13
Жасмин
Проснулась я от громкого шума — что-то с грохотом упало…
Резко села, прислушиваясь к звукам… Но ничего из того, что потревожило мой сон, не повторилось: какие-то подозрительные шорохи (или тихие шаги) есть — доносятся с веранды, а судя по тому, как по полу дует сквозняк, можно сделать однозначный вывод — входная дверь открыта настежь.
— Богдан… — позвала его. — Ты где?
Если это он вышел во двор, подышать свежим воздухом, например, то нет повода для волнений, а вот если мужу каким-то образом удалось выяснить моё местонахождение, то… Тогда представить последствия несложно — прибьёт сразу, расправится и разбираться не станет, кто и в чём виноват…
Закралась ещё одна неприятная тревожная мысль: вдруг Богдан захотел, молча, уехать? Собрался сбежать, пока я спала… После подробного рассказа обо всём случившемся в моей жизни, не удивилась бы такому исходу, ведь чужие проблемы никому не нужны — и он не обязан их решать, связываясь со мной, женщиной с кучей трудностей… Может, поспешил со стремлением помочь, желая взвалить на свои плечи ответственность за наше общее будущее? Я же всё понимаю… и не навязываюсь… кроме себя самой, предложить ему и дать нечего…
«Хотя… Нет, не поступит так, не бросит» — насколько успела узнать Богдана, он не из тех людей, кто уйдёт, не попрощавшись, без элементарных объяснений, пусть даже крайне болезненных для меня. Опять же, пообещал не оставлять, заботиться… Да и всё, о чём я говорила, его не смутило, не отпугнуло и не оттолкнуло. Наоборот, пытаясь успокоить, сказал: «всё будет хорошо, теперь я буду рядом».
Значит, нет причин сомневаться! Если уж доверилась, надо идти до конца, только вперёд, не оборачиваясь назад в прошлое, а главное — не ждать подвоха или очередного удара судьбы, иначе никогда не обрету желанное счастье.
Надев халатик, я пошла — посмотреть, что же там происходит… Возможно, зря накручиваю себя мрачными мыслями и придумала то, чего нет, поддаваясь беспочвенной панике, основанной исключительно на моём страхе — застать здесь Марата.
И приблизившись к выходу из дома, испытала животный сковывающий ужас, а по спине пробежал холодок…
«О, боже…» — мой мужчина лежит без сознания, прямо на пороге…
Оцепенение, охватившее меня на секунды, сразу исчезло. Я бросилась к нему. Рухнула на колени и принялась быстро ощупывать. Проверила пульс и дыхание — есть. Крови не заметила, но, разглядывая внимательно, наткнулась на довольно большую припухлость в области затылка — результат падения с высоты собственного роста.
Что случилось? Внезапно плохо стало?
— Богдан! — обняв его лицо ладонями, похлопала по щекам, надеясь, что очнётся — никак не реагирует…
Тут скрипнула дверь, и прозвучал знакомый голос:
— Асс-ся… — заикаясь, произнёс.
Подняв голову кверху, увидела Гришу. Нависает гигантской глыбой, дышит тяжело и пыхтит, как разъярённый хищник. В руках держит топор…
Это мой сосед, огромный детина, двадцати пяти лет, умственно отсталый. Он со своим дедом живёт неподалеку. Когда возвращаюсь в город, всегда оставляю им ключи — приглядеть за домом, а приезжая, соответственно — забираю.
— Зачем ты это сделал?!! — я закричала.
Впрочем, добиваться от него внятных ответов бесполезно, толком разговаривать не умеет: либо рваными фразами изъясняется, либо по слогам — от эмоционального состояния зависит. Если волнуется — вообще ничего вымолвить не может.
Сейчас же выглядит решительным и уверенным.
— Ты-ы, — показал на меня пальцем, — боль-ше… он… нет… — пнул Богдана по ноге со всей силы.
— Не трогай! — закрыла собой своего мужчину, защищая и не позволяя нанести ему новый удар.
А именно это собирался сделать Гриша: лихо замахнулся топором, но тут же откинул тот в сторону.
Я испуганно вздрогнула. С места не сдвинулась — наверное, моё поведение повлияло на парня, причинить мне вред точно не хотел — по глазам вижу, и как будто даже сожалеет о своём поступке.
Смотрю на него, задаваясь вопросами: для чего пришёл — убивать?
Он сжал руки в кулаки до хруста костяшек пальцев и прошипел сквозь зубы, с нескрываемой злостью:
— Сво-бо-да…
Вот и догадайся, что имеет в виду? Но выяснять это не хочу и не буду. Нужно срочно помочь Богдану! — вот, кто по-настоящему волнует.
«Кажется, в аптечке был нашатырь» — единственное, о чём успела подумать.
Встала на ноги…
И в этот момент Гриша резко схватил меня, ловко скрутил и, закинув на своё плечо, как мешок картошки, понёс прочь — глубокой ночью… А судя по направлению, в лес идёт.
— Пусти! — колочу соседа по спине. Дёргаюсь в тугом хвате, пытаюсь вырваться, хотя едва ли это получится — не справиться с ним. Он только на голову нездоров, зато физически очень развит.
— Не о-би-жу… — прошептал, теснее обнимая за бёдра.
Меня, наконец, осенило: Гриша считает, что Богдан — мой муж, ну и решил спасти от него — других объяснений не нахожу. Я немного рассказывала о себе его деду при знакомстве, делилась — по каким причинам купила здесь домик и буду периодически наведываться. И, видимо, наш разговор был услышан, да и когда приезжаю с синяками на лице — выводы напрашиваются сами собой.
«Не совсем дурачок, что-то всё-таки понимает…».
— Пусти! — повторила просьбу.
Тщетно. Упёрся и продолжает уносить в гущу деревьев. А дальше что?
— Ах ты, паршивец! — вот и дед объявился.
Вовремя.
— Сан Саныч, помогите! — кричу ему в ответ.
Парень по команде застыл на месте, словно статуя.
С внуком старик не церемонится, воспитывает жёстко. Приблизившись, как начал бить того тростью.
Это подействовало. Гриша поставил меня на ноги. Сел на землю и жалобно завыл, подобно раненному зверю. Напоминает маленького ребёнка, кем, по сути, и является, несмотря на свой возраст.
— Сучёныш… — дед всё ещё долбит его. — Я же тебя предупреждал: отстань от девки! Хватит по ночам возле её окон ошиваться, преследовать! Забудь о ней! Она не твоя!
«Выходит, сейчас я избежала…» — чего? Мог ли он изнасиловать? Казался таким безобидным…
Уточнять ничего не стала. Побежала обратно к Богдану: от безумной тревоги за него, звенящей в ушах навязчивым гулом, разрывает на части…