23 глава

— Сандра, постой! Ты же Сандра, да? В двенадцатой комнате живешь, — услышала я окрик коменданта, когда уже встала на первую ступеньку лестницы. Чуть заторможенно обернулась, недоуменно уставившись на нее.

— Да, это я… Здравствуйте.

— Ага, я так и подумала. В общем, ремонтники сегодня утром приходили по заявке, но у тебя дверь как-то хитроумно заперта, мы не смогли открыть. Так что быть тебе без окна и чего там еще надо, — выдала орчанка с некоторым сочувствием в голосе.

— А почему не предупредили меня с вечера? Я бы не уходила никуда вообще или дверь не запирала…

— Это же гоблины, никогда не предупреждают. У меня стандартный магический ключ от всех комнат есть, но он не подошел к твоей комнате. Там куча каких-то мелких заклинаний… Снаружи они подтянули провисшие магические нити — все, на что смогла их уговорить, — она сокрушенно развела руками.

Я лишь молча покивала, крепко стиснув губы, чувствуя, как истерика, отступившая было после разговора с деканом, вновь пытается прорваться наружу.

— То есть, когда начнутся холода, я так и буду без окна замерзать? — уточнила безэмоциональным тоном, но на последнем слове голос предательски дрогнул.

— Можно еще раз подать заявку, не переживай. Но ты больше не запирай дверь на такие хитромудрые замки, хорошо?

— А можно я оставлю вам просто код моего артефакта связи, а вы свяжетесь со мной, как придут ремонтники? Пожалуйста… — и невольно шмыгнула носом, чувствуя, что слезы вот-вот все же прольются от обилия событий, навалившихся на меня сегодня.

Лерри Калахара в первый миг явно хотела ответить мне категоричным отказом, это было видно по ее непримиримому выражению лица. Даже открыла рот, но осеклась, сочувственно вздохнув.

— Ну-ну, не расстраивайся. У каждого бывают неудачи, а пока, в самом деле, не холодно же. И я с улицы видела, ты шторки симпатичные повесила, наверняка же и внутри все облагородила… До холодов успеют все сделать, у нас, вон, осень теплая какая выдалась, еще недели три-четыре точно сможешь спокойно обходиться без окна, — принялась она увещевать и, подойдя ближе, даже дернулась, пытаясь то ли обнять, то ли погладить по волосам… Но ограничилась тем, что за локоть оттащила чуть в сторону, давая пробежать молодому орку с охапкой книг, явно опаздывавшему на занятия.

— Куда несешься?! Затопчешь же кого или сам навернешься, шею свернешь, а мне потом отчитываться!..

Правда, окрик комендант на орка мало подействовал. Он лишь буркнул слова извинения и, вжав голову в плечи, побежал еще быстрее.

— То есть, мне снова ждать ремонтников и… Сколько вы сказали? — напомнила я, а внутри все похолодело от прозвучавших сроков, и стало совсем тоскливо.

— Повторную заявку вряд ли раньше одобрят, уже ж приходили по этому адресу, теперь когда еще доберутся… И ладно уж, оставляй код артефакта, я сообщу тебе, чтобы ты была на месте, — она снова сочувственно вздохнула.

Тяжело сглотнув, я скупо поблагодарила ее и оставила свой номер, чувствуя, как с каждым шагом мной все больше овладевает отчаяние. И на кой черт я вообще запирала так эту комнату? Пусть бы и оставалась открытой, в самом деле. Денег я там не держу, всегда с собой, а больше там и брать нечего. Ну не ковер же или бальное платье свиснут?!

На последних шагах все уже плыло перед глазами из-за слез, что грозились вот-вот пролиться. Но я все еще пыталась как-то взять себя в руки, представляя, как сейчас наберу пенную ванну и буду там нежиться несколько часов, включив какую-то приятную музыку на магическом проигрывателе. Да и, кажется, еще с прошлого моего похода в город оставались вкусные конфетки с чуть терпковатой сладкой начинкой…

Но, видимо, Вселенная решила, что если начала мне сегодня выдавать неудачи, то надо нагрузить ими по полной. Это я осознала, когда попыталась привычно развеять запирающие заклинания, открывая одно за другим. Чем-то это напоминало кодовый замок, когда важна именно последовательность цифр, нажать которые не составит труда любому прохожему, ориентируясь на стертую краску кнопок на домофоне. И я знала, что вначале следовало снять амбарное, потом для шкатулок, потом… Да уже не имело значения, что «потом», ведь я не могла подцепить самое первое!

Ремонтники, решив сделать доброе дело по наводке коменданта, подтянули провисшие магические нити, из-за которых я не могла повесить обычное универсальное запирающие заклинание, настроенное на мою ауру. Но, тем самым, они намертво заблокировали мою дверь, спаяв все эти мои мелкие охранки в одну сплошную, где даже не видно начала первого и конца последнего!

Не выдержав подобного издевательства от судьбы, я просто устало опустилась на пол, опершись спиной на дверь, и, подтянув к себе колени, уткнулась в них лицом и горько разрыдалась.

— Сандра? Что ты… Ты плачешь? Не надо, все хорошо, все будет хорошо! Тише-тише, — вдруг зачастил рядом чей-то смутно знакомый голос, но сквозь слезы, застилавшие глаза, я в первый миг не сумела рассмотреть, кто неслышно появился в коридоре и сейчас присел рядом со мной на корточки.

Но даже ответить не смогла, скатываясь в полноценную истерику. На сегодня стресса оказалось чересчур много, и я уже просто была не в силах остановиться.

Моей руки коснулось что-то пушистое, заставив невольно вздрогнуть. Хвост? Среди моих знакомых, живших на этом этаже, я знала лишь одного парня, кто мог похвастаться данной частью тела. Кое-как утерев слезы тыльной стороной ладони, уставилась на растерянного и даже чуточку испуганного Андреаса, всматривающегося в мои глаза с бездной беспокойства во взгляде.

— Все хорошо, что бы ни случилось, мы все решим, доверься мне, — увещевал он неожиданно твердым и уверенным тоном, хоть и понятия не имел, что стало причиной моего срыва. И от этого хотелось плакать еще больше.

Вот как ему объяснить, что это первая истерика после моей гипотетической смерти? В моем мире пришиб незнакомый пес, и тело забрали, кинули в самый вир событий, где все чужое, друг сегодня фактически предал, дети чуть не ухайдокали, к артефакторам не переводят, еще и жить теперь негде, и вообще, хочу домой, к моей маме, в мою общагу, в мой универ…

Поэтому просто хотела было провыть, что хорошо у меня уже ничего не будет, но это его «мы решим» затронуло какие-то струны души. Особенно на контрасте с поступком Саймона, который, как оказалось, задел меня намного сильнее, чем могла подумать.

И, уже не задумываясь, что делаю, просто нуждаясь в дружеской поддержке, подалась вперед и прижалась к Андреасу, обняв его. Надо было что-то сказать, поблагодарить хотя бы за попытку утешить или, как минимум, объяснить, почему я тут расселась на полу, но истерика отступать все еще не желала.

— У меня… у меня… дверь заклинило-о, — все же прорыдала. — И ремонтники окно не заделают еще несколько неде-ель!

Андреас неловко приобнял в ответ и с секундной заминкой осторожно опустил горячую ладонь мне на спину, чуть погладив, как обычно гладят неприрученных кошек, которые могут в любой миг либо оцарапать, либо сорваться и куда-то убежать.

— Всего-то? — пробормотал он мне куда-то в макушку, отчего щекотно зашевелились волосы от его дыхания, а в его голосе явственно отразилось облегчение. — Ну-ну, сейчас со всем разберемся…

— Не хочу я уже ни с чем разбираться… Вот почему все это происходит со мной, а? Что я сделала Вселенной, что она так ополчилась на меня? — я обреченно хлюпнула носом, не торопясь отпускать Андреаса.

— Одна несчастная дверь не стоит твоих слез, Сандра… Да и вообще ничто не стоит. Давай, не надо сидеть на полу. Поднимайся, вот так, — ласково заворковал парень, приобняв меня за талию и помогая подняться. — Сейчас я посмотрю, что с дверью, только не надо плакать, хорошо? Это все ерунда, право слово…

Я уже и не противилась, покорно поднявшись, и даже отпустила наконец-то его рубашку. Устало привалилась к стене спиной, мужественно поборов желание вновь сползти по ней вниз. Может, Андреас действительно сейчас все как-то исправит и…

— Ого, ты навертела тут с защитой… — услышала его растерянный голос с капелькой вины.

— Никак, да? — прошептала дрожащими губами и крепко зажмурилась, и так зная ответ, чувствуя, как горячие слезы вновь заструились по щекам.

— Ну Санни, не надо, пожалуйста, ничего страшного! Я в ремонтной магии и защитных заклинаниях не силен, но тут целый этаж аспирантов, кто-то да и разберется! Правда, сейчас их, скорее всего, еще нет дома… Ну чуть позже откроем дверь, час-два — разве так критично? Сейчас пойдем ко мне, ты там посидишь, выпьешь горячего какао… А хочешь с пирожками? Как в твой первый день здесь? Только не плачь, мы обязательно что-нибудь придумаем, я поспрашиваю у своих знакомых, в крайнем случае, вышибем эту чертову дверь… — зачастил он, но я уже не вслушивалась, меня засасывало в пучину беспросветного отчаяния. — Пойдем!

Последнее слово прозвучало вдруг особенно решительно, заставив все же бросить на него взгляд. А в следующий миг Андреас подхватил меня на руки без особого труда, я лишь икнула от неожиданности, зато истерика чуть отступила. И пока пребывала в ступоре от такого поведения, казалось, уже знакомого мне котика, парень успел дойти со мной до своей комнаты, лишь там спустив на пол, чтобы открыть дверь.

— Т-ты что делаешь? — пробормотала я, окончательно растерявшись.

— Я не умею успокаивать девушек, — признался он бесхитростно и пожал плечами. — Только детей. Обычно помогает, когда их берут на руки.