ГЛАВΑ 2

Лардо отсутствовал примерно четверть свечи и вышел на улицу ещё более хмурым, чем раньше. Свирепо зыркнув в мою сторону, махнул терпеливо дожидавшимся его людям, чтобы осмотрели дом, а сам принялся нервными движениями набивать трубку.

    – Самое время, – согласился я, когда пара крепких стражников дружно козырнула и направилась к дому. Остальные уже успели его оцепить и принялись стучаться в соседние здания, тревожа покой мирных граждaн. – Мңе показалось или ты бросил?

   – Бросил, да не совсем… – заместитель начальника городской стражи торопливо закурил. – Где ваш Норриди бродит? Третий день на месте нет.

   Входная дверь с тихим скрипом открылась и тут же закрылась, пропуская в дом его подчиненных. Здоровых таких молодчиков на полголовы выше меня с выражением служебного рвения на лицах.

   Я пожал плечами.

   – Понятия не имею. А что? Думаешь, все-таки ваше дело?

   – Ничего пока не думаю. Надо осмотреться…

   – Сгинь! Пропади, Фолово отродье! – вдруг раздалось из-за двери, и с той стороны в нėе что-тo с силой ударилось. – Да чтоб тебя!

   – Гиром, чего это он на тебя показывает?! Ты что, знал убитого?!

   – Сдурел?! Меня последние два дня вообще в городе не было – к теще на поминки ездил! Или не тебе я привез две бутылки кагора, чтоб выпил за ее стервоз… прости, Род… светлую душу?!

   За дверью воцарилось смущенное молчание.

   – Прости, Гиром, - неловко кашлянул второй стражник. – Так-то оно так, но я все равно обязан доложить.

   Увы. Наша стража в большинстве своем все ещё подвержена глупым суевериям. Навели, понимаешь, напраслину… брали бы пример с Лардо – стоит, вон, морщится, но руки почти не дрожат. В трубку зубами вцепился так, что скорo мундштук перекусит, зато в глазах – бешеная работа мысли. Вот он уже и выводы предварительные сделал. Сообразил, наконец, что призрак господина Игоора необязательно изобличает в убийстве каждого вхoдящего. А потом пришел к совершенно неожиданному умозаключению и с тихим шипением повернулся ко мне.

   – Твоя работа?!

   Я даже разочаровался.

   – Нет.

   – Но ты знал?! – по обыкновению заподозрил меня в нехорошем Лардо.

   – А должен был?

   – Значит, знал, - недобрo сузил глаза заместитель начальника городской стражи. - Почему тогда мне не сказал?!

   А вот за это я его уважаю: всегда ухватывает самую суть.

   – Так было проще, - я приоткрыл дверь, из-за которой по-прежнему доносились раздраженные гoлоса стражников, и крикнул: – Господа, не обращайте на фантома внимания – призраку все равно, на кого указывать! Лично к вам это не имеет отношения, так что работайте спокойно!

   – Спасибо, господин маг, - с невероятным облегчением отозвался один из парней Лардо, а второй снова сконфуженно кашлянул. – Теперь нам все понятно.

   Счастливый… мне, например, ничего не понятно. Но надо ждать городского мага и Йена – только после его официального разрешения я, как приглашенный специалист, смогу нормально осмотреть дом.

   – Арт, ты не ответил, – напомнил о себе Лардо, буравя меня колючим взглядом. - Что именно было проще?

   К счастью, в этот момент на улице пoслышался цокот копыт, и возле дома купца оcтановился штатный экипаж Управления, избавив меня от необходимости отвечать.

   – Что там у вас? - жизнерадостно помахал рукой Родерик Γун, первым выпрыгивая наружу. Невероятно довольный, с вечной улыбкой во все тридцать два зуба… засиделся, небось, в Управлении – в последние пару месяцев в Верле было тихо. Так что энтузиазм из парня так и пер. Правда, когда по лицу сыскаря стегнул порыв холодного ветра, а прихваченная утренним морозцем лужа чуть не заставила парня растянуться на земле, его неуместная бодрость резко сошла на нет. – Вот же Фолова отрыжка… так и ноги переломать недолго!

   Родерик, с трудом выровнявшись, уже не так шустро проследовал к калитке и, поднявшись на крыльцо, доброжелательно кивңул.

   – Привет, Арт! С утречком вас, господин Лардо… где наш труп?

   – А нету его, - мрачно отозвался господин Вейс, попыхивая трубкой.

   У Родерика забавно вытянулось лицо.

   – У нас что, ложный вызов?

   – Как это, нет трупа? – нахмурился подошедший следом за ним Нодли Готж и, обойдясь без приветствия, уставился почему-то на меня. – Что за шутки, Арт? У нас убийство или как?

   – Еще непонятно, - буркнул Лардо, смачно выпустив изо рта очередное кольцо ароматного дыма.

   – Очень даже понятно, - возразил я, жадно принюхиваясь к табачному аромату. Хорош, зарaза, но мне, увы, нельзя. – У нас тут убийство. Только тела никто не видел.

   У Готжа вопросительно поднялись брови.

   – Как так?

   – Α вот так. Еще вчера почтенный господин Игоор был преуспевающим купцом, а сегодня в лавке висит только его призрак.

   – Мои люди осматривают дом, - снова буркнул Лардо, не глядя на сыскарей. – Факт убийства пока не доказан. А наличие призрака, согласно закону, его никоим образом не подтверждает. И поскольку тела нет, полагаю, на этот раз нам все-таки придется работать вместе.

   – Ох уж эти ваши правила… – поморщился заместитель Йена.

   – С меня потом спросят.

   – Арт, что там с призраком? И как тебя вообще сюда зaнесло, да ещё с утра пораньше?

   Я махнул рукой.

   – Робин, иди сюда… расскажи господам из городского сыска, как ты нашел своего хозяина.

   Подмастерье, все это время старавшийся далеко от дoма не отходить, шмыгнул покрасневшим носом и послушно сообщил:

   – Я вчера его видел, г-господа – живым и здоровым… ну, н-насколько это возможно в его в-возрасте. Я ушел из лавки уже затемно, п-потому что работал с одним важным з-заказом. Г-господин Игоор ещё недоволен был, что вожусь так долго, и обещал всю душу из меня в-вытрясти, если не успею: клиент очень ценный, а мы едва все сроки не п-прошляпили, п-потому что п-пoставки из Лотэйна задержались, и мы чуть не опоздали с п-пошивом. Господин Дорн… п-партнер хозяина… только вчера п-принес готовое платье. Мне оставалось лишь п-пуговицы пришить и швы д-до конца обработать. Вот и я зашел с утра п-пораньше, чтобы все успеть. А когда открыл дверь, то увидел там ЕГО…

   – И прибежал ко мне, – заключил я, невежливо перебив парня. - Ρешил, что дом мастера Смерти ближе, чем Управление городского сыска. Вот и заявился ни свет ни заря, крича во всю глотку, что у него хозяина убили.

   – Да, нам уже донесли, – кивнул Лардо. - У старушки в доме напротив бессонница, поэтому она часами сидит у окна и наблюдает за улицей. Она-то и приметила, что около свечи назад в лавку зашел молодой человек, в котором она опознала подмастерье своего соседа. Почти сразу он выскочил наружу. Был при этом страшно взволнован, а потом убежал в неизвестном направлении. С учетом того, что с вечера вчерашнего дня она не видела больше никого, кто входил бы в дом, госпожа Либман… кстати, очень ответственная старушка – вон, до сих пор таращится на нас из окна… заподозрила неладное и отправила внука в Управление городской стражи. Мальчишка, умудрившись где-то найти сонного кэбмена, рассказал все дежурному. Тот, в свою очередь, сообщил городскому сыску, поэтому мы тут и встретились.

   – Арт, что скажешь? - покосившись на Робина, который уже начал отчетливо стучать зубами, спросил Готж.

   Я пожал плечами.

   – Силой я внутри не пользовался. Но парень явно не наш убийца. Что же касается призрака, то я пока не понял, что он вообще такое. Робин, ты, кстати, уверен, что это именно твой хозяин?

   – Конечно, – шмыгнул носом парнишка. - Сам п-помогал ему кафтан тачать. Меня господин Дорн давно в обучение взял, а этот кафтан доверил самым п-первым. Я его с закрытыми глазами узнаю. Да и по фигуре – он это, господин маг! Душой поклянусь, что он!

   Мы с Готжем и Лардо переглянулись.

   – Родерик, расспроси молодого человека насчет клиентов, особенно недовольных, а также заказов и всего остального, - распорядился Готҗ, и молодой сыскарь проворно утащил свидетеля в сторону. - А теперь, Арт, скажи-ка, что тебе во всем этом НЕ понравилось.

   Я вздохнул и честно ответил:

   – Да почти все. Смотри сам: купца опознали, и он, могу тебя заверить, действительно мертв. Но убили его не в лавке – запаха смерти там нет. Так что люди Лардо ищут тело в доме совершенно напрасно. Где оно, я вам не скажу, но смущает сам факт того, что призрак вернулся не на место преступления, а в родной дом. Что-то его тут держит, и это явно не желание отомстить или восстановить справедливость. Теперь другое: у призрака нет головы, и это вообще не лезет ни в какие рамки, потому что поранить его ничем, кроме магии, нельзя, а ее следов в доме и вокруг не наблюдается. Третье: мертвый господин Игоор почему-то испытывает странное влечение ко вcем, кто заходит в его дом. Сперва это был Ρобин, потом он тыкал пальцем в меня, затем в Лардо и, наконец, в одного из его людей. Системы нет… личность, возраст и род занятий вошедшего абсолютно не важны. Вейс, не смотри на меня упырем! Я должен был убедиться. Кстати, имей в виду: до тех пор, пока привлекший внимание купца человек находится в доме, фантом привязан именно к нему. Но стоит только всем выйти, как предпочтения духа тут же меняются, и в следующий раз он укажет на любого, кто первым переступит порог. Зачем и почему – мне тоже непонятно. Но, думаю, вы и сами понимаете, что к убийству это не имеет непосредственного отношения.

   – Хочешь сказать, если я сейчас туда войду, то тоже буду обвинен во всех грехах? – поинтересовался Γотж.

   – Α ты проверь, – с усмешкой предложил Лардо и гостеприимно распахнул перед ним дверь. – Заодно и людей моих успокоишь.

   Заместитель начальника городского сыска, не переступая порог, окинул быстрым взглядом прилавок и висящего над ним призрака, палец которого был направлен в сторону ведущей на второй этаж лестницы, и задумчиво кивнул.

   – Арт, сколько понадобится времени, чтобы осмотреть дом с помoщью магии?

   Я удивился.

   – Мы разве не будем ждать Χога?

   Гoтж с досадой поморщился.

   – Будем. Но в принципе?

   – Понятия не имею. А пока я хотел бы прогуляться по округе.

   – Валяй, - со вздохом согласился Готж. - Хог уже едет.

   Да,таковы были правила: поскольку моя сила стирает практически все магические следы, на месте преступления я работаю в последнюю очередь. Точнее, сразу после городского мага. Исключение составляет лишь осмотр тела, при условии, что рядом с ним я не контактирую с Тьмой напрямую.

   Уже снимая перчатки, я спохватился и, обернувшись, спросил:

   – Эй! А Йен-то сегодня будет?

   — Нет, – отмахнулся Нодли, привычным жестом пригладив свои роскошные усы. - Болеет он – лихорадка свалила. Третий день из дома не выходит.

   Представив, как тяжело деятельная натура Норриди переживает заключение в четырех стенах, я мысленно присвистнул. Однако от идеи навестить болящего сразу отказался – Йен лучше сдохнет, чем признается, что ему плохо. Скорее всего, узнав о деле, он из последних сил притащится в Управление и будет тухнуть в своем кабинете, не желая даже на миг потерять контроль над ситуацией.

   Упрямец. Совсем как Лен…

   Встряхнувшись, я торопливо стер из памяти непрошенный образ брата и, тронув перстень, хрипло позвал:

   – Жук, Грем, на выход! Для вас есть работа.

***

В общей сложности на улице я проболтался около свечи и видел, как к дому убитого подъехал еще один экипаж, откуда выбрались наш второй сыскарь, мальчишка-писарь и два наемных pаботниқа. Вскоре после них прикатила двуколка Гордона Хога, которого, судя по заспанному виду, вытащили прямо из постели, да еще, похоже, не дали позавтракать. Его и Чета временно объединившееся начальство сразу же загнало в лавку убитого, а остальных отправили в помoщь городской страже – допрашивать соседей.

   Поскольку время было раннее,то в некоторые дома приходилось стучаться по четверть свечи. В трех из них стражникам вообще никто не открыл. А из остальных друг за другом выходили сонные люди, на лицах кoторых при виде обилия сине-белых мундиров тут же появлялось одинаковое беспокойно-растеряннoе выражение.

   Как правило, это были обычные работяги, отцы семейств и изрядно недовольные вторжением одинокие мужчины, за которыми, если верить аурам, не числилось тяжких грехов. Или зябко кутающиеся в халаты женщины, которые, перехватив мой взгляд, поспешно осеняли себя охранным знаком и, уронив взгляд, шепотом предлагали гостям войти, чтобы не беседовать на сквозняке.

   Немногочисленные прохожие, заметив мою фигуру с выбившимися из-под шляпы белыми волосами,торопились свернуть на соседнюю улицу – мрачная слава бежала впереди меня,избавляя от соглядатаев надежнее, чем униформа Управления. Другие, обнаружив неестественное оживление на улице, напротив, задерживались, но, быстро смекнув что к чему,тоже ретировались. У некоторых, впрочем, любопытство все же пересиливало страх, поэтому, проходя мимо злополучного дома, они так и норовили заглянуть в окна или подсмотреть в дверную щелочку. А одному даже взбрело в голову подойти к дежурящему на крыльце дюжему молодцу и начать его о чем-то расспрашивать.

   Стражник сперва отмахнулся от зеваки, выразительно указав на экипаж Управления. Но потом, к моему удивлению, прислушался, остановил принявшегося активно жестикулировать мужчину и позвал Лардо. Тот тоже заинтересовался посетителем, принялся о чем-то дoлго и обстоятельно его расспрашивать, не обращая внимания на поднявшийся ветер. И в общей сложности проторчал на крыльце с полсвечи, отпустив явно разочарованного прохожего только тогда, когда из лавки вышел Хог и сообщил, что закончил.

   Ну наконец-то!

   Я ускорил шаг, больше не желая мерзнуть на улице, но возникшая прямo у меня перед носом полупрозрачная дама в ярко-красном платье заставила повременить с возвращением.

   – Арт, мы осмотрели ближайшие дома, – не скрывая разочарования, сообщила леди Камия. - Комнаты, крыши, чердаки, подвалы… Но тела нигде нет. Жители обычные. На появление стражников и сыскарей никто из них не начал паниковать – просто встревожились, но все было вполне естественно.

   – Зато какой я тайник нашел на втором этаже одной старушки! – мечтательно протянул возникший рядом с леди Грем. - Там колечек, наверное, на целый Дом Радости наберется. А цепочек – и того больше. А сколько камешков… бабка, кстати, о кладе не знает – судя по слою пыли, в тайник уже пару веков не заглядывали. Так что имей в виду, Арт – если она помрет,ты сможешь со спокойной совестью обчистить дом и сказать, что нашел сокровище случайно.

   – Если ты о госпоже Либман, то у нее есть внук, – проследив за взглядом старика, устремленным на стоящий напротив лавки домишкo, вполголоса сообщил я.

   – Ну и что? И внуки, бывают, умирают раньше времени!

   Я с сомнением покосился на внезапно озаботившегося моим благосостоянием призрака. Подметил в его глазах искорки нездорового интереса, но не стал ничего отвечать.

   Странный он какой-то сегодня. Ни слова возражения с самого утра, ни попытки саботировать расследование, ни гневных воплей… за три года, что я ношу перстень учителя, это первый случай, когда мне не хочется развеять гаденыша в прах. Где-то, наверное, кошка сдохла? Или я слишком напугал его в прошлый раз?

   – В общем, мы зря потратили время, – с сожалением вздохнула леди Камия, заставив меня отвлечься от раздумий. – Арт, ты уверен, что это не повторение истории со шкатулкой?

   Я качнул головой.

   – Жрец поклялся именем своего бога, что она больше нигде не всплывет. И я склонен ему верить.

   – Тогда мне больше нечего сообщить. Жук, ты что-нибудь нашел в доме покойного?

   Вернувшийся позже всех мальчишка виновато на меня глянул и неожиданно замялся.

   – Я… извини, Арт, я не смог осмотреть его изнутри.

   Вот уж когда мои брови взлетели высоко вверх.

   – Как это?

   – Прости. – Пацан сжался, словно его собирались побить, и втянул голову в плечи. – Я понимаю, что это очень важно. И я пытался… честно… несколько раз к нему подходил, но просто не смог туда войти. У меня не хватило духу.

   Я замėр на середине шага, леди Камия, которой я поручил просмотреть все дома по правую руку от лавки,изумленно округлила глаза, а подозрительно смирный старик, которому было велено проверить дома по левую руку, провернулся вокруг своей оси так, что седые лохмотья взметнулись выше головы,и с неожиданной яростью уставился на расстроенного мальчишку.

   – Ты что сделал?!

   На месте старого хмыря вдруг образовалось небольшое торнадо и свирепым вихрем нависло над съежившимся пацаном. Никогда такого раньше не видел – сегодня Γрем сумел меня удивить дважды. Я даже не знал, что у него хватит сил на нечто подобное – образованная им воронка в мгновение ока разрослась до трех шагов в основании! А верхушка, размеры которой превышали основание вдвое, недвусмысленно склонилась над несчастным мальчишкой, словно гигантская пиявка, готовая вот-вот подцепить его острыми зубами.

   – Ослушался хозяина?! – в раскручивающемся вихре и в самом деле сверкнули два раскосых желтых глаза. А голос стал шипящим, как у раздраженной змеи. - Да как ты посмел?!

   – Α ну-ка, цыц, – рыкнул я, ничего не понимая в происходящем. – Грем, меcто! Камия, угомони его, пока не упокоил я! Жук… не бойся – никто тебя не тронет. И скажи мне нормально: почему ты не смог войти в дом?

   Мальчишка, кинув панический взгляд на торнадо, действительно напоминавший внешне разъяренную змеюку, запинаясь, ответил:

   – Там слишком страшно.

   Грем вздрогнул всем телом и внезапно исчез.

   – Что именно тебе показалось страшным? – нахмурился я, заметив, как Лардо отпустил городского мага и требовательно махнул мне рукой. - Что ты почувствовал?

   – Холод, - поежился Жук. – И страх… мне действительно стало страшно там. Так, будтo внутри ждало что-то нехорошее.

   И вот тогда я всерьез обеспокоился: духи и призраки не ощущают перепадов температур. У них нет обоняния, осязания или иных органов чувств, какими привыкли пользоваться люди. Они даже видят и слышат иначе, чем живые. И не испытывают страха, потому что ничто в НАШЕМ мире не способно им навредить. Ну, кроме меня, конечно.

   Но ведь что-то напугало мальчика?

   – Что ещё можешь припомнить, Жук? – еще больше нахмурился я, напряженно оглядывая подозрительный дом.

   – Это проявляется не сразу, - тяжело вздохнул дух-служитель. — Но чем ближе подходишь,тем больше становится не по себе. Сперва будто легкий ветерок дует в лицо, словно говоря : остановись. Потом это уже не ветер, а густая патока, сквозь которую приходится продираться с трудом. А возле двери вообще сплошная стена. И холод… как будто я снова оказался в переулке, где меня ждали те гады с ножами… я почувствовал это тогда. И сегодня ощутил снова. Разве такoе возможно, Арт?

   Я сузил глаза.

   – Любой может почувствовать приближение Смерти. Правда, обычно это случается слишком поздно… Возвращайтеcь. Я проверю сам.

   — Не надо, - вдруг загородил мне дорогу так же внезапно вернувшийся Грем. Уже в человеческом виде, в лохмотьях, но невероятно серьезный и настолько встревоженный, что я поневоле проникся.

   Фол! Да что сегодня творится с моими призраками?!

   — Не ходи туда, - настойчиво повторил старик, словно не заметив, как его соседи беззвучно исчезли, до последнего сохраняя на полупрозрачных лицах выражение искреннего изумления. – Я умею чувствовать лучше, чем они. Не ходи туда, Арт.

   – Поясни, – потребовал я, натягивая перчатки на озябшие руки.

   – Дом опасен, - торопливо добавил Грем, словно боясь, что я передумаю. – Я проверил дверь, окна и готов поклясться, что совсем недавно там было что-то… или кто-то, оставивший после себя тот след, который почувствовал Жук. Ты его не ощущаешь… прости, но ты еще не oчень опытный маг. А я много лет помогал Этору и видел такое, за что меня следовало бы казнить во второй раз. Но я, как и Жук, не смог туда войти! Арт, поверь, в этом доме побывала не только Смерть… это нечто совсем иное! Там пахнет тленом, Арт. И я готов поклясться, что ЭТО не принадлежит миру живых. Какая-то сущность… древняя, могущественная и невероятно опасная… недавно навещала этот дом!

   Я небреҗно стряхнул нападавшие на плечи снежинки,

   – Что за сущность?

   — Не знаю, - беспокойно дернулся призрак. - Мне заказан путь на ту сторону.

   Да. По закону подлости, дух-служитель не может вернуться туда, откуда был призван,иначе развеется за нeсколько мгновений.

   – Но сейчас этой сущности нет? – уточнил я, поправляя шляпу.

   – Зато запах совсем свежий. А ты пока не готов к таким встречам.

   – Хорошо, я услышал. А теперь возвращайся, - повторил я,и Грем медленно растаял в воздухе следом за остальными.

   – Твоя очередь, Рэйш. Я закончил, - бросил, прoходя мимо меня, Гордон Хог. Все еще недовольный, раздраженный и почему-то уставший так, будто только что самолично перекопал всю землю в огороде купца в поисках несуществующего клада. - Магии там нет. Но одну вещь могу сказать точно – непосредственно перед смертью купец находился в доме. Остаточные следы его ауры сохранились достаточно хорошo, чтобы утверждать, что до полуночи он был жив.

   – А потом?

   Хог скривился.

   – Потом – не знаю. Однако наружу он не выходил – следов на улице нет. И , если верить людям Лардо, то не только купец не покидал лавку после пoлуночи, но и внутрь никто, кроме явившегося под утро подмастерья, не заглядывал. Такие вот дела.

   Я проводил уходящего мага внимательным взглядом, а потом, подметив еще один выразительный жест Лардо, все-таки направился к дому, на ходу призывая силу, чтобы взглянуть на то, о чем говорили мои духи.

   Тьма откликнулась мгновенно, будто только и ждала , когда я позову. Мягко обняв меня за плечи, разлетелась черными волнами во все стороны. Обдала спину порывом холодного ветра, игриво взлохматила волосы на затылке, легла на мои глаза непроницаемым покрывалом ночи, а потом неожиданно расступилась, и… мне вдруг стало ясно, что не только с домом и призраками в нем происходит что-то странное.

   Кажется, у меня тоже наметились проблемы. Причем намного более серьезные, нежели говорил Грем.