усмехнулся Вейд и повернулся к Флафель. — Вы знаете, милая госпожа Индра, что Королева всех, — он подчеркнул это слово, — терриек пропускает через меня. В целях безопасности.

— Конечно, — нервно улыбнулась декан Флафель, — У нас не так часто появляются иноземки, как в других Академиях, поэтому распоряжение Королевы всегда волнительно получать.

— Я понимаю, — учтиво склонил голову Вейд.

И Флафель продолжила составлять пары, особо уделяя внимание соответствию сословий.

Нейтас напряженно вглядывался в меня и смотрел на ноги. Они ужасно затекли и болели. Пальцы посинели, и я покачивалась, с трудом сохраняя равновесие. Чуть заваливаясь назад, снова встала ровно и взвыла от боли.

— Нейтас, сядьте, — прорычал Вейд.

Я сквозь слёзы, нахлынувшие от боли, посмотрела на Ловца, потом на декана Вейда. Нейтас стоял, сжимая кулаки в бессильной ярости, Вейд не отрывал от него сосредоточенного взгляда, готовый в любой момент перехватить Ловца.

— Вот видите, господин Вейд, что я вам и говорила, — возмущенно вскричала Индра Флафель. — Он срывает мне занятия, совершенно неуправляемый мальчишка!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Когда-то вам нравилась моя неуправляемость, — зло прошипел Нейтас, спускаясь с третьего ряда и направляясь к центру.

— Что ты себе позволяешь? — возмутилась Флафель, в то время как Вейд стремительно поднялся и встал между мной и Ловцом.

— Покиньте помещение, господин Девар, — отчеканил Вейд, не подпуская Нейтаса ко мне.

Я снова вскрикнула, потому что держаться на носочках становилось все сложнее.

— Я уйду с ней, — набычился Ловец.

— Она остается. И ей лучше принять наказание целиком, а не танцевать с ним на следующем занятии.

— Господа! — декан Флафель вклинилась между мужчинами, и снизив тон добавила. — Недопустимо устраивать разборки публично.

— Вот уж точно, — так же тихо вставил Нейтас, — вы же любите всё проворачивать в привате, не так ли господин Вейд?

При том, что я слышала всё до последнего слова, так как троица стояла близко ко мне, реакции Вейда видеть не могла, зато заметила поползшие вверх брови Флафель и покрасневшее лицо, обратившееся к декану:

— Он не выносим! Выпроводи его! Я не хочу его видеть на своих занятиях.

— Как старший по сословию, я приказываю вам выйти, — тихо сказал декан Вейд.

Нейтас скривился, перевел взгляд на меня.

— Оставьте её, она не виновата. У нее еще нет понимания о недопустимых поступках…

Вейд обернулся, когда я в очередной раз заверещала от боли из-за невидимых игл в пятках.

— Чем дольше ты упрямишься, тем дольше продлится ее наказание.

Нейтас молча склонился в поклоне перед Вейдом, проигнорировал Флафель и поспешно покинул аудиторию. Вейд сел на место, а госпожа Флафель, немного пришла в себя, навела порядок среди студентов и продолжила тему с приглашенных на пир королевских особ.

Я из последних сил держалась на носках, успевая при этом подумать, что если бы меня поставили на длинные каблуки, эффект возможно был такой же. Но сколько бы я не держалась, пятки неумолимо опускались ниже и ниже. Я уже закусила губу, готовясь испытать резкую боль, но почувствовав под ногами ровный пол, боль не испытала. Чуть потоптавшись, чтобы убедиться, что могу стоять всей ступней, я удивленно глянула на декана Вейда, тот смотрел на моё лицо и хмурился, но когда я попыталась сделать шаг в сторону — отрицательно мотнул головой. Так я и простояла до начала обеда.

Госпожа Флафель закончила занятие, декан Вейд объявил об окончании моего наказания и они вдвоем вышли из аудитории.

Я трясущаяся от пережитого стресса, забрала блокнот с ручкой, исподлобья метнула злой взгляд на Сивиллу и пошла с девочками на обед. По дороге и во время трапезы Нейтас так и не появился.

* * *

Госпожа Специя Лилань, встретила нашу группу из семи студентов приветливо, сразу оговорилась, что в этой группе репетиция с деканом только у меня, остальных она разбила в пары между собой.

— Зайчики, у нас с вами неделя на изучение основных постановок танца. Вы достойно проявите себя на первом, в остальных же можете смешивать и выстраивать постановки самостоятельно. Под музыку.

Она подошла к туманному сфере-часам, погладила его и полилась музыка. Что-то гармоничное, приятное и определенно неземное. Преподаватель Лилань перехватила стоящую у стены Сивиллу и чуть придвинув к себе развела ее руки в стороны.

Танец невозможно описать, когда он продолжает музыку в действии. Две тонкие, изящные девушки порхали по комнате периодически переплетая руки и меняя фигуры, как две веточки на ветру — то сталкиваясь и переплетаясь, то разлетаясь в разные стороны.

Сивиллу хотелось бы сравнить с палкой, но в танце она была невероятно гибкой.

Музыка стихла и девушки поклонились друг другу.

— Эта постановка для танца девушек. Я попросила господина Вейда продемонстрировать вам мужскую постановку.

Второй раз за день я видела входящего в комнату декана: прямого, собранного, резкого. Он сразу вышел на середину, заиграла музыка и преподаватель Лилань с мягкой улыбкой встала напротив декана.

Он взял ее запястья и завел ей за спину, буквально нависнув над преподавателем. Но уже через мгновение она крутанулась и прижалась спиной к нему. Девочки с жадным вниманием следили за танцем, в котором пара ужа разделилась и движение их стали рваными, рубленными. Отсутствовала плавность девичьей постановки, присутствовала резкость и имитация боя. Противостояние мужского и женского начала. Только Лилань не уступала в борьбе декану, не проявляла нежности и плавности, она билась под стать мужчине, и только при сближении в танце вдруг наступало затишье, движения становились сдержанными, появлялось напряжение в точках касания их рук, их тел.

В последний момент на высокой ноте преподаватель Лилань спустилась на колени у ног декана. Девочки выдохнули, а я скептически хмыкнула. В танце женщина ни в чем не уступала мужчине, чтобы в финале вот так сдаться.

Декан помог подняться госпоже Специи, они поклонились: он слегка кивнул, она, практически, сгибаясь в пояс. И тут Вейд развернулся ко мне и подошел, остановившись в шаге. Я застыла, огляделась по сторонам в попытке найти помощь в избавлении от его присутствия.

— Встаем в пары и слушаем музыку, двигаемся под ритм. — Лилань подошла к нам и буквально пропела: — Господин Вейд, проявите к девочке терпимость, террийкам тяжело даются наши танцы.

Он учтиво кивнул и перехватил меня за запястья.

— Я на колени падать не стану, — произнесла на выдохе, в момент, когда он завел мне руки за спину и дёрнул к себе.

Его лицо было близко к моему, но я уже не тонула в его совершенно обыкновенных глазах, не хотела дотронуться до лица, хотя сейчас могла дотянуться даже губами. Где-то вдали заиграла музыка, а я всё стояла прижатая к его телу, заглядывая в глаза.

— Тебе нужно развернуться и освободить руки из захвата, — подсказала Лилань и снова отошла к другим, мечущимся по комнате парам.

Я попыталась вырвать руки из захвата, но он лишь сильнее обхватил, попыталась развернуться, но лишь теснее оказалась прижата к нему.

— Ты приползешь, если я пожелаю, — прошептал декан и резко вытолкнул меня из захвата.

— Госпожа Специя, — он подозвал Лилань, — студентка совершенно не знает базовых движений, а у меня нет времени ждать, когда она обучится. Прошу дать мне знать, когда она будет готова к репетициям. Благодарю.

И декан Вейд вышел, ни разу не обернувшись.

* * *

— Он всех преподавательниц здесь трахает? — допрашивала я появившегося в моей комнате Нейтаса. Тот подтянулся и перекинул ноги через подоконник, залезая в мою квартиру.

— Кто? — стушевался Нетас. — Трахает… Что это?

Я заскрежетала зубами:

— Секс. Это слово понятно?

Ловец кивнул растянувшись в идиотской улыбке.

— Заниматься сексом — как звучит у вас?

— Вязаться, вязка…

Я удивленно округлила губы, представив, как мне нужно перестроиться в голове, чтобы пригласить мужчину повязать…

— Ага, связываться — это жениться, а вязать — трахаться.

Нейтас мотнул головой:

— Не вязать, а вязаться.

— У тебя была вязка с Фанфель?

Нейтас густо покраснел и отвел глаза.

— Нет.

— Врёшь.

— Какая разница?

— Мне надо понять, кто кого здесь трах… вяжет!

— Зачем? — удивился Нейтас.

— Поправь меня, если я что-то не то выскажу. Значит, девушек у вас трогать запрещено. — Нейтас кивнул. — После связи с мужчиной — он единственный имеет право вязаться с ней? — снова подтверждение. — Если у девушки связи не вышло? — спросила я, вспоминая Сивиллу.

— Она идет в Академию на службу.

— Ок. Если она служит — она может связаться?

— Да, но уже не будет служить. Связанные женщины до службы не допускаются.

— Все деканши и преподавательницы — служащие? — он кивнул. — И они не связанные?

Нейтас вздохнул и кивнул.

— И если они встречаются с мужчиной, не будучи связанными?..

— Они уже никогда не смогут сочетаться с мужчиной. Ты это хотела выяснить?

— Постой, но они могут встречаться с любым мужчиной?

— Да.

Я присвистнула, Нейтас удивленно приподнял брови.

— То есть пока ты девица, то тебе даже флиртовать нельзя, зато если уж раз позволила, то ни о каком браке, семье можно не мечтать?

— Именно так, — обрадованный моей понятливостью заулыбался Нейтас и притянул меня к себе.

— Тогда никаких обнимашек и поцелуев! Понял? — сурово скинула с себя руки парня. — Даже не смей меня порочить, пока я не сдала тест на мага.

— Какой тест? Ты шутишь надо мной?

— Нет, Нейтас. Я не слепая — заметила, что на всю Академию только ты со мной ходишь как с подругой. И все обращают на это внимание, потому что здесь никто не встречается, не целуется и не обнимается!

— Хо! Вот ты о чем, — досадливо протянул Ловец.

— Об этом, да. Ты изначально темнишь, пороча мне репутацию и ставя на одну ступеньку с… с… теми, кто уже всё для себя решил.

Нейтас взвыл, ударил кулаком в стену и выскочил из окна.

"Вот и катись", — досадливо подумала я, справедливо полагая, что Ловец пропадет теперь как минимум на несколько дней.

Ужинать не хотелось, поэтому позвав Зою, приготовила ванную, понежилась и зарылась под одеяло в постель.

* * *

Я забежала с девчонками в клуб. Полумрак, под потолком мечущиеся софиты, в центре по толпе танцующих разбегаются лазерные огоньки.

— Оторвёмся, девки! — визжит Катька и уносится на танцпол, забирая с собой Машку.

Света кивает на бар, и я иду за ней.

У меня какое-то сладостное томление: наконец-то я вернулась, я дома! Все было лишь сном, от завершения которого я испытываю облегчение. Забирая коктейль, я смеюсь над Светкой, которая по старой привычке клеит бармена. Она машет мне, чтоб я шла танцевать и не мешала ей.

Я неторопливо обхожу площадку чуть пританцовывая в ритм, но не хочу пробираться к Катьке, может после пары бокалов.

И тут я вижу его.

Вейд сердито сдвинув брови, сидит на вип-месте на диване за столиком. Перед ним бокал с виски, к которому он даже не притронулся. Декан в упор смотрит на меня.

Как же я раньше тебя не замечала? Значит, не зря ты в мой сон пробрался? Может, и раньше преследовал меня, следил за мной, только я не видела?

Зато теперь я тебя вижу, а ты смотри на то, какие базовые движения я знаю.

Злорадно улыбнулась, допила коктейль, чтобы оставить бокал, и, покачивая бёдрами, обтянутыми коротким клубным платьем, подошла к клетке с шестом, где жестом попросила девушку go-go освободить мне место.

Не прерывая зрительного контакта с мужчиной, я зашла внутрь, захлопнула клетку и обхватила шест. Вейд не сводил с меня напряженного взгляда, пока я крутила бёдрами и выгибалась возле шеста. В момент, когда он откинулся на диван и нервно расстегнул верхние пуговицы рубашки, я прикрыла глаза, расплываясь в усмешке, и полностью ушла в ритм, забыв о нем, о маленькой мести, буквально выбивая из себя накопленный негатив, растворяясь в знакомой мне обстановке, где все живет, говорит, действует по моим правилам.

Я слышала свисты и подбадривания. Скользя по шесту спиной, падаю на колени, прогибаюсь и резко откидываю голову, чтобы снова отыскать его в толпе. Он смотрит на меня тяжелым взглядом, одним глотком осушает бокал с виски и идет ко мне. Я чувствую напряженный взгляд на себе, толпа сама расступается перед ним и с каждым шагом его глаза темнеют.

Уже в следующую секунду клетка распахивается и крепкие мужские руки выдергивают меня наружу.

— Вау, детка, ты горячая, — слышу я с боку. — Малышка, давай еще, зажги! — раздается из-за спины, но Вейд держит крепко и уводит дальше от танцпола, от толпы.

— Что всё это значит? — сердито рычит мне в лицо, в тесном темном коридоре, ведущем в служебные помещения. Он не кричит, я его очень хорошо слышу, музыка из зала почти не доносится сюда.

— Только то, что из нас двоих я умею танцевать! — шиплю я ему в лицо, все еще неровно дыша.

Он перехватывает второе мое запястье, заводит руки за спину и прижимает к себе. Сейчас я замечаю, что его дыхание тоже неровное.

— Танцуй, — приказывает он. Его губы в миллиметре от моего лба, мы оба напряжены и я хочу, чтобы он наклонился и поцеловал меня.

— Танцуй же, — зло рычит он, буквально стискивая меня руками.

Я, не пытаясь вырваться, медленно разворачиваюсь в его руках, не сводя взгляда с губ. Он проводит ладонями по моим голым предплечьям, и прижимает спиной к груди, наклоняясь к шее. Я чуть выгибаюсь, плотнее прижимаясь к его бёдрам. Он возбужден, я чувствую это и не сдержавшись, издаю стон.

Его хватка моментально меняется, он разворачивает меня и швыряет к стене, удерживая одной рукой за плечо.

— Никогда. Не играй. Со мной.

Отворачивается и уходит.