7

Жасмин

Увидеть Богдана здесь, в моём укромном месте, никак не ожидала… Испугаться — не испугалась, но когда обернулась, очень удивилась. Оказывается, он настойчивее, чем я предполагала, и то, что у меня есть сложности в отношениях с мужем и это может плавно перетечь к нему — его не пугает, иначе не приехал бы. Или пока до конца не осознаёт, в какую историю впутывается? Ведь мужчины чаще всего не связываются с женщинами, у которых не всё хорошо да гладко, не желая быть способом решения чужих проблем, тем более — обзавестись новыми. Конечно, ему известно немного о моей жизни, хотя факт замужества — не отталкивает. И продолжает идти напролом.

«Неужели, Карина права, говоря об искренней симпатии Богдана — причём, интересе, основанном не на примитивной похоти, не на том, чтобы затащить в постель разок-другой…» — я настолько отвыкла от внимания сильного пола… Трудно поверить, что могу нравиться кому-то, а за меня будут бороться.

Марат тоже постарался, внёс свой «значимый вклад» в мою самооценку, постоянно повторяя одну и ту фразу: «ты — никто, никому не нужна, а если кто-то осмелится посмотреть в твою сторону дольше, чем включают нормы приличий — придушу обоих и разбираться не стану, было у вас что-нибудь или нет».

— Гостей принимаешь? — Богдан улыбнулся уголком губ. В руках держит букет роз.

Даже не вспомню, когда в последний раз получала цветы просто так, без особого повода, а потому что за мной ухаживают, хотят добиться моего расположения.

«Приехал всё-таки…» — облегчённо выдохнула.

Были опасения… Думала муж, внезапно нагрянет и устроит показательный «разнос» с излюбленными методами «воспитания», если каким-то образом выяснил бы, где я. Но Карина вовремя заметила за собой слежку, сообщила об этом мне, и главное — не выдала моё местонахождение. С Хасановым у неё разговор короткий, она не боится высказать ему в лицо все свои мысли, не стесняясь в крепких выражениях, а он, получив отпор, ничего не может сделать — её-то бить не станет. Марат, вообще, учтивый со всеми, лишь я удостоилась нечеловеческого отношения и жизни в аду, быть сильным на фоне слабой женщины — «о-очень мужской» поступок. Ненавижу…

А Богдану, выходит, Карина сразу открылась… У моей подруги «глаз намётан» на людей. Не раз предупреждала насчёт Хасанова, ещё до того, как мы поженились, всячески старалась оградить от него, хотя тогда я ничего не замечала, любила его… Вот именно — любила, теперь это осталось в прошлом.

Несложно догадаться, какие ещё цели преследует она, по каким причинам рассказала, куда я уехала, по сути, постороннему человеку. И дело не в моих планах и стремлении спасти фонд… Счастья желает. Всеми силами подталкивает меня к решительным действиям, чтобы откинула все сомнения прочь, с головой окунулась в новые ощущения, испытала давно забытые чувства и эмоции.

Доверяю её чутью.

«Одно вызывает подозрения и кажется странным: раньше Марат настолько рьяно не искал меня, давая возможность побыть в тишине и одиночестве, отдохнуть от него. Чаще всего ждал, когда вернусь. После чего на время превращался в заботливого мужчину, просил прошения, заваливая подарками — всё это больше похоже на издевательство, никакие цацки не загладят вину…» — но сейчас что-то не так, происходит по другому сценарию… Что изменилось? Почему пытается срочно найти? — с этим буду разбираться позже.

— Ты здесь… — не отрицаю: рада видеть Богдана.

— Я, — он стал медленно приближаться, с грацией хищника — этим напомнил мужа.

И невольно сделала пару шагов назад, как это обычно бывает в подобных ситуациях — любит Марат загонять в угол, отрезая пути к отступлению, давить своей энергетикой и ощущать абсолютную власть надо мной — от чего мечтаю избавиться много лет. Забыть о нём, как о страшном сне, вычеркнув из жизни навсегда.

«Нет, сравнивать их в корне неправильно!» — и больше не хочу чувствовать себя жертвой или добычей! Поэтому сама подалась навстречу, испытывая в этот момент острую потребность — оказаться в объятиях Богдана. А если он — мой шанс, то готова попробовать (не в том я возрасте, чтоб сомневаться и чего-то ждать).

— Привет, хорошо, что приехал, — прижалась к нему, уткнувшись в грудь. Вдохнула насыщенный, терпкий, мужской аромат, оттенённый древесным парфюмом с лёгкими, свежими нотками «цитрусовых».

«Как вкусно пахнет…» — прикрыла глаза, наслаждаясь простой близостью.

— Привет… Значит, не прогонишь, — крепко стиснул меня одной рукой, второй — по-прежнему держит букет. — Как ты тут? — аккуратно спросил. Потом приподнял моё лицо за подбородок, изучая внимательно. — Что с тобой сделал этот изверг… — нежно обрисовал пальцами расплывшийся на скуле синяк (отечность спала, а вот след ещё остался). — Карина рассказала обо всём…

— Уже поняла, — «и благодарна ей за помощь, сама бы я долго могла бегать от себя, метаться и бояться кардинальных перемен — всего бояться!». — Я в порядке, правда, — «теперь в порядке» — так будет точнее. Рядом с ним не страшно и, на удивление, напряжения и неловкости нет, как будто мы давно знакомы.

— Не знаю, как относишься к цветам, и какие нравятся, но… Вот, это тебе, — наконец, вручил.

— Спасибо, очень красивые розы, — забрала букет. — Сейчас только в воду поставлю, — подойдя к буфету, потянулась за вазой, которая стоит на самом верху.

— Жасмин, — Богдан тихо рассмеялся, — со своим кукольным ростом, ты не достанешь, — приблизился ко мне сзади и, положив руку на мою талию, взял вазу. — Держи, — ощутимый жар его тела и тёплое ласковое дыхание действуют возбуждающе.

Со мной творится что-то невероятное… Такой мощный поток эмоций обрушился: трепетное волнение, томительное ожидание, предвкушение чего-то нового, обещающего истинное блаженство. Я словно вернулась в прошлое на мгновение — снова стала восемнадцатилетней девчонкой и впервые встречаюсь с парнем наедине.

Стоило позволить себе отвлечься от тягостных мыслей о муже и своих принципов — не заботиться о верности, ставшей давно ненужным понятием в нашем браке, не думать о последствиях, не сейчас уж точно, я приняла важное решение.

Обернулась на Богдана через плечо.

Терзаем друг друга взглядами…

У него на лице всё написано — хочет меня… а я не против…