Глава 20

– Ась… – выдыхает мне в волосы, когда склоняется, чтобы перевести дух. – Я соскучился.

Блаженная улыбка сама прыгает на лицо.

– Я почувствовала.

Марк хмыкнул мне в район шеи, после чего аккуратно вышел, и помог спуститься с полки, куда до этого подсадил, как на жердочку.

Подцепил пальцем бретельку лифчика.

– Мне нравится. Можешь плавать в нем?

– М-м-м… у господина Ольховского фетиш на красивое женское белье?

– Виновен. По всем статьям.

Он, все еще держа меня за руку, подвел к джакузи, поддерживая, чтобы я переступила через высокие бортики, погружаясь в пену.

Но не зашел следом, удобно устраиваясь в горячей воде, а… покинул ванную. Чтобы прийти потом несколькими минутами спустя, неся в руке поднос, на котором возвышались два бокала шампанского. Успел мне передать один из них, как послышался стук в дверь.

– Наверное, ужин.

Марку накинул на себя халат, уходя к обсуживающему персоналу. И, после непродолжительного отсутствия… вкатил в ванную тележку.

– Поведу себя как джентльмен. – Он улыбнулся. – Миледи предпочитает рыбу или мясо?

– Даже выбор есть? – потянулась вперед, облокачиваясь предплечьями о бортик. Заглянула в тарелки. – Давай мясо. Выглядит изумительно.

– Это говядина. – Марк на что-то нажал, и верх тележки отсоединился, превращаясь в передвижной столик, который можно было цеплять за бортики. Этакая хитрая конструкция, точно предназначенная для поглощения еды, лежа в воде.

– Как все продумано. – Подивилась, делая глоток игристого, что тут же защипало в носу.

– Думаю, мне не первому пришла в голову идея совместить прием водных процедур и ужин.

Ольховский начал раздеваться, аккуратно сложив вещи на столешнице, что, как показала практика, отлично выдерживает вес одной дерзкой аспирантки.

Он забрался ко мне.

– Тебе нравится?..

– Номер? – спросила хитро, и потянулась за кусочком мяса, отправляя в рот тушеную прелесть. Была голодна, как волк.

С Кириллом как-то не поели, если не считать быстрого перекуса, купленного на заправке, кофе с френч-догами. А калорий я сожгла достаточно. За весь день, разумеется.

И после впечатлений кушать хотелось. Так сказать, заесть адреналин.

– Джакузи. – Не поддался на провокацию Марк, также приступая к трапезе. – Удовлетворена?

– О да…

Продолжая хитро улыбаться, облизнулась. И чуть привстала, чтобы ему лучше был виден намокший, и ставший совсем прозрачным, лифчик.

Его глаза тут же обласкали предоставленную картину.

– У нас есть половина ночи впереди.

– Значит, нужно подкрепиться. Чтобы были силы. – Подмигнула, и снова вернула внимание тарелке.

***

Марк ушел в три часа ночи, как и планировал. Оставив после себя сладкое опустошение в теле, бессилье и блаженную негу. Я не могла пошевелить даже пальцем, и провалилась в сон, стоило лишь услышать звук закрывающейся двери.

Номер был оплачен до обеда, и в стоимость входил завтрак, так что я планировала воспользоваться благами гостеприимного заведения. А пока – сон!

Проснулась, чувствуя легкую ломоту в мышцах.

Обняла подушку, вспоминая минувшую ночь.

Это было… хорошо.

После принятия бурлящей ванны мы перебрались в постель.

И теперь я исследовала губами его тело, покрывая, кажется, каждый сантиметр, поцелуями. А после – кусая за шею и царапая спину, когда Марк оказался сверху, устраивая мне очередной спринт. Сегодня он был прямо-таки отбойным молотком, не давая передышки. Вбивая меня в матрас и вырывая всхлипы из горла.

Сколько раз у нас было?..

Пять?..

Мой собственный маленький марафон. После которого не хочется разводить активную деятельность.

Приняла душ, спустилась в ресторан при отеле, и только там, сидя за столиком, взглянула на экран телефона.

И меня ждало сообщение, заставившее смутиться.

– Ты была великолепна, моя голосистая королева.

Да, он вырывал у меня из горла протяжные, громкие стоны. А звуки шлепков его бедер о мой зад слышен был, кажется, и за пределами номера.

Развратная поза собачки. Все она!

Марк хотел было, склонить меня к аналу, но я мягко отказала. Не так скоро. Пока я морально не была готова к таким экспериментам.

Но понимала, что майор точно настоит на своем, и рано или поздно, я сдамся. И познаю прелесть очередной вероятности любви.

Когда я допивала чай, на смартфон пришло очередное сообщение.

В котором значился чей-то почтовый ящик.

Нахмурилась, не понимая, что только что получила.

Следом еще одна смс от Кирилла.

– Это е-мейл Лурье. Я предупредил его, так что он будет ждать от тебя электронку. Можешь спрашивать, что хотела.

Сердце екнуло.

Просто так. Без «давай встретимся», «пойдем прокачу» и прочего, сопровождающего «благодарность» за такой щедрый подарок.

Кирилл обещал помочь мне выйти на хирурга? Он это сделал.

Тихо, быстро и не требуя ничего взамен.

– Да что же это такое? – пробормотала под нос, ощущая очередные эмоциональные качели.

Как так?..

***

Поплелась в университет, понимая, что сегодняшний вечер отдам под составление длинного письма с вопросами к Виктору Степановичу.

Пары прошли в каком-то коматозе. И даже сообщение от Марка, который интересовался, как у меня дела, вызвали лишь дежурную улыбку.

Не понимала, почему не радуюсь, как влюбленная дурочка, когда Бог секса интересуется моим самочувствием и распорядком дня.

Что-то со мной не так. Явно.

Мысли крутились только вокруг диссертации. И мужчины, который всего щелчком пальцев позволил мне прыгнуть выше головы. И улучшить качество исследовательской работы в десятки раз.

Для меня диссертация была очень важна.

Наверное, потому что я осознанно выбрала преподавательскую карьеру в медицине. И хотела получить звание кандидата наук. А ступенька для получения вожделенной корочки вдруг оказалась ниже. Благодаря мальчику с татуировками.

Уже дома, разложив на кровати конспекты и выдержки из статей Лурье, потратила часа два, чтобы выписать основные вопросы. Тезисно оформила это, вместе с сопроводительным письмом, и, с бьющимся о ребра сердцем, отправила письмо.

Поддалась порыву, взяла телефон, и позвонила Кириллу.

– Привет.

– Привет. Значит, не спишь? Думал, прилежные аспирантки в такое время давно нежатся под одеялком.

– Я писала письмо Лурье. Хотела тебе позвонить и сказать спасибо.

– Ты же уже благодарила. Смс-кой.

– Решила, что стоит еще раз. Для меня это действительно много значит. Спасибо, Кирилл.

Парень хмыкнул.

– Может, тебе еще какие связи нужны? Я подниму.

– Нет-нет, – стала глупо улыбаться и упала на подушки, начав рассматривать маникюр. – Но я обязательно скажу, если вдруг понадобится телефон, скажем… мэра.

– Хочешь нажаловаться на коммунальные службы, которые не расчищают дорожки возле дома?

– Скорее, на нарушителей спокойствия. Или штрафы за неправильную парковку – это к ГИБДД?

– Если ты так хочешь намекнуть, что я дожидался тебя перед подъездом, собрав взгляды всех ваших старушек…

– Именно. Именно на это и хочу намекнуть.

– Валентина Ивановна, которая из восемьдесят третьей квартиры, сказала, что ты девочка тихая и прилежная. За тобой даже не были замечены так любимые молодежью вечеринки на дому, что стены сотрясаются от бесовской музыки.

– Оу, ты познакомился с нашим комендантом?

– Очень милая женщина. Сперва, конечно, настороженно отнеслась к моему появлению, но после того, как я сказал, что воспылал к тебе чувствами, а ты не разделяешь моей страсти, да попросил совета, как умудренной опытом, прекрасной леди, от которой наверняка теряли головы все джентльмены, стоило лишь Валечке пройти, игриво поправляя косы, ваш комендант сменила гнев на милость. Даже вон, поделилась инсайдерской информацией. Правда, сперва меня допросила. Кто, что, откуда.

Захихикала.

– Ты смотри, не перестарайся. А то ведь Валентина Ивановна может подумать, что мною просто прикрываешься, а увлечен именно ею. Знаешь, сколько у соседки кошек?

– Четыре. Сиамская, персидская, и два мейн-куна. Барсик, Конфетка, Пушок, который в девичестве по недосмотру звался Балериной, и Петька-разбойник. Я так понимаю, Петр в любимчиках ходит.

Ну что за человек? У меня скоро скулы начнут болеть от улыбки, что не собиралась покидать лицо.

– И кто еще шпион? Узнал всю подноготную нашей Валечки!

– Это еще что! А вот Лариса Федоровна, из третьего подъезда? Слышала, какая она проказница? Рассаду помидоров и огурцов, оказывается, на балконе устроила. Которые все до единого летом дали плоды, причем сладкие и сочные, совсем не то, что магазинные! Что там, вода одна. А тут – прямо с запахом! И ведь вон напасть какая: Лариса не собирается делиться секретом с нашей высокоуважаемой Валентиной Ивановной!

– Действительно, проказница. – Я уже, не сдерживаясь, смеялась.

– А у тебя нет рассады на балконе?

– Ставишь меня в один ряд с дамами интеллигентного возраста?

– Ну, ты же увлекаешься цветами. Вдруг, оно там рядом.

Повернула голову, посмотрев в сторону аквариума.

Кстати, нужно полить мою Венерину Мухоловку.

На свою голову получила подарочек, от которого не смогла отказаться. Еще и лампа эта… оказывается, ее крепить к стене нужно. А нужных инструментов не имелось.

– Кстати, о фауне. Признайся, ты знал, что для фиксации фитолампы нужно сверлить стены?

– Разве она не на подставке?

Голос прямо-таки невинный-невинный. Либо действительно не был в курсе об особенностях осветительного прибора, либо же продумал несколько шагов наперед.

Логично, что женщина в тридцать лет будет жить одна, без родителей. И наверняка не станет собственноручно крошить стены, чтобы прикрутить пресловутый «помогатор» для роста хищного растения. Раз уж у нее появился такой удобный, внимательный, а, главное, услужливый кавалер.

Да, когда провожал до дома, Веселов и не сделал попытки попасть на мою территорию. Но незримо пометил ее. Чтобы вернуться уже на официальных основаниях.

Дошла до экосистемы, заглядывая через прозрачные стекла.

– Нет. Нужно крепить на вертикальную поверхность.

– Черт. Промашка вышла. Ты, как понимаю, еще не повесила ее?

– Нет. У меня даже перфоратора нет.

– У меня есть. И пользоваться им умею.

Отвернулась от Мухоловки, обвела комнату взглядом.

Я сюда так давно не приглашала мужчин, что, кажется, совсем забыла, каково это – видеть в родных стенах кого-то, кроме сестры и родителей.

Но Марка же готова была привести…

Зажмурившись, словно это могло помочь и уберечь от опрометчивых поступков, выпалила:

– Так возьми ответственность. И перфоратор. Нужно поставить твой подарок на полагающееся ему место.

Кирилл помычал, словно раздумывал над предложением.

– Где подвох?

– Подвох?

– Ну да. Ты не можешь просто так пригласить меня в гости. Где-то должен быть подвох. У тебя есть дрессированный питбуль? Который делает яйцам непрошенных гостей клацен-клацен?

Дурак! Ой, дурак!

Но какой забавный дурак!

– Даже если и есть, неужели тебя испугает собачка?

– Меня пугает перспектива остаться без потомства… за чисто филантропное желание помочь девушке в беде.

– Ну, девушку в беду ты сам поместил.

– Поэтому и готов расхлебывать. Половником. Кстати, на счет еды. Накормишь работягу? В качестве благодарности.

– А ты не слишком торопишь события? Говоришь о плате за услугу, которая еще не совершена. А вдруг стена не поддастся твоей дрели?

– Я ее уговорю. – Было слышно, как Кирилл улыбнулся. – Так что на счет еды? Полагается?

– Набиваешься в нахлебники?

– Всего лишь в дегустаторы. Очень любопытно попробовать домашнюю пищу. Которую ты приготовишь своими руками.

Дыхание сперло. А в животе одинокая бабочка мазнула крылом, послав жар еще ниже, к бедрам.

Почему-то его просьба, такая простая, вызывала теплую волну, накрывшую меня с головой. Словно в уютный кокон завернули.

Кирилл хочет попробовать мою стряпню.

Мальчик, наверняка избалованный дорогими Мишленовскими ресторанами. Просит домашней стряпни.

– Я подумаю.

– Как и о дне, когда я смогу прийти с прибором наперевес?

Поднесла руку к губам, чтобы заглушить возмущенный вздох.

Он специально же так двояко говорит! Нарочно.

Провоцирует, гад.

– Послезавтра.

– В воскресенье? Заметано. Освобожу целый день под тебя. И, как верный Марио, буду ждать звонка. Или сообщения.

Покачала головой.

– Спокойной ночи, Кирилл.

– Сладких тебе снов, Ася. – Он помедлил. – Пусть тебе приснится жаркий секс с моим участием. Расскажешь, а потом сравним показания.

– Веселов!

– Да, милая. Вот так ты и будешь выкрикивать мою фамилию. – Он чмокнул воздух возле трубки. – Мы же про эротические сны говорим, помнишь? Ты мне расскажешь о своем, а я поведаю о том, что снится мне.

Хулиган! Настоящий, шаловливый хулиган. Которого пороть надо.

Вот только в его представлении мы наверняка поменяемся местами. И на месте того, кто принимает похлопывания по заднице, окажусь я.

Понимая, что мысли уже снова начали заворачивать не в ту степь, вздохнула, завершая разговор.

– До воскресенья, работник по найму.

– До воскресенья, хозяйка.