Глава 8

Ира прекрасно помнила, что именно велел Егор перед уходом. Она должна раздеться, лечь поверх одеяла и ждать его. Но разве сможет она так?! Нет, конечно! Ну, раздеться – еще куда ни шло, но выставлять себя напоказ, как товар на прилавке – нет. Хотя… не так давно именно на это она и решилась, когда стала одним из лотов на специфических торгах. И все же, подчинилась она лишь наполовину и в одеяло закуталась так, что сама себя ощущала как в коконе. Жарком коконе. Долго ждать не пришлось, и через пару минут появился покупатель, решивший не только рассмотреть товар, но и попробовать, так сказать. Ира старалась не выглядеть затравленной, хоть именно такой себя и чувствовала. А Егор уверенно пересек комнату и остановился возле кровати. В тусклом свете ночника никак не получалось рассмотреть его лицо. И почему-то Ире казалось, что он ею не доволен. И тут он улыбнулся – вот уж чего она точно не ожидала. Так растерялась, что даже сообразить не успела, как он стянул с нее одеяло. Взгляд его скользил по ее обнаженному телу, но руками Егор к ней не прикасался. В комнате было тепло, но кожа покрылась мурашками. И соски сжались так, что даже стало немного больно. Все это, конечно же, не укрылось от мужских глаз, и во взгляде Егора Ира прочитала неприкрытое желание. Не успела она подумать: «Ну вот все и началось», как он удивил ее вопросом: – Ира, скажи, пожалуйста, а зачем тебе нужны были семь миллионов? И снова она растерялась. За эти семь миллионов, что он заплатил за нее, она готова была выполнять целый месяц все его прихоти. Но Ира никак не ожидала, что от нее потребуют еще и материального отчета. Вопрос Егора разозлил, и первой реакцией стала послать его куда подальше, сказать, что его это совершенно не касается. Но сразу же Ира решила, что не стоит натягивать и без того не идеальные отношения. Да и не делала она секрета из болезни сестренки. – Деньги нужны не мне, – тихо проговорила, чувствуя себя более чем по-идиотски – голой, лежащей на кровати и разглядываемой им. – И кому же? – прищурился Егор, посмотрев прямо ей в глаза. – Твоему парню? Вопрос он задал далеко не по-доброму. Ей же он и вовсе показался диким. Какая нормальная девушка станет продавать себя ради парня? И каким должен быть этот парень, что толкнет ее на подобное? Да и не было у нее парня – как-то все время было не до этого. Катя – подруга неоднократно пыталась ее свести с кем-нибудь. Но то кандидатура Иру не устраивала, то времени на походы в клубы или свидания выделить просто не получалось. Всё его почти съедала работа. А свободные от работы и сна часы Ира предпочитала проводить в больнице, с сестренкой. – Деньги нужны моей сестре, – невольно поджала Ира губы и ответила суше, чем планировала. А еще она сделала попытку прикрыться одеялом, чего ей не позволили, конечно же. – Не за чем прятать такое красивое тело, – откинул Егор одеяло подальше и прижал руку к ее животу. Ира вздрогнула от его прохладной ладони, и сразу же внизу живота стало даже не тепло, а горячо. – И зачем твоей сестре такая сумма? Неприятности? Долги?.. – спокойно продолжил Егор допрос. Изменилось только то, что ладонь его двинулась с живота вверх и лениво накрыла грудь. Сосок сразу же попал в плен его пальцев и словно превратился в забавную игрушку. Егор сжимал его и выпускал, поглаживал в разные стороны, несильно вытягивал. При этом с Ирой творилось что-то невообразимое. Между ног уже все сильно намокло и пульсировало. И она хотела, сама не зная чего. – Лизе десять… – сипло получилось выдавить. Пальцы Егора, тем временем, занялись другим ее соском. И ощущения стали еще ярче и более выматывающими одновременно. Ира уже и лежать-то спокойно не могла – поймала себя на том, что активно елозит попой по простыне. – Лиза – это твоя сестра. И ей десять лет? – немного удивленно уточнил Егор. И даже сладостную пытку прервал на время, чему Ира не знала, радоваться или нет. Но зато к ней вернулась способность соображать. – Моей сестре Лизе десять лет. У нее муковисцидоз. Большую часть своей жизни она провела в больнице. Болезнь считается неизлечимой, но можно поддерживать ее состояние приближенное к ремиссии. Все лечение тестовое, экспериментальное. И сейчас нам предложили лечение стоимостью семь миллионов, которое может привести к полному выздоровлению… Все это Ира выговорила на одном дыхании, как вызубренный урок. Впрочем, примерно так это и было, про муковисцидоз – тяжелую патологию дыхательной системы Ира знала все! Вот уже десять лет она с этим жила. – Может или приведет? – переспросил Егор. – Этого не может гарантировать даже лечащий врач сестры, – отвернулась к окну Ира. К чему все эти вопросы? Вряд ли его тронет за душу ее история. Да и не нужна ей его жалость. Сделку они заключили пусть и не совсем чистую, зато честную. И не стоит вмешивать сюда посторонние эмоции. Егор словно прочитал мысли Иры, или подумал примерно в том же ключе. Следующие слова явились тому подтверждением: – Твоей сестре желаю выздоровления и больше говорить с тобой на эту тему не буду. От тебя мне нужна вполне конкретная вещь, и начать получать ее я планирую прямо сейчас… Ира невольно отвернулась от окна, когда почувствовала, как прогнулась кровать под тяжестью мужского тела. Егор не разделся, разве что, стянул майку, оставаясь в спортивных штанах. Он силой развел в стороны ее ноги и удобно устроился между ними. Ира ахнула, когда осознала, что ноги ее покоятся на его бедрах, а сама она открыта его взгляду вся, изнутри, так сказать. А дальше больше, отчего она и вовсе едва не грохнулась в обморок. Егор легко подхватил ее под попку и закинул ее ноги себе на плечи. – Нет… – потрясенно выдохнула Ира, когда ее промежность оказалась в непосредственной близости от его лица. – Да, детка, – расплылся Егор в довольной улыбке. – Я хочу, чтобы ты кончила мне в рот. Ведь тебе сегодня понравилось кончать? – хитро уточнил он и погладил указательным пальцем ее клитор. За короткой лаской последовала бурная реакция – Ира задрожала всем телом, не в силах не только отвечать на его вопросы, но и думать. – Я знаю, что тебе понравилось. А сейчас будет еще лучше, – с этими словами он поцеловал ее там, а потом принялся лизать клитор. И очень скоро Ира начала громко и протяжно стонать. Эта пытка была выше ее сил, но Егор держал крепко и не ослабевал натиска. Ире казалось, что она умирает от сладострастия, с каждым касанием его языка, ее душа и тело плавились все сильнее. Она уже не понимала, стонет ли, кричит ли… Но пик стремительно приближался, и вскоре она бурно излилась внутренними соками. Часть из них, наверное, просочилась и наружу, потому что Егор лизнув ее, довольно проговорил: – Я знал, что ты не только страстная, но еще и вкусная… Он опустил ее ноги и накрыл ее своим телом. Снова его губы пахли ее страстью. Ира слизывала ту, не отдавая себе отчета, что делает это с удовольствием. Но поцелуй прервался, не успев перерасти в глубокий. – А теперь тебе придется немного потерпеть. Будет больно, но не долго. Он легко соскочил с кровати и снял спортивки вместе с плавками. Ира невольно ахнула, заметив, как он возбужден. Желание ощутить его внутри себя подспудно преследовало ее все время, пока длились оральные ласки. Ловким движением могучий член облачился в презерватив. И вот момент настал… Он проник в нее одним резким толчком. Крик боли потонул в поцелуе, которым Егор буквально запечатал губы Иры. Потом он принялся двигаться в ней – ритмично и сильно. Боль постепенно уходила, уступая место новой волне возбуждения. Но кончить она не успела во второй раз – он излился раньше, придавливая ее своим телом и тяжело дыша. Ира не понимала, чье это сердце так громко ухает. Лицо ее пылало, а между ног улавливалось легкое жжение, когда Егор достал из нее свой пенис. – Ольга принесет тебе мазь. Вымойся хорошенько и вставь с мазью тампон на ночь. Завтра будешь как новенькая, – с улыбкой потрепали ее по щеке. Ира закуталась в одеяло и наблюдала, как ловко он одевается. Немного обидно стало, что сразу же после близости, которая для нее вообще стала первой и, наверное, самой яркой, Егор словно забыл про нее. Он даже не оглянулся и ничего больше не сказал – просто вышел из спальни, плотно прикрыв за собою дверь. Слезы невольно навернулись на глаза, но Ира прогнала их. Все хорошо! И самое трудное уже позади. Завтра будет новый день, и срок ее пребывания здесь станет еще короче. И завтра она отпросится навестить сестренку и переговорить с врачом.