Глава 7. Сделка

Место встречи было назначено на проспекте Труда – оживлённой улице, где даже в такое позднее время сновали машины и спешили домой люди. Покупатель, молодой парень, приехал с отцом на его чёрном BMW, но, судя по всему, из-за того, что мужчины ждали нас долго, старший явно был в дурном расположении духа. Он хмурился, постукивал пальцами по рулю и бросал раздражённые взгляды на прохожих. Когда я наконец подъехала, остановившись у обочины, именно он резко распахнул дверцу и вышел. Лицо «отца» было напряжено, но, рассмотрев владельца «Ауди», он быстро избавился от дурного настроения и по-кобелиному улыбнулся – широко, с намёком на покровительство и самодовольство. – Ну наконец-то, – широко улыбнулся он, прогоняя раздражение. В его голосе слышалась заинтересованность. – Я уж думал, нас кинут. Владимир… – София. Я кивнула, стараясь не обращать внимания на его улыбку. После улыбок Ильи – уверенность на лицах таких мужчин больше не была для меня в цене. Я так обожглась, что теперь за каждой фальшивой доброжелательностью видела фасад подлого хищника. – Извините за опоздание, – сказала сухо. – Отвратительная погода. Владимир кивнул, уже не особо слушая. Его взгляд скользнул по кузову «Ауди» – оценивающе, жадно. Рядом с ним стоял его сын – девятнадцатилетний парень с вызывающе-уверенным видом, будто весь мир был ему должен. «Мажор… Такими всегда хотел видеть наших сыновей Илья – хозяевами жизни. А я просто воспитывала порядочных людей втихомолку… наверное, поэтому Илью мальчики любили безусловной любовью, а я всегда казалась им строгой. Хм… Интересно, Матвею и Егору этот момент помог встать на сторону Белова? Тогда почему Никита выбрал меня? Если выбрал, конечно. Неизвестно, какой стороной повернётся наше ЗАВТРА». – Ну что, покажите вашу красавицу, – сказал Владимир, щурясь от ветра, который дул с оживлённой дороги. Я открыла дверцу. Машина блестела, как новенькая. Хотя, почему «как»? Владимир обошёл её со всех сторон, время от времени кивая. Сын уже сел за руль и принялся возиться с кнопками – громко хмыкал, когда что-то включал. – Всё чисто, – кивнул Владимир. – Мы пробили машинку по базе, пока вас ждали. Без ДТП, без залогов. Значит, можно заключать сделку. Дядя Вася молча достал из сумки счётчик банкнот и поманил мужчину к себе на заднее сидение. Владимир усмехнулся, вытащил небольшую спортивную сумку из своего БМВ и подошёл к моей незаменимой поддержке: – Ууу… как всё серьёзно? Боитесь, что я фальшивку подсуну? – Чтобы боятся, надо для начала человека знать, а Софа вас впервые видит, – спокойно ответил дядя Вася. – А машинку я прихватил, чтобы мозг лишний раз никому не напрягать, хотя люблю это дело. Открыв сумку, дядя Вася погрузился в работу и стал пересчитывать деньги. Купюры хрустели, как сухие листья. Владимир наблюдал, прищурившись, а парень довольно улыбался, любуясь собой в зеркало заднего вида. Когда дядя Вася закончил, он кивнул, закрыл сумку и вышел с ней из машины: – Всё в порядке. Семь миллионов, как и договаривались. – Спасибо, – сказала я, чувствуя, как комок в горле начал таять. – Пусть она вас радует. Поставила подпись на договоре купле-продажи, передала мужчине все необходимые документы, забрала свою сумочку и подошла к дяде Васе. Владимир хмыкнул, но потом прищурился, всматриваясь в моё лицо. – Хм… А вы, случайно, не та самая… как там её? Из новостей? Я нахмурилась. Лицо бросило в жар. «Что значит, "из новостей"?! Эта скотина выставила нас на всеобщее посмешище в масштабе страны?! Совсем крыша поехала в погоне за пиаром?!» – Ага… – кивнул своим мыслям Владимир, хмыкнув. – Точно вы. Теперь многое становится понятным. Бракоразводный процесс, скандал, наркотики… – он покачал головой. – Что ж. О машине можете не волноваться. Мы позаботимся о вашей красавице. Он сел в BMW, машина тихо заурчала и уехала. Парень завёл «Ауди», выглянул в окно и крикнул на прощание: – Спасибо, тётя! Удачи вам! – и машина сорвалась с места. Я даже улыбнулась. Впервые за сутки искренне. Дядя Вася вздохнул: – Пошли, девочка. Моя Анечка уже ждёт нас. Нельзя терять время. Его осталось не так много. Мы не стали рисковать несмотря на то что до здания банка была всего лишь пара остановок. Я вызвала такси. По дороге проверила телефон. Карта, привязанная к Яндекс.Такси была заблокирована. Сердце екнуло, но тут же я обрадовалась. «Молодец, что перекинула двадцать тысяч на личную карту ещё утром! И половину суммы сняла». Расплатилась наличными. В банке нас встретила стройная женщина средних лет, с симпатичным тёмным каре – Анна, внучка дяди Васи. Она работала здесь больше десяти лет, и была в высшей степени компетентна, поэтому быстро взяла меня в оборот. – Идите за мной, – коротко бросила она, одарив внимательным взглядом. Я перехватила спортивную сумку у дяди Васи – та была прилично тяжёлой – подала ему свой локоть и быстро пошла за женщиной. За спиной остались улицы Воронежа, шумящие ветром и дождём. Но внутри – ощущение, что я впервые за долгое время смогла сделать настоящий шаг вперёд. Не назад. Не в сторону. А именно – вперёд. В банке Анна провела нас в тихий зал для VIP-клиентов. Стеклянные перегородки, мягкие кресла, кофе в сервизе – всё как полагается. Дядя Вася выложил документы на стол, и я с трепетом посмотрела на них. Паспорт, СНИЛС, ИНН – всё на месте. – Итак, София, – начала Анна, занимая место за своим рабочим столом, – мы откроем вам дарственный счёт. По закону, это значит, что все средства, внесённые на этот счёт, будут числиться за вами как одариваемой, без права на возврат со стороны дарителя. В нашем случае, дарителем будет господин Михайлов. – Внуча… ну какой там господин? – смутился дядя Вася, по-молодецки поправив седые усы. – Василий Сергеевич… – мягко улыбнулась женщина, быстро набирая что-то на клавиатуре, – я на работе. Далее! Такая передача считается абсолютно легальной, и не будет входить в список бракоразводного имущества. Банк оформит договор дарения между вами на законном основании. Счёт будет полностью ваш, и никто – даже супруг – не сможет претендовать на эти средства в рамках развода. – А можно ли заморозить эти деньги на какое-то время? – спросила я. – Чтобы я не могла их потратить? – Конечно, – кивнула Анна. – Мы можем оформить срочный вклад на два года. По условиям выбранного тарифа «Стабильность плюс» вы не сможете снять средства раньше срока без потери процентов, а если попытаетесь – банк наложит дополнительные ограничения. Это будет ваш личный сейф, только с цифровым замком. Я кивнула. Это было то, что нужно. – Давайте так и поступим. Эти деньги – моя будущая жилплощадь, с которой я точнее определюсь, когда мальчикам будет по восемнадцать. Не хочу рисковать и покупать квартиру сейчас. Дядя Вася аккуратно выложил купюры из сумки на счётчик. Семь миллионов – семь миллионов рублей. Я смотрела, как цифры высвечиваются на экране, и внутри что-то переворачивалось от волнения. – Подпишите здесь и здесь, – указала Анна на пунктирные линии. – Всё. Счёт открыт. Вклад оформлен. Деньги заморожены на два года. Я расписалась. Дрожащей рукой, но решительно. Дядя Вася положил руку на мою: – Теперь ты в безопасности, девочка. Пусть денег хватит по нашему времени на однушку, но это всё же лучше, чем ничего. Я вяло улыбнулась и втихомолку вызвала такси на автостанцию. Когда мы выходили из банка, Анна вышла проводить нас. На улице уже стемнело, и влажный ветер гнал по асфальту осенние листья. – София, – сказала Анна, – берегите себя. И если что – мы всегда будем рады вам помочь. К собственному удивлению я сделала шаг и крепко обняла её, чувствуя дикую признательность. Дядя Вася предложил: – Девочка, может, останешься у меня? Хоть первое время. Пока разберёшься. Я мягко улыбнулась, но решительно покачала головой: – Спасибо, дядя Вася. Но я должна вернуться. У меня большие планы. Когда такси подъехало, я обернулась к старику, который с тревогой смотрел мне вслед. – Скоро развод, – пояснила просто. – Уверена, он состоится раньше, чем через месяц. До выборов Ильи на региональном уровне совсем немного времени. А на федеральном – полгода. За это время я должна отобрать у Ильи то, чего он жаждет... – Что же это? – спросил дядя Вася. – Жалость! – ответила с широкой улыбкой на губах, садясь в такси. – Клянусь, не пройдёт и двух месяцев, как эти люди будут жалеть меня! – Удачи, детонька! – Успехов! – махнула на прощание Анна, мягко приобнимая старика. И такси тронулось с места. Я смотрела в окно на огни города, чувствуя, как внутри нарастает решимость. «Илья думает, что сломал меня. Что сделал из меня наркоманку, предательницу… люмпена! Он ошибается! Я всего лишь разбита. А разбитое – можно перековать. И я перекуюсь! В этом мне поможет каждый день. Каждый шаг. И простое упорство, которое уважает даже самый противный "диванный критик"! И тогда наступит время, когда я выйду из тени порицаемой женщины! И отомщу злыми языками этих самых критиков!»