ГЛАВА 2

— Мисс О'Нелл, где вас носит? — маленьким хомячком пропыхтел мистер Саллин, мазнув по мне угрюмым взглядом. И тут же все его внимание занял коммуникатор и высвечивающаяся на нем информация. — Мистер Мак-Иш ждет вас уже двадцать минут. И уж поверьте моему богатому опыту, заставлять его ждать — худшее из того, что можно сделать в первый рабочий день.

— Второй, между прочим, — недовольно поправила я кадровика и язвительно добавила: — А если бы кое-кто удосужился меня предупредить о том, что весь свой первый день я посвящу ручной уборке…

— Ну все, все, — тут же деловито засуетился мужчина, явно почуявший, что не на ту нарвался. — Мистер Мак-Иш вас ждет. Идите.

И я пошла. На ходу поправляя спутанные волосы, расправляя мятую юбку и невозмутимым кивком приветствуя пожилую секретаршу, проводившую меня до самой двери высокого начальства подозрительным взглядом.

— Разрешите войти?

— Да, конечно.

В кабинет я вошла бодро, уже практически заготовив гневную речь по поводу унылого состояния медблока, но стоило только найти взглядом хозяина кабинета, как слова застряли у меня в горле, колени дрогнули, рассудок помутился и все, что получилось, это выдавить хриплое и обескураженное:

— Ты?

Не меньше минуты мы в ступоре глядели друг на друга. Более нелепой и двусмысленной ситуации я даже представить себе не могла. Даже в самых диких кошмарах.

Но, может… Может, я ошибаюсь? Может, он тут просто мимо проходил? Может…

— Господин Мак-Иш, вам чай заваривать? А вам, доктор О'Нелл? Чай, кофе или просто воды?

Эти, казалось бы, простые вопросы от заглянувшей в кабинет секретарши активировали взрывной механизм: я отмерла и с приглушенным писком подалась назад, к спасительному выходу, подло закрывшемуся прямо перед моим носом, а пресловутый господин Мак-Иш, наоборот, вперед и глухо прорычал:

— Доктор О'Нелл? Ты?

— Я, — буквально выкрикнула очевидное, когда поняла, в какую передрягу попала по собственной неосмотрительности.

Дверь-злодейка не желала реагировать на мои попытки ее открыть и я, занятая насущной проблемой побега, упустила момент, когда Эдриш успел подкрасться и обличительно припечатать мне в затылок:

— Ты мне солгала.

Вздрогнула, с трудом сумев удержаться от испуганного прыжка к потолку, и вынужденно обернулась, сообразив, что для побега уже поздно, а вот для скандала — в самый раз.

— Как и ты мне.

И первая ткнула пальцем ему в грудь.

— Если бы я только знала.

— Если б я только догадывался, — рычаще перебил меня мистер Мак-Иш, без особого труда отводя мой палец от своей груди и практически опаляя гневным взглядом. — Саллин гарантировал мне, что взял на работу специалиста. И что я вижу? Развратную особу, в первый же рабочий день нарушающую букву трудового договора.

— Ах, это я развратная особа, — Почему-то куда больше меня возмутил именно этот факт, а не упоминание договора. С ним разберусь позже. А вот с попыткой оскорбить — прямо сейчас, — Что-то не припомню, чтобы тебя это угнетало при знакомстве. Да и ночью ты ничего не имел против, даже не попытавшись намекнуть, что не гость станции, а ее начальник. А сейчас, посмотрите на него. А что до моего профессионализма, так с себя начни. Начальничек хренов. Ты вообще хоть раз посещал медблок? Видел, какой там срач? — Я распалялась все больше и больше, уже не стесняясь ни в выражениях, ни в громкости. — Да там бактерий больше, чем в самом грязном толчке станции. Там последний раз убирались в момент постройки. А медикаменты? Мне чем пациентов лечить? Благим словом и голограммой подорожника?

Когда на пороге его кабинета возникла ночная гостья, воспоминания о которой до сих пор будоражили мысли и тело, сначала он не поверил своим глазам. Затем ушам. Обонянию. И снова глазам. Он был готов поверить во что угодно, даже в то, что семья всем составом прибыла за ним на станцию, но только не в это.

Но это была она.

Рыжая, растрепанная, со следами ночной страсти на шее, которые ничуть не скрывал джемпер со слишком глубоким вырезом для таких откровений, искренне напуганная и шокированная столь скорой встречей.

Запах. Ее моментально выдал запах.

Это слегка отрезвило и, как ни странно, успокоило. Ни лишь на секунду. А затем он вспомнил, почему согласился на это безумие, и гнев всколыхнулся с новой силой.

— Ты мне солгала.

Маленькая девочка Шанни, всю ночь без устали мурлыкающая в его руках, взвилась разъяренной кошкой и в два счета высказала ему ответные претензии. Она уже не боялась, она была готова рвать и метать.

И это отрезвило вновь.

— Да там бактерий больше, чем в самом грязном толчке станции. Там последний раз убирались в момент постройки. А медикаменты? Мне чем пациентов лечить? Благим словом и голограммой подорожника?

— Что ты хочешь этим сказать? — Эдриш вновь отвел ее опасно острый (спина все-е-е помнит) ноготок от своей груди и нахмурился. — Не кричи, у меня все в порядке со слухом.

— А вот с медблоком — нет, — рявкнула Шанни напоследок и действительно успокоилась. Немного дерганным жестом оправила юбку, отбросила со лба рыжую прядь, тут же вернувшуюся обратно, и недовольно сузила зеленые глаза цвета сочной молодой листвы. Этот редкий, удивительно чистый цвет поразил его еще вчера, вот и сейчас он не мог оторвать взгляда от ее глаз. — А давайте вместе до него сходим, господин большой начальник, и вы лично убедитесь, что я не лгу.

— Сходим, — хмуро согласился со мной мистер Мак-Иш, чем слегка охладил мой воинственный пыл.

Вообще-то я была уверена, что он придумает какую-нибудь отговорку и я, полыхая праведным гневом, с гордо задранным подбородком покину его негостеприимный кабинет, но вышло иначе.

— Идемте, мисс О'Нелл. Или правильней говорить — миссис?

От последнего вопроса, заданного нескрываемо ехидным тоном, из груди поднялась такая жгучая волна ненависти, что лишь чудо и остатки самообладания помогли мне не нахамить в ответ. А ночью его это мало волновало. Или большой начальник вернулся в свой кабинет и вспомнил, что он начальник? Козел он, а не медвежонок.

— Доктор О'Нелл, — отрезала я ледяным тоном, и первая развернулась к двери.

Как же она открывается, демоны ее задери? Что вообще за допотопная система?

— Нужно всего лишь повернуть ручку, — хмуро раздалось у меня над ухом. — Вот так.

— Каменный век, — не сдержала я ворчания и первая поторопилась на выход, благо на пути никто не стоял.

— Станция действительно нуждается в ремонте, а кое-где и в реконструкции, — неожиданно согласился со мной хайд, без особого труда выдерживая мой резвый темп.

Там, где я делала два шага, ему хватало одного. Отрастил ноги.

Я была зла. О, как же я была зла. На него, хладнокровно идущего рядом; на кадровика, успевшего скрыться в неизвестном направлении; на станцию, которая оказалась невероятно убога; и даже на себя, всю такую бесстыжую дуру.

— И почему вы до сих пор этим не занялись? — Язвительный вопрос против воли сорвался с губ, хотя всего секундой ранее я приняла решение вести себя гордо и молчаливо.

Но я и молчаливо — вещи несовместимые.

— Занимаюсь, — раздраженно отрезал хайд и я поймала на себе его косой взгляд. И так язвительно, что меня аж перекосило, закончил: — Вот, с вас начал, доктор О'Нелл.

Начал он. Ах, он начал… Ну, я ему.

В голове лихорадочно закрутились мысли о мщении, но их перебил хайд.

— Мистер Саллин заверил меня, что вы — высококлассный специалист, доктор О'Нелл. Это ведь так?

— Так, — процедила я сквозь зубы, чтобы не сказать лишнего.

Да, я действительно специалист. И, между прочим, действительно высококлассный. Проблема в том, что немного иного профиля, чем необходимо…

— Тогда все в ваших руках, — весомо кивнул хайд и мы подошли к медблоку, который оказался расположен совсем неподалеку от его кабинета. На том же уровне и всего в двухстах шагах с одним поворотом налево. — Как только освоитесь на рабочем месте, потрудитесь составить заявку на все необходимое. Уверен, с вашей квалификацией это не составит проблемы. Медикаменты, оборудование, подчиненные — я удовлетворю любое ваше требование.

Я вот тут не поняла: это сейчас было такое тонкое издевательство?

Но нет, кажется, он говорил всерьез. Эдриш убрал из тона ехидство, натянул на лицо невозмутимое выражение и вел себя так, словно мы познакомились лишь пару минут назад. Это нервировало и выбивало из колеи, но затем я вспомнила, что он хайд, и все встало на свои места: в груди похолодело, колени ослабли, а последние здравые мысли сбежали в неведомые дали.

Святые сиськи праматери. У меня начальник — хайд. Ну, мистер Саллин, ну удружил. Найду — зарежу ржавым скальпелем.

— Доктор О'Нелл? — Недовольный голос начальника станции, с которым я кувыркалась всю ночь, ненадолго вернул меня к жизни. — Может, вы все-таки откроете дверь?

— Конечно, — пробормотала я слегка заторможенно, экстренно восстанавливая в памяти пункты о досрочном расторжении контракта. Но, как назло, в памяти было девственно чисто.

Чип-карта нашлась в сумке раза с пятого. По панели я попала ею лишь с третьего. Но стоило нам только войти в приемную, как все внимание хайда тут же переключилось на обстановку. И слава праматери. Если бы он и дальше продолжил прожигать меня своими недовольными звериными глазами, я бы упала в обморок прямо в коридоре. И так уже начало мелко потряхивать от осознания той глубокой задницы, в которую я попала, а тут еще он… Рядом, только руку протяни.

Да ну нафиг.

— Да-а… — тем временем раздраженно протянул господин Мак-Иш, которого я больше не желала называть медвежонком даже в мыслях. — А все еще хуже, чем я думал. Доктор О'Нелл?

Хайд, успевший обойти приемную и сунуть нос в операционную, выглянул из смотровой и жестом поманил меня к себе.

Моя б воля, только пятки бы мои сверкали. Но нет… пришлось подойти и изобразить внимание, хотя больше всего в эту минуту я хотела спать. И есть. И кое-что еще.

В общем, нервы не железные.

— Слушаю вас, господин Мак-Иш.

Хайд едва уловимо поморщился, а может, мне просто показалось. Но его деловой тон нисколько не изменился.

— Вы уже проверили наличие необходимых по регламенту медикаментов?

— Для начала неплохо бы заглянуть в местный регламент, — хмуро хмыкнула я. — Не удивлюсь, если и он позапрошлого века.

— А все же?

Тон начальства стал суше, хотя, казалось, куда уж больше-то?

— С регламентом не сверялась. — Я тоже не постеснялась высказать свое недовольство и даже вздернула подбородок повыше. — Но в сейф с наркотическими и психотропными заглянула. Там пусто. Половина вакцин и лекарств просроченные, другая — хранится не в соответствии с предписанием. В хладокамере выставлен неверный температурный режим, так что всю плазму и физрастворы можно смело выкидывать. Перевязочные средства — времен первых колонизаторов, как и весь хирургический инструмент. Робот-уборщик воняет протекшим аккумулятором, а утилизатор не реагирует вообще. В смотровой и операционной необходимо провести плановое обследование и обслуживание оборудования, хотя такое старье я даже в музеях не видела. Сомневаюсь, что слой сантиметровой пыли пошел технике на пользу. Это из уже обнаруженного. Мне продолжать?

— Для начала достаточно, — помрачнел хайд, а затем почему-то нахмурился и смерил меня оценивающим взглядом. — Так…

Взгляд мне не понравился. Вот не понравился и все тут. Так смотрит хищник, решая, убить ли ему жертву, или сначала поглумиться.

Не дамся.

— Доктор О'Нелл, сколько часов назад вы спали? — вдруг поинтересовался мистер Мак-Иш, огибая меня и направляясь в сторону личных апартаментов. — Кровать-то здесь хоть имеется?

— Кровать? — немного заторможенно переспросила я, провожая его растерянным взглядом. — Зачем?

Но хайд уже скрылся за очередной дверью и пришлось торопиться за ним следом. Пускай это и не то место, где бы мне хотелось находиться, но увы, иных вариантов пока не было.

В спальню я вошла как раз вовремя: хайд выражался. Делал он это громко, с чувством и так умело, что я даже невольно заслушалась. Это где ж такому учат? Нет, понятно, что прошлогодняя еда и постельное белье мало сочетаются, но это он еще вчера здесь не был, когда я пыталась в принципе откопать кровать из-под куч мусора, попутно сортируя хлам на органику, стекло и пластик. Вот где был трэш и угар. И что примечательно, сей трэш был во всех помещениях без исключения.

— Это вы еще на кухню не заглядывали, — криво ухмыльнулась я, подспудно радуясь тому, что негодования звучат не в мой адрес. — На нее у меня вчера сил не хватило, так что можете оценить ее, так сказать, в первозданном виде.

Хайда натурально перекосило. Неужели чистоплюй? Ох, ну надо же.

Одно не пойму — почему тогда медблок в таком неприглядном виде?

— Спасибо, воздержусь. А вы… — Начальство снова уставилось на меня так, что по спине пробежали испуганные мурашки. — Вы идете со мной.

И, даже не думая вдаваться в подробности, двинул на выход.

Отправилась и я за ним, с трудом сдерживая сонные зевки. После всех этих потрясений, открытий и прочего вдруг так дико захотелось спать, что я была готова идти куда угодно, лишь бы все это поскорее закончилось. А затем вернусь обратно и лягу спать. Да хоть даже на полу, сейчас я даже на такое способна.

В общем, плелась я за начальством, полностью погруженная в свои вяло текущие мысли, и даже загадывать не хотела, что меня ждет и куда мы идем. И зря.

— Проходи.

Когда передо мной распахнулась смутно знакомая дверь, а за ней оказалась более чем знакомая гостиная, мои брови мигом заблудились в волосах.

А начальство уже деловито сновало за следующей дверью и чем-то гремело.

— Где кровать — знаешь. Захочешь есть — разогреешь. — Эдриш вышел из кухни с бутербродом, жуя его на ходу и умудряясь раздавать все новые распоряжения. — Душевая за левой дверью, полотенца в шкафу за темно-серой панелью. Как выспишься и приведешь себя в порядок, наберешь меня на коммуникаторе. Все поняла?

На меня глянули, как на особь с минимально допустимым для разумного существа Ай-Кью. Не была б такая уставшая — выцарапала бы ему его наглые глазенки. А так лишь кивнула и попыталась прояснить ситуацию.

— Да, но…

— Вот и хорошо, — оборвали меня на полуслове и двинули к двери. — А я пока поработаю.

— Но мне… Тоже надо, — договаривала я уже в закрытую дверь, невольно подмечая, как загорается красным панель электронного замка.

Запер. Он меня запер.

Это было настолько возмутительно, что я не меньше минуты простояла в ступоре, буравя дверь взглядом. А затем…

Отправилась изучать его жилище.

Компромат вряд ли найду, но хотя бы выясню, где очутилась и что делать дальше.

Вообще происходящее напоминало низко бюджетную мелодраму с примесью хоррора, но я запретила себе сожалеть и отчаиваться. Ну, подумаешь… С кем не бывает? Ну переспала с начальником. Ну умудрилась устроиться на работу в такую дыру, о которой многие даже не слышали. Ну не соответствует рабочее место даже минимальным санитарным нормативам.

Подумаешь.

Зато Луи даже в голову не придет искать меня здесь. Чем не выгода?

Главное, держаться подальше от начальства, и все будет хорошо.

Интересно, получится?

Эти и многие другие мысли роились в моей голове, пока я исследовала апартаменты Эдриша. Но то ли он привел меня не к себе, то ли сам здесь практически не жил, я не нашла ничего интересного: несколько свежих деловых костюмов и рубашек, два черных кителя с незнакомыми мне знаками отличия, средства гигиены, обозначенные полотенца и немного еды в холодильнике.

Все.

Ни документов, ни фотографий, ни безделушек, из которых можно было бы узнать о хайде чуть больше, чем имя.

Ничего не понимаю. Но ведь апартаменты пахнут им. Везде. То есть он тут точно появляется как минимум раз в сутки и периодически ночует.

Странное все это…

А трусики я так и не нашла, как испарились.

В отместку я хорошенько подчистила начальственный холодильник, воспользовалась душевой, вымывшись до скрипа и стараясь не думать о расходе воды, и только после этого рухнула в так и не заправленную с ночи постель.

Но, какой бы уставшей я ни была, сон не шел. Чужая территория, напрочь пропахшая зверем, беспокойные мысли о предстоящем, собственная сомнительная авантюра — все это не давало расслабиться и просто уснуть.

Прошел час, другой.

Я снова наведалась на кухню и приговорила к уничтожению последние запасы готовой еды, запила все это великолепие почти литром кофе, щедро разбавив его дорогим коньяком, найденным в верхнем шкафчике, не меньше часа провела в крохотной ванне, которую хайд с его габаритами вряд ли вообще использовал, и только после этого снова вернулась в спальню.

На сей раз усталость все-таки взяла свое и я забылась тревожным сном, периодически просыпаясь и сонно осматриваясь. Но начальство возвращаться не торопилось…

Утро, начавшееся с потрясения, продолжилось массовыми показательными казнями. Комиссар Мак-Иш пропесочил всех. Начиная с фельдшеров, которым высказал за безответственное отношение к рабочему месту, а заодно услышал, что кроме него практически все знают о реальном состоянии дел в медблоке и лечатся преимущественно на дому (преимущественно алкоголем) или у медиков чартерных рейсов, заканчивая техниками, обслуживающими медицинское оборудование, обнаруженными пьянствующими прямо на рабочем месте. После этого хайд окончательно озверел и затребовал к себе начальников всех секторов, перед которыми поставил задачу не только привести в порядок медблок уже к вечеру, но и отчитаться за состояние подведомственных территорий и сотрудников. Хозблок, пищеблок, инженерный центр, снабженцы, ремонтная бригада, склады, перерабатывающий комплекс, служба безопасности — комиссар прошелся по начальствующему составу всех без исключения подразделений, не жалея крепких слов для объяснения сложившейся ситуации.

И о, чудо.

Чем меньше сдерживал себя Мак-Иш, тем уважительнее посматривали на него сотрудники станции, лишь сейчас начиная признавать за ним право руководства. И что сразу так доходчиво не объяснить? Все бы все поняли. Нет, надо было ему в бумажках копаться, циферки проверять…

Стукнул по столу кулаком и сразу ясно, кто на станции хозяин.

— К пяти чтобы отчеты о состоянии помещений и оборудования лежали у меня на столе. Если к отчетам будут прилагаться предложения по улучшению и усовершенствованию, против не буду. Если же хоть один отчет не будет отражать реальное положение дел — премий лишу всех до конца года, — хмуро закончил внеплановое совещание комиссар и небрежным жестом распустил большинство присутствующих. — Мистер Саллин, мистер Бигс, задержитесь.

Один за другим озадаченные непривычным делом подчиненные покинули кабинет и под хмурым взглядом хайда остались лишь двое. Кадровик и безопасник. И если первый, как обычно, вел себя суетливо, нервно одергивая одежду и теребя кончик уха, то второй вальяжно раскинулся на кресле и невозмутимо ожидал распоряжений начальства. Знал уже господин Бигс о некой рыжеволосой особе, буквально вчера зачисленной в штат. И не просто знал, а уже навел кое-какие справки, результаты которых терпеливо дожидались своего часа на его коммуникаторе.

Ох и не завидует он Саллину…

— Итак, я слушаю вас, мистер Саллин, — мрачно изрек Мак-Иш, только сейчас добравшийся до изучения трудового договора Шанни, который эта полоумная умудрилась подписать еще вчера.

Кто вообще это составлял? Какой извращенец-крючкотвор?

— По поводу? — осторожно уточнил кадровик, суетливо поправляя воротничок.

— По поводу нашей новой сотрудницы, — глухо рыкнул хайд, дочитав ее трудовой контракт и обличающим жестом бросив планшет прямиком перед носом мистера Саллина. — Где вы ее нашли и что, черт возьми, это за договор? Вы понимаете, что, заставив доктора подписать этот бред, фактически организовали ей годовое рабство?

— Это стандартный бланк договора нашей станции, — попытался возмутиться кадровик, но быстро сдулся под разъяренным взглядом начальства. — Ну, может, немного подправленный…

— Немного?

Рев Эдриша услышала даже секретарша, что уж говорить о сидящих в кабинете мужчинах: мистер Бигс, орк не из пугливых, на всякий случай положил ладонь на табельный парализатор, с которым не расставался даже во сне, а мистер Саллин и вовсе сполз под стол. Слишком жутко было продолжать смотреть в лицо начальнику, чьи черты начали принимать звериный облик.

— Шеф, — смущенно кашлянул мистер Бигс, чего за ним обычно не водилось. — Вы бы это… Не надо так нервничать. Ну подписала и ладно. Как подписала, так и отпишется.

— Не отпишется, — вновь рыкнул комиссар, но уже тише, и гневно сверкнул янтарными глазами в сторону ретировавшегося под стол кадровика. — Копия договора уже ушла в головной офис корпорации. Теперь мы можем лишь уповать на удачу, чтобы мисс О'Нелл не пришло в голову задуматься о пункте 6-13 и проконсультироваться с грамотными юристами. Потому что, если она это сделает, то засудит нас с потрохами и будет тысячу раз права.

Выдав это на одном дыхании, Эдриш тем самым немного спустил пар и переключился на безопасника. До сих пор нареканий к работе мистера Бигса у комиссара не было, так что к нему хайд обратился более сдержанно, уже сообразив, что ближайшие несколько минут от кадровика толку не будет.

— Мистер Бигс, вам есть что рассказать о мисс О'Нелл?

— Есть, — медленно кивнул орк, уже не слишком желая делиться добытой информацией. Почему-то именно сейчас расстраивать начальство, до сих пор не вернувшего себе мирный облик, не хотелось. — Но, может, позже?

Комиссар медленно наклонил голову набок, втягивая в себя кисловатый запах страха присутствующих, и медленно приподнял бровь.

— То есть?

— Ну, как бы… — Растянутые губы мистера Бигса мало походили на улыбку, но это была именно она. — Информация не самая приятная. Особенно в свете грядущего прибытия комиссии, — начал немного издалека мистер Бигс, в любой момент готовый применить оружие по назначению. Работать с хайдами ранее ему не доводилось, но вот слышать о них — он слышал. И не самое приятное для него, как для подчиненного.

— Конкретнее? — Колючим взглядом комиссара можно было протыкать горные породы насквозь.

— Из хорошего: она действительно врач. Дипломированный специалист. Двадцать семь лет, три года безупречной практики в лечебнице для отставных военных. Ни одного нарекания, более сотни благодарностей от пациентов, регулярное премирование по итогам квартала и года. — Мистер Бигс шумно выдохнул и бросил косой взгляд на кадровика, рискнувшего выглянуть из-под стола. — Из плохого: она всего лишь мануальный терапевт и место работы покинула в спешке, в тот же день вылетев с Земли на Приану. Одна из остановок пришлась как раз на Галлу-13, там ее и завербовал наш мистер Саллин, элементарно найдя врача в списке пассажиров. Причины спешного отбытия с Земли еще выясняем.

— То есть… Она… — Комиссар снова нашел потяжелевшим взглядом мистера Саллина и тот, по-бабьи глухо пискнув, вновь нырнул под стол. — Не имеет права занимать должность единственного врача станции?

— Как бы… Нет, — неохотно подтвердил главный вывод беседы мистер Бигс, но тут же, сообразив, что взрыв практически неминуем, торопливо зачастил: — Мануальщики изначально обучаются на терапевтов, то есть поставить диагноз и вакцинировать население — на это знаний у доктора О'Нелл достаточно. Вывих опять же вправить, перелом зафиксировать, шахтерскую астму там какую вылечить…

— Но вы не упомянули о хирургическом вмешательстве, мистер Бигс, — мрачно подытожил комиссар вялую речь безопасника. — Уж насколько я сам далек от медицины, но даже мне все предельно ясно: на посту главного врача станции, ответственного за жизнь и здоровье почти шести тысяч существ, юная барышня-массажистка. Великолепно, мистер Саллин, просто великолепно, — Тон комиссара буквально сочился сарказмом и не обещал ничего хорошего кадровику. — И если поступок мисс О'Нелл еще хоть как-то можно оправдать юным возрастом и неопытностью, а может даже и вынужденным шагом, ведь мы до сих пор не знаем причин, почему она столь спешно покинула Землю, то ваш… Чем вы думали, мистер Саллин? — вновь прогрохотал голос хайда далеко за пределами всего лишь кабинета.