ГЛАВА 13

Валлия

«Не обольщайтесь, если вам улыбнулась фортуна,

возможно она просто оскалилась.»

Неизвестный автор

После ухода Максима, я бесцельно послонялась по домику. Поставила чайник и проходя мимо зеркала, оторопело затормозила. Вид честно сказать у меня был ужасный. Высохшие волосы, я не расчесав, затянула в хвост первой попавшейся тогда под рукой резинкой. По закону подлости попалась мне в пух и прах растянутая, старая и с торчащими во все стороны пушистыми ниточками, которую давно надо было выбросить, но она каким-то образом избежала этой участи. Пока собирала вещи и наводила порядок, волосы в хвосте растрепались, а сам он съехал на бок. И в довершении всего одета я была в майку, длиной по колено, в которой очень удобно и не жарко спать летом, с картинкой на груди — дебильно улыбающийся заяц. Со стоном плюхнулась на стоящий рядом стул, но тут засвистел закипающий чайник и пришлось плестись на кухню. Выключив чайник, поняла, что в доме находиться совершенно не хочется. Идти в центр? Не хочу. В лес, тоже не хочется. В теплицу идти — так я сказала, что уеду. Одела платье, что собиралась одеть в дорогу, забрала пакет с пирожными и направилась в заготовительную. За монотонной работой думается легче.

Мыли в течении дня часто возвращались к поцелую. И от этих воспоминаний пробирала сладкая дрожь. То, что я влюбилась, отрицать было глупо, но понимание этого, к сожалению, только прибавляло грустных мыслей. Только такая неудачница как я, могла влюбиться в альфу стаи. Ну почему именно он? Вот допустим Михаил, прекрасный молодой мужчина, чуть за тридцать, которому мы с Мартой оперировали руку. Вернее Марта оперировала, а я и ещё одна из лекарей — Наталья, ей помогали. Михаил оказалось работает в строительной бригаде стаи и не только. Много заказов у них от людей, вот на строительстве одного из домов, неудачно упал, а регенерация прошла неудачно и пришлось руку заново ломать. В период восстановления он пытался за мною ухаживать, постоянно делал комплименты, от которых я смущалась и терялась. И пару раз приглашал на прогулки, но я отказывалась. Хороший мужчина, но сердце равнодушно молчало и никак не реагировало ни на мимолётные прикосновения, ни на комплименты. Играть и притворяться я не стала, прямо сказала Мише, что хочу остаться если не друзьями, то хотя бы добрыми знакомыми и он настаивать не стал. Или Гриша, водитель альфы, который встретил меня когда-то на вокзале и привёз сюда. Парень весьма удивился, насколько я изменилась, случайно увидев меня в середине лета. Тогда меня Марта просто загоняла практикой в лазарете и на предложение сходить в кино ответила отказом. При повторной встрече, Гриша у меня уже так просто отказ не принял и повёл на обед в кафе. С ним весело — балагур и совершенно не стесняясь, всячески отвешивал мне реверансы. Но, то ли он слишком уж переборщил в шутках, то ли что-то другое, но у меня после встречи осталось послевкусие фальши, игры.

А Максим, слишком уж он далёкий для меня. И даже если бы он обратил на меня своё внимание, то согласилась ли я стать его очередной постельной дамой? Определённо нет, эта сторона жизни не для меня. Подумав о сексе, я передёрнула плечами, брр. Видимо я настолько не правильная как женщина, так и волчица.

Время до вечера я провела в заготовительной, на обед попила чай с пирожными. За весь день никто ни разу не позвонил, ни поинтересовался моей персоной и стало как-то грустно. В сгустившихся сумерках вернулась в домик, с тоскою посмотрела на так и не разобранные чемодан и сумку, сиротливо стоявшие всё так же у двери. Дала себе зарок встать пораньше и разобрать вещи. Что-либо делать сейчас совершенно не хотелось. Хорошо хоть в холодильнике есть чем перекусить. Включила телевизор, пощёлкала пультом, выключила и легла в постель. Вспомнилось время, когда в Петрозаводске я так же после работы лежала на продавленном диванчике в пустой квартире. Отметила для себя, что отличие всё же есть: там с улицы доносились пьяные вопли проходящих мимо людей, не стихающий шум и сигналы от машин, здесь же тишина нарушаемая редкими криками ночных птиц и ещё реже где-то на грани слышимости волчий вой.

— Лия, Лиюшка давай девочка просыпайся, — кто-то тряс меня за плечо. Я сонно приподнялась с подушки.

— Марта? Привет.

— И тебе доброго утра. Давай вставай, у нас дел невпроворот.

— Ммм, а что случилось? — Я села на кровати. — И сколько время?

— Время половина шестого. Ну и чего сидишь, давай быстро умываться.

— Марта что…

— Потом, — она замахала руками — давай, беги умываться. Я чайник поставлю, позавтракаем и всё объясню. Нет, ну погляди на неё! Вставай!

Я вскочила с кровати и кинулась в ванную, уж если Марта ни свет ни заря будит, значит действительно нужно поторапливаться. Через пять минут я выскочила из ванной и уже подойдя к шкафу, вспомнила, что вещи так и не разобрала. Придётся на глазах Марты лезть в чемодан, а на её вопросы отвечать сейчас не хотела. Выбора не было и я уже направилась в зал, как услышала:

— Лия, а что это за вещи здесь стоят? Чемодан, сумка.

Я не выходя из спальни остановилась на пороге.

— Ну, это мои, — ответила неуверенно, готовясь спрятаться от праведного гнева Марты, но неожиданно услышала:

— Максим предупредил? Это хорошо. Молодец, что заранее собралась. Но, давай попьём чай и потом всё-таки вместе пересмотрим что ты собрала.

Я кивнула, подошла к чемодану, раскрыв его вытащила одно из платьев и побежала переодеваться.

Уже через пять минут мы сидели за столом. Я же разумно рассудив, что объяснятся лучше на полный желудок, все выяснения о чём я должна была якобы знать, оставила на потом.

— Максим тебе объяснил как себя вести и что говорить?

Я отрицательно помотала головой, предупредительно откусив от бутерброда и потянулась за кружкой с чаем. Марта усмехнулась:

— Ну ешь, ешь. Я пока позвоню Оксане и Марине, чтоб без десяти восемь сюда подошли. И за домами нашими приглядят и кстати холодильник у тебя полон еды, надо убрать. Да и задания им не лишне напомнить, — всё это она уже проговорила выходя из кухни.

Я дожевала бутерброд и задумчиво допила чай. Как бы мне ни хотелось сейчас объясняться с Мартой, но необходимо узнать, о чём меня должен был предупредить Максим и почему я должна была подготовить вещи. А поэтому часть из произошедшего придётся рассказать. Со вздохом я направилась к Марте. Она увидев меня, не теряя времени велела выкладывать на диван уже сложенные вещи. Я вытаскивая и раскладывая вещи стопками спросила:

— А о чём меня должен был предупредить Максим? И куда я должна была собраться?

Марта сосредоточенно наблюдала за моими действиями:

— А он разве не приходил, не разговаривал с тобою?

— Ну, — я замялась, — он приходил, но разговаривали мы о другом.

Марта пристально на меня посмотрела.

— Он тебе сказал что нам необходимо уехать?

Я покачала головой.

— Лиюшка, а сели он не сказал, то почему вещи собраны?

Глаз я не поднимала, перекладывая вещи из стопки в стопку

— Так получилось. Марта ты ж сказала что нам поторопиться надо. Давай потом расскажу?

— Так, подожди. Максим приходил?

Я кивнула.

— Об отъезде говорил?

Я отрицательно покачала головой, а Марта всплеснула руками:

— Да что тут у вас происходит? Ты вещи собрала, Максим ничего не объяснил! Тебе повезло что у нас действительно нет времени сейчас! — Она осмотрела разложенные на диване вещи. — Это все или ещё есть?

Я метнулась к шкафу и принесла те вещи, которые у меня не поместились. Марта по одной ей ведомой системе сложила одежду обратно в чемодан, сумку и пару пакетов, часть (в основном летние вещи) велела убрать обратно в шкаф, затем усадила меня на диван.

— Слушай меня внимательно. Те оборотни, что искали тебя, давно крутятся на границе стаи. — Пока они не рискуют переходить границу, но как ты сама понимаешь — нельзя поручиться за порядочность каждого оборотня нашей стаи. Поэтому..

— Подожди. Ты хочешь сказать, что меня отсюда могут вывезти силой?

— Я не знаю. В окружающих соседях я уверена, со стороны леса они подобраться не смогут, но ты же не можешь сидеть на этом клочке земли бесконечно.

— Марта а как же мы в Красноярск ездили? Ведь мы с Алиной оставались одни и потом мы сколько ходили по магазинам!

— Не одни, — она отрицательно качнула головой, — кафе, где вы сидели с Алиной, принадлежит оборотню нашей стаи, на площади, на улице было полно людей и там вы были со мною. Ты была с Алиной, а она всё-таки сестра альфы. Ну и за тобою незаметно приглядывали.

— Приглядывали? Кто?

— Кто не знаю. А ты что думала, тебя отпустят гулять без прикрытия? Ладно, не о том сейчас. В половине девятого за нами приедет машина отвезти в Красноярск. Для всех окружающих ты едешь путешествовать в Европу, сначала в Польшу, ну а там если спросят, говори пока не знаешь, по настроению. И весело, радостно улыбайся. Максим паспорт твой забрал?

Я ошарашено кивнула.

— А..

— Потом Лия, вопросы потом. Так, что я ещё забыла? А, если кто спросит откуда средства на поездку, скажи наследство бабушки, ну и пошути вроде когда ещё деньги тратить как не в молодости или что путешествуя надеешься встретить если не свою пару, так достойного мужчину. Что-либо в этом роде.

На улице послышались голоса, по торопливым репликам и смеху узнала Оксану и Марину. Марта встрепенулась, торопливо поднялась и помчалась из комнаты, но на пороге обернулась.

— И ради Создательницы Лия, пока мы не останемся одни, никаких вопросов, если не знаешь что ответить, лучше молчи, я сама отвечу и улыбайся! Ты же путешествовать едешь!

Я ошеломлённая новостями никак не могла прийти в себя. С улицы слышно было как Марта отдаёт указания своим помощницам. Я мысленно дав себе пинка встала. Подтащила вещи к дверям, умылась, заплела косу и обернувшись к зеркалу постаралась придать лицу счастливое выражение, получилось плохо. Улыбнувшись пошире вышла на улицу. Стоило мне появиться Марина и Оксана засыпали вопросами, спасла Марта отвечая за меня. Мне оставалось стоять и глупо улыбаться. Буквально через пять минут подъехала машина и из неё вышли Гриша, неизменный водитель альфы, незнакомый мужчина и хмурый Алексей. Со всеми поздоровавшись Лёша кинул на меня хмурый взгляд и бросил:

— Пойдём, проверю документы твои. Вы женщины вечно норовите что-нибудь забыть, — и ухватив меня за локоть потащил в дом. Но, стоило нам войти, он прикрыв плотно дверь приобняв меня тихо заговорил:

— Тебе Максим и Марта всё объяснили? — Я кивнула, не время сейчас говорить, что Максим то как раз и ничего не объяснял. — Со мною веди себя немного отстранённо. Помни, о том что ты моя сестра — никто не знает! При остальных веди себя будто мы с тобою не враги, но и не особо дружим. Хорошо? — Я молча кивнула. Ситуация мне нравилась всё меньше и меньше. — Всё иди, — он подтолкнул меня к выходу, — вещи я вынесу.

Хоровод сумасшедших событий дня продолжался. Всю дорогу я не изменяя себе глупо улыбалась, предпочитая отмалчиваться и предоставив Марте вести беседу и отвечать за меня. Доехали до Красноярска быстро, но вопреки моим ожиданиям, ни на вокзал, ни в аэропорт не поехали, а поплутав по улицам остановились у небольшого домика в частном секторе. Выгрузив из машины наши вещи, мужчины отстранённо распрощавшись с нами (только Гриша весело подмигнул) уехали. Но одни мы оставались не долго. Только я уже собралась расспросить Марту о происходящем, со двора послышался весёлый гомон и из распахнувшейся калитки вышли среднего возраста женщины и немолодой мужчина.

— Марта! Валерия! Как же мы рады вас видеть! — Женщины по очереди нас обняли и расцеловали и не дав опомниться повели в дом. — Как хорошо что уезжаешь только вечером! — Голосила одна. — Конечно! А то совсем забыли о нас. Рядом живём и не видимся! — Вторила ей вторая, не забывая крепко держа меня за локоть тащить по дорожке в дом. Я обернулась: мужчина покорно тащил за нами мои вещи. Действия в театре абсурда набирали обороты. В доме, мы опять ломая все мои помышления о расспросах, задерживаться не стали, а через заднюю дверь вышли во двор за домом, пересекли его и через мало заметную калитку перешли во двор соседей этих замечательных и громких женщин. Они кстати расцеловав меня и Марту на прощание, тихим голосом пожелав удачи, остались у себя и что-то весело и громко стали обсуждать. Мужчина с моими вещами теперь шёл впереди нас, всё так же молча мы пересекли дворы ещё каких-то домов и выйдя на улицу по ощущениям чуть ли не в другом районе, подошли к старенькой «Волге». Мои вещи были уложены в багажник, сами мы усажены в автомобиль и всё также молча помчались по частному сектору Красноярска. Примерно через полчаса выехали из мегаполиса. Я открыв было рот, увидела предостерегающий жест Марты, закрыла и откинувшись на спинку сиденья уставилась в окно. Часа два продлилась наша поездка. Автомобиль, завернув в небольшое селение, проехался по пыльным не заасфальтированным улицам, мимо каких-то ветхих домиков. Притормозив у одного, водитель всё также молча вышел, выгрузил мои вещи и кивнув Марте на прощание уехал.

— Ну вот и приехали, — Марта потянулась, разминая мышцы. — Здесь мы поживём несколько дней.

И опять не успела я открыть рот и задать хотя бы один из десятков вопросов крутившихся на языке, как из дома вышла старушка в голубеньком платочке поверх седых волос.

— Вот и гости мои дорогие пожаловали, — радостно улыбнулась она направляясь к нам и я опять вынужденно замолчала, опять растягивая губы в улыбке. — Мартушка, как же я рада что ты всё таки решила у меня погостить, — женщины обнялись, — А это та о которой ты говорила?

— Да Варвара, это моя помощница Валерия. Можно просто Лера.

Старушка с улыбкой оглядела меня и со словами: «Хороша дивчина», обняла меня. От неё пахло травами и сладкой сдобой и вся она была какая-то мягкая, добрая, светлая.

— Ну меня значит Варварой кликать будешь. Ой, а что это мы на улице? — Всполошилась она. — Давайте берите вещи свои и в дом. Я ж к вашему приезду сладких пирогов напекла. Ты хоть Мартушка и не обещала заехать, так я в надежде пекла и вона не прогадала.

Последующие события сложились так, что поговорить с Мартой мне так и не удалось. После дороги бабушка Варвара, Марту, ну и меня заодно, как дорогого гостя не могла не усадить за стол. Пока нас почивали разносолами, да пирогами у соседей согрелась банька, куда нас отвели. А позже распаренных опять усадили за стол чаёвничать. В какой-то момент, я утомлённая событиями начала «клевать» носом и меня отправили спать. Так как домик был махонький: две комнаты и кухня, а стол нам накрывался в большой комнате, то в малой комнате на диване постель уже была подготовлена для Марты, ну а мне досталась раскладушка. Уже уплывая в сон слышала не спешный разговор женщин:

— Ну а Митрофей что? Ведь складывалось у вас так хорошо и мужик надёжный и на тебя смотрит как на свет в окошке!

Тяжкий вздох Марты:

— Хороший, кто бы спорил. Но не могу я долго с ним быть. А так наездами он не хочет жить, вот и маемся и вместе никак и порознь тоска.

Веки мои окончательно сомкнулись и я погрузилась в сон.

Утром проснулась я уже одна. Постель на диване была сложена. Потянувшись, пошла искать обитателей. Бабушка Варвара обнаружилась на кухне, с улыбкой пожелав доброго утра, показала где можно умыться, туалет ожидаемо на улице и после всех посетимых мною помещений, усадила завтракать, заодно сообщив, что Марта ушла в соседнее село поправлять здоровье местных жителей. Помянув её активность не добрым словом (опять придётся ждать ответов на свои вопросы), я вызвалась помочь по хозяйству.

Марта вернулась уже после обеда и была усажена за стол вкушать домашнюю лапшу на утином бульоне. К слову сказать, я же эту утку и ощипывала и разделывала и под строгим руководством Варвары готовила лапшу. А ещё полола в огороде, поливала, окультуривала росшую там же землянику — и сейчас уставшая сидела напротив Марты и мечтала высказать ей то, о чём потом буду жалеть. Но я молчала и сверлила её взглядом. Бабушка Варвара заметив это встала из-за стола:

— Ну ладно хорошие мои, сегодня поработали, так что отдыхайте. Оставлю вас, Леруша ты со стола приберись, знаешь, что где у меня. — Напутствовала она перед уходом.

Оставшись наедине, мы некоторое время помолчали. Марта усмехнулась вставая:

— Лиюшка ты сейчас своим взором строгим во мне дыру просверлишь. Давай со стола уберём, да поговорим.

Наведя порядок я наконец присела на диване поёрзывая от нетерпения.

— Ох, даже не знаю с чего начать, хотя… Где-то наверно в начале августа, Максим ко мне пришёл и рассказал что те, кто за тобою охотятся, крутятся на границе стаи. Попросил меня за тобою присматривать — чтоб одна ты нигде не появлялась. Ещё наказ дал — подготовить домик в становке, где живут удалившиеся.

— Кто живёт?

— Удалившиеся Лея. Оборотни, которые кто временно, а кто и постоянно удалились из стаи, общества, не живут её заботами и жизнью. У каждого там своя нелёгкая история и живут они замкнувшись от всего мира. Так вот становка та, находится в лесу, часах в четырёх от источника стаи и..

— Какого источника?

— Источника силы Лия, не перебивай. О чём это я? Домик в общем подготовила я и тёплый и убранный уже ждёт нас. И вот буквально неделю, полторы назад он приходил, рассказывал, что есть в стае нашей осведомители тех наёмников, кто он так и не смог вычислить и поэтому вывозить тебя надо так, чтоб никто и не догадался, в каком направлении ты убыла. Поэтому Алексей нашёл девушку максимально похожую на тебя, которая по твоему паспорту сейчас уже вылетела в турне по Европе, ну уж оттуда в Южную Америку, где её спрячут на территории стаи знакомого альфы Максима. А ты поедешь со мною в становку. И знают об этом только я, Максим и Алексей.

— Поэтому мы сюда добирались кружным маршрутом?

— Да, за тобою следят. И по задумке мы должны были оставить их в Красноярске, около дома моих добрых знакомых. А те будут шуметь так, что никто и не поймёт, что нас там уже нет. Вечером со двора выедет машина на вокзал, а может в аэропорт, не знаю, необходимо создать впечатление, что наш след они потеряли именно там.

За сегодняшний день я помогая хозяйке, в принципе догадалась о том что сейчас рассказала Марта, но вот дальнейшая моя судьба была как в тумане.

— Марта, а ты сказала, что подготовила домик в становке, а это где? Вообще что за место? И когда мы туда поедем, почему сразу не поехали?

— Ох как ты сыпешь-то. Становка это что-то похоже на маленький посёлок, только расположена в лесу и дома стоят на отдалении друг от друга, хотя там их только шестнадцать и заселены не все. У Варвары мы остановились, так как про неё никто из стаи нашей не знает и поживём у неё от трёх дней до недели, Максима дождёмся и он, либо Алексей отвезёт нас. Больше никто туда не проедет. Недалеко от становки место силы нашей стаи — озеро. Так там вокруг патруль оборотней и любого другого задержат, Максим или Алексей же проедут спокойно никто даже останавливать не будет, а это как ты понимаешь нам только на руку.

Я помолчала немного осмысливая сказанное, поинтересовалась:

— А место силы — это что за место? И какой силы?

— А это Леюшка я потом тебе расскажу, но прежде будь добра объяснись уже ты: что у тебя произошло? И начни дорогая моя с нашей поездки в Красноярск, что такого произошло, что ты так вынарядилась?

А вот здесь, уже я немного подзависла потупив взгляд, потому как засыпая вопросами Марту совершенно забыла о том, что и самой придётся рассказывать о произошедшем в отсутствии Марты.

— Ого какие мы стали вдруг застенчивые! Лиия, я жду.

— Просто это личное и поэтому… — промямлила я.

— А ты по возможности опускай личные моменты, — подсказала она.

Эх знать бы как рассказать без них, если на личных моментах всё и закручено. А подумав немного, всё же решилась — ведь Марта стала близка мне как родная. Немного сбивчиво, спутано поведала о моём желании услышать комплимент, не зная о том, что у Максима оказывается дар чувствовать, когда от него кому-либо что-то нужно. Как пришёл он беседовать со мною в заготовительную и сорвавшись безумно обидел. Пыталась объяснить, с чего вдруг появилось у меня острое желание покинуть стаю, которое я, опоздай Максим буквально на час, осуществила бы. Про разговор с Максимом на следующий день, когда он объяснился со мною. Но рассказывать про поцелуй я всё же не стала — уж слишком личное.

— Вот пожалуй и всё, — закончила я свой рассказ. Марта отвернувшись к окну помолчала немного и со вздохом поднявшись произнесла:

— Да уж, наворотили вы ребятки. Сами себя запутали и барахтаетесь, как слепые щенята, распутаться не можете.

— Да уж объяснились вроде, распутались.

— Я не о том, — и видя мой вопросительный взгляд, только махнула рукой: — потом со временем поймёшь. Пойдём-ка лучше ополоснёмся, да чай попьём. Сегодня силушку я потратила, грязной чувствую себя, липкой.

Уже позже, сидя за столом и попивая чай, я спросила:

— Я вот заметила, что ты постоянно Создательницу поминаешь. Неужели веришь в их существование?

Марта на меня удивлённо на меня посмотрела:

— А я не верю, я знаю. Как же по-другому, если с ними поговорить можно, совета спросить.

Тут уж я ошарашено открыла рот:

— В смысле поговорить? И что они вот так запросто являются если позвать? Как привидения какие-нибудь?

Марта откинув голову, громко рассмеялась.

— Ну Лия, ну ты скажешь! — Она вытерла краем ладони слёзы выступившие от смеха. — Какие ж они приведения? Они ж Создатели наши! Боги!

— Угу, что-то эти Создатели ничем не помогали нам с мамой и советов не давали как спрятаться или куда уехать, чтобы нас оставили в покое.

— Так к ним же обращаться надо! Как ты думаешь, сколько оборотней проживает на планете? А их двое и не могут же они за всеми уследить! Да и чем меньше дар у оборотня, тем труднее им услышать его.

— Получается, они помогают только сильным мира сего? А слабые даром или у кого вообще его нет — так и мыкайтесь сами по себе?

— Нет конечно! Таким необходимо обращаться к Создателям рядом с местами силы, только и всего. Вот на территории нашей стаи например есть озеро, оно подпитывается подземным источником, вот с этим-то источником и поднимается сила.

— А какая она эта сила? Что из себя представляет?

— Это Лиюшка вроде энергетических потоков, которые есть в каждом из нас. Только я бы сказала в концентрированном, сыром виде.

— Вроде магии?

Марта опять засмеялась:

— Нет Лия. Нет никакой магии. Это только для фильмов и книжек придумано людьми. Просто в каждом живом существе есть энергетические потоки. У кого-то они слабые, у кого-то сильнее, бывают прямые, закрученные, упругие, вязкие, воздушные, рассеянные и много ещё различий, — она улыбаясь смотрела на меня.

— А ты говоришь у всего живого, получается и в растениях, животных и даже людях. Так? — Она кивнула, а я задумавшись продолжила — Ну а почему тогда люди не рождаются с даром как оборотни?

— Почему же, рождаются, — она с хитринкой в глазах смотрела на меня, — только управлять они не могут своими потоками. Есть конечно исключения, но они очень редки. Оборотни Лия, когда проявляется дар, долго и упорно учатся взаимодействовать не только со своими потоками, но и влиять ими на окружающий мир. Бывает и сотню лет будет пробовать, тренироваться — а толку мало. А у некоторых это получается легко. Так же как и во всём: языки допустим, кому-то даются легко, а некоторые будут годами учить, но толку ноль. Математика: кто-то щёлкает задачки как семечки, а кому-то два плюс два сложить трудно.

— Обидно, — я вздохнула.

— Почему же обидно? Во первых — надо найти, к чему у тебя действительно есть дар, ну а во вторых — не всем же быть учёными и художниками, строители, повара и разнорабочие тоже нужны.

Вот так всегда с Мартой — совершенно не понятное объяснит так, что и маленький ребёнок постигнет.

— Мартааа, — протянула я уже перед сном, лёжа на раскладушке.

— Оу.

— А такие места силы, есть в каждой стае?

— Нет Лиюшка. Уже нет. Раньше когда мы только перешли на эту планету, источников было больше, но они слабеют. И многие стаи сейчас расселились не по принципу— ближе к источнику, а по выгоде: месторождения, лес, водные ресурсы. Так что настанет время и источники совершенно иссякнут.

— Я помню мама рассказывала, что оборотни пришли с другого мира, но это только сказания. И вроде на нашей родной планете..

— Нет. — перебила меня Марта. — Это не сказания. Момент перехода — это 118 год по земному летоисчислению.

— Так это правда?

— Конечно. Мы пришельцы здесь, чужие на этой земле. Наш мир погибал. Планета наша — Эритея, больше Земли более чем в два раза, наверное уже была.

— И что же произошло? Почему мы здесь?

— А ты слушай и не перебивай. Нашу планету, как я уже сказала Эритею, населяли оборотни, зильфы и горуны. Это можно сказать результат творчества наших создателей. У оборотней — это брат и сестра Зандана и Аромон. У других созданий свои создатели, но их имён я уже не помню. Звезда нашей планеты — Кальпос, олицетворение жизни и смерти, погибала. И Создатели искали планеты с подходящией средой обитания. Первыми покинули Эритею — зильфы. Вторыми — все оборотни.

— А как покинули? На каких-то космических кораблях?

— Нет Леюшка, — Марта опять затряслась от смеха, но щадя меня, уже не хохотала в голос. — Создатели наши, разорвав пространственную материю, построили тоннель, переход, нечто вроде портала, как сейчас говорят. Таких порталов создано было 15 и открывались они в разных точках планеты — поближе к мощным источникам силы. Вот так мы и оказались здесь и живём бок о бок с людьми вот уже две тысячи лет.

Я потрясённая сказанным молчала.

— Что, вопросы закончились? — Марта утомлённая за день, уже вовсю зевала.

— Неет, — протянула я, — просто честно говоря не ожидала, что это не просто вера, теология, а факты. А почему оборотням нельзя показывать людям вторую ипостась?

— А это потому, что нам разрешили здесь поселиться на весьма жёстких условиях.

— Как это разрешили?

— Ну Леюшка, у людей ведь тоже есть Создатель.

— И они тоже могут вот так общаться со своим Создателем?

— Редко кто, но да, могут. Но сразу предупреждаю в веру людей нам строго настрого запрещено лезть! Это кстати одно из правил. Также нельзя показывать вторую ипостась, только отдельно взятые люди знают о нас. Категорически нельзя управлять людьми и вмешиваться в их жизнь! Поэтому ни в одной стране ты не найдёшь у власти оборотня. Мы можем только помогать людям. Наказание суровое за проступок по любому пункту — смерть. И не только оступившемуся, но всей стае, всему роду отступника. Вот так вот. А теперь я спать. Завтра опять в соседнее село пойду. Из людей в таких сёлах в основном пожилые живут, а они как сама понимаешь часто болеют. Спокойной ночи Леюшка, — Марта опять зевнула, поворачиваясь на бок.

— Спокойной ночи Марта, — уж я то теперь не известно когда засну, размышляя об услышанном.

Дни потянулись монотонной чередой. Марта попросила в её отсутствие не выходить никуда, даже за калитку. Поэтому я в силу своих возможностей и знаний помогала хозяйке. А уж когда совсем не оставалось занятий, сидела бестолково смотрела телевизор.

Прошло пять дней с момента нашего приезда к бабушке Варваре. Не зная чем себя занять, решила полить кусты смородины, малины и крыжовника в дальнем конце сада. Шланг туда не дотягивался и взяв ведро я таскала воду. Для чего? Сама не понимала, только сидеть без дела было невмоготу. Набрав очередное ведро, закрыв кран я, подхватив его, потащила по садовой дорожке, как совсем рядом раздалось:

— Давай помогу.

Я от неожиданности вскрикнула, попятившись назад, споткнулась и упала на попу, взмахнув ведром. Ледяная вода искристым веером выплеснулась, окатив меня с головы до ног и рядом стоящего мужчину, который так и застыл с протянутой рукой. Я подняла глаза и уставилась на Максима, который от неожиданности моих действий оцепенело смотрел на меня. Но длилось это буквально несколько мгновений. Он резко нагнувшись ухватив меня под мышками поднял на ноги.

— Не ушиблась? — Он вертел меня, осматривая.

— Нет, только испугалась.

Он повернул меня лицом к себе, схватил за плечи.

— Уже второй раз ты падаешь к моим ногам, — и видя мой возмущенный вид, спросил: — Почему ты так шарахаешься от меня?

Тут он опустил взгляд вниз и замер на моей груди. Намокшее платье плотно облепило её, а соски от ледяной воды превратились в две твёрдые горошины, которые сквозь мокрую ткань отчётливо просматривались. Мы оба застыли. От волнения охватившего меня сбилось дыхание, не хватало воздуха и дышала я отрывисто. Несколько тягучих мгновений и он медленно поднимает глаза, останавливаясь на моих губах. Я нервно облизала губы и это было словно стартовый сигнал. Он, схватив меня одной рукой за талию, рывком притянул к себе и его губы прильнули к моим. И опять не было нежности, а стремительный захват, проникновение его языка, быстрые ласкания, зовущие, требующие ответа. И я откликнулась, не могла не ответить. С всё большей страстью отвечая на поцелуй. В момент, когда он легонько прикусил мою губу, по телу пробежала дрожь наслаждения, руки мои с его плеч взметнулись к голове, зарываясь в его волосы. Его рука на моем затылке сильнее обхватила его, не давая и мнимой возможности отстраниться, второй рукой сильнее прижал к себе, словно впечатывая в своё тело. Не знаю чем бы всё закончилось, но сквозь хриплое его дыхание, своё прерывистое с тихими срывающимися стонами, услышала:

— Леруша, что у тебя случилось? Что за … Ооо, а что за молодой человек здесь у нас?

При первых же услышанных словах бабушки Варвары, я резко дёрнулась от Максима в сторону и опять чуть было не упала, но он успел поймать меня за талию, притянув к себе. Я вывернувшись из под его руки, всё-таки отскочила в сторону и хрипло обронив: «Пожалуй пойду переоденусь», стремительно помчалась по дорожке в дом. Пройдя в маленькую спаленку, открыв дверцы шкафа спряталась за ними, стянув мокрое платье прижалась обнажённой спиной к стене и прижала ладони к горящим щекам. «Ох Создательница, что же я творю! Лечу как мотылёк на огонь. С каждым взглядом, с каждым прикосновением к Максиму — всё ближе к пламени. А поцелуй! Это же просто стремительный бег по направлению к пропасти!» Застонав я опустилась на пол, тихо покачиваясь ругала себя, а со двора слышны были голоса Максима и бабушки Варвары. Послышался шум подъехавшего автомобиля и я встрепенувшись, вскочила на ноги, выдернув из сумки первое попавшиеся платье, одела. Захватив мокрое платье помчалась в пристройку к дому, умывшись я привела свой вид в относительным порядок и отдышавшись вышла из пристройки. По дорожке, по направлению к дому шли Марта и Алексей. Вид у обоих был хмурый. Глаза у Марты были красные, словно она плакала и только их вытерла.

— Привет сестрёнка, — обнял меня Лёша. — Как ты?

— Нормально. — Я нахмурилась — Лёш, что случилось?

— Пойдём, соберём ваши вещи, надо ехать, — он не ответив мне, ухватил меня за локоть и повёл в дом. Сборы много времени не заняли, так как мы с Мартой вещи-то свои и не раскладывали, живя в ожидании отъезда. Подхватив сумки и чемодан, брат пошёл на выход, меня же последовавшую за ним остановил вошедший в дом Максим:

— Лия, подожди. Нам нужно поговорить.

Я посмотрела в сторону двери, но Лёша уже вышел, а я так осталась стоять посреди комнаты избегая смотреть на Максима. Он же прошёлся по комнате, остановился и запустив ладонь в волосы взъерошил их. Посмотрел на меня, обведя взглядом, и вспомнив о чём-то со словами: «Подожди. Сейчас», вытащил из кармана рубашки цепочку. Подойдя ко мне со спины перекинул мою ещё влажную косу на грудь, одел цепочку и застегнул замочек. Наклонившись к уху, прошептал: «Возвращаю». Я взяла в ладонь висящий на цепочке кулон-артефакт подаренный Алиной, сжала его и также тихо прошептала: «Спасибо». Максим положил свою ладонь на мою шею сзади и медленно, словно нехотя убрал её, переложив мою косу обратно на спину отошёл. Я хотела обернуться, но он остановил:

— Подожди. Постой так. Хотя нет, присядь пожалуйста.

Я прошла к дивану и усевшись выжидательно на него посмотрела.

— Лия мои люди нашли твою мать. — И прежде чем сорвались мои вопросы, продолжил: — Они опоздали. Она мертва.

Я неверяще смотрела на него. Словно что-то ужасное было только что произнесено, безумное, но это не относится ко мне, это сказано кому-то другому, не мне!

— Лия, прости. Её убили.

Мой мир обрушился, разлетелся на осколки: сверкающие сотнями граней, режущими душу, впивающимися в неё. Окружающая реальность перестала существовать для меня и осталась лишь пустота. Я замерла, ничего не слыша и не видя. Пустота. Здесь хорошо, здесь не больно, здесь тихо и спокойно. Кто-то попытался поднять меня на ноги, но разве это возможно? Меня куда-то несли, но всё это было не со мною. Мой самый родной человек на свете, единственный родной и самый близкий, моя мамочка. Неужели я больше не увижу тебя? Не вскину на тебя глаза ища улыбки или одобрения, не почувствую твоих пусть и отрывистых, но таких дорогих объятий? Нет? Тогда пусть будет пустота. Здесь, в себе. Ведь в том мире нет никого, не осталось. Там только чужие. Метавшееся от боли сознание медленно гаснет.