Глава 16

Я была со всеми знакома, но сейчас смогла лишь натянуто улыбнуться и приветственно кивнуть, не сумев сказать ни слова внятно: казалось, стоило лишь забрезжить свету в конце туннеля и появиться реальным спасителям, как меня снова охватила трясучка, да такая, что я предпочла сползти по стеночке на пол, чтобы просто позорно не рухнуть на подкашивающихся ногах.

Ко мне сразу же поторопился один из фельдшеров, тогда как врачи занялись ранеными, а второй фельдшер успокаивал всё-таки разревевшуюся Ниночку. Словно в тумане я слышала неожиданно властные указания Тимура, четкий и внятный рассказ о случившемся, перечисление того, что он сделал сам и что полиция уже оповещена, как и родственники.

Мне самой в это время что-то пытались споить, на плече сжимались пальцы Аграфены, сидящей рядом, фельдшер Ванюша уговаривал меня не принимать случившееся близко к сердцу, потому что рана тёти на самом деле пустяк, а мы молодцы…

Я это понимала, даже на что-то кивала, бездумно улыбаясь, но…

А затем меня подняли, и абсолютно неожиданно я оказалась в крепких объятиях Тимура.

— Идём, я отвезу тебя домой.

— Домой? — сморгнула и непонимающе уставилась на ведьмака, а затем перевела взгляд за его плечо. Перевязанного и уже подключенного к капельнице Дмитрия уносили на носилках, а Аграфена шла сама, но её придерживали с обеих сторон. — Нельзя домой! А как же салон? А клиенты?

— Варя! — Тим рыкнул так, что я вздрогнула и испуганно посмотрела снова на него. — Какой к лешему салон? Всё закрывается и опечатывается, пока наши не разберутся, в чем причина и на кого в реальности покушались!

— О… опечатывается? — я сморгнула. — Зачем?

— Затем! — рыкнув снова, Тим буквально поволок меня на выход, с благодарным кивком приняв из рук бледной Кати мои вещи. — Идём, тебя саму отпаивать надо. Абсолютно невменяемая…

— Я вменяемая, — почему-то стало очень обидно, но сопротивляться я перестала. Позволила себя одеть, довести до машины, усадить и только после этого смогла сформулировать новую мысль. — А остальные?

— Кто? — Тим скользнул на водительское место, в считанные секунды завел авто и вырулил на дорогу.

— Все.

— Дмитрий и Аграфена на пути в клинику, Нину я тоже отправил домой, а Катя дожидается наших.

— Кого?

— Наших.

Я почувствовала себя глупо, но всё равно тихо переспросила:

— А "наши" — это кто?

— Родня, — снова ответив коротко и довольно резко, Тим на мгновение зажмурился, затем мотнул головой, поморщился, покосился на меня и попытался улыбнуться. — Прости. Давай чуть позже, я тоже слегка не в себе. Приедем домой и я всё расскажу. Всё, что захочешь.

— Извини… — смутившись, я зарылась в шубку, словно пытаясь спрятаться от случившегося в меху, как воробушек, и закрыла глаза.

Успокоиться. Надо успокоиться.

И уничтожить тварей.

Дорогу до дома я не запомнила, полностью доверившись в этом вопросе спутнику. Зайдя в подъезд, Тим зачем-то решил поехать на лифте, но и тут я не сказала ни слова против, вынырнув из раздумий только тогда, когда он завел меня в свою квартиру.

— Зачем?

— Надо, — помогая раздеться, ведьмак был сосредоточен и собран.

— Кому?

— Нам.

Мне жутко не нравились такие скупые ответы, но разум до сих пор находился в некотором оцепенении, и в итоге я наблюдала за происходящим как будто со стороны. Тим усадил меня на табуреточку, снял с меня обувь, затем довел до дивана, усадил, обложив подушками, и только после этого ушел раздеваться сам.

Ведьмак отсутствовал минут десять, но когда вернулся, то был уже переодет в домашнее: те самые джинсовые шорты и белую футболку, а на шее черной полосой выделялся ошейник, показавшийся мне сейчас до ужаса неуместным. В руках у Тимура был поднос с чайным сервизом, который был поставлен на столик. Затем была принесена и бутылка початого коньяка, мед, лимон и печенье. Ещё через минуту мне вручили кружку с горячим чаем, в которой едва ли не половину пространства занял коньяк.

— Пей.

Поморщилась, но ведьмак был настойчив, а в голове до сих пор хаос, так что я начала пить маленькими глоточками. Постепенно напиток согрел не только заледеневший желудок, но и вытеснил из головы туман, немного ослабив и нервы. Вторую кружку я приняла уже с благодарным кивком, но пить стала ещё медленнее, забравшись на диван с ногами и преимущественно держа кружку в руках.

Тим не торопил и не мешал, сев прямо на полу напротив меня, ограничившись лишь чаем, задумчиво рассматривая стену и периодически отвечая на звонки.

Но вот чай подошел к концу, а я созрела на вопросы.

— Кто?

— Ещё неизвестно.

— А что известно? — стоило спросить, как перед глазами снова встали те стремительные секунды нападения: выстрелы, бледная Аграфена и падающий Дмитрий.

Передернувшись всем телом, зажмурилась, но Тимур и тут проявил себя лишь с положительной стороны — перебрался ко мне на диван и крепко обнял.

— Пока немного. Димка в операционной, как и клановый знахарь, донора нашли, прогнозы положительные. Аграфену уже прооперировали, она в послеоперационной палате, навестить можно будет завтра. Полиция зафиксировала вызов, но на них мы даже не надеемся, в любом случае разбираться будем своими силами. Дед уже собрал астральное совещание, я скинул образ машины, поиски нападавших ведутся. Пока мы можем только ждать.

— Только ждать? — мой жалобный голос напугал меня саму. Поморщилась, выдохнула и уже ровнее попросила. — Дай, пожалуйста, мою сумку.

— Зачем? — вопрос прозвучал напряженно.

— Мне надо позвонить своим, — я извернулась и требовательно посмотрела на ведьмака. Я не понимала, почему моя просьба была воспринята негативно, но Тим лишь чуть скривил губы и отправился в коридор за сумкой. Вручил мне, а затем снова сел так же, чтобы обнять.

Следующие полчаса я обзванивала всех старших рода. Только сухие факты. Покушение у салона, причем непонятно на кого, но пострадали оба. Я действительно не могла с полной уверенностью заявить, кто именно был целью, поэтому на этот вопрос отвечала твёрдо "не знаю". Лучше с чистой совестью признаться в неведении, чем дать ложный след, это я знала с детства.

— Как сама? — мама, судя по вопросу и голосу, беспокоилась обо мне не меньше, чем об Аграфене.

— Нормально, — я грустно улыбнулась и пожала плечами.

Мама не могла меня видеть, но я знала, что она чувствует намного больше, чем может услышать обычный человек.

— Мне приехать? Ситуация очень неоднозначна и тебе лучше не оставаться одной.

— Не надо, — я подняла глаза на Тимура, всё это время сидевшего рядом, но не мешающего мне обзванивать родственников. — Я… я не одна.

Удивлённое молчание сказало мне намного больше слов, причем в нём я услышала и одобрение.

— Хорошо, как скажешь. Кого ты уже успела обзвонить?

Я прикрыла глаза и по памяти перечислила имена, в ответ услышала одобрение и заверение, что с остальными мама разберется сама и мы договорились, что если будут новости с обеих сторон, то мы свяжемся.

— Спасибо, мам.

— Будь осторожна. И… — мама замялась, но затем всё-таки тихо уточнила. — Кто он?

Почему-то я сразу поняла, о ком она спрашивает, но вопрос был слишком сложным, чтобы ответить на него прямо здесь и сейчас. Да ещё и при самом Тимуре, который сразу же заинтересованно наклонил голову, когда я остановила на нём свой задумчивый взгляд.

— Его зовут Тимур.

Сказала и поняла, что это всё, что я могу ответить. Пока всё.

И если Тим явно разочарованно сдвинул брови, видимо ожидая от меня чего-то больше, то мама лишь понимающе хмыкнула и распрощалась со мной первая.

— Пока, до связи.

Завершила разговор и я, снова посмотрев на ведьмака. Захотелось сказать резкость, вспылить, зло поинтересоваться, чего иного он от меня ожидал, но вместо этого я лишь закрыла глаза, отложила телефон и сама обняла Тимура. Я действительно не могла назвать его "парнем" или "другом", но он стал мне уже чуть больше чем просто "сосед" и случайный любовник.

А ещё рядом с ним сейчас было намного лучше, чем без него.

В тишине мы просидели минут двадцать, и только после того, как Тимуру снова позвонили и он быстро переговорил, он обратился и ко мне.

— Есть хочешь?

— Нет, — я благодарно улыбнулась, но отказалась. — И я, наверное, пойду.

— Не думаю, что это будет правильно, — мужчина сразу нахмурился и собственнически вернул руку на талию.

— Почему? — ругаться и выяснять отношения я не планировала, просто желая узнать причину.

— Потому что мы до сих пор не знаем, кто напал. Если причина вы и ваша деятельность, то тебе будет безопаснее рядом со мной.

— Тим, ну что ты, — я искренне посчитала это глупостью. — Ты действительно думаешь, что на меня будут покушаться в моей квартире?

Ведьмак же, резко подняв руку, к чему-то прислушался, а затем и принюхался. Насторожилась и я. Замерла, понимая, что шутить не время, а затем мой нос различил едва уловимый запах гари.

Гари?

— Сиди здесь! — сорвавшись с места, Тим рванул к балконной двери, но пробыл на самом балконе всего три секунды, а затем метнулся обратно в комнату, буквально молнией проскочил мимо меня, на ходу подхватывая телефон, и скрылся в коридоре.

Спустя мгновение хлопнула входная дверь, но запах гари стал сильнее, причем я не поняла, откуда пахнуло: с улицы или с лестничной площадки. Начав подозревать самое худшее, торопливо вышла на балкон, перегнулась через перила и в груди похолодело.

Тремя этажами ниже из приоткрытого окна моей квартиры валил черный дым пожара.

— Йолик!

Паника накрыла меня моментально. Рванула обратно в комнату, запнулась об кота, который откуда ни возьмись возник на моём пути, чуть не растянулась на полу, но всё-таки сумела удержать равновесие. От души выругалась, выслушала от кота ответное шипение, но уже в спину, в одно мгновение оказалась возле двери, наплевав на обувь, но тут на моём пути возникло новое препятствие.

Дверь.

Дверь, которая оказалась закрыта!

— Черт! — я дергала ручку, крутила замки, лихорадочно шарила взглядом по коридору в поисках ключей, но их не было.

Паника…

Паника нарастала, как снежный ком. Я уже начала подвывать, проклиная ведьмака на чем свет стоит, но это было бесполезно, — дверь не поддавалась. Снова дергала, долбила, пинала… Требовала у Стража к лешему выломать эту чертову дверь, но всё было бесполезно. В конце концов обессилено отступила и, всхлипывая, села прямо на пол.

Сволочь…

Сволочь!

Дверь открылась сама и без предупреждения.

Весь в копоти. С обожженными волосами, бровями, ресницами и дымящейся футболке. В одном тапке, с ссадиной на носу… Но стоило Тимуру только увидеть меня, сидящую на полу, как он тут же молниеносно приблизился, рухнул рядом и начал лихорадочно ощупывать, буквально заваливая вопросами, что случилось.

И тут под его футболкой жалобно мявкнул Йолик.

Сморгнула, фокусируя мутный взгляд на ведьмаке…

— Ещё раз закроешь меня под замком, и я уничтожу всё, до чего дотянусь.

— Прости, — мужчина вымученно улыбнулся и вынул из запазухи откровенно паникующего котенка, сразу отдав его мне. — Я не хотел, чтобы ты пострадала.

— Я… — прижав Йолика к груди, я не удержалась и снова всхлипнула, лихорадочно диагностируя малыша на предмет повреждений. К счастью, их не было. — Спасибо… Но больше так не делай.

На этом мои силы кончились. Наверное, надо было поблагодарить от души, выяснить, что случилось, как всё произошло, потушен ли пожар, кто виноват и многое другое, но я лишь сидела на полу, прижимала к себе притихшего котенка и позволяла ведьмаку обнимать себя.

Тимур заговорил первым.

— Пожар магического происхождения, был вызван элементаль огня. Домовой пытался локализовать очаг, но его сил хватило лишь на то, чтобы спрятать котенка и связаться с моим домовым. Огонь был слишком мощным, квартира выгорела буквально в минуты. Вся. После этого элементаль ослаб и я сумел его уничтожить.

Я подняла шокированный взгляд на Тима. Если… то…

Господи…

— Больно? — мой взгляд отмечал всё новые и новые повреждения, а в душе росли сочувствие, боль и страх.

Ожог на лбу, на губах, на шее, на руке… Оплавленные клёпки на ошейнике… И это только то, что я видела.

— Ерунда, — Тимур беспечно улыбнулся, но тут же с досадой поморщился, когда губа лопнула и в трещинке показалась кровь, — до свадьбы заживёт. Вставай, не надо сидеть на полу. Идём лучше на диван. Я уже связался с отцом, он скоро подъедет со знахарем. И не плачь, всё будет хорошо.

Последние слова были сказаны с такой мягкой заботой, что из глаз непроизвольно брызнули слёзы и я всё-таки разревелась. Глупо, позорно… и бессмысленно.

— Ну что ты…

Тим всё-таки сумел довести меня до дивана и снова прижал к себе. Гладил по волосам, по спине, шептал какие-то глупости и просто терпеливо ждал, когда я успокоюсь.

— Спа… спасибо, — благодарно прошептав, когда смогла более или менее взять себя в руки, чуть отстранилась, снова посмотрела на Тимура, и тут мой взгляд снова упал на ошейник.

Скривилась и поняла, что это не просто глупо, а даже дико. Руки действовали раньше мозга, и под недоумевающими взглядами ведьмака я один за другим расстегнула ремешки и, стараясь не потревожить пораженную волдырями кожу, аккуратно убрала ставший абсолютно неуместным аксессуар.

— Извини.

— Ерунда, — Тим нервно хмыкнул. — Наоборот. Спасибо тебе за него — он спас мне жизнь.

Я непонимающе сморгнула, и Тимур пояснил.

— Элементаль зацепил меня огненным арканом. Если бы не ошейник, давший время на создание щита, он бы просто оторвал мне голову.

Картина с оторванной головой моментально встала перед глазами и меня резко замутило. Шокированно прижала руку ко рту, сглотнула, унимая взбунтовавшийся желудок, и, отрицая саму возможность, замотала головой.

— Прости, — Тим нервно улыбнулся. — Больше не буду. В остальном всё хорошо.

Истеричный смешок вырвался сам собой.

Хорошо?! Это называется "хорошо"?!

Успокоиться не получалось, надо было срочно отвлечься, чем-нибудь заняться, куда-то идти, что-то делать… Снова и снова разглядывала ведьмака, внутри всё сжималось от боли, но я не представляла, что делать и как помочь. Я точно помнила, что могла, умела, знала… Но сейчас в голове билась лишь одна мысль.

Он мог погибнуть.

Вот так просто. Лишиться головы. Сгореть.

Умереть…

В горле встал жесткий ком, и я до боли сжала мужскую руку, вцепившись в неё как в своё единственное спасение. Страх. Дикий, гадкий, захватывающий не только тело и разум, но и душу.

Я ещё никогда так не боялась.

Не за себя нет… за кого-то другого. Не родного, но уже близкого.

— Коньяк, водка, вино, мартини?

— Что? — я с трудом сфокусировала взгляд на глазах Тимура и поняла, что он что-то сказал.

— У тебя шок, — Тим склонился и положил ладонь поверх моих сжатых пальцев, разговаривая, как с душевнобольной — медленно и с расстановкой. — У меня нет валерьянки и успокоительных сборов. Только алкоголь. Будешь?

Отрицательно мотнула головой. Стало неловко и стыдно. И даже не знаю, что больше.

— А я буду.

И сказано это было с такой решительностью, что я растерялась окончательно. А Тим просто встал и ушел на кухню. Пару секунд в ступоре смотрела на притихшего Йолика, затем поймала скептичный взгляд Йоша, сидевшего в дверном проёме и не сводящего с меня взгляда, поняла, что веду себя не просто безобразно, а по-настоящему ужасно.

— Ти-и-им! — на кухню я практически влетела. — Тебе помочь? Говори, что и где. А мази от ожогов у тебя есть? Жара нет? Может, обезболивающее? Я умею.

— Не надо, — вынырнув из холодильника с куском сырокопченого мяса, ведьмак обернулся ко мне и самую капельку улыбнулся, стараясь не сильно растягивать губы. — Сейчас приедет Мишаня со своим волшебным саквояжем и всё сделает. Не переживай, мне почти не больно, я уже наложил заморозку. Что всё-таки будешь пить?

Успокаивающие слова потихоньку доходили до моего перевозбужденного сознания, но всё равно мне было очень неловко.

— Коньяк, — натянуто улыбнулась и увидев, как он поморщился, взявшись за нож, снова предложила помощь. — Тим, давай я всё сделаю и нарежу. Говори, что. И сядь уже. Не нервируй меня.

— Хорошо, как скажешь, — иронично хрюкнув, Тим наконец сел и снова поморщился, случайно задев руку. — Дай мне котю.

Я передала котенка, который отказался остаться на диване, и взялась за нож. Потихоньку на столе расставлялись тарелки, заполнялись мясной и сырной нарезкой, из холодильника были вынуты маринованные огурчики, грибочки, фрукты… даже шоколадка нашлась.

Звонок в дверь раздался неожиданно, и я даже не сразу вспомнила, что мы кого-то ждем. Так, а кого мы ждем? Это вообще, не враги?

Тим, почему-то прихрамывая на левую ногу, ушел открывать, а я, придя к странному, но как мне показалось вполне логичному выводу, на всякий случай взяла нож и тоже вышла в коридор.

Их было трое.

Вроде дружелюбные…

По крайней мере, когда я вышла в коридор, Тимур их уже впустил и даже начал жать руки, показывая, куда можно повесить верхнюю одежду. Один из них, темноволосый худощавый мужчина лет двадцати пяти, обернулся, раздеваясь, увидел меня, взгляд тут же замер на ноже и он нервно хмыкнул.

— Девушка, положите оружие. Вы можете пораниться.

На его возглас обернулись все, в том числе и Тимур, и если мужчины напряглись, то Тим едва уловимо поморщился и поторопился ко мне.

— Варь, это свои, — забрал нож, взял меня за руку и представил гостей. — Мой отец, Евгений Захарович (невысокий подтянутый хмурый ведьмак лет пятидесяти, успевший снять зимнюю куртку с меховым воротником и оставшийся в черной водолазке и брюках), мой троюродный брат и колдун-следователь, Валерий (мужчина лет тридцати пяти, неуловимо похожий на Тимура, но постарше, покрупнее и посолиднее, тоже одетый во всё черное) и мой очень дальний, но тоже родич Мишаня, наш знахарь (в отличие от старших родственников Миша был одет в серые брюки и голубой свитер).

Я натянуто улыбнулась, а Тимур, не замечая ни общей неловкости, ни настороженных разглядываний, а может просто отказываясь замечать, представил уже меня.

— Моя соседка снизу и в будущем девушка, Варвара Брянцева, младшая сестра Василисы и племянница Аграфены. Не обижать, не допрашивать и ни в чем не обвинять.

Последнее меня откровенно озадачило, но судя по недовольно поджавшимся губам старшего ведьмака, это было сказано не зря.

Не затягивая со знакомством и не позволяя неловкости вырасти, Тим отвёл меня обратно на кухню, усадил за стол и проникновенно заглянул в глаза.

— Варюша, десять минут и я снова в твоём полном распоряжении. Договорились? Только провожу отца и Валеру вниз, чтобы они обследовали твою квартиру и вернусь. Мишаня посидит с тобой, он хороший.

Обернулся и подмигнул немного смутившемуся родичу, который как раз в этот момент появился в дверном проёме, затем снова просительно посмотрел на меня, и я поторопилась согласно кивнуть. Я тоже хорошая и даже послушной быть умею, когда это необходимо. Сейчас я осознавала, что настроенные на уничтожение противника мужчины, профессионально занимающиеся расследованиями, намного лучше меня справятся с поставленной задачей.

Я же…

Сначала приду в себя.

Тимур ушел, а я постаралась дружелюбно улыбнуться знахарю.

— Миша, присаживайся. А у тебя валерьянки с пустырником с собой случайно нет? Я немного нервничаю. Нет-нет, нож я уже убрала.