19

Страх. Это был дикий страх. Потерять его. Вот, почему я повела себя, как ненормальная, набросившись на Артура подобно амазонке.

Я поняла это лишь на следующий день, когда меня чуть-чуть «отпустило». Весь день я громила и крушила все, что попадалось под руки. Успела поругаться со всем и с каждым, кто встал у меня на пути за этот день.

А потом я поняла, что на самом деле чувствовала.

Вообще, я всегда была ревнивой, Валентин называл меня собственницей, Андрей — провокатором, а вот Артур окрестил «психопаткой». Впрочем, я действительно вела себя… не очень сдержано. Но стоило мне только подумать о своей неправоте, как Диджев все снова «обрубил».

Я написала ему первой. Попросила прощения, объяснила, почему повела себя так, как повела. А он даже не открыл сообщение. В смысле, он просто взял и проигнорировал меня. Я подождала почти сутки, тысячу раз зашла в ватсап, чтобы проверить, онлайн он или нет, когда в последний раз заходил. И, действительно, в какой-то момент он появился в сети, однако сообщение мое открывать не стал. Не стал и позже.

Я прождала сутки, а затем стерла сообщение «у всех». Стерла и погрузилась в глубокую апатию. Жизнь неожиданно стала серой, безликой. На место злости пришло бессилие, и я выползала разве что на заказы, которые невесты бронировали много недель назад. На работе я взяла больничный за свой счет, прикинувшись чрезвычайно больной. По правде говоря, это было на меня не похоже, да и здорово бы ударило по карману, но я чувствовала себя настолько обессиленной, будто и впрямь была больна.

Девчонки, поначалу обидевшиеся на мою агрессивность и нападки в первый день после ссоры с Артуром, теперь больше выглядели напуганными, нежели задетыми.

Я почти неделю просидела у себя в комнате, не выходя ни на завтрак, ни на обед, ни на ужин. Кажется, я похудела на несколько килограмм и делала я только две вещи — плакала и спала.

— Детка, ты себя до чего хочешь довести? У тебя какая-то принципиальная позиция по этому поводу? — Аля нежно провела рукой по моему колену. После Ани видимо она решилась отправиться на разведку ко мне второй.

— Аль, все хорошо, — буркнула я, поправляя подушку под головой.

— Работу прогуливаешь, не ешь, не разговариваешь ни с кем. На улицу когда в последний раз выходила? Тренажерку забросила, разве это дело?

— Плевать на тренажерку.

— Ну, почему? Разве на Артуре весь мир сошелся? В зале можно как раз встретить нового мужчину. Пофлиртовать, пообщаться, сходить на свидание. Почему нет?

— Нет и все. Я не хочу.

— Господи, Снеж, не говори, что влюбилась в мента? Я говорила тебе его захомутать, а не самой захомутаться! Дурашка ты!

— Ничего я не влюбилась! — буркнула я, с силой начиная потрясать ни в чем неповинную подушку.

— Ну, да, я вижу, — протянула Аля, окидывая меня подозрительным взглядом. — Боже мой… — она покачала головой, словно всем трем был вынесен какой-то приговор, ни как не меньше.

— Перестань, мне плевать на этого гада! Потоскую и забуду, как будто и не было его никогда в моей жизни! Просто нужно немного времени.

— Это сколько?

— Откуда мне знать, Аль?!

— Ладно. Давай так, ты попробуешь забыть о нем хотя бы на пару часов. Вставай, принимай душ и одевайся, мы отправимся по магазинам!

— Нет.

— Кто сказал, что мне интересно твое мнение? — Подруга встала и грозно нависла надо мной, словно скала.

— Не пойду, Аль, отстань, ничего не хочу!

— Я куплю тебе платье.

— Нет.

— В love republic.

— Нет.

— То самое, которое тебе понравилось в прошлый раз. С уймой блесток и пайеток, все, как ты любишь.

— Ну… нет.

— И тени возьму. От MAC. Ты же почти закончила свои?

— Аль…

— А после угощу тебя потрясной маргаритой, я тут нашла новый бар неподалеку.

— Ладно… надо было начинать с маргариты, — нехотя поднимаясь, ответила я.

— Черт, — улыбнулась Аля. — Ну, все, погнали!