ГЛАВА 12 Эмми

— Зоя, — припарковавшись в своем дворе, звоню подруге, только сейчас вспомнив истинную причину моего похода в гости к соседу сверху, — забыла с утра узнать, в ванной сильная катастрофа? — уточняю, ставя машину на сигнализацию, и бодро топая к дверям своей квартиры.

— В смысле? — удивляется подруга, — там все, как всегда.

— Да?…

— Да… А что случилось-то? — интересуется она, и я вкратце описываю вечернюю ситуацию, повлекшую за собой экстраординарные события в моей сексуальной жизни.

— Я же говорю, — восклицает Зоя, — это судьба!

— Да ну тебя, — смеюсь я, — пока, фантазерка, — прощаюсь с ней, открывая родную входную дверь.

Дом, милый дом встречает меня легким запахом обиды за одинокие ночи и тихие утренние часы. Тонкий слой вездесущей пыли за неделю полного и единоличного владения всем пространством моих хором накрыл все поверхности дымкой запустения.

Но пословица “в гостях хорошо, а дома лучше” стопроцентно отображает сейчас мое состояние. С довольной улыбкой на устах, я распахиваю окно, прогоняя прочь сонное состояние своего укромного уголка в этом огромном городе и, непременно, включив аудиосистему, принимаюсь за восстановление своего главенствования в отдельно взятом жилом государстве.

Пара часов веселого труда на благо меня любимой приводят квартиру в чистый вид, а ее хозяйку к желанию скорее окунуться в ванну с пеной. Да так, что б с головой! Еще бы массажик, мечтательно выдает мое подсознание, но сегодня не до спа-процедур. Как бы еще вечер продержаться в компании энергичных «пенсионеров».

Помнится, кто-то планировал еще и поспать, но так увлекся борьбой за чистоту, что отведенного времени осталось не так уж и много до приезда Сашки.

Так что, не растрачивая более драгоценные минуты, ныряю под облако ароматной лавандовой пены и растворяюсь на пол часика в релаксирующем колыхании водных струек ванны с гидромассажем. Тоже неплохой вариант, но крепкие мужские руки массажиста, м-м-м… А память, зараза, подкидывает яркие чувственные картинки горячих ладоней, что так неистово мяли меня этой ночью, превращая в мягкий пластилин и даря удовольствие.

Да, Морозова, плохо же ты справляешься с поставленной самой себе задачей. Он не тот, кого стоит желать в спутники, не то, что всей жизни, но даже ее небольшого отрезка!

Закрываю глаза, считаю до десяти, постепенно выравнивая дыхание и загоняя воспоминания о прошедшей сумасшедшей ночи в такие дальние дали, о существовании которых мое сознание даже не подозревает, а память, если и знает, то не заглядывает.

Настойчивый телефонный звонок выуживает меня из омута нирваны, заставляя резко дёрнуться и расплескать озера по кафельному полу ванной комнаты.

Блин! Абрамов, сукин сын! Обломатор!

— Да! — гаркаю я в трубку, схватив мокрой рукой телефон, чуть не роняя его в воду.

— Ох, ё, женщина, ты чего такая нервная? — наигранно удивляется этот уничтожитель моего комфортного самочувствия.

Вот нельзя так резко возвращать человека в реальность! Жесткое приземление с пушистых облаков беспамятства в суровую действительность. Сердце скачет, как мячик, совершая неимоверно большое количество ударов за секунды, что я с трудом соображаю, что вообще происходит.

— Мы же уже договорились о времени, — возмущенно шиплю я, откидывая голову на край ванной и пытаясь восстановить дыхание, рваными толчками вторящему стукам жизненно важного органа.

— Ну так, я и стою у тебя под дверью, — уверенно заявляет он, и я слышу, сквозь переливы мелодичных напевов, льющихся успокаивающим ручейком из стерео-колонки, барабанную дробь ударов во входную дверь.

— Уже? — недоумение застает врасплох и я, отняв телефон от уха, пытливо вглядываюсь в экран, сверяя время, — да ну нафиг! — это сколько же я прозамачивалась в ванне?

— Эй! — крик из динамика аппарата, что я все еще держу в ладони, ошарашенно следя за сменой очередной цифры на минутном счётчике.

— Сейчас! — выдыхаю я и, отключив соединение, выхожу из остывшей воды.

Большой банный халат с капюшоном, закутывает меня в свои махровые объятьях так бережно и уютно, что я, топая до двери, решаю плюнуть на обещание поддержки в «трудную» минуту для друга и просто остаться дома.

— Ты в этом пойдешь? — глупо улыбаясь, окидывает меня оценивающим взглядом Сашка, заходит в квартиру и, захлопывая дверь, отрезает нас от любопытных глаз соседки.

Не удосужив его ответом, разворачиваюсь и ухожу для начала в ванную, надо все же привести ее в эстетический вид.

— Ты топиться собиралась, а я помешал? — разглядывая сотворенный мною потоп, интересуется Саша.

— Смешно, — пессимистический ответ, — лучше помоги, а я пока соберусь, — нахожу идеальное решение проблемы, разворачиваюсь к нему и вручаю тряпку. Он от части виноват в этом безобразии, вот пусть и отдувается.

На удивление, не слышу в ответ ни единого слова возражения. Сашка кидает тряпку на пол и, наступив на нее ногой, растирает мокрые лужи равномерно по всей поверхности кафельного пола. Ну тоже неплохо. Спускаю воду и, присев на край ванны, наблюдаю за его акробатическими этюдами.

— Саш, — отвлекаю его от работы, — а может не пойдем? — закидываю «удочку» в надежде на поддержку, он замирает, поднимает на меня удивленный взгляд, — посидим дома, я что-нибудь вкусное приготовлю, кино посмотрим, пообщаемся, сто лет не виделись, — я перечисляю преимущества, а он лишь молча кивает, — а родителям позвоним и скажем, что слишком заняты, лепим для них внука!

— Отлично, — вздергивает палец вверх, а я расплываюсь в довольной улыбке, вот правда, что-то так не хочется никуда идти, зря наверно с лавандой релаксировала, — только моя мама примчится, позабыв про гостей, проверять все ли мы правильно делаем, — убивает под корень он мои росточки надежды на тихий вечер, — а через девять месяцев, не получив результата в виде орущего малыша, сживет нас со свету, — окончательно добивает меня, даже не преувеличивая, потому как, зная его маму, ни капельки не сомневаюсь в том, что так и будет.

Сашка подхватывает меня под мышки и заключает в плен своих дружеских объятий. Утыкаюсь носом в рельефный узор его свитера и даю себе пару минут для окончательного прихода в себя.

Раз — глубокий вдох с запахом юности, два — выдох усталости, три — легкий поцелуй в макушку, четыре…

Я отрываюсь от него, смотрю в глаза, родные до привычки и тишины в сердце. Меня не штормит от его присутствия в моей жизни, с ним тихо и спокойно, как в гавани, что укрывает корабли от бурь на океанских просторах бытия. Не взрывает чувственными искорками от прикосновений до дрожи в теле и растворения мозга. С ним мне просто хорошо, уютно и надежно. Даже не смотря на перерыв в близком общении. Так может, он мой? Или нет?

— Ты чего зависла, Эмми? — сквозь вихрь размышлений и анализ чувств в мое сознание врывается Сашин голос.

Быстро-быстро моргаю, прогоняя прочь марево ненужных мыслей. Окидываю его аналитическим взглядам, ставя мысленно галочку в графе — как вариант, если все когда-нибудь будет плохо.

— А почему ты в таком виде? — только сейчас замечаю, что для юбилейного вечера в ресторане он одет неподобающе.

Саша опускает глаза вниз, разглядывает джинсы, свитер и выносит вердикт, что для дачи это самый лучший дресс-код. Вот те на, а я-то уже собралась поражать всех своим шикарным образом женщины-вамп, а тут сгодится и простушка в аналогичном комплекте. У меня даже кофта есть в унисон его свитеру. Фемили-лук в деле!

— Захвати сменку, — кричит мне вдогонку Саша, когда я скрываюсь за дверью своей спальни, — с ночевкой остаемся, в город вернемся завтра днём.

— Вот только не говори мне, Абрамов, что спать мы будем в одной комнате!

— Ну, — чешет рукой затылок, морща нос, — как бы, да, — лукаво подмигивает и перехватывает в полете запущенную мной ему в нахальную морду декоративную подушку, — а как ты хотела? — удивляется он, — мы же пара, — с нотками театральности произносит, возведя указательный палец вверх.

Я запускаю следующий снаряд, а он, увернувшись от него, в два своих огромных шага пересекает комнату и, схватив меня поперек талии, взваливает на плечо. Возмущению нет предела, ору чтобы поставил на место, но кто б меня слушал! Мимоходом подхватывает мой рюкзак, с вешалки снимает куртку и даже умудряется захватить мои кроссовки.

Тот еще, я вам скажу, способ доставки до машины моего тельца, но в ответ на очередное предложение дойти самой слышу лишь рык и строгую отповедь, что так быстрее, иначе я еще год буду собираться и выяснять, что да как.

Продолжать сопротивление бесполезно, не ровен час, еще уронит, смирно повисаю кулем на плече, чуть поерзав для удобного размещения. Благо ехать таким пассажиром не далеко. Три этажа лестничных пролетов, несколько шагов от парадной двери, и я приземляюсь пятой точкой в гостеприимные объятия пассажирского кресла в Сашиной машине, на коленки мне падает куртка, а под ноги — обувь. Сам же хозяин стального жеребца закидывает в багажник мои вещи, обходит машину и занимает место за рулем.

Выруливаем со двора, проезжая мимо моей «букашки» и ловлю себя на мысли, что арт-объект на ее капоте мне нравится все больше и больше. Милое красненькое насекомое придает шарма однотонной синеве и поднимает настроение. Чувство благодарности к неудачливому дарителю — а то, что это был чей-то презент, но явно не мне, я не сомневаюсь — приятным теплом разливается по телу, растягивая мой рот в довольной улыбке.