3.1

И никакое зелье не могло мне помочь, потому что желание исчезает без следа, когда боль пронзает тело. Меня начало мелко трясти. Изо рта вырвался болезненный всхлип. – Камелиэль? – мужчина во мне замер, боясь пошевелиться. – Ты что, отдала мне свою девственность? Сказано это было тоном таким, будто я не использовала его самым наглым образом, а преподнесла самый лучший подарок, какой только могла сделать. И слышать это было очень странно, ведь… Ведь все девчонки, мои подруги, давно уже спали с парнями, косо посматривали на меня и шушукались за спиной, поэтому я поскорее хотела познать то, что они успели распробовать. Порой мне вслед неслись насмешки, да и парни хищно посматривали, особенно Данила… – Отпусти меня! – я дернулась, стремясь избежать жжения между ног. – Почему так больно?! – Подожди, не плачь, я подлечу… – осторожный шепот вывел меня из негативных воспоминаний о сплетнях. Мягкие поглаживания по спине разгоняли напряжение, одна из его ладоней легла на живот и выпустила мягкий золотистый свет. – Сейчас отпустит, любительница ролевых игр, вот увидишь. И мы продолжим, если позволишь. Прости, я не знал, что ты еще ни разу не была с мужчиной, иначе действовал бы более осторожно. Он просит прощения? Но почему в голосе столько грусти? Я встрепенулась, прислушиваясь к собственным ощущениям. Ладонь на животе дарила спасительный покой, эльф рисовал на мне замысловатый узор, ведомый только его пальцам, скользящим по влажной коже, боль исчезла так же быстро, как и появилась. Мне стало неловко. – Уже легче, – призналась, снова пошевелившись. Вильнула бедрами, проверяя… И пропала. Тягучее удовольствие растеклось по телу мгновенно, наполняя каждую клеточку страстной истомой. Испугавшись собственной реакции, я вздрогнула. Что за наваждение? – Тебе опять больно? Эльф покинул меня, едва не вырвав стон сожаления. Снова усаживая на бортик, требовательно заглянул в глаза. В аметистовых радужках плескалась тревога. Я помотала головой. Не было сил признаться в глубине собственного падения. Всего лишь легкое движение его крупного члена внутри, и я готова была забыть о всех расовых предрассудках. Ушастый показал себя внимательным любовником, насколько я могла судить, и был всяко лучше Данилы. Вспомнив, как быстро тот намеревался лишить меня невинности, я поежилась. А если бы у него вышло? Нет, хорошо, что я смогла сбежать. – Я впервые с настоящим мужчиной, – ученик кузнеца не в счет. – Ты прав, Армиэль, – его имя звенело на языке весенними колокольчиками. – В мечтах я представляла все иначе. Эльфийский принц улыбнулся. Радостно и ярко. – Так часто бывает, маленькая человечка, – в его голосе появились игривые нотки. – Но теперь бояться нечего, впереди только наслаждение, – пропел он, подхватывая меня под бедра, притягивая к себе ближе и опускаясь на колени. Голова эльфа оказалась между моих ног. Он не соврал. То, что я ощутила после нельзя назвать никак кроме как чистым наслаждением. Умелый язык танцевал по набухшим складочкам, с каждым его движением, притухший было костер внутри меня, разгорался вновь. Язык жалил, лизал и щекотал, бессовестно вырывая из моего горла стоны, которых я прежде никогда не слышала. Звериное рычание на грани обморока – и кончики ушей эльфа дернулись. Я не смогла устоять перед соблазном их потрогать. Зарылась пальцами в белоснежную шевелюру, коснулась светлой перламутровой кожи, легонько сжала между пальцев. Потом отпустила и снова погладила, следуя ритму языка, хозяйничавшего ниже. Он резко выдохнул. – Что ты делаешь, маленькая человечка? Я так кончу, не успев доставить тебе удовольствие, – сипло сообщил он, заставив меня глупо хихикнуть. «У него настолько чувствительные уши?» Наверное, чтоб не дать мне продолжать терзать его ушки, он распрямился и накрыл мой рот поцелуем. Перед внутренним взором промелькнули магические искры, взрывы и пространственные воронки, я утонула, растворилась в нем и в своих ощущениях. Зелье внутри бушевало пуще прежнего, и когда эльф решительно вошел, я простонала в его рот, а когда он сделал несколько движений – сотряслась от лавины удовольствия. – Вот так. Именно… – шептал он, покрывая мое лицо поцелуями. – Хочешь быстрее? Глубже? В другой позе? – Да… – это был ответ на все его вопросы, и он меня прекрасно понял. Развернул спиной и повторил то резкое проникновение, как в первый раз. Я судорожно вдохнула, предчувствуя боль, но ощутила лишь, как чудесно он меня наполняет. Армиэль больше не думал себя сдерживать. Толчки стали резче, проникновения потеряли всякую нежность, сменившись стремительной чередой мощных движений. Меня снова накрыло оргазмом, и на этот раз он последовал со мной. Неожиданно для себя я нашла в этом некую прелесть. Пока крупный член подрагивал, изливаясь, внутри, мои плечи покрывали миллионами быстрых мелких поцелуев. – Щекотно! – рассмеялась я, сбрасывая с себя его губы. Юркнула под руку мужчины, сделала несколько широких гребков. Плавала я отлично, особенно нагишом, когда ничего не мешает, и никакая нижняя рубашка не липнет к телу. – Куда ты? Погоди, малышка, нам нужно поговорить! Не знаю, что именно хотел сказать мне эльф, но, когда он меня настиг, нам было совсем не до разговоров. А после, обессиленные, мы заснули на берегу горячего источника на мягком толстом покрывале, подготовленном сотрудниками аттракциона заранее. Поздним утром я проснулась раньше Армиэля. С грустью посмотрев на него, я тихо вздохнула. Моя самая лучшая ночь в жизни произошла с мужчиной, который для меня не предназначен. Он эльф – представитель другой расы, более того, аристократ. Вряд ли он, действительно, принц, как сказал. Думаю, он просто хотел меня впечатлить и заманить в свои соблазнительные сети. Как бы там ни было… «У нас одно правило: что случилось в «Эльфийском соблазне», остается здесь навсегда». Поэтому я должна попрощаться с ним. Еле слышно прошлась по влажной теплой земле, в поиске того, чем можно прикрыть наготу, платье-то мое развратный ушастый порвал на клочки… За ширмой для переодевания, которую я вообще не заметила вчера вечером, на вешалке висела одежда Армиэля. Зеленый камзол, бриджи из тонкой кожи, сапоги и белье. Все высшего качества из лучших тканей. Такую одежду изготавливали только эльфы. А вот что стало для меня сюрпризом, так это три платья, висящие рядом. Все они представляли собой произведения искусства. Первое – нежно-голубой эльфийский шелк, расшитое по подолу синими цветами. Настоящие гномьи бусины! Второе – светло-розовое. Без узоров, но его необычный крой подчеркнул бы все достоинства той женщина, что его наденет. И третье – аметистовое. Как глаза эльфа… Стоило ли говорить, что я выбрала последнее? Не знаю, откуда здесь женская одежда, но, по счастью, изделие оказалось еще и зачарованным, поэтому село точно по моей фигуре. Декольте в нем выглядело чересчур глубоким, ткань плотно приплюснула небольшую грудь, сделав ее… сексуальной? На бедре имелся разрез почти до талии. Эти эльфы определенно знают толк в извращениях… но выбирать не приходилось. Я не стала долго смотреть на себя в зеркало, боясь, что эльф проснется и заметит мое отсутствие. Почему-то встречаться с ним было страшно. Очень страшно. На выходе из «Эльфийского соблазна», я почувствовала непонятное ощущение на ухе, тронула рукой, и поняла, что накладка отвалилась, повиснув в волосах. И именно в этот момент надо же было случайно встретиться взглядом с охранником. Темноволосый высокий эльф мимолетно посмотрел на меня, высокомерно усмехнулся, но подвинулся, выпуская из это обители разврата.