Глава 4

– Эй, красавица, подвезти? – Около меня остановился гольф-кар с гоблином-констеблем. Я растерянно посмотрела на него, но мыслями все еще была с исчезнувшей Эйрой. И что мне теперь делать? – У вас все в порядке? – Гоблин нахмурил брови. – Вы меня слышите? – Я? Да… Слышу… – неуверенно проговорила я. – Так что, подвезти, может, куда? – Он высунулся из кабины и оказался совсем близко ко мне. От него пахло чем-то кислым, как яблочный сидр. Я невольно отступила, собираясь отказать, но потом поняла, что даже не знаю, как вернуться обратно в лавку Эйры. – Вы знаете, где находится лавка с ароматами? – осторожно спросила я у гоблина. – Эйры? Той, что недавно почила с миром? – уточнил он. Ну как недавно… Похоже, окончательно с ней это произошло пять минут назад. – Да, Эйры, – кивнула я. – Садитесь, подвезу, – гоблин широко улыбнулся. У него оказались острые треугольные зубы, как у акулы. Ох… Надеюсь, он не съест меня по дороге. Все-таки полиция. Выбора у меня сильно не было, а я находилась в полном отчаянии, поэтому решилась все же забраться в этот чертов гольф-кар. – Так вы не местная? – спросил констебль, трогаясь с места. – Нет, – я покачала головой. Мне захотелось задержать дыхание, потому что вблизи запах сидра от него стал только сильнее. – Родственница Эйры? Я неопределенно качнула головой. – Если что, могу показать город, – предложил гоблин, в его хриплом голосе проскочили игривые нотки. Кошмар. Докатилась. Ко мне клеится гоблин. – Меня, кстати, Барди зовут, – он самодовольно ухмыльнулся. Я кивнула, однако сама не спешила называть свое имя в ответ. «Барди» тоже замолчал, но не переставал на меня постоянно коситься. А мне хотелось поскорее оказаться подальше от него. К счастью, я вскоре узнала вывеску пекарни, мимо которой мы проходили с Эйрой, а потом увидела и саму лавку ароматов. – Приехали, – сообщил констебль. – А что, если… Он не успел еще договорить, как я уже спрыгнула на землю. – Спасибо, – торопливо бросила ему и поспешила к знакомой двери с окошком. Ключ у меня был: им я закрывала лавку, когда мы уходили с Эйрой. Чудо, но мне удалось открыть замок с первого раза, и я быстро заскочила внутрь, тут же закрыв за собой дверь. Шум чужого города остался за ней, и я выдохнула с некоторым облегчением. Потом устремилась к своему рабочему столу – единственной связи с моей прежней жизнью. То, что не давало мне окончательно сойти с ума. Я села в свое кресло и вцепилась в его подлокотники. Меня лихорадило от потока мыслей и чувств, и я никак не могла их систематизировать. Вода в пластиковой бутылке все еще была не допита, и я с жадностью сделала несколько глотков. Пить очень хотелось. Но еще больше хотелось есть. А когда я голодна, то совсем плохо соображаю. Я вспомнила, что у меня в столе где-то был шоколадный батончик, и, когда он нашелся, счастью моему не было предела. Я съела его весь, до последней крошечки, потом допила воду и почувствовала себя немного лучше. – Я тоже хочу есть, – пискнул кто-то, и мое сердце сделало испуганное сальто. Я пошарила взглядом по сторонам, пытаясь понять, кто это сказал. Может, гном забрел сюда? – Да я тут! – повторил голос. – Я, Шуша! – Шуша? – Я с изумлением воззрилась на мышь, которая сейчас стояла на задних лапках и глядела на меня сквозь прутья своей клетки. – Приятно познакомиться, – ее рот чуть двигался, будто она и вправду говорила. Более того, я уловила сарказм в этой фразе. Я потерла глаза. Потом уши. Похоже, у меня галлюцинации. Скорее всего, и все, что со мной происходит, тоже они самые. – Нет, ты не сошла с ума, – Шуша натурально закатила глаза. – Мы действительно где-то в другом месте. И здесь ты наконец можешь меня понимать. Хвала мышиному богу! – Мышиному богу? – я глупо хихикнула. – У нас тоже, между прочим, есть бог, – отозвалась Шуша. И ухмыльнулась? – Так как, найдется для меня что-нибудь поесть? – Сейчас гляну. – Я открыла верхний ящик стола, где обычно держала пакетик корма. – Еще немного есть. – И высыпала весь в кормушку Шуши. – Вот спасибочки, – поблагодарила та и стала с аппетитом жевать. «А что мы будем есть потом?» – мелькнула у меня уже более практичная мысль. Надо где-то раздобыть денег. Эх, Эйра… Сколько еще всего она не успела мне рассказать? – А где та, которая нас сюда вытянула? – поинтересовалась Шуша, жуя. – Похоже, ее больше нет, – вздохнула я тяжко. – Часы разбились и… Она исчезла. – Плохо. Но ничего, прорвемся. – Не знала, что мыши такие оптимистки, – заметила я, невольно усмехнувшись. – О, еще какие! Когда ты лабораторная мышь, только и остается, что надеяться на лучшее. – Шуша засунула в рот последнее зернышко. – А вот это как-то грустно прозвучало. – Я сцедила ей в поилку последние капли воды из бутылочки. – Это наш черный мышиный юмор, – ответила она и встрепенулась. – Кто это там шумит? Я прислушалась: и правда, на улице кто-то кричал. Скандалил даже. – Давай посмотрим, – предложила Шуша. – Интересно же, кто там буянит. – А мне не очень-то интересно, – отозвалась я, не желая покидать родное кресло. Свою крепость. – Ой, да пойдем уже! – потребовала мышка. – Только выпусти меня. – Ладно, – сдавшись, я открыла клетку, и Шуша сразу перебежала мне на руку, а потом на плечо. В таком составе мы осторожно выглянули на улицу. Как оказалось, буянил эльф. Точнее, светлоликий. Это происходило у ресторана, который располагался напротив лавки – и по диагонали через несколько домов. Его кричащая вывеска «Птичка» бросалась в глаза даже с такого расстояния. – Давай поближе, – скомандовала немного обнаглевшая Шуша. Но мне уже и самой стало интересно, особенно после того, как я услышала: – Посмотрите, что вы со мной сделали! Что вы мне подсыпали в еду? Отравить хотели? – возмущенно высказывал светлоликий, по всей видимости, управляющему заведения, который уже был белый как полотно. – И получаса не прошло, как я отобедал у вас! Посмотрите на эти пятна! – И светлоликий указал пальцем себе на лицо, потом на шею и руки. – Признавайтесь немедленно, зачем вы это сделали?! – Господин Лартирес, мы совсем ничего такого… – лепетал управляющий. Я же уже была совсем близко и могла различить красную сыпь на коже светлоликого. Очень характерную сыпь. – Позвольте… – вырвалось у меня. – Что? – Светлоликий, все еще кипя гневом, повернулся ко мне. – Позвольте мне посмотреть? – произнесла я уже более уверенно и взглядом показала на его руки, покрытые сыпью. Тот недоуменно моргнул и протянул ко мне руки. Я бережно взяла их в свои и стала разглядывать. Светлоликий напряженно ждал. – Что вы ели недавно? Что-то новое, например? – спросила я, теперь изучая его лицо и стараясь не встречаться взглядом. – Да я ел у этих, – он кивком показал на втянувшего голову в плечи управляющего, – все как обычно. Тыквенный суп… Стейк из оленины… А, еще мусс из какой-то лизаны. – Из лизаниса, – робко поправил управляющий. – Фрукт такой. С Искрящихся островов. – Ну да. Экзотический, – эльф презрительно скривился. – Втюхали мне свою новинку. – Значит, вы впервые ели десерт из экзотического фрукта? – сделала я вывод. Он кивнул. – Что ж, у вас на него оказалась аллергия, – констатировала я. – Аллергия? Это лечится? – светлоликий занервничал еще сильнее. Я бросила на него задумчивый взгляд и кивнула: – Если вы пройдете со мной в лавку, думаю, я смогу вам помочь. – О, лавка Эйры? – оживился он, увидев, куда я показала. – Только не говорите, что она вернулась с того света! – Увы, – мрачно произнесла я и направилась к лавке. Светлоликий, больше не раздумывая, последовал за мной. Его ярко-голубые многослойные одежды раздувались на ветру, словно крылья тропической бабочки. – Вы родственница Эйры? – продолжил он допрос, когда я открыла перед ним дверь, пропуская внутрь. – Почти, – ограничилась я ответом. – Это замечательно, что лавка наконец снова заработает! – Глаза светлоликого радостно сверкнули. – К слову, позвольте представиться: я Альвар Лартирес, один из пяти глав Кристаллбада. Ох. Вот оно что. Я посмотрела на него повнимательнее, пытаясь найти сходство с портретом на площади. Конечно, прекрасный лик портила красная сыпь, но в целом Альвар Лартирес в реальности оказался даже симпатичнее. – А вы не назовете свое имя? – светлоликий был настойчив. Я тихонько кашлянула и ответила: – Лана. – Просто Лана? – Альвар насмешливо изогнул бровь. – Просто Лана, – отозвалась я. Ну не представляться же Светланой Пастушковой? – Прибыли к нам издалека? – Очень. Пока светлоликий засыпал меня вопросами, я рылась в ящике стола в поисках антигистаминных препаратов, коих у меня тут должно было лежать несколько видов. – Оригинальная мебель. – Эльф провел пальцем по столешнице. – Я такой еще не видел. С собой привезли? – Пришлось. – Я наконец нашла нужную коробочку и достала один блистер. – Вот. Это таблетки от аллергии. Принимайте по одной в день, пока не пройдет сыпь. – Пилюли? – Светлоликий недоверчиво забрал у меня блистер. – Такие странные… Я думал, вы дадите мне один из ароматов Эйры. – Увы, от аллергии помогут только эти пилюли, – ответила я уверенным тоном. – И диета. – Диета? – встрепенулся он. – Вы считаете, мне нужна диета? По-моему, мое тело совершенно. Ну, помимо этих ужасных пятен. – Его нос снова брезгливо поморщился. – Не спорю насчет вашего совершенства, но это иная диета, понимаете? Чтобы вам быстрее избавиться от этих ужасных пятен. – Я выразительно глянула на его руки. – Вам просто пока не стоит есть красные и оранжевые овощи и фрукты… – О, в этих цветах имеется некий сакральный смысл? – заинтересовался Альвар Лартирес. – Какая-то неведомая мне магия? – Именно, – я не стала вдаваться в подробности. – Еще нельзя шоколад, кофе и орехи. Пожалуй, все, – я натянула улыбку. – Пара дней – и все пройдет. Потом можете есть все. – Надеюсь, вам можно доверять, – проворчал светлоликий, покрутив таблетки в руке. – И вы не хотите меня отравить. Я пожала плечами: – Вы можете не пить, если не доверяете. Но тогда я не знаю, как скоро от вас уйдут эти пятна. – Ладно, уговорили. – Альвар потянулся к синему бархатному мешочку, пристегнутому к его поясу, и достал оттуда две желтые монеты. – Это вам за пилюли. – Только не смей отказываться, – раздался тихий писк Шушы у уха. До этого она вела себя так незаметно, что я успела забыть о ней. – Нам же нужно за что-то есть. Вообще-то, я и не собиралась отказываться, поэтому протянула к светлоликому раскрытую ладонь, куда он и положил монеты. – Спасибо. Альвар Лартирес кивнул, окинул меня напоследок взглядом и обронил: – До встречи, Лана. Рад был познакомиться. – Взаимно, – как можно вежливее ответила я. Когда он наконец вышел за дверь, мои плечи расслабленно поникли. Вскоре в окне мелькнула отъезжающая карета. – Надеюсь, он примет лекарство, – произнесла я вслух. – Иначе долго будет мучиться. – Да какая уже разница? – Шуша перебежала с одного моего плеча на другое. – Главное, у нас теперь есть деньги. Надеюсь, на хлеб хватит. Я поднесла монеты поближе к глазам, потом осторожно попробовала на зуб и удивленно выдохнула: – Кажется, это настоящее золото. – Значит, и на сыр хватит тоже! – радостно заключила Шуша.