ГЛАВА 12
Это слишком сладко — играть в богов, чтобы можно было остановиться…[14]
Сегодня я шла на Совет ста тридцати, как на казнь. С тоской рассматривала уже опостылевший зал, серьезные лица сановников, их искрящиеся ауры. И чувствовала напряжение, разливающееся в воздухе. Голос Люциуса разрезал тишину. Присутствующим объяснили, что Люциус Дариус займет место герольда собрания, дабы не ущемлять интересы темной магической культуры. Герцог Вирту принадлежал к серым магам, а жрец Дормидонт, заменивший его, формально представлял белых магов. Но, судя по переглядываниям Люциуса с Маркусом, я чувствовала в этом назначении какой-то подвох.
Члены Совета ста тридцати поднялись со своих мест, а четыре кандидата на престол вышли в круг. Но только один из них станет императором. Уже завтра народному избраннику наденут на плечо перевязь с двенадцатью камнями силы — знак власти в империи. Знакомая чаша выбора вновь парила в воздухе, тонкая бумага, что держал в руках Люциус, переливалась мерцающими серебристыми буквами. Там было имя следующего правителя Царства Двух Миров. Я с ужасом думала о том, что сейчас прозвучит имя Александра Логресса, и молила богов о том, чтобы власть осталась у императора Юлиана. Да, он не идеален, у него есть слабости, включая скверный характер и красавицу-жену. Но он тот, кто крепкой рукой управлял страной все эти годы, шаг за шагом проводя реформы: постепенно в нашу жизнь входило новое. Юлиан Дариус допустил ошибки, поверив в то, что все держит под контролем, что враг побежден много лет назад, а соратники не предадут, ибо каждый знал, что власть — не дар, а тяжелое бремя. И в этом был просчет — враг не дремал, он был хитер и умен, а кое-кто из соратников возомнил себя избранным. А может, это были не ошибки и просчеты, а жизнь, которая всех нас чему-то учит.
Среди сановников я заметила леди Ингрид, сегодня она была в вишневом полупрозрачном кружевном платье, на шее искрилось бриллиантовое колье, в высокой диадеме сияла россыпь драгоценных камней. Немного преждевременно и слишком откровенно для такого случая. Дама победно улыбнулась сочными губами, ее взгляд был устремлен на министра Бьорна. Она смотрела на отца, словно он уже победил в гонке за власть. А затем леди-следователь перевела взгляд на министра Александра и заговорщически подмигнула ему. Неужели Ингрид действительно это сделала? Странно, не помню, чтобы этих двоих связывали дружеские отношения. Если только лорд Бьорн не наметил министра магии в женихи дочурке. После неудачной попытки окольцевать Люциуса Дариуса не удивлюсь, если лорд Феликс переключил внимание на другого видного деятеля. Но Александр Логресс не замечал странных знаков внимания со стороны леди и напряженно вслушивался в речь герольда собрания.
И я тоже отвлеклась от леди Бьорн, потому что Люциус в этот момент оглашал имя победителя:
— Новым императором Царства Двух Миров избран… Маркус Дариус. Всего один голос не позволил министру магии Александру править империей. Министр Бьорн в этой гонке за престол третий, действующий император Юлиан — четвертый.
Люциус торопливо скомкал лист и убрал его в карман брюк. В зале воцарилась тишина, словно сановники не могли поверить в случившееся. Но спустя несколько минут раздались аплодисменты. Я была удивлена не меньше членов собрания. Мне казалось, что в выборах лидируют Бьорн и лорд Юлиан. То, что министр Александр стал вторым, было для меня сюрпризом. Заметила злой, полный ненависти взгляд леди Ингрид, направленный на Маркуса, разочарование министра Александра и недоумение Феликса Бьорна — он всего лишь третий. Лорд Юлиан уже обнимал сына и желал удачи. Задержала взгляд на каменном выражении лица мужа и не могла поверить в победу Маркуса. Сановники окружили избранного императора, выражая преданность, хотя церемония присяги пройдет лишь завтра. А у нас с Маркусом есть целая ночь, чтобы все обсудить и принять его назначение как данность. В шуме голосов не различала слов, непрошеные слезы застилали глаза. Я подошла к мужу, чтобы поздравить. Маркус, не обращая внимания на приличия, сжал меня в объятиях и положил подбородок на макушку.
— Поздравляю, — обреченно прошептала я, уже не сдерживая слез.
— Арианна, мы позже все обсудим. Ступай домой, дорогая, а мне нужно закончить одно важное дело, — едва слышно произнес Маркус.
— Более важное, чем твоя победа на выборах? — изумилась я.
Муж будто решался мне что-то сказать, но лишь покачал головой.
— Прошу, отправляйся домой. Мне так будет спокойнее.
— Но, Маркус… — возразила я.
— Арианна, хотя бы раз сделай, как прошу!
— Ты останешься здесь? — тихо спросила мужа.
Собрание уже закончилось, и вряд ли сейчас кто-то будет обсуждать государственные дела.
— Нужно кое-что проверить. Возможно, это ошибка. Но если я прав, то нам всем грозит опасность. Арианна, жди меня в особняке в Дэве. — Муж порывисто поцеловал меня в губы, а затем разжал объятия.
Покидая зал, заметила в толпе Ивейна Бьорна. Они с Маркусом кивнули друг другу, а затем обратили взоры на сановников, выглядывая кого-то в толпе. Мне стало обидно, что муж грубо выпроводил меня, ничего не объяснив. Почувствовала себя одинокой и никому не нужной. Сказалось напряжение последних дней, я едва сдерживала рыдания. В дворцовом парке села на лавочку в тени развесистых деревьев и наконец-то позволила слезам взять верх над выдержкой. И разрыдалась, прижимая ладони к глазам. До сих пор не могла поверить, что все закончилось именно так. Старалась справиться с эмоциями и принять неизбежное. Принять ту жизнь, к которой я не стремилась, которую не выбирала.
Кто-то ласково погладил меня по волосам. Я прижалась к чьему-то плечу, утирая слезы чужим белоснежным платком. Выплакавшись, подняла голову и увидела рядом леди Моренну.
— Не думала, что власть для кого-то может быть горем. Помню, как радовалась, когда Юлиан выбрал меня своей императрицей. Не скрою, власть влекла, но и лорд Дариус пленил. Такой шикарный мужчина. Осуждаете меня за то, что я бросила Маркуса?
— Кто я такая, чтобы осуждать? — Судя по выражению лица императрицы, мой ответ ее удивил.
— А мне казалось, что вы охотница за мужьями и выбираете между Люциусом и Маркусом, — откровенно призналась леди Моренна. — Возможно, вы так думали и обо мне. Но я полюбила Юлиана. И сейчас люблю. Когда почувствовала, что муж отдаляется, то была готова да все, чтобы его удержать. Даже обратилась к этой Ле Фей. Она же была специалистом в таких делах, известна среди дам высшего общества. Представляете, я даже рекомендовала ее на должность императорского лекаря!
— Но вы же не могли знать, что она преступница, — утешила я леди Моренну.
— Конечно нет. Хотя Александр отговаривал меня от этой дружбы. Правда, он просил держаться подальше и от вас. — Императрица отвела взгляд, возможно, вспомнив грубые нападки на меня.
— У всех есть тайны. Тем более я пыталась разгадать секреты лорда Логресса.
Я понимала, что министр Александр чуть не попал в тюрьму, в том числе благодаря моему любопытству.
— Вы думаете, он виновен в сговоре с черными магами? — прошептала Моренна, озираясь по сторонам, словно боялась, что нас услышат.
— Его вина не доказана. Но я думаю, что он причастен к заговору, — вздохнула я.
— Как вы правильно сказали, его вина не доказана. Но если Александра признают виновным в делах этой Феи, надеюсь, новый император спасет брата от унизительного процесса. Все-таки Маркус наш с Юлианом родственник и должен думать об интересах семьи, — Моренна распрямила плечи и вскинула подбородок. Она поднялась со скамьи и высокомерно улыбнулась. — Вас пока не поздравляю, леди Арианна. Официально присяга состоится лишь завтра. Разумеется, если вам потребуется моя помощь в освоении придворного этикета — обращайтесь. Хотя я бы предпочла остаться у власти и ни с кем не делиться опытом.
Леди Моренна сделала несколько шагов по дорожке в сторону дворца, но, обернувшись, с сожалением посмотрела на меня.
— Для императрицы, дорогая, вам не хватает лоска. С этим помочь не смогу.
— Вы правы, не хватает, — согласилась я. И невольно засмущалась, потому что сегодня я надела скромное платье, волосы заплела в косу, украшений не было, только парный артефакт с турмалином, который я никогда не снимала.
Леди Моренна удалилась, а я заметила, как вслед за ней прошествовали два охранника. Мне бы тоже надо пойти домой, как просил Маркус. Но что я там буду делать одна? Поразмыслив, отправилась в клинику навестить Риса. У постели Кристиануса я застала посетителей. Сухонький старичок активно жестикулировал и что-то объяснял Тане Родригес и леди Зарине. Целительница представила мужчину как бывшего директора клиники лорда Эрвина Фезалиса. А я вспомнила, что именно с ним мне предлагал устроить встречу Ян Залевский.
— Приятно познакомиться, леди Дариус, — улыбнулся лорд Эрвин.
— И мне приятно, — ответила я на приветствие.
— Что-то нашли? — тут же догадалась целительница Зарина.
— Да, второй артефакт. Печать, — кивнула я.
— Где же она? — поинтересовался бывший директор клиники.
— Это символ, — разъяснила я.
— Если не возражаете, я понаблюдаю. — Лорд Эрвин внимательно следил за моими действиями.
— Не возражаю. Правда, пока наши попытки не привели к ощутимому результату. — Я взяла Кристиануса за руку и прикрыла веки.
Представила знак магического цветка жизни: он исходил из моего сердца, и световые лепестки тянулись к Рису, даря тепло и любовь. Я давно уже простила Кристиануса, испытывая к нему теплые дружеские чувства. Так заботятся о брате. Одними губами произнесла слова Восемнадцатой песни Борея, моля, чтобы друг наконец-то ожил. Пусть кольца у меня не было, но ведь заклинание и печать тоже сильные артефакты. Вдруг они снимут проклятие? В этот момент я услышала, как Таня вскрикнула, а лорд Фезалис пробормотал:
— Неужели действует?
Я открыла глаза и увидела, как нить жизни, что связывала душу и тело Кристиануса, ярко серебрится. Аура на секунду приобрела синий цвет. Как и в прошлый раз, на щеках появился румянец. Рис едва ощутимо сжал мою руку, жизнь и душа возвращались в тело. К сожалению, все это длилось недолго, нить жизни резко померкла, аура погасла, а перед нами вновь лежало бездыханное тело.
— Не получается, — вздохнула я, отпуская руку Кристиануса.
— Но и это удивительный результат, — восхитился лорд Фезалис. — В тело на несколько минут вернулась жизнь, а это доказывает то, что проклятие можно победить! Вы используете какую-то уникальную методику, разработанную белыми целителями? Леди Зарина поведала мне, что в Белом Царстве вы работали травницей и артефактором.
Я кивнула, уйдя от ответа. Мне не хотелось рассказывать постороннему человеку о найденных дарах богов.
— Удивительно! Ваши опыты так похожи на те, что мы проводили в клинике по снятию проклятия «анабиозус». Это удалось одной талантливой темной ведьме, — не унимался лорд Фезалис.
Я тут же встрепенулась, не о леди Ле Фей он говорит? Ведь профессор Ян рассказывал, что именно Фея Драгон нашла заклятие против «анабиозуса», при котором человек пребывал в многолетнем сне.
— Вы говорите про те опыты, в которых участвовала Мейв Ле Фей? — поинтересовалась я.
— Да-да, — подтвердил он и взял меня под руку, выводя из кабинета в коридор, а леди Зарина последовала за нами. Мы с Таней молча переглянулись, понимая, что наша встреча в стенах этой клиники, увы, не последняя.
Лорд Фезалис тем временем углубился в воспоминания.
— Это были золотые времена для клиники! Столько талантливых целителей. А леди Ле Фей была одарена от природы. Она пришла к нам помощником лекаря. Лорд Логресс лично просил меня поспособствовать ее поступлению на службу в императорскую клинику. Я не мог отказать министру магии, да и Мейв прекрасно работала с заклятиями и зельями, помогая сложным больным. А какие мы получили потрясающие результаты чуть больше семи лет назад, когда привезли раненых. В той войне враг использовал мощные проклятия, усиленные черной магией. Но с помощью заклятий и трав, которые применила Ле Фей, больные оживали. Конечно, не каждого удалось спасти. Но многих. Жаль, что после таких впечатляющих опытов леди Мейв занялась исключительно зельями.
Лорд Фезалис еще что-то рассказывал об опытах и пациентах, которых удалось спасти за все эти годы, а я уже не слушала. Думала о том, что Фея Драгон не зря попросила министра Александра устроить ее в клинику. Ведь здесь она могла на виду у всех проводить свои опыты по перемещению души в другое тело. Наверняка, «набив руку» на раненых воинах, она смогла переместить душу Адриануса в тело своего отца — лорда Драгона. Согласно воспоминаниям мистера Эсперантуса, именно семь лет назад Фея Драгон побывала в Кровавой комнате хранилища, изъяв капсулы с кровью лорда Адриануса. От этих мыслей у меня все похолодело внутри.
Попрощавшись с бывшим директором клиники и леди Зариной, я покинула лечебницу. Уже вечерело, я шла, не разбирая дороги, и с ужасом думала о том, что враги были так близко от императорской семьи. Наверняка они вынашивали план, как использовать дядю Блейка, продвинув на престол. Мысленно стала перебирать всех кандидатов на трон, всех сановников, кто так или иначе был близок к власти. То и дело перед глазами вставал образ леди Ингрид — я вспомнила, как она уже предвкушала победу министра, а затем с ненавистью смотрела на Маркуса, когда Бьорн проиграл. Ее злые глаза испепеляли, яркие губы были искривлены презрением… Я внезапно остановилась и хлопнула себя по лбу, отчего прохожие тут же отошли от меня подальше.
Понимаю, что со стороны выглядела как сумасшедшая. Но мне было все равно. Стараясь привести мысли в порядок, я пробормотала:
— Яркие губы, злое лицо, вызывающие наряды. Не было пролито ни единой слезинки о погибшей матери. И Ивейн Бьорн, который злился на некомпетентность сестры, списывая все на частичную потерю памяти. Нападение на Ингрид в Аркусе в черном квартале и болезнь. Труп Феи Драгон в Проточном переулке. Неужели ей удалось? Неужели она это сделала?!
Я продолжила свой путь по узкой улочке, размышляя о том, что следователи последние два месяца искали врага не там. Если Фея Драгон могла перемещать чужие души в другие тела, то почему бы ей не проделать то же самое со своей душой? Тем более если рядом опытный помощник — черный некромант Ульрих? Вероятно, после разгрома Ордена в Дэве выбор Феи пал на дочь министра Бьорна. Леди Драгон сделала ставку на самого сильного кандидата на престол. Даже мы с Маркусом не сомневались, что следующим императором станет Феликс Бьорн. Как ни крути, Ингрид была удачной кандидатурой для перемещения души черной колдуньи. Леди-следователя заманили в логово к черным магам. Ивейн обмолвился, что они нашли сестру без сознания на следующий день после нападения. Думаю, Фея Драгон удачно провела опыт по переселению своей души в тело следователя, и в дом министра уже вернулась черная ведьма в личине древнего мага и нового руководителя отдела по темным делам. Леди Драгой прекрасная актриса, она манипулировала министром, играя на его амбициях и жажде власти. Если бы лорд Бьорн стал правителем, то Фея Драгон была бы его правой рукой. И мстила бы всем, кто был причастен к смерти ее отца и лорда Адриануса. Я вспомнила, что именно она проводила обыск в доме министра магии и допрос. Теперь ясно, почему следователи не нашли улик. Фее Драгон нужен был еще один кандидат, если Бьорн провалится на выборах. И скорее всего, черная фея и лорд Логресс вместе продумали план по захвату власти. Действовали заговорщики все теми же методами, подрывая репутацию императора Юлиана поведением жены, срывая технические опыты Маркуса, устраняя конкурентов в лице леди Алисы. Победа мужа на выборах была неприятным сюрпризом не только для меня, но и для преступников.
Я несколько раз останавливалась, стараясь успокоиться. Мои предположения надо проверить, все это нужно еще доказать. Но от самой догадки у меня подкашивались ноги, а во рту пересохло. Оглядевшись по сторонам, я обнаружила, что вышла на площадь богини Афиры. Присела на скамейку возле статуи, в сумерках ее лик казался окутан таинственной дымкой, а кольцо на пальце загадочно мерцало в лучах уходящего солнца.
Отдышавшись, решила немедленно поделиться с Маркусом своей безумной догадкой. Ведь если Фея-Ингрид втерлась в доверие к министру, то, не получив желаемого, она не успокоится. Страшно представить, что эта дама может сотворить в кресле главы отдела по темным делам, да еще обладая силой древних магов. Правда, в моих рассуждениях были кое-какие нестыковки. Но ясно одно — если эти предположения верны, то леди Драгон будет устранять неугодных. В первую очередь Маркуса, ведь следующий после мужа в списке претендентов на престол — лорд Александр Логресс. От страшных подозрений у меня перехватило дыхание. Я попыталась мысленно связаться с мужем, но в ответ была тишина. «Достучалась» до Люциуса, который находился во дворце. По моей просьбе он зашел в наши дворцовые апартаменты, но Маркуса там не было. Люциус сообщил, что муж покинул зал Совета вместе с Ивейном Бьорном. Занервничав, я ментально связалась с Этайн и попросила зайти в наш коттедж в академии, проверить, дома ли Маркус. У меня была слабая надежда, что он мог заснуть от усталости и не слышать мои мысленные призывы.
— Дверь мне никто не открыл. Ну и ладно, я и так могу проникнуть в дом. Что тут у вас? Ага, не то, чулан, — комментировала Этайн свои действия. Спустя несколько минут она отчиталась: — Ари, я пробежалась по всему дому. Маркуса нет. А что случилось-то?
Я поделилась с эльфийской ведьмой догадками и рассказала, что Маркусу, возможно, грозит опасность.
— Ничего себе! — удивилась эльфийка. — То-то я смотрю, эта Ингрид в последнее время вызывающе себя ведет. А сегодня ее наряд меня просто убил, хотя сама люблю радовать публику. Так, Ари, тебе срочно надо связаться с министром Бьорном и все ему рассказать. А лучше поговори с Ивейном. Нет, с Люциусом!
— Сначала хочу обсудить все с Маркусом. — Я поднялась со скамьи, решив срочно переместиться в наш дом в Дэве. Возможно, муж ждет меня там.
— Ари, что же получается, Люцику тоже грозит опасность? — воскликнула в моей голове Этайн. — Он ведь из семьи Дариусов. Вдруг эта змеюка вновь решит его захомутать, чтобы быть поближе к трону? Или это прежняя леди Ингрид пыталась его захомутать? Ох, ты совсем меня запутала с этим переселением душ. Но если я его отбила у Ингрид Бьорн, то злодейке Драгон и подавно не отдам. Делать нечего, придется оставить себе Люцика и срочно выходить за него замуж. Кстати, ты не помнишь, куда я подевала кольцо с тем большим камушком?
— Кажется, ты надела его на палец каменной деве, что стоит во дворе, — рассеянно ответила я и окинула прощальным взглядом статую Афиры.
Величественная фигура возвышалась над толпой, а улыбка богини успокаивала. Красный кристалл в кольце заискрился, а я почувствовала, как вокруг разливается магия. Я и в первый визит на площадь ощущала здесь магию. Но думала, что все дело в самом месте. Похоже, и в этом я ошиблась. Ведь говорила же мне дочь лекаря Урика, что императрица Сабрина часто приходила на площадь и советовалась с каменной Афирой. Неужели все так просто, и жена императора Аркуса спрятала кольцо на самом видном месте?
Не обращая внимания на прохожих, я поднялась на каменный постамент, встав вровень со статуей. Дотронувшись до кольца, ощутила всю мощь артефакта. Но снять перстень не смогла. Тогда мысленно объяснила Афире, зачем мне нужно кольцо. И прочитала «Песню любви», пообещав, что использую артефакт только во благо. В этот момент перстень соскользнул с пальца каменной богини и оказался у меня на ладони. Растрогавшись, в порыве благодарности обняла статую. И услышала удивленные возгласы. Люди на площади обсуждали городскую сумасшедшую, кто-то призывал срочно вызвать лекаря. Я понимала, что стесняться мне уже нечего, раскрыв свое белоснежное поле света, под громкие вскрики людей перенеслась в городской дом в Дэве.
Стремительно прошла все комнаты, открывая нараспашку двери и выкрикивая имя мужа. Мне столько всего нужно ему рассказать: только что я нашла последний артефакт богов и разгадала коварный замысел злодейки Ле Фей. А еще хотела попросить прощения у любимого за свою слабость. Если муж готов стать императором, то я последую за ним. И поддержу. Всегда. Во всем.
В кабинете Маркуса на столе я заметила исписанный торопливым почерком лист. Улыбаясь, произнесла вслух аккуратно выведенные на бумаге строчки:
А в следующий момент я почувствовала, как артефакт из розового турмалина нагрелся, обжигая кожу на груди. Это значило лишь одно: Маркусу грозит опасность. У меня не было времени звать на помощь. Возможно, в этот самый момент злодейка Ле Фей вместе с министром Александром наносили мужу смертельный удар. Следуя на зов артефакта, я переместилась к Маркусу, как и он неоднократно следовал на призыв магии шерла, спасая меня от смертельной опасности.
Я перенеслась в вихре белых энергий, окружив себя защитным куполом и готовясь к бою. Осмотревшись, с удивлением поняла, что уже видела эту комнату — библиотеку в доме черного некроманта. Здесь горел приглушенный свет, портьеры закрывали окна. Но как только я заметила Ингрид Бьорн, направила на противницу заклинание замирания. К сожалению, реакция у дамы была отменной. Она блокировала действие заклинания, которое рассеялось в воздухе, столкнувшись с ее защитой.
— Надо же, кто к нам пожаловал, — растянула губы в приторной улыбке Ингрид. Вернее, Фея. Сейчас ей не надо было играть роль дочери министра: мимика, интонация, жесты — все выдавало в ней Фею Драгой. — И как же вы нас нашли? Ах да, вы же артефактор. Наверняка прицепили мужу связывающий амулет. Надо было обыскать лорда Маркуса.
Фея покачала головой, видимо сетуя на свою недальновидность. А затем направила на меня заклятие, призывающее разрушить защиту. Но искры магического послания превратились в льдинки, отлетая от невидимого купола, созданного заклинанием Борея. Мы с противницей пристально смотрели друг на друга, понимая, что наши силы равны. Заметив какое-то движение сбоку, я резко повернула голову. И ахнула — в кресле сидел Маркус. Его тело было охвачено мерцающими энергетическими путами, а над головой серебрилась едва уловимая глазу дымка. Это значит, что ментальная связь была заблокирована. Попыталась мысленно обратиться к Маркусу, а затем направила зов о помощи Люциусу и Этайн. Но ничего не получилось. Я вспомнила, что подобное произошло в особняке в Дэве на собрании Ордена. Значит, и в тот раз в здании находился один из древних магов, который смог блокировать ментальную связь. Рядом с диваном на ковре лежал мужчина. Присмотревшись, узнала в жертве Ивейна Бьорна. Его руки и ноги были связаны парализующими путами. Явно Ивейна и Маркуса застали врасплох. Как иначе объяснить, что леди Драгон одна справилась с двумя сильными темными магами. Разозлившись, я направила огненные стрелы на злодейку. Но они рассыпались мелкими осколками, столкнувшись с сильной защитой.
— Еще одна такая выходка, и твой ненаглядный Маркус будет мертв! — зло прокричала Фея, указав рукой на мужа.
Приглядевшись внимательнее, я увидела, что к сердцу любимого приблизилась тонкая дымчатая стрела. Острая, как тончайшее лезвие в руках убийцы, опасная — как сама смерть. Так действовало проклятие «анабиозус». Своим внезапным появлением я помешала планам преступницы, что она тут же подтвердила:
— Арианна, вы, как всегда, мешаетесь под ногами. Мне немного не хватило времени, чтобы закончить с проклятием и приступить к ритуалу.
— К ритуалу? — удивилась я.
— Беги! — Я едва расслышала сдавленный голос Маркуса.
Удерживая защиту, я повернулась к мужу и заметила на его шее энергетическую искрящуюся петлю. Уродливый ожог уже расплывался по коже.
— Знаешь, Фея, а все не так плохо складывается. — Из глубины кабинета раздался знакомый низкий голос.
Я обнаружила мужчину, сидевшего за письменным столом. В руках он держал знакомую тетрадь в потертой зеленой обложке с обтрепанными золотыми завязками. Вспомнила, что видела такую в тайной комнате дворцовой библиотеки. Но позже и тетрадь, и книги исчезли. А теперь дневник лорда Адриануса находился в руках военного министра Феликса Бьорна.
— Вы тоже пленник? — удивилась я.
Меня, правда, смущало, что министр не связан заклятием: он спокойно сидел за столом, вальяжно откинувшись на спинку кресла, и улыбался. Именно его улыбка, словно жало змеи, заставила меня вздрогнуть.
— Адрианус, — хриплым голосом произнес Маркус, подтвердив мою страшную догадку. Очевидно, что слова давались мужу с большим трудом. — Беги, Арианна.
— Так Адрианус Дариус — это вы! Не Драгон. И это вы все подстроили, не министр Александр! — Я с ужасом смотрела на лорда Феликса, будто видела впервые. — И четвертый лидер Ордена на собрании в Дэве тоже были вы!
В том заброшенном доме нас не планировали спасать. Именно поэтому к Ивейну не пришла своевременная помощь, которую тот запросил с помощью амулета. И если бы мои друзья и Маркус не подняли тревогу, то черный ритуал был бы завершен. Когда Тьер и его люди пришли на помощь, Бьорн, скорее всего, скинул плащ с капюшоном, который скрывал лицо одного из лидеров Ордена, и сделал вид, что прибыл с остальными. Он же чуть не отправил Ингрид, а затем и Ивейна на верную смерть — в черный квартал Аркуса в Проточный переулок. Бьорн-Адрианус рассчитывал одним махом избавиться от «детей» с их подозрительностью, воспоминаниями об отце и неприятными вопросами. И убийство леди Хелены, которая начала что-то подозревать, теперь было очевидным. Эти мысли молнией пронеслись в голове, пока я пыталась осознать, в какую ловушку мы все попали. Каким же хитрым и коварным оказался враг. Даже Маркус с Ивейном не догадались, что Феликс и Адрианус одно лицо. Вероятно, они заподозрили о перемещении души Феи Драгон в тело Ингрид. И пришли к министру за советом и помощью. Это была роковая, смертельная ошибка. А в том, что нас не выпустят из комнаты живыми, я не сомневалась ни секунды.
— Что вы от нас хотите? — спросила я, глядя своему заклятому врагу в глаза.
— Не так много, — хищно улыбнулся Адрианус Дариус в обличье лорда Бьорна.
Я уже не видела перед собой седовласого, вспыльчивого, прямолинейного, но добродушного военного министра, лишь лицо убийцы моего отца и деда.
— Если вы хотите власти — так возьмите ее, только оставьте Маркусу жизнь! — выкрикнула я в отчаянии, понимая, что это слабость с моей стороны просить беспощадного врага о подобном. Но сейчас мне было все равно. Ради мужа я пойду на сделку с убийцей.
— Тело Маркуса мне еще пригодится, а вот вас, моя дорогая Арианна, придется убить, — по-отечески посетовал Адрианус Дариус и покачал головой.
— Да не стойте вы, присаживайтесь. Так легче умирать, — хмыкнула Фея и указала мне рукой на диван.
— Спасибо, я постою, — процедила я сквозь зубы, отказавшись от любезного предложения. И тут же заняла боевую стойку.
— И то правда, труп будет легче завернуть в ковер и вынести из дома, — фыркнула черная ведьма и подмигнула мне.
Я же попыталась накрыть Маркуса своей защитой, но натолкнулась на преграду.
— Хорошая попытка, Арианна, но неудачная, — заметил мои потуги «министр» и театрально развел руками. — Вы же понимаете, что перед вами два древних мага. Уж если мы справились с Ивейном и Маркусом, то и вас одолеем. Хотя ваша магическая сила впечатляет.
— Что вы задумали? — Я вновь повторила вопрос.
Старалась держать в поле зрения Адриануса и Фею, в то же время лихорадочно продумывала пути к отступлению. К сожалению, ментальная связь была блокирована, как и магия Маркуса, скованная путами. Хорошо хоть я переместилась сюда в боевой готовности: заклинания Борея пока давали мне возможность держать оборону.
— Ну что же, я удовлетворю ваше любопытство. — Лорд Адрианус поднялся из-за стола, явив нашему взору белоснежную ауру. Комнату тут же затопило светом. А я пришла к мысли, что название Ордена темного ангела символично. Адрианус Дариус в новом теле выглядел как истинный потомок бога Борея с аурой, будто крылья ангела. Но в его душе давно поселилась тьма.
— Дорогой, зачем ты с ней возишься? Ее нужно убить, и побыстрее, — недовольно пробурчала Фея, направляя в меня стрелу проклятия.
Я не знаю, были ли это мои последние минуты жизни, но перед мысленным взором предстали слова Восемнадцатой песни Борея. Я инициировала символ цветка жизни, словно печать, он проявился в области сердца. Черно-дымчатые иглы проклятия замерли всего в нескольких дюймах от моей ауры. Со слезами на глазах я бросила взгляд на Маркуса и заметила, что рядом с его сердцем мерцал такой же световой знак цветка. Только теперь я поняла, что задержало действие «анабиозуса», не позволяя проклятию поразить мужа. Маркус догадался активировать печать жизни, о которой я ему недавно рассказала. Слава богам, я не успела поведать о действии «цветка» министру Бьорну. Его неверие в артефакты забытых богов сыграло нам на руку.
— Как жаль, что мы не убили вас тогда, в переулке. Я просил Фею и Блейка ликвидировать любопытную белую магичку, но они решили лишь напугать. Никогда нельзя недооценивать противника, — с раздражением проговорил Адрианус.
Эта фраза показалась мне знакомой, и я вдруг вспомнила разговор Мейв Ле Фей с незнакомцем.
— Там, в дворцовой библиотеке были вы?! — догадалась я. — И в тайную комнату зашли вы.
— Я был неприятно удивлен, что кто-то обнаружил мое убежище. Спустя годы, уже пребывая в теле Бьорна, я нашел библиотеку отца, в которой в ту ночь прятался Люциус. Там и хранил все ценные книги и записи о древних магах. Но вы, Арианна, в который раз нарушили мои планы. С этим пора что-то делать, — произнес Феликс-Адрианус и направил в меня светящиеся сферы.
Огонь разлетелся искрами, столкнувшись с преградой заклинания Борея. Я подскочила к Маркусу, стараясь заслонить его тело собой. Фея и Адрианус недовольно переглянулись, но атаки не последовало. Видимо, они не собирались убивать мужа. Тогда что?
— Арианна, сопротивляться глупо. Помощь не придет, ментальная связь заблокирована, дом окружен моими людьми. Ивейн и Маркус обездвижены. Скоро «анабиозус» поразит сердце вашего мужа, и проклятие вступит в силу, — уставшим голосом произнес лорд Феликс. — Отойдите от Маркуса и дайте нам закончить начатое.
— Закончить что? — поинтересовалась, а в это время бросила быстрый взгляд на мужа.
Я видела, какую боль он испытывал от энергетических пут — его руки, ноги и шея были оплетены пламенем, словно веревкой. Красные ожоги покрылись волдырями. Но муж терпел, сжав зубы и не моля о пощаде. Про себя произнесла слова Семнадцати песен Борея, мысленно накладывая руны на ауру Маркуса, я должна хотя бы попытаться освободить его из плена. Краем глаза заметила, что дымка, подавляющая черную магию, начала бледнеть и рассеиваться. Значит, заклинания действуют. Чтобы отвлечь внимание злодеев от мужа, громко произнесла:
— Я догадалась — вы собираетесь убить только меня. А Маркус вам нужен живой. Если мне суждено умереть, то исполните последнее желание любопытной белой магички. Расскажите, что вы задумали.
— Вы вроде бы умная, но задаете такие глупые вопросы. А уж просьба ваша ни к чему. Много будете знать — быстрее умрете, — усмехнулась Фея. — Нам нужно провести ритуал перемещения души, а еще тела в лабораторию перенести. Поэтому вы нас задерживаете, леди Арианна.
— Чьей души? Какой ритуал? — с ужасом прошептала я.
Но Феликс-Адрианус лишь усмехнулся. Он вновь попытался подчинить меня своей магии и сбить с ног вихревым потоком. Фея в этот момент бросила в меня огненные шары. Но защита вместе с заклинаниями Борея сработали исправно, я не пострадала, а противник лишь сдвинул мебель и прожег дыру на ковре. Я тут же атаковала Адриануса с Феей ответным порывом ураганного ветра. «Военный министр» устоял на ногах, лишь пошатнулся, а мои заклинания разбились о его защиту. А вот даму мне удалось сбить с ног, она пролетела несколько метров назад и врезалась в книжную полку. И деревянная махина с книгами упала на леди Драгон, прижав ту к полу. Через секунду Фея рассеяла завал заклинанием, но кружевное платье было разодрано, а белоснежные пряди волос свисали паклей.
— Ах ты… — ругнулась Фея, рассматривая дыры на юбке и ощупывая волосы. — Да ты представляешь, сколько я потратила времени, чтобы привести внешность этой бледной моли Ингрид в божеский вид? Между прочим, это было мое лучшее платье!
— И последнее в этой жизни! — огрызнулась я, делая шаг назад к тому месту, где сидел Маркус.
Я мысленно продолжала плести заклинания Борея для снятия блоков с его световых полей и создания иллюзии вместо искрящихся пут.
— Девочки, не ссорьтесь. — Лорд Феликс-Адрианус поднял ладони в знак примирения. — Чувствую, с вашим темпераментом вы испортите книги. Некоторые рукописи было бы жаль потерять.
Он с сожалением посмотрел на груду пепла и щепки, все, что осталось от полок с фолиантами. А затем перевел взгляд на меня:
— Арианна, поймите. Мы не отпустим вас живой. Пока я предлагаю быструю смерть. Но уже через минуту здесь появятся мои люди, которые охраняют дом. И тогда проклятие «стазис» покажется вам легкой прогулкой в Подземное Царство.
Я расслышала позади себя тихий вздох Маркуса и ощутила тепло его ауры. Мои заклинания сработали. Парный амулет позволил мне почувствовать, что муж восстанавливает магические силы.
— А ведь это все началось семь лет назад, когда леди Драгон выкрала флаконы с вашей кровью из хранилища. — Я продолжала отвлекать преступников разговором, пока Маркус окончательно не придет в себя. — Следователи ошиблись в одном, Фея Драгон переместила душу Адриануса в тело Феликса Бьорна, а не в тело своего отца.
Ингрид-Фея подошла к «министру», недовольно сверля меня взглядом. Дама легко поддавалась на провокации и с вызовом ответила на мои обвинения.
— Сыщик из вас никакой, Арианна. В хранилище я приходила не за кровью Адриануса — ее мы выкрали еще пятнадцать лет назад вместе с кровью моего отца. Кстати, у меня еще осталась пара флакончиков — как раз пригодится для сегодняшнего ритуала, как-никак, Маркус приходится Адрианусу племянником. — И Фея Драгон мне подмигнула. — Но второй раз в Кровавую комнату я пришла за образцами Рекса Бьорна. Ритуал перемещения души непростой, я многие годы училась у черных колдунов и давно умею снимать «анабиозус». Правда, перемещать души в чужие тела я научилась чуть позже, некромант Ульрих был прекрасным учителем. Жаль, пришлось убрать, решил подзаработать на черном рынке и привлек к дому ненужное внимание.
Я вспомнила, что рядом с ячейками, где хранились флаконы с кровью Ассетта и Дариуса, действительно находился ларец Рекса Бьорна — отца лорда Феликса. А сам Феликс Бьорн в те дни лежал в клинике, пребывая под воздействием «анабиозуса». Фея работала помощницей лекаря и проводила «уникальные опыты» по снятию проклятия. А заодно тайные опыты по переселению души в чужое тело.
— Вы правильно догадались. — Лорд Адрианус все понял по выражению моего лица. — Фея действительно подбирала мне новое тело.
— Но вы же ненавидели древних магов — я читала это в вашем дневнике. — Я искренне удивилась.
— Арианна, дорогая моя, но кто же знал, что он древний маг! Бьорн скрывал сей факт, как и мой отец, император Аркус. Когда я понял, что оказался в теле древнего, — был в гневе. Потом смирился. Все-таки военный министр — это лучше, чем рядовой воин или монах-отшельник. Но затем сила древних оказалась мне по нраву. Я смог изучить магию, что называется, изнутри. Эта сила уникальна.
Я же чувствовала силу, исходящую от Маркуса. Магия возвращалась к нему. Незаметно я сделала еще один шаг назад, приближаясь к мужу.
— Но почему бы не переместить вашу душу в тело сына — лорда Блейка? Или в тело Александра Логресса? Да в того же императора Юлиана? — громко спросила я, отвлекая внимание Адриануса.
Черный маг прищурился, разглядывая Маркуса. Но, не заметив внешних изменений, продолжил:
— Да, мы рассматривали всех этих кандидатов. Изначально у Феи была мысль подселить мою душу в тело Юлиана, а самой переместиться в тело императрицы. Но это опасно. Не забывайте, что императора не так-то просто было заманить в ловушку, чтобы провести опыты. Вокруг постоянно охрана, он на виду, а сановники и родственники могли заметить изменения в характере. Пришлось бы убить весь клан Дариусов, а это привлечет ненужное внимание. Да и, если честно, возраст у Юлиана уже не тот. Зачем мне тело семидесятилетнего, когда вокруг молодые, сильные маги? Поэтому изначально я планировал занять тело моего сына Блейка. Но он так и не смог организовать переворот и сместить Юлиана. Сын оказался и слабым магом, и никудышным политиком. Александр Логресс на тот момент не подходил, он не обладал нужным влиянием и был далек от трона. Это сейчас мы его рассматриваем в качестве запасного варианта. Маркус и Люциус были мальчишками, а вот в теле военного министра Бьорна у меня появились возможности для организации переворота. Я потратил эти семь лет на то, чтобы разработать план, организовать агентурную сеть и инициировать выборы. Согласитесь, что такое семь лет, когда перед тобой вечность?
— Но зачем весь этот спектакль, если и черными, и древними, и темными магами руководили вы? — удивилась я и еще на шаг приблизилась к мужу.
— Сразу видно, что вы не политик. Вам не понять. Но я отвечу. Быть тайным лидером, которому поклоняются, на которого молятся, — ни с чем не сравнимое удовольствие. Я чувствую себя Бореем, Дэвом, Аргашем. Играю, переставляю людей, как шахматные фигуры. Правда, вы с Маркусом изрядно мне мешали. Ваш муж со своим солдафонским прямолинейным характером постоянно лез в расследование. Да и вы вечно совали нос куда не просят! — Видно, что лорд Адрианус злился: белоснежная аура искрилась.
— Люди умирали, а вы называете это игрой! — разозлилась я. Этот человек вызывал у меня чувство брезгливости. — Ваши приспешники убили юного Родригеса, молоденького кулинара Свити, Хелену Бьорн, моего деда и отца. И многих других. В конце концов, вы убили свою жену Фрею и родного отца императора Аркуса. Какими качествами должен обладать человек, чтобы совершить подобное?
— Уникальными качествами! Простым людям вроде вас мешают эмоции. Только точный расчет, быстрый ум и стремление добиться результата любой ценой. Ничего более. А уж Хелену и Фрею мне не жаль, они слабые звенья, которые надо убирать, — жестко произнес Адрианус. Он распрямил плечи, его взгляд горел, аура мерцала. Такое ощущение, что опальный лорд находится перед тысячной толпой своих последователей. Речь, безусловно, была пламенной, да вот только мы с мужем не были почитателями его талантов. Но мага было не остановить: — Маркус с Ивейном оказались слабаками. Не просчитали ходы, глупо попались в ловушку. Они надеялись, что разоблачат леди Драгон и Александра. Безумцы! Так ничего и не поняли, когда я напал на них. Самоуверенные мальчишки!
Фея Драгон в образе Ингрид хищно улыбнулась «папе», а затем подошла ближе и поцеловала его. Я же понимала, кто здесь самый настоящий безумец. Приблизившись к Маркусу, ощутила горячие энергии, которые исходили от ауры. Значит, муж был готов к бою. Заметила, что Ивейн пошевелился. Про себя произнесла слова заклинания Борея, медленно, но верно освобождая следователя от пут.
— А зачем вы уничтожили свои тела? — Я тянула время и задавала все новые вопросы.
— К чему они нам? — пожала плечами Фея. — Следователи должны были удостовериться, что преступники мертвы. Да и плоть Адриануса была истощена, я не могла вернуть душу в прежнее тело, поэтому и стала подыскивать ему новое.
— И вы оставили в живых Маркуса с Ивейном, чтобы провести свой черный ритуал? — громко задала новый вопрос, отвлекая внимание Адриануса и Феи от темнымх магов, которые приходили в себя.
— Ох, Арианна, ваше любопытство да в мирное русло. Не доведет оно вас до добра. Точнее, уже не довело. Боюсь, время истекло. У нас еще много дел, — по-отечески улыбнулся Адрианус и переглянулся с Феей. Она кивнула, и черные маги медленно стали приближаться к нам. — Вы вправе узнать о судьбе мужа. Дело в том, что министр Бьорн позорно проиграл выборы. Здесь, не скрою, я просчитался. Вместо того чтобы поклоняться мне, как богу, сановники не приняли древнюю магию, испугались и вновь отдали голоса клану Дариусов. Мой запасной вариант — лорд Логресс — не сработал. Поэтому новый план приходится продумывать на ходу. Но я всегда любил вызов, который бросала судьба. Действовать приходится быстро, уже завтра состоится присяга императору. Конечно, быть древним магом мне понравилось. Но что не сделаешь ради власти. Придется играть роль темного мага и императора Маркуса Дариуса, пока не найду достойного преемника из древних. Для Ивейна я подберу новую душу и подселю одного из соратников. А Фея в образе Ингрид станет второй женой Маркуса.
— Потому что первая погибнет от руки черных магов в неравном бою. Как это жестоко! — И леди Фея растянула сочные губы в улыбке. — Император Маркус будет подавлен смертью жены, а Ингрид его утешит. Разумеется, самым законным образом, став леди Дариус.
И Фея Драгон с любовь посмотрела на Бьорна-Адриануса. А затем обернулась ко мне, с ее губ повторно слетели слова проклятия. Молниеносно, без предупреждения, без жалости. В этот момент Адрианус резко вытянул руку вперед, тоже поражая нас проклятием. Муж уже освободился от пут и восстановил магический резерв, он оказался рядом со мной, создавая вокруг нас еще одно защитное поле. Но ранее выпущенные в нас стрелы проклятия уже приблизились к цели — наши ауры были повреждены. Я почувствовала легкий укол в грудь, Маркус, вздрогнув, ощутил то же самое. А черные маги в белом сиянии аур продолжали плести паутину проклятий. У нас с мужем не было времени для того, чтобы нанести ответный удар и одновременно нейтрализовать проклятия. Не сговариваясь, мы с Маркусом прошептали слова «Песни любви». Муж сжал мою руку, на которой ярко вспыхнул камень в перстне богини Афиры. Я пожелала, чтобы проклятие от Маркуса вернулось преступникам. Расслышала шепот мужа:
— Прошу, боги, только спасите Арианну.
Как и при исполнении брачного обряда в Храме всех богов, мы с Маркусом почувствовали, что золотистые нити соединяют наши сердца. Перед взором возник мерцающий рисунок цветка жизни, который тут же окутал нас защитным покровом. Стрелы проклятия замерли возле наших сердец, а затем изменили направление и стремительно ринулись к своим владельцам. Я увидела, как спадают с лиц Адриануса и Феи победные улыбки. Черные маги не успели понять, что происходит. Они упали, сраженные своими же проклятиями. Лорд Адрианус Дариус был убит смертельным «стазисом». Его тело обуглилось, а душа серой дымкой вылетела из груди и растворилась в черном тумане. Нить жизни разорвалась, разделяя навсегда душу и тело. Предатель был мертв.
Леди Драгон опустилась на ковер и застыла в неестественной позе, погружаясь в вечный сон проклятия «анабиозус». В этот момент Ивейн Бьорн приподнялся на локтях и нанес убийце, которая заняла тело его сестры, смертельную рану. Я прижалась к Маркусу, пряча лицо у него на груди. А когда посмотрела на черных магов, то обнаружила, что от Феи осталась лишь горстка пепла. В следующую секунду мы расслышали крики и шум, в окна ворвались потоки пламени, плавя витражи. Языки огня лизали книжные полки и ковер, грозя перекинуться на нас. В комнату ворвался Тьер со своими людьми.
— Все живы? — Он осмотрел помещение и, заметив нас, улыбнулся. — Живы! Я искал вас в доме министра Александра. Затем направился в особняк к лорду Феликсу. С трудом сообразил, где вас спрятали. Не ожидал, что этот забытый богами дом так хорошо охраняют. Потеряли время, отбиваясь от черных магов. Но мы всех взяли…
Я едва понимала слова следователя, не могла больше находиться в этой комнате. Мои силы были на исходе, Маркус тоже был магически истощен.
Он посмотрел на Ивейна:
— Ты как?
— Уже лучше, — криво усмехнулся тот, поднимаясь с пола и опираясь на плечи подскочивших к нему следователей.
— Тогда расскажешь Тьеру про Адриануса, — попросил Маркус.
— Про Адриануса? А что с ним не так? Мы же ловили на живца леди Драгон и министра Александра? — удивился бывший руководитель отдела по темным делам.
— А живцом был мой муж, как я понимаю? — строго посмотрела на Маркуса, вспоминая его тайные переговоры и переглядывания с Ивейном. А еще припомнила Люциуса в качестве герольда собрания и бумагу из чаши, которую лорд торопливо скомкал. — Значит, вы все подстроили и ты не победил на выборах? Вы специально сделали Александра вторым, чтобы он попытался тебя устранить!
Я ужасно злилась на мужа, который просил меня никуда не лезть и уверял, что все будет хорошо. Как чувствовала, что понадобится моя помощь.
— Арианна, я позже тебе все объясню. А сейчас важно другое… — Маркус перенес нас в своих энергиях домой.
Крепко прижимая к себе, муж целовал мои губы, признаваясь в любви без слов. Я решила выяснить отношения чуть позже, а сейчас ответила на его ласку со всей страстью, на которую была способна. Мы вместе, мы живы, и только это сейчас имело значение.