61

— Я не могу.

— Что? Артур!

— Прости… — он отвернулся, смешно взмахнув рукой. Что за наглость? Ввалиться в чужую спальню без стука! Конечно, он попал на момент, когда я переодевалась из домашней одежды в пижаму.

Натянув ее, как можно быстрее, я тяжело вздохнула. Что еще Артуру было нужно от меня? У меня совершенно не было сил с ним сейчас бороться. Все ушли на то, чтобы морально подготовится к разговору, который ничего не дал и закончился буквально за пару минут.

— Чего ты не можешь? — Артур медленно повернулся ко мне, словно не решаясь до конца смотреть в мою сторону.

— Не могу отпустить вас. Тебя. Детей. — Он произнес это так, будто слова давались ему очень тяжело.

— Я уже все поняла, Диджев, нет смысла повторять и объяснять. Я не еду в Питер, на этом все.

— Нет, не все… — он покачал головой. — То есть… я хочу быть рядом, понимаешь? Хочу видеть, как они растут. Отвести их в сад, затем в школу. Отдать их в спортивные секции. Хочу воспитывать их. А если ты уедешь с ними в Питер, что останется мне? Прилетать к вам раз в месяц? Затем поездки станут еще реже, и все сведется к тому, что ты найдешь там себе нового мужчину. Вы поженитесь, и он будет растить моих детей. Они будут называть папой его, а я буду видеться с близнецами раз в год, на какой-нибудь дурацкий праздник.

— Ух, ты… — оказывается, в мыслях далеко забежала не только я. Артур тоже знатно нафантазировал.

— Пойми меня правильно… я просто не могу… — выдохнул Артур, пройдясь неожиданно темным взглядом по моему телу. Что, серьезно? Сейчас? Когда на мне пижама с пандами?

— А как же я?

— В смысле?

— В прямом. Ты говоришь о себе. Все время. Я, я, я. Моя карьера, мои дети, мои желания. Я могу, я не могу. Я хочу, я не хочу. Я имею право. — Я замолчала на секунду, поднимая на Артура взгляд. — А как же я? Как же мои желания, мои цели? А как же то, что я тоже хочу жить нормальной жизнью? Хочу развиваться в работе, расти над собой, общаться с новыми людьми, зарабатывать, состояться, как личность? Как же то, что я хочу построить крепкие отношения, пусть и не с отцом своих детей? Или мне всю жизнь быть одной, потому что когда-то я родила от тебя? Я ведь тоже человек. У меня простые желания. Как и у любой женщины. Быть желанной и счастливой. А здесь… по-твоему я счастлива? Заперта в четырех стенах, занимаюсь только детьми? Не замужем, работа в застое, да если бы не Аля, я бы вообще потеряла связь с социумом… Почему ты никогда не думаешь обо мне? — совсем тихо закончила я свой монолог. В груди все жгло, внутри — клокотало, но в этот раз я не кричала, наоборот, шептала.

— Это не так. Но ты не подпустила меня к себе.

— Не подпустила? Да я носилась за тобой, словно умалишенная.

— В начале, да. А потом… ты так и не простила мне многих вещей. Того, что отпустил, не признавшись в ответных чувствах, что собирался жениться на другой. Что отменил свадьбу с тобой.

— А ты хоть раз просил прощения?

— Словами? Нет. Думал, что поступков достаточно.

— Иногда женщинам нужны лишь слова…

— Я думал, ты умнее таких женщин.

— Извини, что разочаровала. — Я отвернулась и отошла к окну, вставая спиной к своему собеседнику.

— Я бы не стал бегать за тобой несколько месяцев, дарить дорогие подарки и упрашивать выйти за меня, если бы ты ничего для меня не значила. Да, детей я бы не стал бросать в любом случае, но мое отношение к тебе тоже было достаточно показательным, чтобы ты все поняла.

— Что поняла? Что поняла?! — Ну, вот. Я начала заводиться, а это точно было не к добру. Хорошим такое никогда не заканчивалось. — Что ты тут сейчас никак не можешь из себя выдавить? Слова любви-недолюбви? Хороша любовь, я тебе скажу! Ты бросил меня беременную! После того, как я снова открылась тебе, впустила в свою жизнь и поверила! Ты послушал Аню, поверил в ее бредовые слова и отменил свадьбу, о которой я всегда мечтала с тобой! А сейчас стоишь и делаешь вид, будто бы во всем виновата я, непроходимая тугодумка! Если я была тебе так дорога, почему ты ни разу не предложил пожениться снова?! От большой любви и большого желания?!

— Снежка… тормози…

— Почему же? Ты ведь не знаешь тормозов в наезжаниях на меня! Почему же я постоянно должна идти тебе навстречу и делать скидку на то, что у тебя стремный характер?!

— Если бы я предложил тебе пожениться, ты бы послала меня к чертям собачьим, — процедил Артур, тоже начиная заводиться.

— Ох, как тебе, наверное, было бы страшно, случись такое! Бедненький-бедненький Артур, как бы ты пережил нападения меня, такой большой, страшной и яростной?!

— Перестань кривляться и все переворачивать! Ты за документы на квартиру меня чуть не сгрызла, как сухарь! Если бы я снова заговорил о браке, от тебя можно было бы ждать, чего угодно! Ты же неуравновешенная!

— Какая я?! — Я выдохнула и растерялась. На секунду, а затем сделала пару шагов навстречу Диджеву. Не знаю, почему, но тот попятился назад. — Ты ошалел?

— Вот и сейчас! С тобой просто невозможно разговаривать, Снежана! И ты настолько заложила во мне эту мысль, что я уже даже не пытаюсь с тобой заговаривать о каких-то серьезных вещах, даже, когда очень хочется!

— Чего тебе там может хотеться?! — прокричала я, продолжая надвигаться на свою жертву.

— Я хочу, чтобы ты осталась здесь! — прокричал в ответ Артур, заставая меня врасплох. И даже не тем, что кричащим я его слышала, может быть, второй раз в жизни, а тем, что он сказал. Как эмоционально сказал.

— Из-за тебя я и так остаюсь, козлина ты стоеросовая, — прошипела в ответ.

— Я хочу, чтобы ты осталась не из-за страха потерять детей, а из-за страха потерять меня, — не менее змеевито прошипел в ответ Диджев.

— Чего? — Я застыла на месте, как вкопанная. — А, ну, повтори, что сказал!