Глава 13

Саша проснулась от того, что её кто-то аккуратно тормошил за плечо.

- Пап, ещё чуть-чуть…

- Тебя будит отец?

Голос, ворвавшийся в сознание, был смутно знакомым, но не родным точно. С легкой хрипотцой, немного будоражащий и вызывающий у неё непонятные ассоциации. Ассоциации с незнакомцем со шрамами на лице всплыли в заспанном сознании достаточно быстро, да и затекшее тело дало понять, что спит она не в удобной кровати, а где-то ещё.

Например, в машине.

Саша распахнула глаза и быстро попыталась сесть, отчего ремень безопасности неприятно врезался в грудь. Непонимание происходящего, где она и кто с ней рядом – было первое, что обрушилось на Сашу.

Тихий смех послужил катализатором для возвращения в реальность.

Саша, растерянно моргнув, пытаясь прогнать остатки сна, повернула голову.

Так точно, она сидела в машине с мужчиной, с которым вчера заключила глупый договор.

- Осетин, ты… Ой, простите, Олег. Да, меня часто будит папа.

Стоило только назвать мужчину по «погонялу», как уголки губ, что приподнялись во время смеха, опустились.

- Откуда знаешь, как меня кличут?

И сразу темная аура обрушалась на Сашу, заставив её ещё быстрее собраться, мобилизоваться. Вот кто её тянул за язык? Правильно говорят, хочешь узнать о человеке что-то интересное – разбуди его среди ночи. Выболтаешь то, что и не хочешь.

- Слышала случайно в клубе… Говорили, кто именно меня купил.

Олег нахмурился, но в его глазах Саша не увидела раздраженности, которое присутствовало при их встрече. Уже хорошо. Дорога пошла ему на пользу. А ей?

- Некоторым не мешает подрезать языки.

Вроде бы сказал без злобы, в шутку, но мурашки по телу Саши побежали, и мысль шальная в голове промелькнула: «С такого станет».

Чтобы не углубляться в нехорошие рассуждения, Саша поспешно начала приглаживать волосы, разметавшиеся во время сна, и глухо спросила:

- Я долго спала, да?

По ощущениям – долго.

- Почти пять часов.

- Пять?!..

Саша бросила взгляд на бортовой компьютер. 20:44.

- Ого. Извините, я…

- Перестань извиняться. Уснула и уснула. Я так понимаю, у тебя не часто ночи бурные случаются.

Саша покачала головой, удержавшись от едкого замечания. Она едва ли не домашний ребенок, но к чему ему эти подробности? Он в ней видит начинающую девушку из вип-эскорта, вот пусть и дальше видит. Меньше всего Саша хотела, чтобы к ней лезли в душу и задавали неудобные вопросы.

Она поверила Григо и поверила Осетину. Вчера они договаривались, что он не будет наводить про неё информацию. Она не сомневалась, при желании он очень быстро узнает, что к чему и даже большее. Уж лучше пусть говорит свои пахабные предложения, чем жалеет. Особенно в свете той сказки, что Саша себе придумала.

Осталось дело за малым – внушить себе, что придуманное - правда.

- Мне как-то неудобно… Правда.

- Проехали. Даже хорошо, что ты уснула. Не отвлекала от дороги.

- Своей болтовней? – Саша снова пыталась улыбаться незнакомцу.

- Да. Не люблю бесполезные разговоры и многоговорящих девушек.

- Я намёк поняла.

- Да это не намёк. Я говорю прямым текстом.

Саша медленно кивнула.

- Буду благодарна, если и дальше вы будете говорить, что я делаю правильно, а что нет.

Не стоило ей говорить последнее предложение, потому что Олег нахмурился. Из его глаз исчезло даже напоминание на мягкость и какое-то расположение.

- Знаешь что, куколка, - интонация мужчины не предвещала ничего хорошего, и Саша отчаянно начала перебирать в памяти, что же она сказала неправильного, что могло снова его разозлить. – Твоя внешность, конечно, шикарная, и да, черт возьми, кукольная. И не криви личико, как хочу, так тебя и называю. Радуйся, что не сукой. Но твоя игра начинает надоедать. Я предпочитаю видеть рядом с собой живую, активную девушку, а не ту, что мне будет постоянно поддакивать и делать непонятные гримасы.

Саше стало обидно.

- Хорошо… Мне пока абсолютно непонятно, что вам от меня надо, кроме постели. То вы говорите, что вас раздражает пустая болтовня, то…Черт, - Саша не договорила, запустив руку в волосы. – Я правда вас не понимаю. Чувствую себя ужасно тупой. И прикол про блондинок будет не к месту. У меня, между прочим, высокий балл по ЕГЭ.

Последнее заявление и вовсе прозвучало по-детски, но Саша довольно часто слышала анекдоты про блондинок и их умственные способности.

- Про балл про ЕГЭ я запомню, - ей показалось или в его голосе снова послышались задорные нотки. – А теперь давай, некукольная блондинка, просыпайся и пошли заселяться.

Только после его слов о заселении до Саши дошло, что они никуда не едут. Она посмотрела в окно. Так и есть – стоят на стоянке перед гостиницей.

- Мы заночуем здесь?

- Да. Не пятизвездочный отель, но вполне терпимое место.

Олег разблокировал двери, и Саша расстегнула ремень безопасности. Тело немного затекло, и она с радостью пройдется.

Пока Саша разминалась, Олег успел обогнуть машину и распахнуть перед ней дверь, протягивая руку. Его учтивость немного сбила Сашу. Как так можно – грубить, хамить, тыкать ей на якобы выбранный жизненный путь, который явно не одобрял, и одновременно делать поступки, говорящие о том, что он хорошо воспитан? Много ли молодых людей открывали перед ней дверь, пропуская вперед? Или вот так же помогали выбраться из автомобиля? Саша не припомнила. Если только, когда прикалывались.

Она не заметила, как её рука дрогнула. И тотчас её захватила в плен широкая мужская ладонь.

- Ты чего дрожишь? Замерзла? Так климат работал, не кондиционер.

Саша слегка нахмурилась.

- Да нет вроде бы… не замерзла…

Не могла же она сказать, что подобным странным образом реагирует на него. Что ещё никак не может привыкнуть, что теперь она его девушка. Или лучше спутница.

В понятии Саши «его девушка» больше относилось ко взаимной симпатии, что со временем перерастала в более крепкое чувство. А то, что у них… шапочным знакомством и тем назвать было нельзя.

Рука держала её крепко. Саша выбралась из машины и снова мысленно поразилась, какой миниатюрной она казалась по сравнению с Осетином. Или эта иллюзия продолжала её преследовать от того, что она никак не могла себя воспринимать ровней Олегу? Старше, сильнее, опытнее.

Имеющий на неё определенные права.

Саша не удержалась и задрала голову, чтобы посмотреть мужчине в лицо. И тотчас табун мурашек побежал по позвоночнику.

Одно дело - общаться с ним после аукциона, когда в тебе продолжает хлестать и бурлить адреналин, и ты втихую радуешься, что досталась красивому – чего уж тут греха таить – молодому мужчине, а не старому, толстому извращенцу, который наглумился бы вчера над ней, да и вопрос про девственность мог повернуть по-другому.

Другое – стоять снова рядом с ним и ощущать агрессивную энергетику истинного брутального самца, исходящую от Олега. Тот бешеный поцелуй Саша не рассматривала. Зато сейчас ей захотелось снова залезть в машину и заблокировать все двери, чтобы этот самец не смог до неё добраться.

Потому что он тааак смотрел…

На Сашу никто так никогда не смотрел. Раздевающе. Нагло. Собственнически. В карих глазах плескались страсть, желание. Саша готова была поклясться, что если как бы случайно она проведет рукой по джинсам Осетина в области ширинки, то наткнется на ощутимый бугор. И что-то Саше подсказывало, что её руку Осетин там удержит.

- Вот и славно раз не замерзла.

Он ответил с запозданием, пожирая её глазами.

Саша притихла. Хороша она, наверное, после сна. И что ночью теперь делать будет?

Ответ пришёл сам собой – явно не спать.

Правда, Олег весь день провел за рулем. И тут другая обжигающая мысль –неужели она настолько наивна, что допустила предположение, что мужчина, в чьем взгляде читался ничем не прикрытый голод, завалится спать, когда они окажутся в номере?

Саша не знала, что ещё сказать. Ей хотелось, чтобы он не стоял к ней вплотную, отошёл. Она облизнула пересохшие губы и попыталась высвободить руку, но её сжали сильнее:

- Чего притихла… Странная ты сегодня, куколка. Вчера похрабрее казалась. Или реально мне только казалось?

- Наверное, второе.

- Ладно, пошли оформляться и заселяться. Документы у тебя где?

Сердце забилось испуганной пташкой. Саше не хотелось бы, чтобы у неё отбирали паспорт. Слишком смахивало на кадры из фильмов про очень плохих парней.

Циник в ней усмехнулся. А кто ей сказал, что Осетин хороший парень?

- Да, в сумочке.

Сумку она по инерции захватила с собой из машины.

- Отлично.

Он так и не выпустил её руку, когда они шли к двери. Саша мельком осмотрела территорию и саму гостиницу. Трехэтажная, фасад ухоженный, не видно запустения. Кустарники аккуратно пострижены, брусчатка новая, не разбитое крыльцо. Первое впечатление было приятным.

Внутри гостиница тоже не подкачала – высокие сводчатые потолки, аккуратная деревянная стойка ресепшн с миловидной девушкой, что сразу подобралась при виде посетителей.

- Добрый день. Чем могу помочь?

Дежурная фраза.

Саша встала за спину Олега. Пусть общается.

Ей было не по себе. Понятно по тому, как он её держал за руку, что они не брат с сестрой. И вроде бы ничего странного – приехала пара, хочет заселиться, но отчего Саше казалось, что все на неё смотрят с осуждением и знают, что между ней и Осетином ничего нет, только лишь секс?

Оформились они быстро, и, когда администратор всё с той же милой улыбкой протянула им ключи, Олег сказал:

- Посиди здесь, я за вещами схожу.

Саша прошла на небольшой синий кожаный диван и принялась ждать, послушно положив ладони на колени.

Её нервозность увеличивалась с каждой прошедшей минутой.

Как только Олег вышел, администраторша принялась рассматривать Сашу, причем делала это, не таясь. И на её лице, которое теперь вряд ли можно было назвать миловидным, читались зависть и вопрос: какого черта она делает рядом с таким мужчиной?

Саша отвела взгляд. Пусть смотрит. Ей всё равно. Правда же?

Олег вернулся достаточно быстро. Посмотрел на Сашу и нахмурился. Та сразу встрепенулась – что снова не так?

- Тебя кто-то обидел?

Его вопрос удивил девушку.

- Нет.

- А что же тогда сидишь, плечи поджав?

- Все нормально. Правда.

Она поднялась, стараясь не смотреть ему в лицо, поэтому не заметила, как он предупреждающе и недовольно прищурил глаза.

- У нас номер на втором этаже.

Он пропустил её первой.

Саша, поднимаясь по лестнице, старалась не думать, что Олег идет сзади и смотрит на её попку.

Постояла в стороне, когда он открывал дверь и вносил их вещи. С его стороны была небольшая дорожная сумка.

Саша заходила в номер последней. Зашла и захлопнула за собой дверь, смотря себе под ноги.

Вот они и снова наедине остались.

Не зря она нервничала – интуиция не подвела девушку. Потому что Саша не успела даже развернуться. Ей не позволили.

Крупное мужское тело навалилось сзади, прижимая её к двери, распластывая.

- Весь день хотел тебя зажать, куколка.

Саша задохнулась – её точно в кипяток окунули. Или кинули под скоростной поезд.

Она предполагала, что та вспышка страсти, случившаяся в машине, будет иметь продолжение, но не вот так же сразу… Помыться хотя бы да покушать. Но у Осетина на первом месте были другие физиологические потребности.

Саша уперлась лбом в дверь, радуясь уже, что её не прижали щекой. Наверное, это больно. И, наверное, будь она немного постарше, то замлела бы от такой шальной страсти, от осознания собственной власти над большим, сильным мужчиной, что его корежит и выворачивает всего от желания добраться до её маленького соблазнительного тела.

Сейчас она ничего подобного не осознавала, эмоции, захватившие её, граничили со страхом и какой-то робостью. Вчера – это вчера, а сегодня всё иначе.

- Когда ты спала, так и думал о том, чтобы свернуть на обочину, откинуть сиденье и перевернуть тебя попой кверху, содрать чертовы штаны и увидеть, какое белье ты носишь.

Его слова повторили едва ли не дословно её мысли, и Саша зажмурилась, радуясь, что он не видит её лица. Вместе с робостью её кожу опалил жар. Всё-таки такое слышать… Невозможно остаться равнодушной.

- А ты спала! Мило сопела! И будить тебя было сродни преступлению! Ты знаешь, что когда спишь, у тебя соски съеживаются, принимают форму вишенки и призывно торчат? А я, черт возьми, с детства люблю вишню!

Тогда почему развернул Сашу спиной к себе? Этот вопрос едва не сорвался с губ девушки, она вовремя прикусила язычок. Ещё не хватало, чтобы он подумал… Стоп! Он же сам сказал, что она должна проявлять инициативу. Но не сегодня… пожалуйста…

Его дыхание обжигало. Скользило по затылку и терялось на обнаженной коже шеи. Волосы Саши выступили преградой, и Олег их откинул, желая получить доступ к дурманящему телу. Он прижался к ней плотно, не оставляя между их телами ни малейшего пространство. Его вес ощутимо давил на Сашу, и сказать, что было приятно – сложно. Но и неприятно тоже не было. Это как балансировать на грани, что сейчас и происходило с Александрой. Если бы они встречались с Олегом, и он её распластал на двери, что бы она сделала? Оттолкнула его? Накричала? Или… поддалась?

Саша крепко зажмурилась.

Так… Представить, что они вместе. Что она по доброй воле поехала с ним. Что он имеет право прикасаться к ней, потому что это нравится не только ему, но и ей.

- Дрожишь, куколка? Я, мать твою, слышу, как бьется твоё сердце! Что – снова испугалась? Вчера ты была более смелой!

Он нашептывал грубости и скользил влажными губами по её шее, одновременно рукой отводя край блузы.

Вжик!

Рванул ткань, заставив Сашу приглушенно вскрикнуть.

- Тихо… тихо… новую купим. Кстати, ты в курсе, что тебе не идут дешевые вещи? С твоими-то волосами.

Саша молчала, женским чутьем понимая, что в данный момент её ответа он не ждет. И при чем тут её волосы и дешевые вещи? Совершенно не сочетаемые понятия. Но думать о чем-то отвлеченном не получалось. Снова послышался треск, - это одной рукой Осетин дорывал её блузу, продолжая второй за плечи удерживать Сашу в удобной для него позе.

Одновременно с блузой он расправился и с бюстгальтером, благо, застежка находилась сзади, и рвать его не пришлось.

- Мурашки… Нет, всё же ты очень забавная.

Его язык лизнул её лопатку, Саша же, кое-как распластав ладони на двери, пыталась устроиться удобнее и тихонько молилась, чтобы Осетин не слетел с катушек и не сделал ей больно. Мало ли.

Она дышала, плотно сжав губы, и замерла в ожидании его дальнейших действий.

Они не заставили себя долго ждать.

Его рука, чуть вдавливая пальцы в кожу, прошлась по спине, ощупала её полностью, таким образом пытаясь разогнать позабавившие его мурашки. Саша не виновата была, что не могла пока реагировать иначе. И когда его пальцы пробрались под пояс брюк, тихо пискнула.

- Тебя стоит звать не куколкой, а мышкой. Вон как затаилась. Попку выпяти.

Чеееерт…

Она не могла не послушаться. Лоб начинал гореть от соприкосновения с деревом, оставалось надеяться, что на нем не останется отпечаток, и Саша не будет с ним красоваться по утру.

Попу она выставила назад, чтобы ему было удобно.

И тотчас легкая боль обожгла ягодицы – он шлепнул её.

Саша протестующе дернулась, хотела увернуться, только кто ей позволит? Большая рука Осетина поймала её за талию.

- Куда… Стой, как стоишь и не шевелись.

Вот теперь стало страшно. По-настоящему. Он вчера что-то там говорил про то, какая её ждала участь, если бы её купил какой-нибудь извращенец, любящий позабавиться с невинными девушками. А сам Осетин? Что он предпочитал? Только бы не БДСМ и не тотальный контроль. Если это окажется так, неделя с ним покажется ей настоящим адом.

Он не зря её предупредил. Потому что, убрав, наконец-то, руку с её плеч, он присел на корточки, чтобы, пробравшись под живот, расстегнуть бермуды, которые она носила без ремня, вжикнуть зиппером и рывком содрать штанишки книзу.

Лишь только усилием воли Саша не дернулась. А когда представила, что его лицо находится аккурат напротив её ягодиц, прикрытых легким черным кружевом трусиков, ей разом сделалось дурно, перед глазами замелькали мушки. Нет, Саша не была ханжой, да и опять же вчерашняя ночь многое дала ей, но одна мысль, что мужское лицо сейчас находится рядом с её попой, будоражила.

Подружки да и просто знакомые девчонки рассказывали, что куннилингус -это запредельно крутая штука да и порно-сюжеты, которые Саша просматривала, готовясь к аукциону, тоже показывали, что оральные ласки доставляют удовольствие. Она бы даже хотела их испытать. Почему бы и нет?  Но… не так.

Саша заставила себя дышать. Всё хорошо… всё хорошо…

С выводами Саша поспешила.

Потому что мужские зубы аккуратно прикусили одну из ягодиц и одновременно с этим палец Олега дотронулся до половых губ Саши, ловко отодвинув в сторону край трусиков.

Сашу повело, не то от неожиданности, от того, какую картину они представляли, не то от ярких эмоций, что вихрем обрушились на неё. Она, чтобы сдержаться и не закричать, до крови прикусила нижнюю губы, напрочь уже отказываясь понимать, что происходит. Неужели её тело реагирует на… это? Вот на такое наглое, бесцеремонное обращение. Когда тебя распластывают у двери, рвут одежду. Неужели Сашу это заводит?

Все мысли исчезли из головы, когда язык сменил зубы и принялся вырисовывать на горящей коже замысловатые линии. Палец же проник внутрь лона Саши. Чуть-чуть, совсем немного за что она мысленно поблагодарила Осетина. Грубое вторжение она бы не пережила. Или отреагировала нормально?

- Сладкая. Вкусная. Проклятье, куколка, да я, кажется, от тебя дурею!

Она не воспринимала его слова всерьез. Взрослые женщины шептались, что чего только мужчина не скажет во время секса, какую чушь не пронесет, а они, мол, и рады уши «развесить», потому что жаждут слышать милую чушь и верить, что самые желанные, любимые, красивые и так далее, и тому подобное.

Зря Саша не отнеслась к ним всерьез.

Ох, зря…

- Ножки раздвинь. Шире… Шире, я сказал!

Саша выполнила приказ, кое-как заставив двигаться непослушные ноги, которые её держали с трудом. Она больше ничего не понимала и не желала думать, полностью отдавшись в волю более опытного любовника, который, как она надеялась, знал, что делал.

- Хочу тебя видеть. Всю.

Дальше последовало нецензурное выражение, описывающее мужское восхищение женской плотью. Саша же отчаянно пыталась удержаться за дверь и не рухнуть на пол. А ещё её смущало легкое покалывание в груди и тягучее, приятное давление внизу живота.

Когда мужской палец проник внутрь лона, она интуитивно сжала интимные мышцы.

- Тугая… Не могу больше… Крышу рвет…

Она только почувствовала, как он пружинисто поднялся, выпрямился во весь рост, а потом услышала бряцанье ремня да шуршание молнии.

И снова крупное тело навалилось на неё.

Осетину этого оказалось мало. Ему захотелось её губ.

Он властно развернул её лицо к себе и поймал губами её искусанные от волнения губы. Он не целовал её. Он снова набросился, как и в машине, завладевая и подчиняя. Саша, помня о его словах, что он желает видеть её раскрепощенной, ответила на поцелуй, приоткрыла губы, впуская его внутрь и осторожно принялась ласкать в ответ, играя языком. Он, расценив её действия по- своему, вступил с ней в противостояние. Давил. Проникал. А когда прикусил её губу, то и вовсе заставил Сашу потерять связь с реальностью. При этом он вдавливался в неё, его руки легли ей на грудь, сжали, чтобы сразу же сделать более жесткий захват, фактически обездвижив её и заполучив полный контроль над ней.

Тугая большая головка уперлась в её лоно. Давление… ещё давление… Нежные складочки поддались, и эрегированный член беспрепятственно скользнул внутрь, растягивая Сашу. У девушки неподконтрольно вырвался полустон-полувсхлип.

Боже… она была влажной… готовой…

Ей никто не дал возможности привыкнуть, адаптироваться к размерам. Осетин сразу же отодвинулся назад, чтобы в следующе мгновение врезаться в её бедра более сильным и мощным толчком, от которого уже хотелось закричать в голос. Саша, не понимая, что делает, одной рукой вцепилась в руку Олега, впилась короткими коготками, оставляя неглубокие царапины. Мужчина зашипел в ответ и снова послал в неё ещё один толчок. И ещё…

- Давай… Насаживайся на меня, черт тебя побери.

Он себя сдерживал. Будь Саша немного поопытнее, поняла бы. Но она, отчасти шокированная тем, что происходит, как с ней обращаются, что делают с её телом, как властно и больно сжимают грудь и врезаются в её ягодицы, ошалело хватала воздух ртом и закатывая глаза.

Казалось, мощная фигура Осетина полностью поглотила, раздавила её хрупкую. Он вжал Сашу в себя, едва ли не до хруста костей, и когда в очередной раз входил в неё, её тело сотрясалось от ошалелого удара. Она вцепилась в Олега, как в последнюю опору, ногам своим она не доверяла. Да что ногам… Она себе не доверяла. Горела. Сходила с ума от непонимания и отрицания происходящего.

Гортанный рык раздался рядом с ухом, а потом крупное тело Олега содрогнулось, вбилось, вклинилось в неё.

Саша безвольно откинулась на грудь Олега, пытаясь утихомирить бурю внутри. Стоять сил не было, он выжал из неё все соки.

- Не кончила, да?

Мотнула головой. Врать смысла не было.

- Хоть не врешь. Уже плюс.

Она не видела, слышала, как он усмехнулся.