ГЛАВА 11

Завхоза я догнала быстро — мужчина никуда не сворачивал и мне не пришлось выискивать его по запаху среди множества стеллажей и разнообразных запасов. И сразу же пошла в наступление.

— Господин Звонген, а как насчет нового офисного комплекта мне в приемную? Старый унесли, а новый? Будет?

— Хотите начать с него? — сухо поинтересовался сильф и почему-то мне показалось, что он прекрасно знает, к чему я веду.

— Нет-нет, сначала то, о чем договаривались, — вмиг отступила я на тактические полшага, улыбаясь пошире. — Я просто хотела уточнить. А то с господином Мак-Ишем мы обговорили лишь медицинские нюансы, а вот про стол для себя я как-то позабыла. Просто скажите: будет?

— Будет, — снисходительно кивнул Мэнь, жестом предлагая следовать дальше. — Будет все и даже больше. Последние сорок лет медблоком никто не занимался, я специально поднял все записи, чтобы ничего не упустить. Так что будет вам и новый офисный комплект, и кушетки, и кресла для посетителей. И может быть кое-что еще. И даже сегодня.

"Кое-что еще" меня заинтриговало, но Мэнь, зараза, лишь загадочно усмехался себе под нос, не торопясь вдаваться в подробности. Шли мы, кстати, уже достаточно долго, но сильф даже не думал останавливаться и поражать меня залежами медицинских принадлежностей. Пока, что справа, что слева громоздились внушительные агрегаты абсолютно непонятного мне назначения. Вскоре агрегаты стали меньше, мы свернули налево, прошли мимо мебельных завалов, миновали ящики с маркировкой "спецодежда", снова повернули и лишь тогда завхоз остановился. Повернулся ко мне, широким жестом обвел окружающие нас короба и величественно выдал:

— Прошу, доктор О'Нелл. Шапочки, перчатки, перевязочный материал, кое-что из медицинских приборов и, конечно же, интересующие вас халаты. Будете брать все положенное за предыдущие сорок лет или все-таки ограничитесь заявкой? — И так многозначительно улыбнулся, словно уже заранее знал: халатами я не ограничусь.

Вот зараза. И ведь прав. Не ограничусь. Да это же… Это же медицинский Клондайк. Мифическая Атлантида. Мечта любого медика.

— Что это? — Я все-таки не удержалась и закопалась в ближайший ящик с диагностическими приборами. — Серьезно??? А-бал-деть…

Наверное, мои выпученные от шока глаза были слишком выразительны, потому что отошедший ранее в сторону сильф не удержался и сдержанно полюбопытствовал:

— Что такое?

— Это стетоскоп. Представляете? Я такие раньше только в музее видела, — Я все вертела в руках простейший прибор для прослушивания грудной клетки и большинства содержащихся в ней органов. — С ума сойти. Господин Звонген, можно я его возьму?

— Да пожалуйста, — слегка опешил завхоз под моим энергичным напором. — Я же уже сказал: этот и три ближайших стеллажа — ваши, медицинские. А учитывая сроки, то ваши целиком и полностью. Буквально.

— Правда? — восторженно выдохнула я, не веря своему счастью, и не дожидаясь ответа, нырнула в соседний ящик, наплевав на то, что пачкаю пылью руки и одежду. — Ва-а-ау. Это же… Это… Тонометр? Ручной. Пресвятые сиськи Праматери.

— Кхм.

Кажется, последнее я произнесла вслух, потому что господин Звонген выглядел слегка смущенным и даже прикрыл рот пальцами, словно пытался скрыть свои чувства. Или… улыбку?

— Простите, — в свою очередь смутилась я и попыталась взять себя в руки. — Вы даже не представляете, какие сокровища у вас тут хранятся. Этим приборам больше трехсот лет. Это не просто раритет. Это… Это настоящие медицинские реликвии. Не уверена правда, что они в рабочем состоянии, но любой музей оторвет это вместе с руками, — Представила себе это более детально, поумерила свой пыл и уже без былого энтузиазма задумчиво добавила: — И ногами. И головой. Хм…

Я даже губу прикусила от усердия, что не ушло от внимательных глаз настоящего хозяина всех этих сокровищ. Завхоз заинтересованно приподнял брови и пришлось делиться своими раздумьями.

— Знаете, в моей светлой голове рождается гениальный план, от которого одновременно страшно и хочется смеяться. Скажите, вы не шутили, когда сказали, что я могу это все забрать?

— Не шутил, — ровно произнес сильф, хотя уголки его губ слегка подрагивали, словно он едва сдерживал улыбку. — Но уже подумываю о том, а не склонить ли вас к сотрудничеству.

— Ой, правда? — Я расцвела, словно только и ждала этих слов, чем моментально насторожила безусловно умного мужчину. — А я тоже об этом думала. Но раз вы предложили первым, то я согласна.

— Впервые в жизни встречаю настолько непредсказуемую и в то же время простую женщину, — с ноткой то ли восхищения, то ли растерянности проговорил завхоз. — На что вы соглашаетесь, док?

— На все, — с жаром выдохнула я, преданно заглядывая Звонгену в глаза. — И тоже хочу сделать комплимент. Впервые в жизни встречаю сильфа, которого хочу назвать добрым.

— Ну… — Мэнь даже отступил в растерянности. — Это вы уж… Слишком.

Но то ли я слишком преданно смотрела, то ли Звонген просчитал меня быстрее, чем хотелось, но сильф вдруг прищурился, неодобрительно цыкнул и ворчливо поинтересовался:

— Доктор О'Нелл, что вы задумали?

— Ничего. — И самая честная из всех улыбок. — Ничего такого. Скажите, а сколько офисных комплектов мне положено за все эти годы?

— Только не говорите, что собираетесь отдать один из них инженерам, — скривился Звонген и глянул так, словно резко разочаровался во мне. — Вы же понимаете, что это афера чистой воды. Уже завтра этот комплект уйдет на сторону, а кредиты осядут в кармане начальника отдела.

— Понимаю, — я тоже взгрустнула и попыталась найти компромисс. — Но с этим надо что-то делать. Нельзя оставлять ситуацию без решения. Вам от наличия стола ни холодно ни жарко, а парней премии лишают. А кто он вообще — этот начальник?

— Господин Эванс? — Звонген неприязненно скривил губы. — Близко не знаком, но много наслышан. И этого достаточно, чтобы я и дальше не искал с ним знакомства. Алчный, властный и не очень умный тип.

— Тогда может… — я сделала большие и выразительные глаза и многозначительно провела пальцем по горлу. — Мы его — того?

— Чего? — Мэнь переменился в лице и, как мне показалось, даже слегка отпрянул.

— Уволим? — пояснила я с улыбкой. — По собственному. А вы что подумали?

— Что я только ни подумал, — проворчал сильф с нервным смешком и окинул меня восхищенным оценивающим взглядом. — А вы куда непредсказуемее, чем кажетесь. И мне это нравится. А давайте.

И мы ударили по рукам. Заодно перешли на ты и следующие полчаса в четыре руки грузили ближайший погрузчик. Халатами, перевязочным материалом, шовным, раритетными приборами и даже чистейшим спиртом, который мы абсолютно случайно обнаружили в трех десятилитровых канистрах за коробками с постельным бельем для стационара. Мэнь искренне удивился находке, минуты три изучал свой коммуникатор, а затем махнул рукой и тоже отдал мне, так как "у меня не числится и не надо". А мне надо. Мне все надо. И если сама не найду, куда применить, то тем же фельдшерам презентую. Уж они-то точно придумают, куда пристроить это богатство.

Кроме расхищения всех этих медицинских сокровищ я все-таки уговорила Мэня пойти Энди навстречу и выполнить заявку. Понятно, что она явно рассчитана на то, что в связи с прибытием комиссии и массовым неврозом никто не будет сильно вдаваться в подробности и под шумок тотального переоборудования станции можно будет подсунуть пару-другую несвоевременных заявок. Но вряд ли Эванс додумается осмотреть продаваемый комплект до того, как он отправится к покупателю. А уж я постараюсь, чтобы спустя дня два-три этот комплект стал нерабочим. Абсолютно и безоговорочно. А там уже пусть сам заказчик Эванса на глобус натягивает…

Просто мало кто сможет работать за столом, который будет вонять одновременно тухлыми яйцами, застарелым потом и кошачьей мочой. Есть… Есть в моей аптечке несколько оригинальных препаратов, смешение которых дает именно такой эффект. А воплотить задумку и вовсе не проблема: это Мэнь взял на себя, мимоходом намекнув, что неплохо разбирается в изготовлении различных взрывающихся механизмов.

Вот мужчина. Просто сокровище. Почти как мой медвежоночек. Кстати, о нем. Который час?

— Ох, космос. Уже полдень. Вот время летит.

— Куда-то спешишь?

— По магазинам и к плите, — призналась я с сожалением, и с не меньшим оглядела еще не изученные полки. — Шеф грозился заняться своим здоровьем, а я отвечаю не только за терапию, но и за его правильное питание. Так что прости, но мне уже пора.

— Ты его еще и кормишь? — сдержанно удивился сильф. Затем что-то вдумчиво поискал на моем лице и так же сдержанно предположил: — И не только?

— И не только, — подтвердила я, так как не видела смысла лгать тому, кто видел и понимал куда больше остальных. И не только приятно пах, но и в общении был очень мил. — Но мы не в отношениях. Так, просто… Получилось.

— Жаль. — Сильф прикрыл глаза, и я не смогла рассмотреть их выражение. — Но я почти не удивлен. Вы оба… Очень нестандартны. Ладно, не будем терять время. Беги, занимайся делом. Вещи и мебель отправлю с рабочими в ближайший час, так что не запирай двери. Сэма ты уже знаешь, парень надежный. Ему и передашь ампулы. Если будут какие вопросы или предложения — наберешь меня на коммуникаторе. Все, давай.

— Спасибо, — Без стеснения и какой-либо неловкости я чмокнула Мэня в щеку и поторопилась на выход. — Увидимся завтра, пирог будет — пальчики оближешь.

На выходе из ангара меня ждал откровенно приунывший Энди. Наверное, уже и не верил, что у меня получится хоть что-то, но когда я с уверенным видом заявила, что сумела договориться с Мэнем и стол будет, парень просиял и даже схватил меня за руку. Схватил бы и всю целиком, но я со смехом сумела увернуться и ворчливо заметила:

— Энди, а вы не пробовали бриться?

— В смысле? — Мысли инженера явно унеслись уже в совершенно иные дали, так как он еще секунды три смотрел на меня непонимающе.

— В прямом, — продолжила я укоризненно и мазнула пальцем по его небритой щеке. — Или вашей девушке нравится ходить с опухшими губами?

— Не знаю, — озадачился Энди и тоже почесал щеку, словно только что понял, что оброс как минимум недельной щетиной. Глянул на меня вопросительно и смущенно пробормотал: — Она мне ничего не говорила.

— Тогда позвольте сказать мне, — нравоучительно и со значением произнесла я, продолжив тыкать пальчиком по всему телу инженера. — Это — постирать. Это — выкинуть. Это — помыть. Это — побрить. Повторять каждое утро и не забывать о чистке зубов и дезодоранте. И тогда будут вам не только поцелуи. — Многозначительно подмигнула и, понизив тон, закончила: — И не только от Инги. Понимаете меня?

— Н…наверное… — от волнения Энди даже заикаться начал.

— Вот и прекрасно, — Я по-отечески похлопала его по плечу и на прощание пригрозила пальцем. — Личная гигиена — путь не только к здоровью, но и к успеху у женщин. Запомните мои слова, Энди. Увидимся на медосмотре.

И, пока мужчина не пришел в себя, поторопилась выбраться из этих катакомб.

Труда это не составило. Топографическим кретинизмом я никогда не страдала, да и рабочих, снующих в обе стороны, стало куда как больше, чем утром, так что я лишь уточнила у одной из групп, верным ли путем следую, и уже через десять минут выходила из лифта на своем уровне.

А вот теперь мне предстояла задачка посложнее: отыскать неуказанный на карте магазинчик для администрации, найти уже в нем интересующие меня продукты и в кратчайшие сроки приготовить себе и шефу обед из трех блюд. Вкусный, сытный и полезный.

Миссия невыполнима? Вот еще. Для женщин с фамилией О'Нелл нет невыполнимых миссий.

И правда, не прошло и десяти минут, когда методом исключения я вошла в нужные мне двери. Да и снаружи имелась хоть и маленькая, но вполне говорящая табличка: "Универмаг". Уж не знаю, какой шутник ее сюда повесил (табличка выглядела о-о-очень старой), но шутку я оценила по достоинству. Вошла, секунд пять постояла на входе, радостно оглядывая продуктовое (и не только) изобилие, подхватила ближайшую тележку, рассчитанную на максимальную вместимость, и в разудалым "Йеэх" поспешила вдоль стеллажей.

Овощи, крупы, мясо, полуфабрикаты, консервы, фрукты, сладости — качество не вызывало сомнений, разнообразие волновало фантазию, а цены приятно удивляли. В тележку отправлялось многое, мое внимание привлекало все новое, и только у кассы, где тоже было самообслуживание, я поняла, что придется временно экспроприировать средство доставки, потому что в руках я все это не унесу. И не потому, что тяжело, а потому что в руки одновременно восемь пакетов просто не влезут.

— Ого… Это ограбление? — На выходе я едва не столкнулась с господином Своном, но снабженец оказался очень проворным и сумел избежать катастрофы. — Доктор, ну вы и есть. Даже я на такое не способен. Дорогая, подтверди.

— Ну почему же, — задумчиво протянула стоящая рядом с ним женщина, рассматривающая меня с нескрываемым интересом. Высокая, стройная блондинка с приветливой улыбкой на губах. — Вот поэтому я и хожу с тобой, чтобы подобного не случалось. Добрый день, я Наира Свон, супруга и первый заместитель этого громкого и любвеобильного господина. А вы…

— Доктор Шанния О'Нелл, — я сдержанно улыбнулась в ответ, отмечая, как прекрасно выглядит Наира, хотя ей наверняка больше сорока. О возрасте в основном говорил мудрый взгляд, а еще мелкие морщинки в уголках глаз и губ. Отметила я и то, с каким обожанием смотрел на нее Ульрих. Может он и любвеобилен, но лишь на словах, и точно верен ей одной. — Но можно просто Шанни.

— А вы смелая, — непонятно к чему отметила госпожа Свон, но тут же пояснила: — Не каждая женщина отважится работать в таком месте.

И пытливо прищурилась.

— Люблю разнообразие и не пасую перед трудностями, — усмехнулась я, не собираясь делиться истинными причинами своего здесь нахождения. — Было очень приятно познакомиться, но прошу простить — тороплюсь. Но мы обязательно увидимся. Будет желание поболтать (а я уже видела, что оно есть и немалое), заходите в выходные на чай, у меня как раз по плану ягодные пироги.

— Спасибо, обязательно загляну, — пообещала мне госпожа Свон и поторопилась к мужу, который уже примерялся к холодильнику с мясным. — Ули, положь грудинку. Сегодня на обед у меня иные планы.

К медпункту я подходила с безмятежной улыбкой. Это неожиданное знакомство действительно было приятным. И не только потому, что на станции нашлась еще одна женщина-работник, но и по иным причинам. Во-первых, это повышало мои шансы не заскучать. Во-вторых, появилась возможность завязать более тесное знакомство с отделом снабжения. Было и в-третьих, и даже в четвертых, но это уже мелочи. Главное — повести себя грамотно и дать понять госпоже Свон, что наши интересы и мужчины не пересекаются, а там уже дело техники. Наира, как и мисс Джиллиан чуть ранее, произвела на меня приятное впечатление: умная, заботливая и любящая женщина. У таких все под контролем и по полочкам. Это-то мне и надо.

До официального обеденного перерыва оставалось не больше часа, так что на кухню я вошла вместе с тележкой и первым делом разобрала лишь тот пакет, который требовался сию минуту. Поставила вариться мясо, почистила и нашинковала овощи, обжарила часть из них, проверила мясо, сняла пенку, затем закинула к мясу овощи, томатную пасту и специи, и поставила интенсивность панели на минимум, закрывая уже ароматно пахнущий суп крышкой.

А теперь второе.

Борщ по бабулиному рецепту и сам по себе был очень сытным, но я решила не мелочиться и удивить медвежонка по-максимуму. К тому же он мужчина и одной тарелки всего лишь супа ему явно будет мало. А если к этому прибавить и нервы… То картофельная запеканка с фаршем, грибами и сыром подойдет идеально. И по времени тоже — как раз дойдет в духовке, пока шеф соизволит явиться отобедать. А не соизволит — будет есть это на ужин. Профит.

С десертом я предпочла не мудрствовать и предусмотрительно запаслась мороженым. К нему набрала варенья, орешков, цукатов и шоколада. Пока раскладывала последнее по шкафчикам и полкам, подошли обещанные Звонгеном рабочие: принесли большой и малый офисный набор (один мне, второй дежурному фельдшеру), несколько кресел для посетителей и все то, что я успела собрать с медицинских стеллажей. Вместе с незнакомыми парнями подошел и Сэм, которому я передала обещанные ампулы, предупредив, чтобы ни в коем случае не бросал и сильно не сжимал. И вообще, пусть лучше прямо сейчас идет и передает их начальству.

Шла уже восьмая минута обеденного перерыва, парни споро и умело собирали столы и шкафчики, не забывая косить на меня заинтересованными взглядами, когда на пороге приемной появился шеф.

Хмурый. И не один.

И если насупленный шеф был мне уже привычен, то его спутник…

— Анатоль?

С Анабэль и ее братом я познакомилась на своей первой школьной линейке. Худенькая и изящная Анабэль сразу поразила меня своей непривычной, аристократичной красотой. В ее брата, тогда еще пятнадцатилетнего, но уже очень привлекательного парня, я и вовсе влюбилась с первого взгляда, и эта детская влюбленность взрослела вместе со мной вплоть до выпускного.

Наша такая разная, но такая дружная троица у многих в районе была на слуху… Вот времена были. И что мы только ни вытворяли, причем заводилой нередко была красавица-тихоня Анабэль, хотя получала почему-то именно я. Просто никто не верил, что разбить окно школьной столовой баскетбольным мячом, поджечь самодельную взрывчатку в туалете и вывести из строя пожарную сигнализацию так, что она вопила безостановочно, мог белокурый ангел с голубыми глазами. А вот рыжая бестия — запросто.

Но, что примечательно, Анабэль никогда не перекладывала вину на меня, наоборот — защищала до последнего и глупые взрослые умилялись крохе, ставя мне в пример ее самоотверженность и самоотдачу.

И если с Анабэль мы шкодничали в школе, то с Анатолем — уже в городе. Аттракционы по выходным, кафе с мороженым, речная набережная — мы побывали везде и всюду оставили свои следы. "Здесь были мы" — горделиво гласили ажурные граффити трех цветов: зеленого, голубого и серебристого, выведенные детскими ручками. Сколько их всего осталось по городу — даже не сосчитать.

А как только нам обеим исполнилось четырнадцать, уже окончательно взрослый по нашим меркам Анатоль, приехавший на летние каникулы из какого-то супер престижного университета, отвел нас в первый в жизни кабак, где мы напились, как поросята. Он был очень умным и заботливым: зная о предрасположенности сестренки творить непотребное даже на ровном месте, он везде и всюду составлял нам компанию. Кабаки — запросто. Притоны — проще простого. Ночные клубы и подпольные бои — с радостью.

Правда, почти сразу оказывалось, что нам-малявкам там ни капельки не интересно, и мы почти сразу покидали очередное злачное место. Но с какой же гордостью можно было потом хвастаться одноклассникам. Да, были. Да, видели. И, о ужас, даже почти щупали.

Маме-аристократке, всю жизнь лечащейся на минеральных водах, и папе-директору главного городского завода, постоянно занятому бизнесом, было не до юных отпрысков и каждое лето вплоть до выпускного мы отрывались по полной.

А в знаменательный для каждого выпускника вечер я так и не сумела соблазнить уже не мальчика, а красавца-мужчину, о чем почти сразу узнала ба, утешая пьяную меня глубокой ночью и обещая, что это еще не конец, а лишь самое начало. Затем наши пути разошлись, и мы больше никогда не виделись. И если с Анабэль мы еще иногда переписывались, хотя с каждым годом все реже и скуднее, то об Анатоле я знала лишь то, что он с отличием закончил университет, а затем устроился в какую-то супер-мега-корпорацию межгалактического масштаба.

И вот теперь…

— Анатоль, — выдохнула я уже уверенно и с радостным воплем кинулась в распахнутые объятия.

Сколько мы не виделись? Да почти десять лет. Но словно миг прошел… Все такой же безумно обаятельный, белокурый и сероглазый. Разве что в плечах стал чуть пошире, да обнимает куда крепче, чем раньше.

— Шанни. Вот так встреча, — Как и давным-давно Анатоль подхватил меня за талию и немного покружил, рассматривая с неподдельным восхищением. — Это и правда ты. А я сначала не поверил, когда Мак-Иш упомянул твою фамилию. Подумал еще: вот так совпадение…

— Это и правда я, — Я все не могла взять себя в руки и смотрела на друга детства так, словно не могла насмотреться. — Каким ты стал красавчиком. Просто обалдеть. Ты вообще как здесь? Откуда?

— Кхм…

Не слишком деликатное и чего уж там — довольно громкое и угрожающее покашливание заставило вспомнить, что мы не одни, и с сожалением отстраниться от друга. Затем повернуть голову, оглядеть эпичную картину: рабочие с круглыми глазами и открытыми ртами да шеф в гневе, и смущенно отступить на шаг.

Действительно, что это я…

А все воспоминания детства. Обрушились таким шквалом, что еле опомнилась.

— Доктор О'Нелл, — голос шефа звучал настолько официально, что хоть сиропом обливайся, чтоб зубы не свело, — знакомьтесь: член проверяющей комиссии господин Анатоль Ан-Лин.

— Проверяющий? К нам на станцию? — Я недоверчиво уставилась на Анатоля, и он сдержанным кивком подтвердил прозвучавшую информацию. — О…

Слов не было. Ну вот просто совсем. Разве что…

— А эльфы где? — брякнула я растерянно.

— Предпочли отправиться на обед с мисс Джиллиан, — так же сухо информировал шеф и смерил Анатоля не самым приязненным взглядом.

Он стоял чуть позади друга моего детства и поэтому Анатоль ничего не заметил. Но не я.

Да и запах…

М-м-м. Кто-то ревнует? Вот так сюрприз. Правда еще не решила, приятный ли…

— А вы, значит, решили и дальше потрудиться не покладая рук? — Я шутливо пихнула Анатоля локтем в бок, на что заработала игривое подмигивание и задорный смех.

О, космос. Как же я млела от этого смеха еще недавно. Да и сейчас в груди что-то сладко сжалось, отчего враз захотелось сбросить лет так пять, а то и все десять, и как в далеком беспечном детстве, взявшись за руки, убежать в ночь и приключения.

Но мне не пятнадцать, ночь на станции — понятие довольно условное, да и медвежоночек сопит так, что уже немножечко нервно…

— Да не так чтобы потрудиться… — усмехнулся Анатоль, привычным до боли жестом подхватывая под локоток и предлагая пройти вглубь медблока. Причем в жилую его часть. — Мне тут кое-кто донес весьма интересную информацию, что кое-где очень вкусно кормят…

— Где?

— А вот где-то здесь… — Анатоль смешно повел носом, отчего озадачил еще сильнее, а затем, глядя на ничего не понимающую меня, расхохотался и взъерошил мои и без того лохматые кудри. — Шанни, отвисни. К тебе я шел, к тебе. На твои пироги и рагу.

— Ко мне он шел… — проворчала я, не забывая изредка косить на идущего по вторую руку и чуть позади шефа. Если Анатоль и дальше будет так нежно прижимать меня к себе, то из медблока выйдет кто-то один. И я даже пока не знаю, кто именно… — Так не знал же точно, что я — это я.

— Я искренне на это надеялся, крошка, — самоуверенно заявил Анатоль и мы вошли на кухню. Там оба гостя как-то незаметно заняли оба стула и один возбужденно, а второй угрюмо уставились на меня. — Ну-с. Корми меня, О'Нелл. Надеюсь, за все эти годы ты не разучилась готовить?

— А я смотрю, кое-кто за эти годы стал еще наглее? — Я вернула Анатолю ухмылку и шутливо замахнулась на него кухонным полотенцем. — А ну, руки мыть, проверяющий. Нечего мне тут заразу разносить. А то знаю я тебя: поди еще утром с десяток юных дев перещупал, а в обед уже по всем подворотням свой нос сунул.

Брови шефа, до сей секунды недовольно сдвинутые, медленно поползли наверх. Анатоль же лишь довольно приосанился и чинно кивнул.

— Да, я такой. И между прочим, именно этим и ценен. — После чего многозначительно подмигнул и плавно утек в сторону ванной комнаты.

— Я вот немножко не понял, — тихо произнес-рыкнул шеф, проникновенно глядя мне в глаза своим зверем. — Это что сейчас только что было?

— Это? — я нервно усмехнулась и поправила волосы, не представляя, как выгребать из этой непростой ситуации без потерь. — Это был Анатоль. А что? Сами его привели, вообще-то. Так что никаких претензий, шеф.

И чтобы только не смотреть на Эдриша начала немного суетливо накрывать на стол, заодно радуясь, что наготовила побольше. Словно чувствовала. Ох уж эти Ан-Лин. Еще в семь лет поняла, что рядом с ними, что ни день, то событие, а то и катастрофа. И вот нате. Нарисовался на мою голову. Ну и что мне теперь с ним делать?