Глава 12

Прежде чем отправиться вниз, вгляделись вдаль. Не заметить множество двигающихся тёмных точек на горизонте мог бы лишь плохо видящий, к счастью, моё зрение в этом мире было стопроцентным.

— Стадо бизоков, щиплют траву, перемещаются медленно... хмм, где-то через три дня дойдут до этой части долины, — прикинула Райла. — Таак... сейчас...

Женщина вынула из своего заплечного мешка длинную тонкую верёвку, сделала большую петлю и обвила им один из крупных валунов, другой конец скинула вниз.

— Крепкая, не волнуйся, пропитана смолой, и будет нам подспорьем, вот увидишь. Взяла у Инджи на пару дней.

А я ведь даже не подумала об этом. Молча обняла Райлу:

— Чтобы я без тебя делала, мама, — тихо сказала ей, женщина улыбнулась и просто кивнула:

— Пойдём.

Спуск в долину, что пролёг между двух частей Великого леса, занял у нас очень много времени. Мама буквально на каждом шагу замирала и к чему-то прислушивалась. Склон был крут, ужасающе крут, но гораздо безопаснее всех других мест, что я до этого видела. И очень сильно помогала верёвка, предусмотрительно прихваченная Райлой.

Всё когда-нибудь имеет свойство заканчиваться, вот и наш путь практически подошёл к концу, осталось преодолеть все-то несколько метров. Тело нещадно ныло от напряжения, мне хотелось ускориться и уже прекратить эту пытку.

Мама сделала шаг вперёд, так же как я, наверное, спеша оказаться внизу и, видать, всё же чересчур поторопилась: камушек вылетел из-под её мокасины, женщина, вскрикнув, взмахнула руками, как птица, зачем-то отпустила верёвку... и ухнула вниз.

Недолго думая, рванула следом, догнала, обхватила Райлу за талию и невероятным образом извернувшись, заскрежетав зубами от натуги, полетела вперёд спиной. Падение было недолгим, а встреча с землёй неприятной и болезненной. Вдобавок ко всему сверху на меня рухнула крупная орчанка — искры из глаз так и посыпались. Дух буквально вышибло, а затылок взорвался от ужасной боли.

— Доченька родная... — словно издалека до меня донёсся голос матери.

— Аруна! — Райла заглядывала в моё лицо, слёзы текли по её оливкового цвета щекам, — прости меня, прости! Зачем ты кинулась меня ловить? — тут же наезд и снова: — ох, прости меня!

— Мама, — простонала я, — всё в порядке, только болит спина и затылок. Ты сама как? Цела?

— Погоди, у меня настойка из кариллы с собой, вот, возьми, выпей. Как можно больше. А я цела, что мне станется-то? Не нужно было меня хватать, тут невысоко уже, ничего не было бы! — говорила она суетливо, явно всё ещё за меня переживая.

Женщина помогла мне сесть и, отвязав от пояса потёртый бурдюк, приложила его к моим губам, я тут же сделала большой глоток мерзкой тёплой воды с каким-то дополнительным странным, неприятным привкусом.

— Посиди вот тут, в тенёчке, нужно подождать, пока подействует настойка, — приговаривала женщина, — а как отпустит, пойдём в стойбище, к Вите.

— Нет уж, — упрямо выдвинув подбородок, возразила я. — Сначала дело, потом всё остальное. Кости целы и ладно.

Райла вгляделась мне в лицо и медленно кивнула, видать не захотела со мной спорить.

Я сидела, привалившись спиной к прохладному камню, холод облегчал боль в теле, а через десяток минут пульсация в затылке стала едва ощутимой. Полегчало.

— Синяком отделаюсь, — улыбнулась я, стараясь успокоить мать, глядевшую на меня широко распахнутыми от волнения глазами.

— Ладно, мама, нам пора, — добавила я, поднимаясь. Выпрямившись чуть покачнулась, но успела схватиться за камень. — Давай поторопимся и так времени много потеряли.

— Хорошо, — согласилась со мной женщина, подхватившаяся меня придержать, но я мягко убрала её руки.

— Мне действительно гораздо лучше. Пойдём.

Место для волчьей ямы выбирали тщательно, взвешивая все за и против. В итоге решили вырыть её приблизительно в центре долины.

— Тут точно кто-то пробежит или пройдёт. И да, придётся работать вот с этим... Скиффэ Инджи мне не дала, правила стойбища нарушать не следует, — пробурчала мама, вынимая из моего "рюкзака", заточенный с одного конца плоский камень. Я поморщилась, лопату (на местном скиффэ) бы нормальную, но металл выдавался только мужчинам и женщинам, жившим в полноценных семьях. Нам сие богатство было не положено.

— По очереди, — предложила Райла и, сев на колени, приступила к рытью земли, покрытой густой молодой зелёной травой. — Нам нужно только, чтобы животное переломало ноги, — вздохнула Райла, явно не одобряя мой план, но раз уж согласилась, то была настроена помочь до конца.

Очертив прямоугольник, удовлетворяющий нашим планам, принялась копать. И дело шло вполне споро, пока мама не прорыла ямку сантиметров десять вглубь.

— Не идёт, — пропыхтела она, отирая пот, лившийся градом по её лицу. — Никак не пускает.

— Давай я, — протянула руку, взяв "инструмент", продолжила работу. И р-раз! И два! Всё шло необыкновенно легко. Словно то не земля каменной твёрдости, а рыхлый песок.

— Ничего не понимаю! — воскликнула обычно спокойная женщина, прижав ладони к щекам. — Что это? Да как это?

— Магия? — предположила я вслух, остановившись и с любопытством оглядывая дело рук своих. Если и дальше такими темпами пойдёт, то я за день справлюсь с поставленной задачей, а то и раньше.

— Аруна, — прошептала женщина, схватывая меня за обе руки, и дёргая на себя, стараясь привлечь моё внимание к себе. — Ну-ка, родная моя, я, конечно, в своей жизни видела только одного мага, и то он был огневик. Но приблизительно знаю, как проверить.

Я вопросительно на неё посмотрела, а она, усиленно о чём-то размышляя, всё крепче сжимала мои запястья, причиняя боль.

— Мама, — поморщилась я, и та, опомнившись, охнула, и погладила потемневшие от её пальцев следы на моей коже.

— Прости, девочка моя. Переживаю очень. Если всё так, как я думаю...

Она снова замолчала, невидящими глазами уставившись вдаль.

— В общем, — встряхнувшись, женщина словно приняла какое-то для себя решение. — Ты должна каким-то образом почувствовать, что земля живая.

— Эээ, — недоумённо уставилась я на неё, и как попугай повторила вслед за ней: — Каким-то образом почувствовать, что земля живая?

— Да, всё правильно. Если подумать, то земля ведь и в самом деле живая, она нас кормит... в ней столько жизни, ты должна ощутить это. Барон говорил так про огонь, что-то вроде "ощутить биение жизни в пламени". Он всё мечтал, что в его семье родится наследник маг, и как он будет учить его овладению магией, но у него все дети оказались бесталанные, даже от любовниц... Так, не о том сейчас речь. Давай, пробуй. До вечера ещё уйма времени, хоть весь день тут просидим, но ответ узнаем.

— Надеюсь столько времени не понадобится, — нахмурилась я.

Ну что же, попробуем. Прижала руки прямо к траве, сминая её. Сосредоточилась на своих ощущениях. Минут пять просидела точно.

— Ничего, — выдохнула, посмотрев на волнующуюся Райлу. Вселенское разочарование разлилось по её лицу.

— Тогда я совсем ничего не понимаю! — качнула она головой.

— Давай попробую ещё раз, — я, если честно, тоже расстроилась, но старалась не подать вида. — Может, нужно непосредственно к сырой земле?

Распластавшись на животе, вытянула руки и прижала раскрытые ладони ко дну прорытой ямы.

Постаралась успокоиться и только через пару минут смогла выровнять дыхание, все внешние звуки, плавно отдаляясь, растворились, я старательно прислушалась к себе, к своим ощущениям от прикосновения к прохладной почве.

И, видать, перестаралась, потому что неожиданно сильно заболел ушибленный затылок.

Бум... бум-бум... бум-бум-бум...

...и темп всё ускорялся, я, кажется, закричала... и вдруг все звуки резко оборвались, погружая меня в звенящую тишину, правда, спокойствие продлилось совсем недолго...

В какой момент я почувствовала это?

Краем сознания я словно прикоснулась к чему-то настолько древнему и могущественному, что моё нутро затрепетало от осознания величины явления, от его масштабности...

Земля... её было так много... она дышала, медленно, равномерно, очень глубоко, каждый вдох давался ей легко... свободно. Жизнь... она была полна ею, кто только не прятался в её недрах, я видела их всех в радиусе сотни метров и вглубь на пару десятков. А ещё она двигалась, непрерывно, крошечными шажками, но двигалась... и земля была рада мне, она звала меня к себе, ластясь и намекая о чём-то запредельном...

Ох, Всевышний!

Распахнув глаза, с тихим стоном сбросила наваждение и медленно перевернулась на спину. Но связь с землёй никуда не делась, я теперь чувствовала её тонкой ниточкой, привязанной ко мне навсегда. Это было странно. До сегодняшнего дня, до этого самого момента, никаких таких ощущений не было. А теперь я стала частью, крохотной частичкой чего-то могучего...

Надо мной синело небо, пушистые кучевые облака лениво плыли куда-то на юг. Через некоторое время я полностью успокоилась, Райла не мешала мне собраться с мыслями (мне нужно было переварить всё увиденное), за что ей отдельное спасибо, всё же с мамой мне в этом мире несказанно повезло. Не то, что в прошлой.

— Мама... — прошептала я спустя десяток минут, Райла тут же ласково, успокаивающе погладила меня по волосам. — Я видела животных, они такие странные, там, глубоко под нами. Ещё множество червей, жучков и грызунов, корни разной травы. Почему я почувствовала всё это только здесь и только сейчас? — задала, мучивший меня вопрос.

— Я не знаю, дочка. Но зато совершенно точно уверена в одном — ты маг земли, — также негромко ответила она, — и эту твою тайну нужно сохранить, как можно дольше. Никто в племени пока не должен знать, что впервые за всю историю орков у нас появился маг, — голос женщины дрожал от переполнявшего её восторга и страха за меня, за нашу маленькую семью.

— Почему? — повернув голову в её сторону, настойчиво вгляделась в лицо родительницы.

— Тебя не оставят в покое, — грустно вздохнула Райла, — будут настаивать на походах в Тёмный лес, ты будешь обязана во благо и процветание поселения, служить племени. Маг земли чувствует тайные тропы, найдёт захороненные под землёй сокровища, отыщет редкие коренья и животных.

— А то, что мы последние годы жили практически впроголодь? — зло оскалилась я. — И никому до нас не было дела?

— Дочка, как только станет известно о твоём даре, все сразу же забудут о том, что мы изгои. Будут нам улыбаться, нести самые лучшие шкуры, выделят самый большой шалаш, отдадут металлические жаровни... всё, что ты только пожелаешь будет мигом предоставлено.

— Вот ещё! — фыркнула я, — и без их подачек проживём. А заставить меня служить во благо соплеменникам никто не сможет. Уж я-то позабочусь, чтобы моя магия стала для нас защитной. И атакующей силой.

— Дорогая моя, ты необученный маг земли, по-хорошему стоит отправиться в Академию и поступить на соответствующий факультет.

Тут женщина не выдержала, вскочила на ноги и заломила руки:

— О Великий Хеймдалль! Моя дочь маг!!! Он забрал твою память, но наградил даром! — она металась передо мной, как загнанный в угол дикий зверёк, щёки её лихорадочно горели, глаза блестели от переполнявшего Райлу восторга. — Нужны деньги, дочка, обучение в Академии платное для тех, кто не хочет отрабатывать на государство три года. А я не хочу, чтобы тебя услали от меня неизвестно куда! Новый набор следующей весной.

— Мама, успокойся, вдохни-выдохни! — попросила я, садясь и с улыбкой на неё глядя. — Давай по порядку.

— Да-да, ты права. Итак, — мать снова присела подле меня и, словно с дитём малым говорила, мягко потрепала меня по щеке, — не забывай про наших соплеменников орков-берсерков. С ними тебе ни за что не справиться! И они отличные воины.

— Бяя! — поморщилась я (хотя хотелось выразиться куда крепче), — берсерки отличные воины... не боюсь я их.

— Зря не боишься. Аруна, просто пообещай молчать.

Мне ничего не оставалось, как кивнуть, соглашаясь. Не хотелось тревожить маму, да и не было у меня пока в планах обнародовать новые таланты.

А ещё этот стук тамтамов в ноющем затылке всё ещё звучал в ушах, едва слышно, практически на краю сознания, но я его улавливала. Странно, очень странно. Но совершенно не пугающе.