Глава 21

Городское кладбище Рассел Уфир Звук разорвал кладбищенскую тишину и придал существам ускорение. Часть магполицейских спешно собирали свое оборудование, грузили в автомобили. Другие рассаживали по полицейским машинам пойманных студентов и прочих причастных к заварушке. Оставшиеся теснили к выходу настырных журналистов. «Что за глупцы», – скривился я, глядя, как жадные до сенсаций газетчики не торопятся следовать приказу и покинуть территорию кладбища, надеясь урвать горячий материал. Мы с Армати стояли чуть в стороне от суеты, которую я организовал, и незаметно контролировали процесс, время от времени ускоряя его магией. Я едва сдерживался, чтобы одним взмахом руки не вымести всех лишних за ограду кладбища. Но Арина четко отслеживала мое состояние и не давала сорваться. Кажется, никогда в жизни за один день я не слышал столько раз своего имени. – Арина, – буркнул я, желая прекратить это издевательство. Но отвлёкся, наблюдая магическим зрением, как за ворота один за другим выезжают полицейские и лекарские машины, как нехотя выходят за ограду журналисты и прочие любопытствующие. Иногда мне казалось, что у живых существ, неважно какого они рода, любопытство и жажда сплетен напрочь отбивают инстинкт самосохранения. – Да? – напарница щелкнула пальцами, и особо одарённый газетчик приземлился хм… мягким местом на иглоежа – хищника, который не водился в наших краях. Писака взвыл от боли, схватился за поврежденное место, исколол ладони, взвыл еще сильнее и выкатился из-за кустов, за которыми решил переждать тревогу в ожидании горяченькой информации. – Что? – переспросил я. – Ты сказал «Арина», – Армати бросила на меня короткий взгляд и снова вернулась к своему развлечению. Еще один журналюга пятился к воротам, подгоняемый крупным псом. Собака скалилась и рычала. Что характерно, кроме охотника за сенсациями зверюгу никто не видел, а испуганный корреспондент не догадывался, что бежит от иллюзии. Напарница, как и я, недолюбливала мастеров пера и слова. – Медленно, – буркнул я и усилил звук сирены, одновременно запустив обратный отсчет. – Внимание! Именем Императора приказываю покинуть кладбище. Повторяю, срочно покинуть кладбище всем сотрудникам и привлеченным лицам. В противном случае, не подчинившиеся будут арестованы или убиты. До конца эвакуации осталось десять… девять… восемь… – А ты шутник, – хмыкнула Арина, убедилась, что упертый журналюга выбежал за ограду, и развеяла пёсика. – Угу, обхохочешься, – скривился я. Медлительность существ бесила до бездны в глазах. Даяна находится демон знает где, в руках неизвестного маньяка совершенно одна, в наручниках, без помощи. Если я правильно почуял и увидел, руки девчонки сковали не обычными полицейскими, а двойными маголитными антимагическими наручниками с примесью обсидиановой крошки и серого пепла. Не тем массовым ширпотребом, который болтается на поясе у каждого магополицейского. Нет, полицейские кандалы вполне рабочие и надежные, да только на Даяну нацепили иной предмет. Браслеты на запястьях девчонки даже меня удержат на какое-то время. Но я – Высший вне категорий, для меня это игрушки. И об этом в Империи знают только три человека: Император, я сам и Армати. Любого другого обычного Высшего антимагические стандартные наручники удержат до места содержания. В крайнем случае, нацепят две пары. Мне же и три не помеха. А это значит, что Люциус Рофокал, который пришел за Аркано, кем бы он ни был на самом деле, имеет прямой доступ к тайнам безопасников. Или сам из магической службы безопасности, её самого скрытного отдела, о котором мало кто знает. Или сотрудник секретной лаборатории, где разрабатываются сильнейшие артефакты и магические вещи нового поколения. И тут возникает вполне обоснованное сомнение в личности существа, похитившего Даяну: откуда сосед девчонки, если это все-таки он, раздобыл такие браслеты? Почему он решил использовать именно их при поимке молодой магички с еще не раскрытым до конца даром? – Пять… четыре… три… – мысли не мешали мне отсчитывать секунды. Территория кладбища стремительно пустела. – Два… один… Ноль! Кто не вышел, я не виноват, – пошутил я напоследок, сирена взревела и стихла, ворота погоста с грохотом закрылись, клацнув замками. – Готова? – уточнил я, не глядя на Арину. Мгла уже подняла голову и нетерпеливо бурлила в крови, стремясь вырваться на свободу. – Всегда готова, – хмыкнула боевая подруга и отступила к склепу. В который раз за сегодняшний безумный день на плечи обрушилась абсолютная тишина, разрывая барабанные перепонки. Даже птицы, грызуны и насекомые затихли в своих гнездах, норах и убежищах. Инстинкты велели прятаться и не высовываться, потому что все живое в этот момент ощутило легкую поступь Дамы в Сером, первое дыхание коснулось травы, цветов и деревьев. Госпожа никогда не требует напрасных жертв и не устраивает случайную бойню, но и своего не упустит. Платит тот, кто приходит с просьбой. А я сегодня обнаглел до предела: дважды за несколько часов потревожил Леди. Плата будет тяжёлой, и кредитные каникулы мне никто не выпишет. Но эта маленькая, несносная, такая храбрая и отчаянная в своей верности девочка, стоит того, чтобы её спасти из загребущих рук мерзкой твари. Ярость накатила и тут же схлынула. Сытно рыгнул невидимый зверь, который всегда сопровождает свою Хозяйку в её путешествиях. Для него эмоции живых существ – лучший десерт. Разум очистился, сердце забилось ровно, душа покрылась изморозью. Вдалеке послышался лай, я открыл глаза, вытянул руку и чиркнул ногтем по ладони, пуская кровь, чтобы на время привязать к себе черных псов. Конечно, с разрешения их Госпожи. Где-то заверещал заяц, не вовремя вынырнув из норы, и тут же смолк, раздавленный тяжелой поступью стаи. Черные псы смерти приближались. Их смрадное дыхание обжигало воздух, трава жухла, листья на деревьях желтели и опадали. Плевать, неделя и все снова воскреснет. Неистребимая жажда жизни горит в крови у всего сущего. Жажда, которая пробивает камни, чтобы вырос цветок, заживляет смертельные раны, возвращает с изнанки света, чтобы поцеловать любимую или отомстить предателям. Шершавый язык лизнул мою ладонь. Еще один и еще, и еще. Арина практически слилась со стеной склепа, старясь дышать через раз. Упрямая. За свою долгую жизнь черных псов я просил у Госпожи второй раз, и Армати прекрасно знала, что ее ждет, но все равно не ушла, осталась рядом, как и всегда. Благодарность теплом разлилась в заледеневшей груди. Я видел, как тонкой струйкой утекает из нее энергия жизни и эмоции. Ненасытный зверь медленно смаковал боевую подругу. Обойдешься, тварь. Я взмахнул рукой и швырнул в сторону напарницы кровавый шар. Стая взвыла и рванула к женщине. Арина протянула ладони, полные моей крови, жадным монстрам. Теперь она в безопасности и может отправляться со мной в эту дикую погоню: моя кровь сделал её своей на время охоты. Зверь Дамы В Сером недовольно рыкнул, но отстал. Своих не трогает. А мы сейчас свои. Я выдохнул, расстегнул ворот рубахи, вытащил цепочку, отстегнул кулон, сорвал ногтем пробку и свистнул, подзывая псов. Черная стая с красными глазами, с телами, сотканными из мглы, моментально меня окружила. Вожак подошел и вопросительно заглянул в мое лицо. Я протянул ему флакон. Псина вывалила алый длинный язык, на который из пузырька капнула кровь Даяны. Чудовище слизнула каплю, на секунду прикрыло жуткие глаза, стая встрепенулась, принюхалась, прислушалась, и через мгновение охота началась. Я же вскочил на своего призванного крылатого жеребца, закинул Арину за спину и мы помчались вслед за смертельно-опасной ватагой по следу похитителя. Хорошо, что нас с черной сворой никто не видит. Один взгляд на тварей и сердце останавливается от эманаций смерти, которые выдыхают псы. Я глубоко вздохнул и расслабился. Жуткие охотники отыщут свою добычу, где бы она не находилась, за какими бы стенами её не спрятали. Теперь вся надежда на то, что Даяна дождется меня и ничего не натворит. Самое главное, чтобы несносная девчонка не вздумала использовать свою демонову запретную магию. Мы мчались вслед за сворой псов, взявших след, но мыслями я невольно возвращался в недавнее прошлое. То утро, когда Армати устроила мне показ ассистенток, я долго не мог забыть. Череда девиц разных сословий торчала в холле моего особняка с утра до вечера, дожидаясь встречи с самым завидным женихом Империи, хотя в объявление Арина четко указала: «Требуется ассистентка для работы у некроманта. Круг обязанностей определит работодатель. И мой адрес». Отчего-то дамы прочитали «Требуется спутница жизни… танцовщица кабаре». Не ходят к будущему начальнику на собеседование в вечерних платьях с декольте на грани нервного срыва у родных матушек и при полной боевой выкладке на лице. Или я слишком отстал от жизни. Что только не демонстрировали мне девицы, кроме того, на что я рассчитывал. Некоторые норовили упасть в обморок при виде призраков или обезображенных трупов. Причем отчего-то упасть стремились мне на руки. Ну, ковер у меня в кабинете мягкий, а дворецкий относительно заботливый. Недолго думая, он окроплял бездыханных девиц водой, причем делал это виртуозно: набирал в рот воды прямо из воздуха и выпускал веером на обмякшую претендентку. Срабатывало похлеще нюхательных солей, которых в моем доме отродясь не водилось. Правда, сопровождалось «воскрешение» таким звуковым эффектом (девушки верещали громче горных гиен), что приходилось ставить глушилку. Под конец третьего дня, когда все городские девицы и прочие желающие прошли через мой кабинет, на пороге особняка появилась она, Даяна Аркано. В первый момент, осознав, кто к нам припожаловал, мы с Ариной растерялись и не знали, что делать. Поисковая магия, заточенная на Серое Пламя, привела из столицы именно в этот провинциальный городишко. Именно сюда вели все ниточки преступлений, которые совершались последние полгода в столице. Именно к малочисленному семейству Аркано. Точнее, к одной конкретной его представительнице, образ которой считывали менталисты в посмертии. Именно из-за них мы с Его Темнейшеством разыграли театральную постановку с незамысловатым названием «Отставка Высшего некроманта в связи с утратой императорского доверия». Император прав: маньяк должен сидеть в тюрьме, а тот, кто его упустил, должен быть сурово наказан. Этим кто-то стал я. Серия смертей юных девушек потрясла столичное общество. Магополицейские скрыли большую часть правду, чтобы не пугать народ ужасающими подробностями. Но вездесущие журналисты, охочие до сенсаций, раскопали информацию. В результате маньяк ушел из сетей правосудия. То, что убийца проводил ритуал, стражи правопорядка поняли на второй жертве. В это раз парни не стали кочевряжиться, и сразу обратились к безопасникам, наплевав на корпоративную гордость. Последние, в свою очередь, отработав оба места преступления, пришли за помощью ко мне и сообщили тревожную новость: кто-то с помощью странного ритуала собирает не просто кровь, но и крадет души, лишая тем самым живое существо послесмертия. Менталисты хватались за голову и рвали на себе волосы, забыв обо всем, кроме исследовательского азарта. С таким маги еще не сталкивались. Странности обнаружились и при сканировании тела и мозга перед вскрытием. На всех девушках остался отпечаток запрещенной магии. Той магии, из-за которой случилась последняя кровавая война. Той силы, которой пугали детей, когда они баловались. Следы Серого Пламени сотрудники магической службы безопасности отыскали в самом источнике погибших. Более ничего погибших девочек не связывало. Разные уровни волшебства, разные семьи, социальные слои, увлечения. Хотя нет, кого я обманываю. Все умершие неуловимо походили на Даяну Аркано. Рост, овал лица, фигура, даже волосы. Все, кроме глаз. Имя моей несносной ассистентки вычислили довольно-таки быстро. Но архивы по семье не дали никакой информации. И уж тем более никто из узкого круга осведомленных о тайной операции не предполагал, что магичка с запредельным уровнем Серого Пламени сама припожалует ко мне в особняк. Теперь, после битвы с Мертвым Личем и прогулкой в чужую ловушку, я понимал, отчего глаза ассистентки так меня смущали. С ее уровнем силы стоит отдать дань восхищения тому, кто ставил на несносную девчонку защиту, кто учил маскировать свой дар, чтобы выжить среди существ. Попытка доказать, что погибшие девушки обладали запретной магией, с треском провалилась. Менталисты и прочие любители поковыряться в телах вместе с учеными выпотрошили трупы и убедились в полном отсутствии Серого Пламени в источниках жертв. Даже завалящей едва тлеющей крупинки не нашли. И, тем не менее, запретная магия хорошо ощущалась. У меня сложилось впечатление, что преступник каким-то неизвестным искусственным способом закачивал в магический очаг каплю пламени, чтобы затем её… выкачать обратно. Зачем? Что ему это давало? Эти вопросы остались без ответа. Но, кажется, увидев преступника вживую, я начал догадываться о целях неизвестного существа. Отчего-то мне все больше и больше казалось, что за полоумным соседом, который возомнил себя великим и ужасным магом, стоит кто-то еще. Даже в редких демонических книгах и летописях серопламенников не встречались заклинания и магические формулы той силы воздействия, которую демонстрировал похититель Даяны в иллюзорном мире. В какой-то момент я выпал в реальность из прошлого. Неожиданная мысль мелькнула и пропала, оставив на душе нехорошее послевкусие. Магия психопата казалась знакомой и в то же время чужой. С такими странными молниями, которые наносят урон телу, не прикасаясь к существу, я не встречался ни разу за всю свою долгую жизнь. Но вот манера создания, способ воздействия, магический рисунок… Все это кого-то мне напоминало. Кого-то очень знакомого. Может быть даже очень близкого. Вот только кого? Армати как потенциального кукловода я никогда не рассматривал. Хотя… доверяй, но проверяй. Арина прошла глубокую проверку, но вряд ли об этом когда-нибудь вспомнит. Один день надежно вычеркнут из её памяти. Хотя боевая подруга уверена, что в этот день находилась в издательстве и никуда не выходила. У нас, Высших служителей Дамы В Сером, свои секреты, которые не положено знать никому из смертных. Подозреваю, каждого из нас, некромантов вне категории, Госпожа одарила персональными способностями в единственном экземпляре. И об этих способностях не положено знать никому, даже Его Императорскому Темнейшеству. Судьба Высшего – путь одиночества. Любить нельзя, забыть, и никак иначе. Тем более любить потенциальную то ли жертву, то ли преступницу. «In abyssum, Рассел!» – выругался я про себя. Какая любовь? Очнись. Просто терпеть ненавижу, когда трогают мое. Тем более похищают у меня из-под самого носа, можно сказать на глазах, а я ни сном, ни духом! Надо будет хорошенько побеседовать с психопатом перед тем, как отдать его безопасникам, про его иллюзии. Заодно напомнить, что случается с теми, кто решил взять у некроманта то, чем тот не готов делиться. Эти мысли вызвали во мне приступ ярости. Сквозь рев и пелену, затмившую разум, я скорее почувствовал прикосновения Арины к своей спине, чем услышал её сдержанный голос, который твердил что-то успокаивающее. Однако, хорошо, когда есть кто-то, кому можно доверить спину в самых странных и непредвиденных ситуациях. Черная охота всегда вызывала во мне неоднозначные чувства. Я ощущал себя одним целым со стаей, в какой-то момент даже вожаком. Хотелось сбросить с себя оковы цивилизации, обернуться зверем и нестись вместе с псами тропою желаний и одержимости. А потом, загнав жертву в угол, наслаждаться невероятным коктейлем её эмоций, тонким ароматом страха, смаковать по капле выдержанный напиток из обреченности и безысходности. Я подозревал, что псы – это перерожденные некроманты вне категорий, которые в погоне за знаниями и силой потеряли душу. Каждая просьба к Госпоже – это как приглашение в гости и одновременно обещание помочь Даме В Сером когда придет время. И отказать нельзя. – Рассел, ты в порядке? – в голосе Арины слышалась легкая паника. Напарница давно не видела меня в таком состоянии. А выглядел я сейчас по меркам существ очень кхм… плохо. Тело превратилось в черный камень, руки по локоть окутаны тьмой. Верная мгла в облике коня дышит огромной силой, ей не терпится догнать и наказать. В памяти мелькнула еще одна странность: кажется, Серое Пламя и моя тьма… подружились. Во всяком случае, нашли общий язык. Предполагаю, это из-за стрессовой ситуации и угрозы жизни, но кого я обманываю в очередной раз? Даже дома, в моменты маленьких прорывов запретной магии, мгла довольно урчала и почти никогда не реагировала на действия Даяны. Разве что в те моменты, когда девочка находилась на грани из-за моих провокаций. Да, Серое Пламя способно уничтожить меня как сущность, окончательно и бесповоротно. Но у меня есть артефакт подобного рода, который сработает от обратного, будет защищать своего носителя в минуту смертельной опасности, вплоть до саморазрушения. В этот момент стая радостно взвыла. Вой выдернул меня из потока воспоминаний, ментальный поводок дернулся, и я пришпорил коня. – Держись крепче! – крикнул Арине и распахнул разум, впуская свору в свою голову, чтобы видеть чуять, слышать и ощущать как они.