Глава 8

Чувствительность возвращалась телу постепенно. Сначала ощутила холодный шелк простыней и покрывала. Потом пришло осознание, что нахожусь я в человеческом теле. Вдобавок ни у себя, ни у Корвина дома. Потому что свою постель узнала бы с закрытыми глазами. А это значило…

Боги! – внутри похолодело, – неужели Гуидо вернул меня в замок? Только не это!

Паника захлестнула с головой. То, что я не могла видеть и слышать, что творилось вокруг, усугубляло ситуацию. Внутренняя дрожь вкупе с отходящими от затекшего состояния мышцами превратила меня в комок боли и страха. Прикусив неповоротливый язык, я изо всех сил старалась держаться. Хозяин не выносил стонов. И тем более его раздражали мольбы о пощаде или плач.

Где-то глубоко внутри теплилась надежда, что меня спасли. Перед тем как яд парализовал тело, я же что-то видела! Это могли быть стражи!

Гуидо и ин’син. Появление этих тварей, как и меня, собственно, не могло не засечь мощное поисковое заклинание, установленное на магическом барьере. Даже если Кайла как-то контролировала или сбивала магический сигнал, после того, как она попала под действие парализующего яда, ее влияние исчезло.

Теоктанис! Некрон! Эдорр! – воззвала сразу ко всем темным и доррийскому богам, – помогите! Пусть это будет не Хозяин. Кто угодно, только не он! Клянусь, я не только расцелую спасителя, но и исполню любое его желание!

Показалось, или я услышала чей-то довольный хмык. Не знаю. Во всяком случае, способность чувствовать, видеть и слышать обрушилась так резко, что я чуть не оглохла от резкого крика.

– Ты должен что-нибудь сделать!

Слава тебе, Теоктанис! Некрон! И Эдорр, конечно! – едва сдержала стон облегчения. Этот голос узнала бы из тысяч. Кальмин ван Доррен, комендант крепости стражей в Эрбине. – Значит, у Кайлы ничего не получилось. Значит, я по-прежнему на свободе!

– Все, что мог! – устало ответили доррийцу.

Хм, а это кто? По мелодичности интонаций похоже на эльфа. Но откуда в Эрбине эльфы?

– Кринель! Она нужна мне. Я до сих пор не выловил крысу в Тайной канцелярии. А эта девочка – ключик. И еще она невеста Вариса. Он доверил мне ее защиту, а я не справился. Как мне ему в глаза смотреть, когда вернется?

– Вариса, говоришь? – ехидно переспросил некто Кринель, – а почему девчонка в чем мать родила, да еще в твоей постели?

– Ты первоклассный целитель и к тому же мой друг, потому скажу. Только сначала клятву! – ответил ван Доррен.

– Клянусь! – поспешил с ответом эльф, – хотя и ни к чему. Я бы и так никому не рассказал. Врачебная тайна это подразумевает.

– Я не могу по-другому. Обязан подстраховаться. Эта девочка метаморф, причем из довольно сильного клана. Но это еще не все! Когда я впервые увидел ее, она была в облике полувеурра-полудемона. Как тебе сочетание? В прошлый раз она также обернулась человеком, когда получила смертельную травму. Видимо, как и у простых оборотней, обратный оборот не предполагал наличие одежды.

– Невозможно! – безапелляционно заявил Кринель, на что вампир только хмыкнул.

– Не ожидал, что поверишь на слово. Исследуй кровь, которую взял у девочки, и тогда вернемся к разговору о том, что возможно, а что нет.

Эти нахалы успели взять у меня кровь? – возмущенно засопела, чем привлекла внимание мужчин.

– Кажется, она приходит в себя! – обрадовался эльф. Я тут же почувствовала, как меня окутало теплой магией целителя. Она мягко оплела тело, проникая в каждую клеточку и принося облегчение задеревеневшим мышцам. – Хм, поразительно! Еще пять минут назад, едва дышала. А сейчас все показатели в норме.

– Шайена! – возмутился Кальмин, – ты опять подслушивала?

Открыв глаза, подарила вампиру самую невинную улыбку. После перевела взгляд на второго мужчину.

Вполне себе эльф. В меру красивый и чуточку надменный.

– Кринель а Тальминар, – представился целитель, склонив голову в качестве приветствия, – рад видеть вас в добром здравии. И раз уж пришли в себя, я должен вас осмотреть.

И тщательно исследовать! – читалось в его прозрачно-голубых глазах.

– Как вам будет угодно, – безропотно согласилась я, вспоминая клятву, что дала недавно. Если этот эльф горит желанием изучить то, чем сделал меня Хозяин, не буду препятствовать. К тому же мне и самой интересно.

– Кай, ты не мог бы… – мужчина указал доррийцу на дверь.

– Кринель, я же говорил, что Шайена невеста моего друга? – напомнил вампир, прежде чем покинуть комнату. На что эльф одарил его возмущенным взглядом.

Отчасти меня это успокоило. Хорошо, что целитель не видел во мне женщину. Скорее, объект для исследований. Тем лучше. Мне нужно еще выполнить и вторую часть клятвы. По губам скользнула невольная усмешка: как отреагирует эльф на поцелуй? Что будет, если нас застукает дорриец? И что он сам предпримет, когда настанет его черед? О том, что некрасиво целовать других мужчин, когда в наличии собственный жених имелся, даже не задумалась. Во-первых, клятвы, данные богам, следовало исполнять неукоснительно. А во-вторых, поцелуи ничего не будут значить. Пока есть чувства к одному партнеру, остальные мужчины не существуют. По крайней мере, до тех пор, пока есть эти самые чувства.

Отдать должное выдержке эльфа. На его лице не дрогнул ни единый мускул, когда я прильнула к нему всем телом и поцеловала.

– Кхм, неожиданно! – в голубых глазах плескалось удивление. Не более. – И что это значит?

– Это благодарность. За спасение и помощь, – ответила шальной улыбкой. После развернулась и, ничуть не стесняясь наготы, скользнула на кровать и накрылась покрывалом.

– Что же, – хмыкнул Кринель, – весьма своеобразный способ. Хотя и очень приятный. Однако я прошу, чтобы впредь такое не повторялось. У меня к вам интерес иного рода, а смешивать работу и… В общем, вы меня прекрасно поняли, вейра. Не так ли?

– Несомненно! – заверила мужчину, – такого больше не повториться. В остальном, рада помочь.

– Тогда, позвольте попрощаться. Как только будут готовы результаты исследований, я свяжусь с вами.

– Всего хорошего! – подмигнула эльфу, который почему-то смутился и поспешил выйти из комнаты.

Та-ак, – довольная, откинулась на подушки, – с одним все вышло замечательно. Часть клятвы сдержала. И поцелуй, и просьба выполнены безупречно. Остался вампир. Его врасплох не застанешь. Да и не станет он целовать невесту друга. Значит, прибегнем к небольшой хитрости.

Дорриец вернулся через четверть часа, когда я успела обдумать все варианты его соблазнения, вплоть до того, чтобы рассказать о клятве. Но это на крайний случай. Каким-то шестым чувством понимала, что богам это не понравится.

– Ашихнаэллин! Как ты могла? – с порога кинулся отчитывать вампир, – ты хоть представляешь, что едва не погибла? Какой дхарг понес тебя в Запретный лес? И, главное, зачем сняла амулет?

– Я нашла Шайену Бриар, – огрызнулась в ответ. Как-то не так представляла себе наш разговор. Где тут соблазнять, если дорриец молнии метать готов?

– Где?

– Она, то есть, ее тело, в норе эргала.

– Той, что уходит под стену? – мрачно уточнил Кальмин.

– Да. Полагаю, даже не на нашей земле. Там длинный лаз. Но другого выхода я не видела. Возможно, с той стороны он завален.

– Поэтому мы и не могли ее отыскать. Поисковики не видят, что находится за стеной. Ну, или под ней. Но как тебе удалось?

– Для этого пришлось снять амулет, – виновато потупилась, – в зверином облике я могу выследить кого угодно.

– И все же! – вампир приблизился, склонившись надо мной, – ты не имела права рисковать! Ту девушку уже не вернуть. Что я скажу Корвину? Такое не скроешь.

– Правду, – я пожала плечами, отчего покрывало сползло, открывая часть тела.

– Ашихнаэллин! – скривившись, прорычал вампир. Однако это не помешало с жадностью уставиться на полуобнаженную грудь. Взгляд синих глаз опасно потемнел. Также он темнел и у Корвина, когда он был охвачен желанием. – Не следует дразнить взрослого мужчину. С невестой моего друга я никогда не позволю ничего лишнего! – небрежным движением он поправил сползшее покрывало.

Но я не собиралась так просто сдаваться. Другого такого шанса может и не представиться. Коснувшись руки мужчины, прислонила ее к себе. Сквозь ткань ощутила нешуточный жар.

– Комендант, там Шайену Бриар обнаружили! – в спальню ворвался Бретан Эрсимль. – Ох! – заметил все-таки, что начальник не один, но ничуть не смутился. Наоборот, сделал несколько шагов вперед, чтобы рассмотреть меня. – Я не вовремя? Простите! Дело не терпит отлагательств. Мы же столько времени ее искали. Если бы не этот прорыв, то никогда не нашли.

Склонившийся дорриец удачно закрывал меня от постороннего взгляда. А ситуация складывалась двусмысленная. Определенно, я находилась в доме ван Доррена, если не в его спальне. Если Эрсимль меня тут увидит, скандала не избежать. Судя по взбешенному виду вампира, он это тоже прекрасно понял. Как и то, что у Эрсимля появится маленький рычажок давления на начальника, если он согласится молчать.

Что же, подыграем! – обвив шею мужчины руками, притянула к себе. Коснулась губ.

Что ты творишь? – выразил его полубезумный взгляд.

Спасаю!

Этот поцелуй резко отличался от недавнего, с эльфом. Решив применить немного своих способностей, не рассчитала, что и вампир обладал особым обаянием. Иначе, отчего вдруг потеряло значение, видит нас кто-то или нет? И глаза, прежде внимательно следящие за реакцией мужчины, закрылись сами собой, а низ живота сладко заныл, рождая желание.

Желание? – я вздрогнула. Разомкнув веки, удивленно уставилась на мужчину. – А как же «она невеста моего друга»? Хм, да он же играет! – догадалась я, – платит той же монетой. Раз так, то бояться нечего! Он сам не позволит большего. Тем более на глазах у Эрсимля.

– Вейр ван Доррен… – подал голос секретарь.

– Вон! – рявкнул вампир так, что будь я на месте его помощника, поспешила бы убраться. Хорошо, что у него хватило ума послушаться и выйти.

Я запустила пальцы в роскошную шевелюру доррийца. Тот лишь глухо застонал. Но когда я попыталась углубить поцелуй, отстранился. Одним движением перехватив руки, он завел их мне за голову. Прижал к кровати. Покрывало окончательно сползло, обнажая по пояс. Не вполне осознавая, что делаю, чуть выгнулась, чтобы коснуться телом мужчины.

– Зачем тебе это, Ашихнаэллин? – хрипло спросил дорриец, – если мы продолжим, назад дороги не будет. Как и свадьбы с Варисом.

– Не нужно продолжать, – заливаясь краской стыда, прошептала в ответ, – я всего лишь хотела поцеловать. В благодарность. За спасение.

– Не могу отказать, когда так убедительно просят, – дорриец приник к губам, царапая клыками кожу. Солоноватый привкус поцелуя свел с ума. Не заметила, как у самой появились клыки, которые, как и вампир, я также пустила в ход. Перед глазами промелькнул образ довольно симпатичной девушки с каштановыми волосами.

Вот и все! – я внутренне содрогнулась, – стоит только захотеть, и вампир падет к моим ногам.

Я не знала, откуда во мне такая особенность. Во всяком случае, в детстве никто об этом не рассказывал. Возможно, в силу малого возраста. А может потому, что такой никто не обладал. Метаморфы считывали облики с тех личностей, с кем имели хотя бы мимолетный тактильный контакт. Но, как недавно выяснилось, я могла вытащить из подсознания мужчины наиболее желанный для него образ женщины и стать ею. Стать идеалом.

Впервые я сделала это непроизвольно. Защищаясь. С Корвином. Но тогда я заранее знала, к кому ар’рейтер испытывал сильные чувства. И даже будучи без сознания, мое тело приняло облик, похожий на ту, кого Варис никогда бы не смог убить. Это притом, что свободная смена обличий стала доступна лишь после того, как стала женщиной! Видимо, сработал инстинкт самосохранения.

Почувствовав мое замешательство, Кальмин отстранился, окинул затуманенным взглядом. Замер. Мотнул головой и крепко зажмурился. После снова распахнул глаза.

– Не может быть! Мали? – дорриец меня встряхнул, да так крепко, что клацнули зубы. – Прости! – сразу же разжал руки, – Ашихнаэллин?

Очередной приступ стыда накатил неожиданно. Подхватив край покрывала, вновь натянула до подбородка. Скрестила руки на груди.

– Я не знаю, как это получилось. Оно само.

– Знаешь, это жестоко! Бить по самому больному месту, – с горечью сказал вампир. Красивое лицо исказила гримаса боли, – я был о тебе лучшего мнения. Но ты не знаешь главного, на подделку я никогда не поведусь. У меня уже был подобный опыт. Ни к чему хорошему это не привело.

– Прости! Я не хотела обидеть. Просто… когда яд Гуидо начал действовать, испугалась, что попаду к Хозяину, – интуиция вопила, что сейчас нужно быть предельно откровенной с доррийцем. Если соврать, последствия будут непредсказуемыми. – Когда очнулась, я ведь не могла видеть или слышать. Только чувствовала, что нахожусь в чужой постели. Голая. Я молилась о чуде. И поклялась, что если все обойдется, то расцелую спасителя и…

– И? – с нажимом повторил дорриец.

– Исполню любое его желание, – тяжело вздохнув, выдавила признание.

– Но ведь в комнате мы были вдвоем. Значит, и Кринель… удостоился благодарности?

Я смущенно кивнула.

– Тогда понятно, почему ты так быстро согласилась стать подопытной зверушкой целителя. И странной рассеянности эльфа теперь тоже есть объяснение, – хмыкнул Кальмин, – ну, что же! Все лучше, чем можно представить. Я и не знал, как тебя просить помочь в одном деле. Но раз все так удачно сложилось, то у меня есть для тебя желание.

– Какое?

– Ты поможешь мне в одном деликатном деле, – дорриец хитро усмехнулся, – каком именно расскажу, когда мы скрепим клятву кровью.

– З-зачем? – наслышана я была о вампирских клятвах. Мало хорошего. Если нарушить ту, что дал богам, они могут и не заметить. Особенно если обойти или выполнить ее формально. А вот за нарушение кровной, ждала только смерть.

– А, чтобы ты не передумала! И дашь ты ее мне прямо сейчас.

– Но…

– Никаких, но! – отрезал ван Доррен, – это мое желание.

– Хорошо, – что оставалось делать? Согласилась.

Дорриец ловко вырезал нужные символы на ладонях, что довольно болезненно, между прочим. Затем мы произнесли слова заклинания. Знаки на наших руках вспыхнули, в подтверждение того, что клятвы приняты. Раны на коже тут же затянулись, оставляя лишь едва заметный след рисунка. Впрочем, и его вампир зачаровал так, что никто, кроме нас, его бы не увидел.

– Исчезнет, когда я посчитаю твою клятву исполненной, – «приободрил» ван Доррен.

– Что дальше? – уныло поинтересовалась я. Мало мне поводка для маленьких маргов, так теперь еще и в должниках у Высшего вампира оказалась.

– А дальше ты станешь моей любовницей! – не моргнув глазом, заявил нахал.

– Чего? Ты в своем уме? А как же мой жених?

– А о нем надо было думать раньше, чем в Запретный лес соваться! Ну, же, Аши! Смелее.

– Ты! – меня затрясло от злости и бессилия. Мало того, что назвал меня так, как можно было только одному человеку, так еще и счастье разрушить хочет.

Сама виновата, – ехидно отозвался внутренний голос, – нечего было дразнить вампира. Разве ты думала о Корвине, когда целовалась с ним?

Думала, что все будет, как с эльфом, – оправдывалась перед собой, – я ничего не почувствую.

А все вышло не так, да? Дорриец заставил захотеть его. Ты же, вместо того чтобы все немедленно прекратить, еще больше распалила мужика. Вдобавок и облик его возлюбленной приняла. Тут любой обозлится.

Но я не хочу быть его любовницей! Я Корвина люблю!

Ой, ли! – и откуда у меня внутри такая язва? – тебе ли не знать, что Варис просто оказался подходящим кандидатом, который мог сделать тебя женщиной? А любовь ты придумала. Признайся! Если бы тебя не ранили, и ты не попала к нему в дом, давно сбежала из этого городишки. В каждом таком захолустье ты находила того, кто мог бы стать твоим мужем. Самого крепкого, умного, обеспеченного. Это инстинкт выживания метаморфа. И он так же силен, как и твоя тяга к перемене мест. Имен. Мужчин.

Я не такая! Я не стану спать с кем-то только потому, что это выгодно!

– Мне это и не нужно, – вампир скривился.

Упс! Похоже, последнее я сказала вслух.

– А что тогда?

– Объясню позже! А сейчас, – ван Доррен кинул мне охапку вещей, которые сгреб со стула, – одевайся. И не вздумай менять образ. Разве что немного, чтобы сходство было поверхностным. А потом мы с тобой закончим то представление, что ты разыграла для Эрсимля.